Пробуждение 19.1

Пробуждение 19.1

Вот и началось. Конец.

Пробуждение 19.1

Лето снова сменялось осенью, и я бросила попытки отследить все изменения в городе.

Бегая по своему проверенному маршруту, я почти не узнавала его. Зачем продолжать сравнивать?

Кладбище кораблей исчезало, по мере того как расчищали Порт Кинга. Яшима горела желанием начать поставки Е-углерода, и в Доки хлынула работа, пока все готовились к открытию гавани. С притоком нового капитала, инвестиций и развития всё менялось. Вырастали новые многоквартирные дома. Открывались и ремонтировались заново предприятия. Автобусные маршруты менялись впервые за тридцать лет! Появилось множество новых людей. Целые общины возникали буквально за считанные недели.

В Уинслоу действительно строили пристройку, а в Капитанском холме добавляли целый новый комплекс школ.

Жаль, что для переселения людей требовались деньги, но нельзя исправить все проблемы в мире.

И это нормально.

Никто не обязан исправлять все проблемы в мире.

Город стал лучше. Плоды всего, что я сделала, наконец-то начали приносить результат, и я смогла задержаться достаточно долго, чтобы увидеть это.

Все дело в простых вещах. В основах. Например, возможность бегать по тем же улицам, по которым я всегда бегала, без помех, потому что местные жители знали меня и на самом деле отгоняли фанатов и репортеров. Им самим не нравилось, когда те устраивали сцены, не больше, чем мне.

Это была мелочь, но в последнее время она действительно скрашивала мои утра.

Несколько человек помахали мне. Люди, которых я знала, или те, кто просто видел, как я бегаю каждое утро. Я помахала в ответ. Кивнула. Мои волосы подпрыгивали позади меня, что я заметила только потому, что они полностью восстановились. Вернулись к своей безупречной красе. Наконец-то.

Иногда нежелательная эволюция имеет крошечный плюс.

И минусы тоже.

Постоянный вихрь эмоций и мыслей, которые вечно касались краев моего разума, где бы я ни была, был утомительным. Еще больше утомляли случайные Шарды, которые решали «поделиться» со мной своим мнением. Они могли быть очень шумными и невыносимыми, когда хотели.

Даже просто спать стало своего рода борьбой. Администратору приходилось вмешиваться, словно генератору белого шума, и заглушать всё это, чтобы я могла погрузиться в сон.

Но такова жизнь.

Всякое бывает.

— Эй, босс, — поприветствовал Хаш, когда я подбежала к задним воротам. Теперь у нас были задние ворота. — Хорошая пробежка?

— Ага, — ответила я, контролируя дыхание. — Всё тихо?

— Ага. — Он постучал по бронированному колену рядом с собой. — Не уверен, что кто-то настолько безумен, чтобы попытаться, пока на страже эти оловянные солдатики.

Тиерен возвышался над ним — один из восьми, охранявших все входы и выходы из «Комплекса». Бывшей «Фабрики».

Я кивнула и перешла на шаг, пересекая периметр ограждения. Меня встретил большой бетонный двор: все здания на трех прилегающих к моей фабрике кварталах теперь были объединены в один комплекс.

Стражи ушли, и Крису нужна была новая мастерская. Тревор заслуживал того, чтобы съехать из моего старого подвала. Многие Иррегуляры переезжали в Броктон-Бей, чтобы закончить школу в Аркадии. Сук и другие сами были технарями. Всем нужно было место для работы.

Я просто смирилась с этим.

Войдя через задние ворота, я выбрала очень быстрый и прямой маршрут. Я прошла позади склада, где находилась моя мастерская, к комплексу, который раньше занимали Иррегуляры. За последние несколько месяцев они расселились по новым, более удобным местам. Я воспользовалась их отсутствием, добавив лифт, который вел прямо наверх, в единственную тихую квартиру, которую я обустроила для себя и своего бизнеса.

Мой топ уже был снят, когда лифт достиг этажа. Я сбросила обувь и скомкала потную одежду, прежде чем бросить её в корзину. Душ уже работал, так что я просто прошлепала по холодному кафельному полу к раковине. Контактные линзы были вынуты из глаз. Они не полностью скрывали свет, но мягкое свечение нервировало окружающих гораздо меньше, чем полное световое шоу.

К счастью, здесь мне не нужно было об этом беспокоиться, и я обрела новое понимание простых вещей.

Таких как бег. И горячая вода, льющаяся на всё тело после бега.

Стоя под водой, я собрала волосы и перекинула их через плечо. Это как массаж, но без неловкости от того, что тебя трогает кто-то другой. Я никогда не понимала, как кто-то находит это расслабляющим. Ну, нет. Я прекрасно понимала саму суть прикосновений, просто не понимала оговорку, что это делает незнакомец.

Мускулистые руки сомкнулись вокруг меня.

— Хорошо пробежалась?

Я улыбнулась, накрыв рукой одну из его рук, и откинулась назад, прижавшись к груди Орги. — Как всегда.

Надо признать, большей частью я построила эту квартиру, чтобы иметь уединенное место для встреч с Оргой. У меня в жизни было не так уж много такого. Статус знаменитого кейпа, понимаете? Это безумие, как иррационально злятся некоторые люди от одной мысли, что какой-то подросток, которого они даже не знают, встречается с парнем. У меня не было времени разбираться с этим, да и не было у меня места, где мы могли бы побыть вдвоем, ни в доме моего отца, ни в мастерской, которую я делила с тремя другими девушками и Ведой.

Так что подайте на меня в суд. Я создала любовное гнездышко. Я убила двух Губителей, я могла позволить себе иметь личное место, чтобы побыть с парнем, если хотела.

Повторюсь, простые вещи. Такие как уединение. Не принимайте их как должное.

И прикосновения. Это важно, особенно после того, как так долго отказывала себе в них.

— Мне нужно помыть голову, — заметила я, пока мы стояли под водой.

— Еще минутку.

— Ладно. — Льстец.

Через две минуты Орга вышел, и я принялась за свои волосы. Мне очень нравилось, что мои волосы вернулись. Я не чувствую стыда, повторяя этот момент. Полагаю, я скучала по коротким волосам, потому что с ними было гораздо быстрее и проще управляться — мелочи, — но я предпочла бы иметь свои волосы.

Закончив, я выключила воду, вытерлась, продолжила ухаживать за волосами и, наконец, обернулась полотенцем, прежде чем вернуться в квартиру.

Орга сидел на диване, перед ним лежала стопка бумаг.

Я прошла в отдельную комнату, где стояли кровать и комоды, и оделась на день.

Полностью готовая на десять минут раньше, я села на диван, чтобы убить время.

— Еще контракты? — спросила я.

Он кивнул. — Яшима идет ва-банк. Возможно, мне понадобится, чтобы Назэ прислал помощь. Сомневаюсь, что мы справимся со всем сами.

— Сомневаюсь, что Мирай или Назэ будут жаловаться.

— Я тоже. Просто всё происходит так быстро. Колесница... — он запнулся, — а, Тревор, действительно хочет быстро отправить первые партии Е-углерода.

— Доказательство концепции, — размышляла я. — Чем быстрее он докажет, что это работает, тем быстрее Е-углерод можно будет использовать в строительстве.

Так было с Хелперами. Мы не успевали за заказами с той скоростью, с которой они поступали. Первые несколько больниц показали блестящие результаты, и мы быстро исправили те немногие ошибки, которые возникали. Ничего слишком серьезного. Маленькие роботы были особенно популярны в онкологических отделениях, где людям действительно нужно было общение, но ни у кого не было на это времени.

Даже робот был лучше, чем полное отсутствие контактов.

Надеюсь, Е-углерод ждет такой же успех. Это был неотъемлемый компонент конструкций орбитальной решетки и лифта. Запуск его сейчас облегчит строительство крупных проектов в будущем. Веда уже налаживала работу нефтеперерабатывающих заводов и добычу на 511 Давида. Она шла точно по графику, чтобы первая колония начала строительство через год и была завершена через десять.

Технически нам нужен был способ отбуксировать колонию на орбиту Земли, но Веда могла это придумать. Я не сомневалась.

Рядом со мной Орга продолжал читать контракты. — Твой папа тоже предложил помощь докеров. Думаю, он пытается нанять больше людей для профсоюза и ищет любую работу, которую они могли бы выполнять.

— Не думаю, что у него с этим проблемы, — заверила я его. — Порт начинает оживать. Железнодорожное депо тоже.

Эта мысль вызвала легкую улыбку на моем лице.

— Что? — спросил Орга.

— Случайная мысль, — ответила я. — Наверное, ностальгия для него. Броктон-Бей был процветающим рабочим городом, когда он был молод. Потом мир сошел с ума, и всё начало катиться назад.

Орга усмехнулся. — Сомневаюсь, что это повторится в ближайшее время.

— Надеюсь. Это была моя первая цель, когда я начинала. Я хотела изменить город.

Он ухмыльнулся, и его локоть мягко толкнул мой. — Спасение мира недостаточно хорошо?

— Я амбициозна, — пошутила я, запрокидывая голову и потягиваясь, подняв руки над головой.

Я улыбнулась, прекрасно осознавая, что он воспользовался случаем, чтобы взглянуть на мою рубашку и изгиб моей спины. Что, признаюсь, и было причиной, почему я это сделала. Это одна из тех простых вещей. Твой парень украдкой бросает взгляды, когда думает, что ты не видишь, потому что стесняется этого.

Я позволила ему притворяться, что я не замечаю, хотя мы оба знали, что я замечаю. Странно приятно просто быть объектом чьего-то взгляда и желания. Странно еще и потому, что если бы любой другой парень посмотрел на меня так, я бы подумала о нем хуже, но кто сказал, что влечение не...

Неважно. Я убила Губителя. Думаю, я заслужила право продолжать напоминать об этом. Если я хочу наслаждаться тем, что мой парень всё еще очень заинтересован во мне, даже после того, как увидел всё, что можно было увидеть, то именно это я и буду делать.

— Какая повестка на эту неделю? — спросила я.

Мы оба были так заняты, что было проще планировать любое время вместе заранее.

— Много встреч, — ответил он. — Обзоры. — Он слегка напрягся. — У тебя?

— То же самое, хотя ты знаешь, что может случиться что угодно. Зависит от того, что нужно сделать. Хотя завтра мне нужно поехать на ту штуку в Сиэтле.

Он кивнул, обдумывая.

Полностью закрыть его от своей головы было уже невозможно. Я вообще никого не могла закрыть. В лучшем случае я их игнорировала. Администратор могла заставить Шарды замолчать или пустить статику через нашу связь, чтобы заглушить их, но все люди вокруг меня были как кричащие дети, которые не знали, насколько они громкие.

Учитывая, что Орга часто думал обо мне, когда мы были вместе — особенно когда мы были одни, — я не могла слишком хорошо это настроить. Эмоции были сырыми и по-своему более чем немного вызывали привыкание. Один большой плюс начинающейся телепатии: мне никогда не нужно было беспокоиться, все еще ли Орга заинтересован или счастлив тем, где мы находимся.

Я просто знала.

Я могла просто наслаждаться этим. Трудно было выразить это словами, кроме как «тепло» и «безопасно». Хотя я не была уверена, работают ли эти слова, потому что именно так я чувствовала себя рядом с ним, и я не могла сказать, не проецирую ли я просто иногда. Я же сказала:

начинающаяся

телепатия.

Но это было приятно. Льстило и вызывало симпатию. И, несмотря на все мои усилия, иногда это причиняло боль, потому что мы оба знали, чем всё закончится. Даже если мы не хотели, чтобы всё вышло именно так.

— Не сегодня, — заверила я его.

Он кивнул и отогнал это тоскливое чувство. У нас было это общее. Мы оба отлично умели разделять мысли по полочкам.

— Планы? — спросила я.

Он на мгновение задумался и, наконец отвлекшись от надвигающейся гибели, поднял голову. — А. Шино. Он открывает свою сушильню на этой неделе.

— Наконец-то заставил инспектора по санитарному надзору прийти?

— Половину ночи писал мне сообщения. — Орга потянулся за телефоном и показал мне. — Думаю, он даже почистил всё в третий раз, пока ждал.

Я усмехнулась. — Ну, он прошел, да?

— Идеальный результат.

Я кивнула и, уловив затянувшееся чувство, спросила: — Переживаешь за него?

— Переживаю? — переспросил он.

Я ничего не ответила, ожидая, что он подхватит мяч.

Он подхватил и со вздохом начал бормотать: — Просто было бы здорово, если бы все могли остаться вместе.

— Он не собирается просто так взять и перестать с тобой общаться. Ты же знаешь это, да?

Он пожал плечами. — Весь смысл был в том, чтобы позволить им жить своей жизнью. Если они хотят уйти, они могут уйти.

— Ты бы просто хотел, чтобы они поддерживали связь?

Он ухмыльнулся. — Может, у меня развивается комплекс.

Я улыбнулась вопреки себе и села. — Может, ты просто романтик.

— Я...

Я поцеловала его. Сначала крепко, а потом просто чмокнула, отстранившись, чтобы вдохнуть. У него всё еще был слегка ошарашенный вид, когда я это делала.

— Увидимся позже, — предложила я, поднимаясь на ноги.

Орга подавил свою первоначальную реакцию. Ту, которую я отчаянно пыталась игнорировать и которую он тут же подавил — снова — чтобы она не испортила момент. — Ты ведь сегодня возвращаешься к отцу, верно?

— Ужин и немного времени перед телевизором, — сказала я. — Хочу еще проведать Айшу, если она вообще дома.

— Всё еще бегает при каждой возможности?

— Ей нравится быть кейпом. — Я схватила сумку у двери и перекинула её через плечо. — Но я вернусь сюда после ужина. Сделаю кое-какую работу и...

Я замолчала и улыбнулась, с радостью позволив его воображению заполнить пустоту, когда я уходила.

У него было довольно хорошее воображение, и я уже поняла, что ужасно перемудрила со всей этой историей с парнями.

Оказывается, парню, которому ты нравишься, просто нравишься ты. Ему плевать, насколько плоская у тебя задница. Она ему нравится, потому что нравишься ты. Полагаю, тот же принцип применим и к лесбийским отношениям, но с долей скепсиса. У меня нет никакого опыта в этом.

Выйдя из лифта, я повернула к открытому двору, который когда-то был пустырем за моей фабрикой. Моя фабрика, конечно, всё еще была там. И склад тоже. Как и многое другое.

Теперь Броктон-Бей был домом для крупнейшего парка тинкертеха на восточном побережье. У нас было больше технарей, чем в Канзас-Сити, доме команды технарей Героя. Бывшем доме.

Комплекс был огромным. Множество ворот. Наш собственный центр распределения и приема. Полноценный отдел кадров и бухгалтерия. По сути, вся концепция Фабрики, раздутая до огромных масштабов. С Медхоллом, Яшимой и Турбинами за спиной у нас были финансирование и ресурсы. Лондо Белл тоже. Парк тинкертеха. Лафтер, обучающая людей пользоваться мобильными доспехами. Фонд и Веда.

В ближайшие годы из Броктон-Бей выйдет много технологий. Город изменится еще больше.

И всё будет в порядке, когда я уйду.

Я знаю, это звучит немного высокомерно, но было бы ужасно, если бы всё развалилось после моего ухода. Впрочем, не стоит беспокоиться. Это лучшие люди, чтобы продолжить дело, и я могу им доверять. Они разберутся.

Оглядевшись, я отметилась. — Веда.

— Доброе утро, — ответила она. Мы обе знали, что она была рядом всё это время, конечно. Только моя квартира была несколько изолирована от её системы. И это было ради её же блага. Я не собиралась рассказывать отцу о том, чем занимаюсь с Оргой наедине, и уж точно не собиралась обсуждать это с Ведой.

Может, если бы она спросила, но я не видела, чтобы она спрашивала меня об

этом

в ближайшее время.

Идя к передним воротам, я заметила Лафтер и Сварщика, которые уже были там. Света тоже, и Ловчая, и Сук, и еще около дюжины других. Многие Иррегуляры жили в Комплексе или поблизости.

Я не была уверена, планируют ли они остаться в Броктон-Бей, но надеялась, что да.

Если парк тинкертеха взлетит, преступность тоже. Злодеи уже снова пытались закрепиться в городе. В основном это были мелкие злодеи, сосредоточенные на ненасильственных преступлениях — мое предпочтение для злодеев, если уж они должны быть, — но они могли стать серьезной проблемой по-своему. Наличие армии героев наготове будет большим подспорьем для Веды и Дины в будущем.

— Эй, — окликнул Сварщик, когда я подошла.

Лафтер обернулась и улыбнулась, когда я подошла. — Слышала про Шино?

— Утро, — ответила я. — И да. Орга рассказал мне.

Она сделала понимающее выражение лица, и я молча сверкнула на неё глазами, потому что обе мы могли играть в эту игру, если она осмелится в этот момент.

— Ты идешь? — спросила она.

— Если только что-нибудь не взорвется, — ответила я.

— А что с Шино? — спросила Ловчая, с более чем хитрым взглядом, потому что она была не так тонка, как думала.

— Он открывает сушильню, — ответила Лафтер.

У Ловчей потекли слюнки.

— Просто пригласи его уже на свидание, — пожаловалась Света. — Я устала слышать, как ты бормочешь во сне...

Голова Ловчей резко дернулась. — Нет, — прошипела она.

Света пожала плечами, видимо, привыкнув к своей соседке по комнате.

— Почти уверен, что Шино гей, — сказал Циклоп.

— Он по обе стороны, — раскрыла Лафтер.

— Ты уверена? Я видела, как он засматривался на Сварщика.

Сварщик отвел взгляд.

— Ага, — согласилась Лафтер. — И я видела, как он засматривался на Свету тоже, и на Шарлотту, и на Тревора. Поверьте мне. Он открыт для всего, даже если не говорил об этом вслух.

— Значит... — Ловчая выпрямилась. — Он свободен?

— Да, — сказали мы с Лафтер хором.

— Автобус, — заметил Сварщик.

Мы покинули Комплекс, перейдя улицу к новой угловой автобусной остановке, которая занимала бывший «Угол протестующих» напротив моей Фабрики. Думаю, полиции надоело с этим разбираться, поэтому город просто влепил там автобусную остановку, а местное постановление не разрешало протестовать на определенном расстоянии от автобусной остановки.

Городской совет удобно увеличил это расстояние так, что никто больше не мог протестовать у моей входной двери. Им приходилось использовать участок через квартал, где они могли находиться рядом с территорией, но не блокировали вход или выход.

Мы втиснулись в автобус, когда его двери открылись, и я воспользовалась моментом, чтобы оценить рекламу на боку.

Паромную переправу собирались открыть вновь.

Папа был счастливее, чем я видела его за последние годы, только из-за этого. Он так долго и упорно боролся за то, чтобы снова запустить паром. Это была одна из тех простых вещей, что я смогла увидеть его реакцию, когда пришла новость.

Сам автобус был новым, частью полной реорганизации системы общественного транспорта Броктон-Бей. От него пахло дезинфицированным и нетронутым новым транспортным средством, плюс несколько экранов, на которых крутилась реклама самого города и местные новости.

Местные новости, конечно, были то густо, то пусто.

«—...предлагая мало комментариев по поводу обвинения в том, что они спровоцировали конфронтацию с членами Лондо Белл».

Сама фраза привлекла наше внимание к экрану, когда он переключился с репортера за столом на кейпа.

Женщина в кричащем красно-золотом костюме махнула рукой в сторону камеры. — Единственные, кто провоцирует, — это Лондо Белл. Мы не могли доверить им сдачу «Прямых» и не вербовать их, как они сделали с каждым злодеем от Бакуды до Ампутации.

И это было отсылкой к Джексонвиллю, Флорида.

— Они действительно настойчивы в этом, не так ли? — спросила Света.

— Почему бы им не быть? — спросила в ответ Циклоп, сама будучи более чем немного злой.

Справедливости ради, более чем несколько членов Лондо Белл тоже были настойчивы в этом. Некоторые из них не оценили, что я прятала Райли в своем подвале. Спасение десятков жизней в Санке принесло ей некоторую добрую волю, но она не могла так легко ускользнуть из тени Ампутации.

И Титаны знали, что могут использовать это. Это было, честно говоря, одним из немногих инструментов, которые у них были, пока я убивала Губителей.

Экран переключился обратно на репортера, но я перестала слушать.

«Миссия выполнена», — объявил Администратор.

«Угроза устранена».

О?

Сварщик, всё еще наблюдавший за новостями, посмотрел на меня.

Я покачала головой в ответ. Общественный автобус был последним местом, где можно было говорить о чем-то, связанном с кейпами. Особенно с тремя фанатками на борту, которые просто хотели сфотографировать нас для своих Твиттеров.

— Встреча завтра? — спросил он.

Я кивнула, и он кивнул в ответ. Я понимала его разочарование. К счастью, Сварщик сам по себе был профессионалом. Он знал, что мы не собираемся решать проблему Титанов посреди школьного дня.

На данный момент у нас были кейпы наготове, если Титаны перейдут от позерства к действиям. Лили выпустилась в прошлом году и могла брать вечерние занятия, чтобы быть доступной днем. Веда была доступна всегда. Нарвал уже сказала мне, что если дойдет до крайности, Гильдия встанет на нашу сторону, и я подозреваю, что еще не объявленная команда Шевалье сделает то же самое.

На данный момент холодная война между Лондо Белл и Титанами была именно такой.

Холодной.

И я думаю, мы все знали, что первый, кто выстрелит, потеряет много поддержки, учитывая, насколько неопределенным было общественное мнение.

Я всё еще размышляла об этом, когда что-то за окнами привлекло мое внимание. Я повернула голову, выглядывая из-за спинки своего сиденья, когда мимо проплыла фреска. Она тактично покрывала боковую сторону здания. Звездная ночь, луна сбоку и город, парящий в космосе.

Это заставило меня призадуматься, потому что я не была уверена, что это значит.

Совпадение? Сомнительно. Даже спустя девять месяцев я всё еще не была уверена, каковы были эффекты массивного GN-поля на самом деле. Непосредственный эффект был очевиден. Оно заставляло квантовые мозговые волны каждого возбуждаться и передаваться. Мысль становилась общением внутри поля.

Но люди, казалось, не помнили этого полностью. Воспоминания тускнели, и со временем оставался лишь четкий сдвиг в поведении, отношениях и выражениях.

Художник фрески вообразил эту сцену, или это был продукт того, что они видели в GN-поле?

Не выследив их и не спросив, я не знала, но это заставило меня задуматься о последствиях некоторых действий и о том, действительно ли я вообще понимала последствия.

Некоторые вещи не так просты.

— Ты витаешь в облаках, — прокомментировала Лафтер. — Снова разговариваешь с Ади?

— Ты же знаешь, она ненавидит, когда её так называют, — напомнила я ей.

— Да, ну, она может либо смириться с прозвищем, либо смириться, потому что Администратор — это слишком длинно.

— Мне нравится Ади, — прокомментировала Света. — Это мило.

— Я не уверена, что Администратор понимает концепцию «мило». Она не оценит.

— Тогда мы просто убедимся, что оставим это при себе, — съязвила Ловчая.

Автобус подъехал к Аркадии, и мы все присоединились к утренней толпе. Головы, конечно, поворачивались, и не только потому, что группа кейпов вошла средь бела дня.

Глэдли стоял у парадных дверей с одним из новых учителей, которых район нанял, чтобы уменьшить размер классов. Недавно повышенный директор Баджируэль была прямо за дверями, разговаривая с группой взрослых, которые были слишком хорошо одеты, чтобы быть родителями, но недостаточно официально, чтобы быть из какого-либо агентства.

Я прошла мимо них и направилась к своему шкафчику.

Путь пролегал мимо школьного рекламного щита — технически доски, — где я остановилась и посмотрела на плакат, которого не было в первую неделю занятий.

— Раздражает, не правда ли?

Я взглянула на Криса, который уже смотрел на плакат, когда я подошла.

На его лице была кривая усмешка, но глаза выдавали то, что он чувствовал на самом деле.

— Ты делаешь всю работу, разгребая всё это и пытаясь заставить людей начать что-то делать с тем бардаком, в котором они оказались, и вдруг появляются эти придурки и начинают пытаться украсть всю славу.

Плакат был красно-черным — потому что у некоторых людей просто нет самосознания или чувства иронии — и претендовал на то, чтобы представлять «истинных» героев. Внизу жирными буквами было написано слово «Титаны». Плакат был прямо рядом с плакатом Лондо Белл, который Дин повесил год назад.

— Пожалуйста, скажи мне, что они просто разыгрывают нас, — проворчала Лафтер. — Последнее, чего я хочу, — это чтобы они переехали в город. Мы только что избавились от последних придурков!

— Свободная страна, — сказала я. — Они могут делать что хотят. Им просто придется жить с последствиями. Как и всем остальным.

Продолжая свой путь, я забрала свои книги и пошла на первый урок. Лафтер и Крис обменялись взглядами. Лафтер пожала плечами и пошла на свой первый урок.

— Ты действительно в порядке с этим? — спросил Крис. У нас был один и тот же первый урок. Его глаза переместились, отслеживая группу студентов, которые не заметили нас и шли по другому коридору. Двое парней были в рубашках с логотипом Титанов.

Это тоже было в новинку, но я подозревала, что это может произойти.

С тех пор как Александрия обвинила Эйдолона в том, что он Учитель в Конгрессе, Дэвид был в режиме перегрузки, пытаясь завоевать одобрение и поддержку общественности. Что касается оправданий, «Я сделал то, что должен был, потому что СКП и Протекторат были коррумпированы Котлом» было неплохо, но слишком много людей

погибло

в результате его действий, чтобы просто замести их под ковер.

И всё же. Удивительно, как легко люди принимают кого-то на слово. Особенно люди, которые год назад назвали бы кейпов причиной всех мировых проблем. Оставшиеся питомцы, которые были у Дэвида в Голубом Космосе, вероятно, немного облегчили этот переход.

Более чем несколько детей, которых я узнала, превратились из анти-кейп придурков в про-Титан фанатов за считанные месяцы, и мыслительный процесс, стоящий за этим, был... Скажем так, косвенным.

Ярость и горечь могли быть своего рода наркотиком, и некоторые люди жили на этом.

Но, как и со всеми зависимостями, есть обнадеживающие истории.

— Эй.

Бриджит избегала прямого зрительного контакта, но тот факт, что она чувствовала себя такой смущенной и неловкой, сделал её смелее, я думаю. Нужно мужество, чтобы осознать, что ты была стервой, и каким-то образом я теперь встретила двух девушек, которым удалось всё исправить. Каковы были шансы на это?

— Эй, — поздоровалась я в ответ. Я заняла свое место, а Крис сел позади меня. — Хорошие выходные?

— Ага, — пробормотала Бриджит, глядя вперед.

— Ты знаешь, что можешь смотреть на меня, Бриджит. Я не собираюсь превращать тебя в камень.

— Я не думаю...

Она замолчала, когда в комнату вошел очень привлекательный мальчик.

Очень

привлекательный. Мне стало немного жаль его, как ни странно.

Единственное, чего хотел Предчувствие, — это иметь возможность войти в комнату и не привлекать к себе никакого внимания. Он потерял облик Дела-53 после того, как GN-поле прошло мимо него, а мы с Администратором подкорректировали его связь с Шардом. Вместо этого он теперь был просто невероятно красив. И рыжеволос.

Я подозреваю, однако — особенно с тремя девушками, которые уже изо всех сил старались признать его, — что Предчувствие справится.

— Некоторым парням везет, — заметил Крис.

— Ты дойдешь до этого, — сказала я ему. Крис и сам был не то чтобы непривлекательным. Тренировки многое давали в плане внешности, по моему опыту. — Ты мог бы попробовать и действительно пригласить кого-нибудь на свидание. У меня сработало.

Он пожал плечами. — Слишком занят.

Я пожала плечами в ответ, не обращая внимания на странные взгляды, которые бросали на меня все, кто входил в класс. — Найди время или не жалуйся на это.

— Ты ведь собираешься поиздеваться, да?

— Ты сам напрашиваешься.

— Ты правда убила Левиафана?

Бриджит вздрогнула. Этот вопрос занимал её мысли всё утро, отложенный только потому, что пришел Предчувствие. Теперь, когда она действительно спросила, она почувствовала себя глупо. Особенно потому, что вся комната услышала её и притихла в ожидании ответа.

— Ага, — сказала я, глядя вперед. — Он мертв.

Я пыталась убедить его в обратном, но Левиафан не был таким сознательным, как Симург. Он был, как я подозреваю, большинство других Губителей, машиной. Очень сложной и высокофункциональной машиной, но всё же машиной. У него не было сознания, с которым можно было бы договориться.

И с моим ответом сознание вокруг меня превратилось в шквал эмоций.

Облегчение. Ликование. Надежда. Неуверенность. Страх.

Для меня это было странно. Я жила снаружи. Наблюдала, как мир движется вокруг меня, словно меня не существует.

Видеть, как другие люди чувствуют это по отношению ко мне, видеть, как это изолирует и окружает их. Это была странная вещь. Так легко упустить из виду. Так легко недооценить.

— Ну, — прошептал Крис, когда начался урок. — Ты всё еще умеешь привлекать всеобщее внимание.

— Благословение и проклятие, — заметила я.

То, что повторялось в течение дня. И в повторе. Это произошло, когда умерла Симург.

Я позволила этому быть, не делая никаких усилий, чтобы попытаться заверить или исправить это. Некоторые вещи нельзя просто исправить. Нужно позволить им разрешиться самим собой. Как бы я ни не хотела признавать это, я знала, почему Лала Сун так часто разыгрывала карту «загадочной чуши».

Иногда попытка исправить что-то проактивно только делала хуже. Заставляла людей чувствовать себя более изолированными и напуганными. Более неуверенными.

Им нужно было время, чтобы найти свои собственные ответы и прийти к своим собственным выводам.

Ты не можешь заставить мир — или людей — быть такими, какими ты хочешь их видеть.

Поэтому я перенаправила часть своей энергии. Сосредоточилась на том, чтобы сделать дни, которые у нас остались, значимыми.

Вот почему я составила свое расписание так, чтобы иметь второй обеденный перерыв в день. Я получила аттестат за лето, если только для того, чтобы, когда я вернусь, у меня было образование. Мне не нужен был дополнительный урок, который давал второй обеденный перерыв. Я взяла его, потому что почти все мои друзья имели этот обеденный перерыв.

Так что я тратила пятьдесят минут своего дня, чтобы иметь тридцать минут с ними.

— Уже устала? — спросила я, подходя к Лафтер и Вики в коридоре. — День только начался.

— Не напоминай мне, — проворчала Лафтер. — Почему школа — это сложно?

— Наверное, потому что ты не ходила ни в одну из них десятилетие, — прокомментировала Вики. — Я продолжаю говорить, что нам нужно заняться репетиторством. Многие Иррегуляры тоже не получили нормального школьного образования. Мы могли бы выполнять несколько задач довольно жестко.

— Она права, — прокомментировала Шарлотта, когда она присоединилась к нам. — Тревору, вероятно, нужна мотивация. Он тратит так много времени на тинкертех, что делает всё свое домашнее задание в последнюю минуту.

— Переживаешь? — спросила я со знанием дела.

— Тсс. — Её лицо слегка покраснело.

— Почему я единственный человек здесь, который действительно подошел к парню и сказал «встречайся со мной»? — спросила я. Это действительно выделялось, когда я задумывалась об этом. — Я всё еще наименее привлекательный человек здесь.

Лафтер и Вики уже готовили колкости, но мне они были не нужны. Я в основном шутила.

— Если я смогу это провернуть, — заявила я, — любой сможет.

Вики.

—

Настала очередь Вики покраснеть. — Что насчет меня?

Я посмотрела в сторону Дина, когда он поспешил по коридору к нам. — Ты знаешь что.

— Мы все знаем что, — прокомментировала Лафтер. — А у меня есть парень! Я просто не просила его, прежде чем он попросил меня.

— Оправдания, — съязвила я.

Мы вошли в кафетерий, где нас ждала знакомая, но другая сцена. Шарлотта и Вики стали настороженными, хотя они хорошо это скрывали. Я уверенно зашагала по комнате, игнорируя взгляды, шепот и косые взгляды.

— Значит, это будет продолжаться, — пробормотала Лафтер.

— Новые придурки, — проворчала Вики, — та же старая история.

Когда я впервые посетила Аркадию больше года назад, школа была заметно разделена между теми, кто поддерживал кейпов, и теми, кто выступал против них. Большинство студентов были искренне посередине с менее резкими мнениями, но требовалось удивительно мало, чтобы вызвать раскол в школьной среде.

Теперь было четыре большие группы. Нейтральные дети всё еще были самыми многочисленными, начиная с угла, ближайшего к очереди в кафетерий, и распространяясь в центр комнаты. В углу у выхода в коридор были дети Голубого Космоса, которые просто не могли отпустить это. Напротив них были фанаты Титанов. А впереди, у двери во внешний двор, где я всегда обедала, были дети Лондо Белл.

Многие из которых были буквально членами Лондо Белл, работая волонтерами по выходным или иногда по будням. Всякий раз, когда у них было время.

— Эй, Тейлор. — Макс помахал, и Мириаллия тоже помахала.

— Эй.

Была осень, и температура была скорее прохладной, чем холодной. День был довольно солнечным, так как утренняя облачность рассеялась. Это было приятно.

— Эй, — поздоровалась Шарлотта.

— Эй, — поздоровалась в ответ Вики, проплывая над каменным барьером и садясь на него.

К нам быстро присоединились другие. Эми села рядом со своей сестрой, а я заняла скамейку напротив Шарлотты. Лафтер села рядом со мной, и мы все начали доставать свои обеды. Я повернула голову, вынимая банку сока, слушая и глядя в небо.

— Похоже, фанаты Титанов собираются продолжать в том же духе в этом году, — отметила Шарлотта.

— Можно подумать, они смягчатся в какой-то момент, — прокомментировала Вики.

Она не слишком скрытно оглянулась через плечо, когда Дин вышел, чтобы посидеть с группой детей, которых он знал со времен своего пребывания в Голубом Космосе. Больше людей перешло на нашу сторону после того, как группа распалась, видимо, убежденные всем, что произошло в конце, что Голубой Космос был неправ.

— Дети Голубого Космоса когда-нибудь смягчались? — Лафтер достала сэндвич из своей сумки. — До того, как Голубой Космос накрылся, то есть.

Вики нахмурилась. — Справедливо. — Её хмурый взгляд углубился, и она сказала: — Можно подумать, они бы усвоили урок. Голубой Космос был мерзким, и все игнорировали это, пока им не ткнули в лицо. Титаны — точно такие же. Даже хуже. Они только что свергли другую страну.

— Сирия была одной из первых стран в мире, которая пала перед кейпами-военачальниками, — отметила я. — И с тех пор они экспортируют злодеев в другие страны. Многие люди долгое время хотели, чтобы с этим что-то сделали.

— Потому что куча кейпов, свергающих других кейпов, — это такое огромное изменение статус-кво. — Вики моргнула и посмотрела на меня. Я довольно хорошо научилась подавлять свою телепатию, чтобы предложить некоторую конфиденциальность, но некоторые вещи были очевидны. — Вот почему ты отчитала Марто в тот день во Франции, не так ли? Ты не хотела менять Джибриля-тирана на нас-тиранов.

— В основном, — подтвердила я. — Жаль, что людям может потребоваться слишком много времени, чтобы осознать ужасную вещь. Они игнорируют её так долго, как могут.

— Ты собираешься что-то с этим делать? — спросила Эми.

— Нет, — сказала я ей. — Это ничего не изменит. Один кейп-военачальник такой же, как другой, пытаются ли они выставить себя героем или нет.

— Тебе, возможно, стоит что-то обдумать. — Эми указала. — Дэвид продолжает ставить свое имя в заголовки.

— Он убил каких-нибудь Губителей? — спросила Лафтер.

— Он не укрывает злодеев полными ведрами.

— И являются ли Титаны арбитрами героя и злодея? — спросила я.

Эми пожала плечами. — Просто говорю. У тебя всё еще есть Райли. Готова поспорить, что это лишь вопрос времени, когда он использует это.

Я не стала спорить. Она, вероятно, была права.

Дэвид провел последние шесть месяцев, по сути, уничтожая Элиту и другие «маргинальные» группы злодеев. Негласной истиной мира кейпов при СКП было то, что многие кейпы действовали в серых зонах, склоняясь к героическим или злодейским часто в зависимости от того, где кто-то оказывался. Дэвида это не волновало, а СКП больше не было рядом, чтобы это обеспечивать.

Радикальные линчеватели и морально серые злодеи уничтожались направо и налево. Многие теперь пытались проскользнуть к Лондо Белл или корпоративным командам за защитой. Многим людям, особенно тем, кто жестко относится к преступности, это нравилось. Я даже не могла их винить. СКП решила отойти на второй план. У них были причины для этого, и люди не отдавали им должное за это, но эта политика создавала среду, где кейпы разгуливали безнаказанно.

Дэвид продвигал себя, выступая против этого.

Это не говоря уже о его агрессивном преследовании глобальных злодеев, террористов и целых стран. Сначала Румыния. Совсем недавно Сирия. У нас был почти месяц, когда он и небольшая команда уничтожали этих военачальников и внедряли своих собственных. Они называли это как-то иначе, конечно, но я не видела, как это было хоть чем-то другим. Я избегала попыток начать войну с любым правительством именно по этой причине.

Это было достаточно сомнительно, что я, по сути, привела своих собственных злодеев в Броктон-Бей, чтобы не пустить худших злодеев. Большинство из них теперь ушли. Слишком много героев для них, чтобы действовать, но у нас появлялись новые, которые прощупывали почву. Умники и Скрытники, желающие совершить другие виды преступлений. У Веды и Дины было много работы.

Я разглагольствовала.

Суть была в том, что Лондо Белл сражались с Губителями, да, но именно я убивала их и получала за это славу. Всякий раз, когда я пыталась поделиться славой, это просто выглядело как смирение для других. Люди любили фокусироваться на большом герое больше, чем на команде героев, даже если команда была тем, что им действительно было нужно. И хотя я стала фигурой больше жизни для многих, Дэвид уничтожал злодеев и банды каждые три часа.

Люди читали это как то, что я «Величайший технарь, который когда-либо жил».

Титаны «добивались своего».

— Давайте поговорим о чем-то менее мрачном, — предложила Шарлотта. — У меня этого хватает после школы.

— Ага, — согласилась Лафтер. — Давайте лучше поговорим о том свидании, на которое ты всё еще не пригласила Тревора.

Лицо Шарлотты покраснело. — Ну, я... Э-э... Это не то...

Лафтер указала на меня. — Она пошла и сделала это. У тебя нет оправданий.

— Она права, — согласилась Вики.

— Говорит человек, который всё еще отказывается признать, что хочет пойти на свидание с Дином, — съязвила я.

Вики покраснела, а Эми просто сказала: — Она права.

— Когда ты в последний раз была на свидании? — спросила Вики. — Каждый раз, когда я пытаюсь устроить тебе свидание с парнем...

— Я гей, — призналась Эми. Хотя я подозревала, что некоторые из нас уже догадались об этом.

Головы Шарлотты и Лафтер повернулись, наблюдая за блондинкой-сестрой, а не за той, что с пушистыми волосами.

Реакция Вики была более запоздалой. — Погоди, ты гей?

— Гейская, чем радуга.

Челюсть Вики отвисла. — С каких пор?

— Всегда.

— Ну, почему ты не сказала ничего...

Внезапно Администратор спустилась с небес и приземлилась рядом со мной. Она сидела прямо, руки на коленях, глядя прямо перед собой и став неподвижнее, чем те парни, которые притворяются металлическими статуями за деньги.

Вики и Шарлотта уставились.

Это был не первый раз, когда Администратор внезапно появлялась на обеде в Аркадии, но это всегда было немного неловко.

— Привет, — попыталась Шарлотта. Снова.

Я медленно жевала.

Администратор

.

Она слегка повернула голову. — Привет.

Вики и Шарлотта обменялись взглядами, а затем посмотрели на меня. Это была реакция, которую разделяло большинство студентов во дворе. Хотя Администратор регулярно появлялась во время обеда в конце прошлого семестра, она всё еще привлекала много взглядов, когда делала это.

Люди не знали, что о ней думать.

Она помогала мне справляться с такими проблемами, как Губители, но Дэвид говорил, что она хочет уничтожить мир.

Не помогало и то, что она всё еще училась тому, как растопить лед.

— Высококалорийные напитки увеличат твою жировую ткань, — попыталась она, заметив газировку Шарлотты.

Шарлотта выпрямилась и наклонила голову. — Это диетическая?

Администратор уставилась, озадаченная тем, как на это ответить.

Она не очень понимала светскую беседу. И тишина затянулась, что только сделало всё более неловким.

Помощь?

Ты могла бы попробовать спросить, как прошел её день, сначала. Оставь советы на потом.

— Где она была в последнее время? — спросила Вики.

Бровь Лафтер поднялась. — Ага. Не видела её где-то неделю?

Я пожала плечами. — Она убивала Машинную Армию там, в Иглтоне.

— Угроза устранена, — объявила Администратор тем тоном, который она пыталась сделать счастливым, но в итоге он получился просто жутким.

Мы всё еще работали над тем, что слова — это лишь часть человеческого общения.

— В смысле,

та самая

Машинная Армия? — спросила Вики. Она посмотрела на Администратора. — Ты убила Машинную Армию?

— Угроза устранена, — повторила Администратор.

— Полностью за кадром, — пошутила Лафтер.

— Пришлось что-то делать, — заметила я. — Ситуация вот-вот должна была взорваться.

У правительства хватило ума оставить на зарплате многие едва известные карантинные команды Протектората. Нилбог всё еще прятался в Эллисбурге, а Слир всё еще был заперт в узкой долине в Северной Дакоте. Оба были слишком опасны и ужасны, чтобы их игнорировать, и были публично известны. Каждый ответственный должен был убедиться, что успокоит людей, что конец Протектората не означает, что в карантинных зонах не осталось кейпов, чтобы справиться с плохими парнями.

Правительству удалось лучше скрыть ужас Иглтона, Кентукки. Когда несколько назначенных кейпов решили уйти, и никто не мог их остановить, они просто ушли. Машинная Армия заметила это. Она начала агрессивно прощупывать оборону.

Машинная Армия пала за день.

Остальные шесть были просто Администратором, убеждающейся, что она ничего не пропустила, и добивающей отставших.

— Я подтвердила уничтожение Машинной Армии.

Головы повернулись, когда второй аватар Веды поднялся по ступенькам на патио, её крошечное тело было одето в сарафан и детские кроссовки.

— Веда? — спросила Вики.

— Ага. — Шарлотта указала на среднюю школу через дорогу. — Она убедила школьный совет позволить ей ходить в школу.

Вики откусила сэндвич и прожевала. — Иронично?

— Я подумала, что было бы ценным опытом акклиматизироваться социально и лучше понимать людей, — ответила Веда. — Технически, мне всего год и три четверти от роду. Я думаю, школа будет полезным социальным опытом для будущего.

Она на мгновение посмотрела на Администратора, и напряжение в её взгляде можно было разрезать световым мечом в режиме «пластиковой биты». Она обошла меня с другой стороны. Лафтер отодвинулась, и Веда залезла на скамейку, прежде чем повернуться и сесть. Мы сидели там. Трое из нас — Администратор, я и Веда, — которые начали многое из того, чем стал мир вокруг нас.

Было сюрреалистично думать об этом. Как далеко мы зашли. Всё, чего мы достигли. Это не ощущалось как год. Это ощущалось как четыре или пять.

Почти так же сюрреалистично, как знать, что всё это скоро закончится.

Извинения

.

Пожалуйста, перестань извиняться

, — умоляла я.

С этим ничего не поделаешь. Есть то, что есть, и больше нечего сказать.

Она всё еще чувствовала вину, что кое-что значило для меня, но это просто мало что меняло.

Уже почти время, не так ли?

Я медленно жевала, ожидая её ответа. Полное повторное подключение всех Дел-53 обратно к Сети дало нам время. Администратор использовала это, чтобы наладить новые связи и укрепить позиции. Это предотвратило неизбежный коллапс, который нам нужно было закончить.

Но мы могли выиграть только столько времени.

Подтверждение

, — ответила она.

Почти время...

Я ничего не ответила, жуя свой лаваш и запивая соком, пока мы говорили о Машинной Армии, потом о Нилбоге. Вот была идея.

Это был приятный и тихий обеденный перерыв.

Но всё хорошее заканчивается. Обычно намного быстрее, чем хотелось бы.

— Время пришло, — объявила Веда.

— Должна идти? — спросила Шарлотта.

— Ага, — ответила я. — Время на исходе.

Она не возразила против этого комментария.

Из всей группы только Лафтер отреагировала, потому что только Лафтер знала.

Это немного разрывало меня. Я всё еще планировала рассказать другим — Шарлотте, например, — но я просто... я не знала. Кати и Дину нужно было знать. Им нужно было планировать на тот случай, когда я уйду. Релене тоже, конечно. Но всем остальным? Трудно было не смотреть на них и не думать, что им, возможно, было бы легче, если бы им не приходилось думать об этом целый год.

Часть меня хотела бы вернуться назад и просто никому не говорить, потому что временами это было так неловко.

Но такова жизнь, я думаю. Нет правильных ответов. Это не тест, который можно сдать или провалить. Это просто куча вещей — маленьких моментов и больших, — наваленных вместе.

Я хотела ухватить как можно больше этих моментов.

Мы пошли домой.

Я увернулась от репортеров, разбивших лагерь в квартале. Ничего особенного. Я прошла мимо, тихо улыбаясь камерам и не отвечая на пятидесятую итерацию одних и тех же вопросов. В конце концов, у меня был PR-план, который нужно было выполнить.

К счастью, Администратор парила над головой, и она привлекала гораздо больше внимания, чем я.

С тех пор как Дэвид ответил на вопросы: «Я должен был остановить Сиона, прежде чем Сион уничтожит мир», не было конца интересу или теориям заговора о втором «Сионе». Не говоря уже о том, что Администратор четко и неоднократно идентифицировала себя как «Зион», когда её спрашивали.

Но таков уж мир.

И разрыв во мнениях об Администраторе был таким же резким, как разрыв во мнениях о Дэвиде. Ноэль первой идентифицировала бывшего члена Котла как Учителя год назад. Теперь Александрия повторила это утверждение и выделила «Эйдолона» как человека, стоящего за этим именем. Дэвид не отрицал этого.

Это был, вероятно, лучший способ для него справиться с этой проблемой, но у Кати была поговорка. Лучший ответ, который ты можешь дать иногда, означает ответ, который вредит тебе меньше всего. Тем временем, так называемое «второе пришествие монстра, который планировал взорвать мир», было полезным и тусовалось со своими друзьями.

Как пугающе.

Папа наконец починил ту шаткую ступеньку — Микадзуки и Хаш помогли, — так что путь к двери был простым и удобным.

Я открыла дверь и вошла, крикнув: — Мы вернулись.

— Эй, — ответил мой отец из кухни. Он поднял глаза от бумаг на столе. — Хороший вечер?

— Нормально, — ответила я. — Школа тоже.

Мы оба знали точно, что произошло прошлой ночью, так же как мы оба знали, что никто из нас не хочет говорить об этом. Есть вещи, о которых просто не говоришь с папой. Мои отношения и сопутствующая сексуальная жизнь были достаточно сложными, спасибо большое.

Я вошла на кухню, за мной последовала Веда.

Папа посмотрел на неё, его реакция выдала удивление, которое он всё еще чувствовал, что маленькая девочка — это тот же человек, что и подросток, который был в доме ранее в тот же день.

— А ты? — спросил он.

— Школа — это странный опыт, — ответила Веда, — но я подозреваю, что это потому, что сама классная работа довольно проста для меня, чтобы выполнить её. Ред вкатился из гостиной, держа стопку бумаг обеими руками. — Я уже выполнила всё свое домашнее задание на неделю.

— Хорошая девочка, — съязвила я.

— Я стараюсь.

Я прошла через кухню к холодильнику. — Сделай это снова.

Веда повернула голову. — Почему?

— У кого-нибудь еще в средней школе есть способность выполнять несколько задач одновременно и использовать Харо, чтобы заполнить свои рабочие листы?

Веда уставилась.

Я достала пакет сока из холодильника и начала наполнять два стакана. — Я так не думаю.

Она была той, кто хотел испытать жизнь так, как её живут другие, «настолько точно, насколько она могла». Я просто указывала на это.

— Она права, — согласился папа.

— Да, — согласилась Веда. — Хотя, я задаюсь вопросом, имеет ли это значение. Даже если бы я сделала это с этим аватаром, работа не заняла бы много времени.

— Тактильный опыт — это часть жизни, — напомнила я ей.

Одна из тех простых вещей, о которых я продолжаю говорить. Замечаете закономерность?

Администратор проплыла мимо, и папа заметно напрягся. Мириады эмоций пробежали по нему. Страх. Печаль. Гнев. Ему было легче винить

её

в том, что должно было произойти, чем принять это. Инстинктивно, по крайней мере.

Через мгновение он подавил всё это и попытался быть дружелюбным. — Привет, Администратор.

Она наблюдала за ним, вина снова нарастала. —

Приветствия.

С этим она отплыла назад и поднялась по лестнице, как она часто делала, посещая дом.

Папа нахмурился. — Я...

— Всё в порядке, — сказала я ему. — Для неё это тоже странно.

Пока Веда садилась, а папа освобождал ей место за столом, я повернулась к гостиной.

— Эй, Клэр, — сказала я никому в комнате. — Если вы двое могли бы привезти Райли... — Портал открылся, прежде чем я закончила. — Спасибо.

Мгновение спустя Пинк прошла сквозь него и мгновенно повернулась к кухне. Райли последовала за ней, одетая в то, что, вероятно, работало как один из костюмов Сабах, но подогнанное под её размер. Черное и с оборками, с высокими сапогами и чулками. Она завязала волосы в пару хвостиков и начала использовать черную подводку для глаз и помаду.

Это был... Образ.

И её способ попытаться заново изобрести себя.

— Технически, это излечение от рака, если пациент умирает вместе с раковыми клетками? — спросила она.

— Сомневаюсь, что кого-то волнует разница, — предположила я.

— Ага, я так и думала. — Она вздохнула, подняла телефон и прижала большой палец к экрану. — Начинаю снова. Снова.

К счастью, мы всё еще держали её подальше от камер. Я не была уверена, как «пикси-гот Ампутация» будет выглядеть на камеру.

Я протянула ей сок и сказала: — Давай. Ужин через несколько часов.

Райли села в гостиной и потянулась за пультом, пока я вернулась на кухню. Папа начал складывать свои бумаги с помощью Веды. Пинк и Ред уже готовили. Похоже на курицу пармезан. Пинк в последнее время увлеклась итальянской кухней, и теперь она тратила часы на приготовление еды.

— Телевизор? — спросила я, подходя к стойке и беря второй стакан сока в руку.

— Конечно, — ответил папа. — Только что-нибудь не новости.

— Очевидно, — согласилась я.

Я подошла к задней двери и открыла её, прежде чем она постучала.

Лиза стояла снаружи с поднятой рукой.

— Привет, — поздоровалась я, прежде чем сделать глоток сока.

— Эй, — ответила она, хмурясь.

— Прошло много времени.

— Ага, ну... — она взглянула на свою руку и опустила её на бок — ...была занята.

— Наконец-то нашла грузчика, а?

— Ага. Сворачивает пространство так, что два места существуют одновременно. Почти уверена, что это можно использовать, чтобы разорвать людей пополам, просто посмотрев на них, но он любовник, а не боец.

— Сколько раз он к тебе приставал?

— Вещи, которые я делаю, потому что твой альтруизм заразителен, — пожаловалась она.

— Пинк скоро начнет ужин. Заходи.

Я повернулась, оставив дверь открытой позади себя. Быстрая проверка, когда я проходила мимо двери подвала, подтвердила, что Айши нет в доме. Она в последнее время много где бывала. Ей очень нравилось быть Скрытником и делать вещи Скрытника. Думаю, её забавляло, что Титаны и другие знали о её существовании на данный момент, но никто не будет помнить, что знал, когда она была рядом.

За исключением очень специфических мер предосторожности, которые Блэк и Веда могли обойти, Айша была практически неудержима без какого-либо основанного на силе способа обнаружить её. Было не так много кейпов, которые даже отдаленно приближались к тому, чтобы быть способными сделать это.

Она всё еще делала домашнее задание, и хотя её оценки не были блестящими, это, вероятно, было лучшее, что я когда-либо получу от неё.

Хорошо, что у неё многообещающее будущее в кейпстве, пока мы держим её на более правильной стороне вещей.

Пока я размышляла об этом, Лиза не торопилась.

Она провела рукой через дверную раму. Проверила саму дверь. Пол. Потолок.

— Ты серьезно всё еще в войне розыгрышей с Харо? — Я остановилась у двери на кухню и оглянулась. Она была. — Я думала, вы все прекратили это.

— Мы прекратим, когда я умру, — заявила Лиза.

Она сделала один осторожный шаг внутрь и после быстрой визуальной проверки пожала плечами и закрыла дверь. Она тут же нырнула в сторону, как будто уворачиваясь от чего-то, летящего из-за двери. Чего не произошло.

С этим она, казалось, расслабилась и последовала за мной в гостиную. Она остановилась, заметив Райли на диване. В отличие от папы, у неё не было месяцев привыкания к идее, что Ампутация — это просто ребенок.

— Что тебя привело? — спросила я, когда она стояла там, глядя в комнату. Я видела, что она не собирается оставаться, но было вежливо пригласить её.

К тому же я ударила её один раз и теперь чувствовала себя глупо из-за этого.

— Ты правда просто играешь в домик? — спросила она в ответ.

— Подумай об этом.

А именно о том, что как бы я ни старалась и как бы решительно ни была настроена вернуться как можно быстрее, часть меня была очень напугана. Напугана тем, что это займет слишком много времени. Что даже если я снова увижу своих друзей, мой отец может уйти, прежде чем я вернусь. Я полностью намеревалась убедиться, что этого никогда не случится, но я не могла просто стереть беспокойство об этом.

Так что я собиралась проводить время с отцом. Настолько, насколько могла.

Лиза поморщилась и отвела взгляд. — Верно. Я подумала, ты, возможно, захочешь узнать, что замышляет Тот-Кого-Нельзя-Называть.

— Ты можешь просто сказать «Лит».

Лиза опешила. — Ты уже знаешь, где он?

— По сути, — подтвердила я.

В этот момент открылся портал — Дверника — и Грин упал через него мне в руку.

— Миссия выполнена, миссия выполнена.

Я похлопала по верхушке его шара, и Лиза сузила глаза. Она, надо признать, была немного занята в течение нескольких месяцев. У нас не было много времени, чтобы поговорить напрямую. В основном мы общались друг с другом через Стеллу. Лиза не была рядом со мной достаточно часто, чтобы использовать свою силу и увидеть, что происходит.

Что было хорошо, потому что у меня всё еще были секреты, которые лучше было хранить. К сожалению.

К счастью, Лиза осознала это и не стала называть это слишком очевидно.

Она оглядела мой дом, глаза на мгновение задержались в направлении Администратора. Затем она сжала губы в линию и действительно посмотрела на меня.

Я позволила Грину спрыгнуть с моей руки, уверенная, что он сделал то, что мне было нужно, и что дело пошло.

Помощь Лизы была оценена по достоинству, но я занималась этим девять месяцев.

Девять месяцев — это много времени, чтобы планировать с тем, что может сделать прямая связь с Первичным Будущим. Мой план был уже готов. Все фигуры были на доске. Были уже некоторое время.

После того как Симург умерла, я посмотрела на Дэвида и поняла, что он не может победить. Не в риторическом смысле, а в самом буквальном.

На этом фронте ни одна вещь не изменилась. Что касается Лита... Ну, Убер сделал одну последнюю просьбу, и я не была настолько бессердечной, чтобы проигнорировать последнее желание мертвого человека, который не хотел ничего, кроме как спасти своего друга.

Лиза сглотнула. — Насколько далеко впереди всех остальных ты сейчас?

Я улыбнулась. — Достаточно.

— Это жутко.

— Говорит девушка, которая бегала вокруг, утверждая, что она экстрасенс.

— Говорит девушка, которая бегает вокруг и

является экстрасенсом

.

Я ухмыльнулась. — Иронично. Не так ли? * * * Я на самом деле переписала первые три главы этой арки за последние две недели XD Удивительно страшно писать конец чего-то, над чем я работала так долго. Отвлекает тоже, потому что в конце происходит так много всего, несмотря на то, что история готовится к завершению.

Единственное, чего я действительно хотела, — это чтобы Арка 19 была более «расслабленной», чем остальная часть истории до этого момента. Арка 18 — это пик напряжения и интенсивности в моем представлении. Всё, что после? На данный момент у Тейлор так много преимуществ и вещей, работающих на неё, что я не вижу никого как реальную угрозу с точки зрения силы. Это отчасти причина, почему хорошо закончить всё здесь, но также часть вызова написания глав.

Я хочу, чтобы эта глава была не о том, как Тейлор наконец побеждает всех, а больше о самой Тейлор. Где она оказалась и как далеко зашла, а также как она заканчивает всё. Дэвид? Лит? У неё уже есть план, и он просто разыгрывается вокруг неё, пока эти маленькие моменты доминируют в завершении её истории.

В следующий раз: Все добрые дела.

Бета-тестирование:

TSFreedom

и

Platinumsabr

.