Шаг 4.5
Ладно. С опозданием на два дня, но концовка этой главы далась мне с боем. Но всё еще на этой неделе, так что ура!
Шаг 4.5
— Добро пожаловать, Дайна Олкотт.
Дайна с любопытством переступила порог. — Привет, Веда.
Я закрыла дверь и вошла в гараж следом за ней.
— У меня сегодня немного вопросов, — сказала я. — Ты готова?
— Могу ответить на четыре или пять, — отозвалась она.
— Чуть позже. — Я сверилась со временем на телефоне. — Мне нужно сделать звонок через несколько минут.
Ее взгляд переместился на столы в центре мастерской. — Симпатичная фигурка.
— Это макет, — поправила я. — Для тестов.
У меня не было ни денег, ни материалов, чтобы построить армию дронов Веды, но небольшой масштабный образец помогал сориентироваться. В симуляторе можно сделать лишь определенный объем работы. Рано или поздно нужно построить что-то в реальности.
Фигурка была около фута ростом, нечто странно знакомое. Я узнавала многие детали. Сервоприводы. Скелет. Каркас. Однако броня и то, как были скомпонованы узлы, отличались от всего, что спроектировала бы я сама.
Возможно, Веда использовала «О Гандам» как образец или источник вдохновения, но в итоге у нее появились собственные идеи.
Голова и грудь представляли собой единую деталь, в визор была встроена одна камера, обеспечивающая обзор в двести десять градусов. Сопоставимо с «О Гандамом», но с гораздо меньшей сложностью. Простота хорошо описывала весь дизайн.
Идеально для чего-то, что задумывалось как расходный материал.
Взглянув на Дайну, я спросила: — Похоже на то, что ты видела?
Она покачала головой. — Нет, другое. Тяжелее. То, что я видела, летало.
Значит, не «Тиерен».
Веда упоминала, что слова Дайны вдохновили ее начать работу. И она очень хотела проверить теорию Дракона насчет моей способности. За несколько дней она прочитала сотни книг по физике и инженерии. Я хотела раздобыть ей доступ к научным журналам или, может, к какому-нибудь онлайн-архиву. Самые передовые исследования должны быть там.
Как быстро они растут.
— Харо играют в «Уно», — заметила Дайна.
Ред, Пинк, Нэви и Оранж сидели на полу у ног «О Гандама» рядом с фургоном, а между ними на полу лежала стопка разноцветных карт.
— В покере они оказались не сильны, — ответила я. — Или, наоборот, слишком сильны. Трудно сказать.
Ни у кого нет лучшего «покерфейса», чем у Харо.
Дайна не стала расспрашивать. Она поставила школьную сумку на пол, сняла очки и протянула их мне.
— Их нужно подправить, а то они сломаются, — сказала она.
Я приподняла бровь.
Она пожала плечами. — Они начинают барахлить.
Есть вообще такое слово?
Я взяла очки и подошла к верстаку. Оказалось, просто износилась деталь. Неудивительно. Там полно мелких запчастей. Какие-то из них рано или поздно должны были выйти из строя.
— Буду подправлять их каждые несколько недель, — согласилась я. — Идет?
Я вздрогнула.
Без очков нет защиты от непреднамеренных вопросов, а я уже привыкла не ходить по струнке в разговоре.
— Всё в порядке, — сказала она. — Очкам технаря нужно техобслуживание. Я понимаю.
— Верно…
Я собрала инструменты и отодвинула макет дрона Веды. Ремонт не занял много времени. Закончив, я вернула их. Дайна не сводила глаз со своей руки, пока надевала линзы обратно.
— Спасибо.
Я кивнула, переоделась в другой комнате и вернулась уже в полном костюме. Замерла на мгновение, глядя на представшую картину, и подумала, как же это скучно.
Харо и школьница средних классов играют в «Уно».
Мой новый эталон скуки. Странно, но всё равно скучно. Хуже, чем смотреть, как сохнет краска.
«Уинслоу» оставалась закрытой, хотя Блэквелл и учителя обзванивали всех, держа в курсе событий.
Я… я старалась об этом не думать.
Со временем чувство только обострялось. Вина, будто я желала людям боли. Не такой, конечно, но я мечтала об этом. О том, чтобы «Уинслоу» закрыли. Чтобы ученики, которые стояли в стороне и ничего не делали, получили по заслугам.
Удивительно, как то, о чем ты думаешь, чтобы справиться с болью, может само стать ее источником. Стоит лишь немного измениться обстоятельствам.
Не то чтобы мне было так уж плохо. Это было мимолетное чувство, но мне просто больше нечем было заняться.
Три дня, и ничего не произошло.
Банды затаились сильнее, чем когда-либо, а я не хотела их провоцировать. Не то чтобы подворачивались возможности. За последние два дня ни крупных партий наркотиков, ни поставок оружия. Почти казалось, что они тоже не хотят меня провоцировать.
Между молотом и наковальней. Я хотела продолжать давление, но не хотела, чтобы Кайзер приставил нож к горлу Парфянки и велел мне остановиться. А в такой ситуации он мог убить ее в любом случае, просто потому что мог.
Веселые мысли.
Я включила новости, репортажи продолжались. Речь директора Пиггот крутили почти каждый день.
Признаю.
Это была хорошая речь.
Всё пошло не так, как я ожидала. Она назвала это «инцидентом с парачеловеком». Несчастным случаем, вызванным неизвестной силой. Она даже упомянула меня. Очевидца, который подтвердил, что на Аишу Лаборн напал другой ученик в коридоре.
Она защищалась. Всё пошло наперекосяк.
— Мы не считаем ее злодейкой, — ответила Пиггот. — Нет никаких доказательств того, что в составе Неформалов появился новый участник, и мы не считаем, что она активно использовала свою силу до вчерашних событий.
— СКП уверена в этом? — спросил кто-то другой.
— В чем СКП уверена, так это в том, что именно по этой причине тайные личности должны уважаться. Если бы злодей не привел эти события в действие, более ста пятидесяти детей всё еще ходили бы в школу и жили своей жизнью, а не лежали бы в больничных койках, возможно, никогда не проснувшись.
— Что СКП предпринимает для того, чтобы подобная информация не могла быть так легко обнародована в будущем?
— В этом не было ничего легкого. Безрассудное пренебрежение человеческими жизнями со стороны Учителя было тщательно спланировано и исполнено. СКП при помощи Протектората и Дракона из Гильдии разрабатывает новые протоколы безопасности, чтобы устранить уязвимости, которыми воспользовался его агент.
Да… хорошая речь.
Она действительно умела переключать внимание с одного на другое.
С тех пор она выступала еще несколько раз. Постоянно напирая на Учителя и важность тайных личностей, если мир хочет избежать ситуации, когда злодеи будут бесчинствовать повсюду, а не просто разгуливать на свободе. Не думаю, что я была не согласна с этими доводами.
Тайные личности важны. Учитель пренебрег этим. Из-за него пострадали люди. Вините его, а не нас.
В каком-то смысле это казалось жалкой отговоркой, но посмотрите на меня — бегу за морковкой на конце палки. Пиггот полностью перевела дискуссию с «Уинслоу» на Учителя всего парой предложений.
Может, Сплетница всё это выдумала в итоге. Сказала, чтобы манипулировать мной и получить желаемое. Или, может быть, СКП сменила курс после моего разговора с Рамиус. Она так и не спросила меня о том соглашении о неразглашении, про которое упоминал Оружейник.
Я думала об этом в часы после «Уинслоу», но до того, как выступила Пиггот.
Что бы я сказала?
Я ведь никогда ничего толком не говорила. Ни прессе, ни в интернете. Держалась особняком. Старалась не злить людей, которые могли бы преследовать меня по закону.
Часть меня всё еще хотела что-то сказать, но что? СКП лжет. Я знала почему, даже понимала это. Они не хотели, чтобы люди знали, насколько плохо может пройти триггерное событие, точно так же, как я не хотела, чтобы люди знали, что я создала искусственный интеллект.
Реакция, страх. Что бы сделали люди, если бы узнали?
И всё равно я ненавидела эту ложь. То, что люди не в безопасности и даже не знают об этом.
Лицемерка ли я?
Я так не думала, но…
— Пора, — сказала Веда.
— Точно. — Я выпрямилась, убрала волосы назад, поправила маску и воротник и подключилась.
— Как раз вовремя, — поприветствовал Джей. Он держал бумаги в обеих руках, его синтетические глаза бегали туда-сюда по строчкам. — Я почти надеялся, что ты задержишься! Больше времени на обдумывание этих данных. Видишь ли, мы тут втянулись в небольшую дискуссию.
Эйч усмехнулся, его было видно за спиной мужчины у компьютера.
— Да. В дискуссию.
Джей повернул камеру. Неудивительно: О, Джи и Эс снова спорили друг с другом перед классной доской. Опять.
Они часто так делали. — Жизнеспособность генерации частиц в больших масштабах или «GN-частицы — это чушь собачья»?
— Скорее первое, чем второе, — ответил Эйч.
— Но и то, и другое одинаково захватывающе, — добавил Джей.
— Так в чем проблема? — спросила я.
— В осуществимости, — сказал Эйч.
— Реактор, который ты построила, можно адаптировать в генератор, — объяснил Джей. — Он мог бы питать небольшое здание. Не особо эффективно, заметь, но мог бы.
Ах. — И я не могу построить тысячи таких.
— Даже если бы могла, как бы ты их обслуживала?
Вот так я и поняла, что Фонд не совсем в курсе теории Дракона о моей силе.
Эйч задумчиво пробормотал вполголоса: — Чтобы создать настоящую альтернативу ископаемому топливу или ядерной энергии, понадобится что-то гораздо большее, с куда более высокой мощностью.
— А материальные компоненты становятся непрактичными после определенного масштаба, — сказал Джей. — Не то чтобы нам до конца ясно, что это за компоненты. В схеме, которой ты поделилась, есть пробелы.
— Я знаю, — пробормотала я.
Наверное, я и сама это понимала. Даже с неограниченным бюджетом строительство массивной солнечной печи имело мало смысла. Прагматично рассуждая, требовалось слишком много материалов, слишком много обслуживания. Ремонт очков Дайны занял у меня всего несколько минут, но что-то размером с машину могло занять часы.
— Но вы правы, — согласилась я. — У этого нет будущего.
Разочаровывающе.
— Мы этого не говорили, — усмехнулся Джей. — Наука и открытия не заканчиваются на первом же препятствии, дорогая моя.
Эйч кивнул. — Никогда не сдавайся только потому, что наткнулась на заминку.
— Вот об этом они и толкуют, — сказал Джей, кивнув в сторону троих мужчин. — Спорят о наиболее эффективном пути вперед.
Я приподняла бровь. — Например?
— Полное переосмысление принципов работы привода, — предложил Джей. — Например, орбитальная группировка.
— Орбитальная группировка? — Я откинулась на спинку кресла, глядя в потолок. — Как спутник, — пробормотала я. — Построить массив, чтобы брать солнечный свет прямо из источника и питать гораздо большую печь?
— Да. — Эйч отошел от компьютера и приблизился к камере. — Но как потом передавать энергию на поверхность планеты?
— Орбитальный крюк, — сказал Джей. — Или лифт.
— Лифт был бы лучше, — пробормотала я. — Понадобится выводить на орбиту много тяжелого оборудования, и если всё равно нужно соединение для спуска энергии… Но тогда потребуется гора наземной инфраструктуры, чтобы всё это заработало.
— Дорого и трудозатратно, — признал Джей. — Мир к этому не готов, и технологий таких еще нет. Тем не менее, это блестящее решение.
Эйч закрыл глаза и покачал головой. — Боюсь, это бессмысленно.
— Бессмысленно? — Я выпрямилась. — Чт… Симург? Точно.
— Именно. Пока наш ангел смерти парит в вышине, такой амбициозный проект, скорее всего, обречен на провал. То, что она вообще позволяет спутникам связи иногда беспрепятственно вращаться по орбитам, кажется какой-то условностью.
— Она могла бы сбить их все с неба, если бы захотела, — сказал Эйч. — Прикончить мир за один день, обрушив весь наш мусор обратно на планету.
— Не говоря уже о том, что наземная инфраструктура медленно подтачивается двумя другими, — добавил Джей. — Другие решения сталкиваются с похожими испытаниями.
Я внимательно посмотрела на его лицо. Трудно сказать без человеческих глаз. Интересно, он их заменил или что-то случилось?
— Вы не кажетесь особо удрученными, — заметила я.
Джей снова усмехнулся. — Подобные вызовы созданы для того, чтобы их преодолевать. Как и многое другое в жизни. Если бы человечество останавливалось перед первым же камнем преткновения, мы бы до сих пор жили в пещерах!
— Верно, — прошептала я.
Энтузиазма этому человеку было не занимать. На самом деле, это даже освежало.
— Приятно видеть, что ты проявляешь интерес, — задумчиво произнес Эйч. — После недель простого получения данных мы думали, что ты не приняла наши слова близко к сердцу.
Я постаралась не покраснеть, но всё же покраснела. Немного.
— Просто отвлеклась, — ответила я.
Недели планирования и проведения кампании против банд. Я потеряла нить, увязла в стычках кейпов — даже не пытаясь с ними сражаться — и забыла обо всём остальном, чего хотела достичь. Неужели все герои такие? Так быстро теряют из виду причину, по которой начали?
Я не хотела просто сражаться с бандами. Они лишь часть проблемы, часть того «шкафчика», что окружает меня.
Людям нужны были рабочие места. Законы, которые имеют значение. Герои, которым не плевать.
— Так легко забыть, ради чего я всё это затеяла, — призналась я.
— Так бывает со многими, — согласился Джей. — Там, где ты сейчас, паршиво.
— Не совсем. Все кажутся слишком напуганными, чтобы что-то предпринимать.
— Но кто-то что-то предпримет, — сказал Эйч. — В конце концов.
Джей кивнул. — И тогда… вы все забеспокоитесь.
Я поморщилась от этой мысли. В этом был смысл. Неизбежность. Понадобились недели, прежде чем кто-то выстрелил во Флёр после того, как «Новая Волна» раскрыла личности. В каком-то смысле это тоже казалось неизбежным. Рано или поздно кто-нибудь бы это сделал.
Хорошо, что я оставила Харо на дежурстве.
Пёрпл нарезал круги, присматривая за домом семьи Парфянки. Грин летал в юго-восточной части Доков, наблюдая за домом Тревора. Время от времени они пролетали над Набережной, чтобы заглянуть в «Кукольный домик».
Даззлер присоединилась к Стражам. Я рассудила, что там она будет в максимальной безопасности, а через несколько дней переедет в другой город, получит новое имя и костюм. Этого достаточно, чтобы скрыться от любого, кто не будет искать очень, очень усердно.
Броктон-Бей был безумным местом, но даже здесь злодеи не охотились на Стражей. Мясник и Зубы неистовствовали в Бостоне, и они не убили ни одного Стража. Пока что.
Я подумывала о том, чтобы вмешаться в это. Судя по новостям, Зубы пошли вразнос. Четверо независимых убиты только за первые сорок восемь часов. Протекторат хотел их остановить, но Зубы были как Империя. Они существовали еще до моего рождения.
Их просто невозможно заставить остано…
Черт возьми, теперь я соглашаюсь со Сплетницей!
Две минуты, даже меньше, чтобы долететь до Бостона на полной мощности. Я увеличила время работы GN-поля еще на десять минут, пока сидела без дела. Итого около тридцати минут. Вполне достаточно времени, чтобы что-то предпринять.
Вот только я не знала, не воспользуется ли кто-нибудь в Броктон-Бее моим отсутствием. Да и в бостонской ситуации с кейпами я не особо разбиралась.
Поэтому я продолжала ничего не делать.
Я ненавидела ничего не делать.
К счастью, три дня — это уйма времени для кучи «не-ничего-неделания».
— Есть кое-что еще, — сказала я. — Я сделала это для… для того, что случилось в «Уинслоу».
Джей и Эйч помрачнели.
— Печальное дело, — сказал Эйч. — Что это?
Веда упаковала файл и отправила.
Я дала им несколько мгновений, чтобы изучить его, оглянувшись назад, когда один из Харо провозгласил: — Уно! Уно!
Ред держал одну карту в своей робо-руке, размахивая ею над головой, как победным флагом.
— Тревога. Тревога. — Нэви положил карту. — Зеленая двойка. Зеленая двойка.
Дайна тут же ответила: — Реверс, реверс.
— Возьми две, возьми две! — объявил Нэви.
Ред закрутился вокруг своей оси. — Нечестно, нечестно!
— Просто, но идея неплохая.
Я повернулась обратно к монитору; О теперь стоял рядом с Джеем и Эйчем. Не уверена, кто из них говорил. Я никогда не слышала голоса О, но это мог быть Джей или Эйч. Странно.
Эйч посмотрел на меня с экрана, тепло улыбаясь. — Ты хочешь построить это для жертв инцидента в «Уинслоу», верно?
— В новостях говорили, что СКП собирается построить для них специализированную клинику, — ответила я. — Они не знали, как организовать повседневный уход. Вот как.
Харо.
Белый, полагаю, был бы подходящим цветом.
Они не будут похожи на остальных. Проще. Далеко не такие способные, как те, что в моей мастерской.
— Это похоже на других роботов, которых ты построила, так?
— Базовая конструкция та же.
— В этом не хватает некоторых деталей.
Да, не хватает. — Я стараюсь избегать всего, что требует участия технаря.
Джею и Эйчу понадобилось мгновение.
— О, — воскликнул Джей. — Амбициозно с твоей стороны. Ты стала проводить больше времени с Драконом?
— Не особо, — ответила я.
Я пыталась, честно говоря. Хотела спросить ее первой, когда задумалась о новом дизайне Харо. Дракон уже производила ряд коммерческих продуктов, которые не требовали постоянного обслуживания.
Но она была так занята, и я не хотела ее беспокоить.
— Я не совсем понимаю, где проходит черта, — призналась я. — Я технарь. Не использовать свою силу при проектировании или строительстве? Это непросто.
— Тогда выборочная проверка, — предложил Эйч. Он глянул в сторону. — О должен суметь помочь.
— Как?
— Он Мыслитель. Очень хорош в поиске изъянов.
Это не отвечало на мой вопрос. Почему все так уклончиво отвечают на мои вопросы? — Ладно…
— Это буквально то, чем он занимается, — объяснил Джей. — Он видит изъяны и может быть весьма гибким в определении того, что именно является изъяном.
— О. То есть, если мы определим изъян как «требует технаря для постройки»?
— Он сможет это проанализировать. Причем довольно просто, так как различие между тем, что может и что не может быть построено технарями, очень четкое.
О ничего не сказал. Он кивнул, наклонившись над Эйчем и Джеем, чтобы посмотреть на экран.
Это упрощало задачу. Просто строить Харо как обычно, давать О посмотреть на него, а затем корректировать детали. Метод проб и ошибок, пока не получится правильно.
— Ты намерена запустить массовое производство? — спросил Эйч.
— Не сейчас, — ответила я. — Мне нужно проработать проблемы. Протестировать. Может быть, после того как всё будет отлажено, тогда да.
— Интересно. — Джей погладил бороду своей протезированной рукой. — Одно из самых больших препятствий в современной медицине — переутомление персонала. Машина для выполнения базового наблюдения и очень простых процедур была бы огромным подспорьем.
— Более того, — сказал Эйч, — такое устройство можно было бы использовать при работе с высокозаразными заболеваниями. Обеспечить врачам доступ и «руки», упрощая при этом протоколы карантина.
— Именно об этом я и думала, — ответила я. — И таким образом врачи смогут наблюдать за всеми из «Уинслоу» и заботиться о них.
Джей кивнул. — И если не нужно будет активно заменять компоненты, сделанные технарем, ты сможешь обучить обслуживанию кого угодно.
— Я думала о том, чтобы запрограммировать Харо на самообслуживание. Нет причин, по которым один Харо не мог бы просто починить того, что стоит рядом.
Никто ничего не сказал.
— Что?
Они уставились на меня.
— Я что-то не то сказала?
— Просто предупреждение, — сказал Эйч, его лицо внезапно стало суровым. — Машины, которые могут чинить себя сами, находятся всего в одном шаге от машин, которые могут сами себя строить.
— Можно поспорить, что шага и вовсе нет, — заметил Джей. — А против самовоспроизведения существуют законы.
— Что? Почему?
— Нилбог. Катастрофа в Эллисбурге была чем-то большим, чем просто буйство одного кейпа. Его творениям не нужна его сила, чтобы существовать. Они выживают сами по себе. Размножаются сами по себе. Даже устранение его самого оставило бы их на свободе.
И? — Ну и что? Я не Нилбог.
— Нилбог был лишь первым, — объяснил Эйч. — Брид, бывший член Девятки, также обладал способностью создавать существ, которые пережили его смерть. Остановка этих существ была одним из наших первых проектов.
— СКП это не нравится, — сказал Джей. — Риск слишком велик, а они и так на пределе возможностей. Вот и всё, по сути.
— Но…
Им не нужно было говорить ничего больше.
Я достаточно хорошо знала лабиринт законов, окружающих кейпов. Если СКП захочет использовать их, чтобы убрать кого-то, они это сделают.
Что только добавило мне смешанных чувств.
— Это глупо, — проворчала я.
Вместо простой машины, которую можно оставить работать без присмотра, мне придется создавать службу поддержки? Потому что люди паранои…
Ладно. Ого. Вот мне и прилетела карма.
Всё равно тупо донельзя.
— Это же безобидные маленькие роботы, — пробормотала я.
— Некоторые из тех, кого они побили, могли бы не согласиться, — сказал Эйч. — Обстоятельства таковы, каковы они есть, боюсь.
Джей кивнул. — Это произвольное и несправедливое ограничение, но правоохранительные органы часто бывают произвольными и несправедливыми. Побочный продукт попыток втиснуть мир в рамки чего-то управляемого.
О кивнул у него за спиной.
— Так не должно быть, — удрученно сказала я.
— А я считаю, что в грустные дни с неба должны падать щенки, — ответил Джей. — Ты, конечно, вольна пойти дальше и спроектировать их именно так. Но будут последствия. На тебя обратят взор. Внимание, которого ты, вероятно, не хочешь.
История моей карьеры кейпа.
— Пока мы просто поработаем над прототипом. — Я повернула голову к О. — Если ты согласен.
Джей кивнул и слегка улыбнулся мне. — Нам стоит закончить наши выводы по солнечной печи. Хватит на сегодня отступлений и раздумий, хм?
Мы проговорили еще час. Они знали свое дело. Даже без моих слов Джи догадался, что мое ограниченное время полета связано с проблемами в GN-поле, а не в самом приводе. Я не просила идей, но они подкинули мне парочку.
— Деформация антенн — вот что странно, — ворчала я. — Оба раза, когда мой костюм получал повреждения, первыми вылетали антенны.
— Непредвиденная реакция между твоей карбоновой броней и частицами, — предположил Эйч.
— Может быть. Но я не могу понять, почему это происходит. Нет никаких причин для того, чтобы структура деформировалась именно так.
— Причина есть всегда. Нужно просто выяснить, в чем она.
Вечные оптимисты, этот Фонд.
— У какого-нибудь другого компонента наблюдается такая же деформация? — спросил Джи.
— Насколько я знаю, нет, — ответила я. — Меня даже Они Ли взрывал десятки раз, и броня пострадала только с одной стороны.
Оглядываясь назад, проектировать костюм так, чтобы мои руки находились в руках костюма, было не самой лучшей идеей. Взрывам Они Ли достаточно было лишь слегка сместить плечо костюма, чтобы вывихнуть мое собственное плечо.
В то время это казалось естественным. Исправление этого потребует почти полной переделки внутренних компонентов в грудной клетке. Место было, хотя и стало бы тесновато. К тому же мне пришлось бы привыкать к новой схеме управления.
— Это должно быть связано с GN-полем. Просто не уверена, как и почему.
— Вряд ли мы сможем что-то сделать без более пристального взгляда, — сказал Джей.
— А как насчет силы О?
— Его силе нужны четко определенные параметры, — ответил Джи. — Представление о том, как «правильно», чтобы он мог увидеть, что «неправильно». «Может ли обычный человек построить это» — это просто. «Может ли эта корректировка квантового фрактального поля решить мои проблемы» — нет. Для этого нам пришлось бы понимать лежащую в основе науку.
— Значит, нет, — пробормотала я. Кто бы сомневался. — Ну что ж. Вызовы. Преодоление. И так далее, и тому подобное.
— Вот это правильный настрой, — сказал Эйч.
Я вывела все свои данные по GN-полю и начала их просматривать. Снова. Линия оставалась открытой, но в основном мы со стариками просто болтали о пустяках.
В конце концов мы отключились, и я откинулась назад, обдумывая всё заново.
Мне было плевать, если людям это не понравится. Харо, способные чинить себя сами, имели слишком много смысла с точки зрения удобства использования.
С другой стороны, если мне нужно будет организовать службу поддержки, это просто будет означать больше рабочих мест.
А я хотела давать людям работу.
Я налажу производство Харо в Доках.
Обеспечу сотни рабочих мест разом. Без криминала. Законно. Легально. Респектабельно. Дам людям что-то иное, кроме преступности, чтобы они могли кормить свои семьи. Веда не подпустит банды. «О Гандам» и Харо разберутся с любым, кто попытается разгромить это место.
Конечно, денежный вопрос никуда не делся. Я ничего не знала о поиске инвесторов и о том, смогу ли я их вообще найти. С другой стороны, если Белым Харо не нужен технарь, я полностью обхожу практически все законы против изобретений технарей.
И если я это сделаю, банды поймут, как выманить меня. Стычки с кейпами станут неизбежными в тот же миг, как я заложу фундамент.
Вызовы, которые нужно преодолеть.
— Готова?
Я обернулась: Дайна стояла позади меня с блокнотом.
Мне нужно было быть дома в ближайшие пару часов. Шарлотта спасла меня от гнева отца, прикрыв перед Блэквелл — не думаю, что она знала о домашнем аресте, только о моей личности — но папа оставался в режиме сурового, мрачного молчания.
Я развернула кресло и достала телефон. Ред на секунду отвлекся от игры в «Уно», схватил запасной стул, который я раздобыла, и подкатил его туда, где стояла Дайна.
— Готова, — сказала я.
Дайна села, достала карандаш и кивнула.
— Пострадает ли Сабах Ибнат-Салах или кто-либо из членов ее семьи в течение следующей недели в результате раскрытия ее личности Учителем, будь то от рук кейпов, «Голубого Космоса» или случайных расистов?
Запутанные вопросы. Использовать ее настоящее имя на случай, если она не во всех вариантах будущего является Парфянкой, а затем набросать как можно больше деталей, чтобы максимально сузить круг возможностей.
Дайна посидела неподвижно мгновение, а затем ее карандаш заскользил по бумаге.
Только позже до меня дошло, что Дайна никогда не изо всех сил старалась вспомнить то, что видела. У нее могло не быть нужного контекста или она могла не до конца понимать увиденное, но мне никогда не приходилось спрашивать дважды.
Она записывала всё пункт за пунктом. Это заняло несколько минут. Каждое отдельное видение начиналось с маркера, а затем шли тире с деталями, которые она заметила.
Она вырвала листок из блокнота и протянула мне.
Убита во сне. Брат похищен. Однозначно худшие варианты из списка, но Дайна поставила крестик рядом с первым и обвела один из своих пунктов. Новость о каком-то кейпе по имени Скиттер.
Такого кейпа я не знала.
Если такой кейп появится, я буду беспокоиться об этом тогда.
Что касается ее брата: — Веда. Можешь присмотреть за братьями и сестрами Парфянки повнимательнее?
— Сделаю.
Я кивнула. Дайна не видела будущего, которое я могла бы назвать безопасным, но я не видела, что с этим можно поделать. Мои возможности сводились к продолжению наблюдения за ее домом и бизнесом. Следить, не хвост ли за ней. Всё в таком духе.
Мне это не нравилось, но что еще я могла сделать?
— Следующий? — спросила Дайна.
— Пострадает ли Тревор Медина или кто-либо из членов его семьи в течение следующей недели в результате раскрытия его личности Учителем, будь то от рук кейпов, «Голубого Космоса» или случайных расистов?
Эти вопросы мало чем отличались.
Дайна написала ответ и вырвала страницу.
Я взяла ее и начала задавать следующий вопрос.
— Будет ли…
Я подняла страницу. Перевернув ее и указав пальцем, я спросила: — Где это было?
Дайна посмотрела на запись и поморщилась.
— Магазин, — сказала она. — Много электроинструментов и всякого такого.
Хозяйственный магазин? Опять? Он не может быть настолько тупым.
— Пострадает ли Тревор Медина в ближайшие семьдесят два часа в результате того, что по глупости — эта часть вопроса, возможно, была лишней — ограбит хозяйственный магазин?
Дайна написала всего пару строк. Две из них сводились к «да».
— Как? — спросила я.
Дайна нахмурилась. — Входит мужчина. Стреляет в него.
Тревор не может быть настолько тупым.
Я полагаю, Стражи хотели забрать его к себе, как и Даззлер, и перевезти в другой город. Зачем ему грабить хозяйственный магазин сейчас? Он казался достаточно обеспокоенным судьбой своей мамы, и он рискнет ею, совершив такую глупость?
— Что ты помнишь о магазине? — спросила я.
Дайна на мгновение посмотрела в потолок. — Просто выглядит как магазин. Свет не горел, но он не казался очень большим. Мужчина был старым. Белым. С усами и морщинистый. На нем была армейская футболка и шорты.
— Значит, ночью.
— На улице было темно, — подтвердила она.
— Армейская футболка — в смысле камуфляжная?
— Нет. Те, на которых написано «Army».
В шортах и ночью. — Вероятно, владелец. У многих магазинов в Доках есть квартиры над ними. Веда?
— Ищу.
Мы подождали мгновение. Я обдумывала более конкретные вопросы, которые помогли бы сузить круг поиска хозяйственных магазинов на случай, если Веда не сможет найти его по владельцу.
— Мартин Крэнсон, — сообщила Веда. — Владелец «Хозтоваров Крэнсона».
Я повернулась к мониторам и нашла это место на карте города.
— Серьезно? — вздохнула я.
Мало того, что Тревор может ограбить какой-то хозяйственный магазин, он может ограбить тот, что в двух кварталах от его дома. Который он уже грабил.
— Он не может быть настолько тупым.
— Он ведь считал, что если оставить деньги, то это снимает вину за преступление, — напомнила Веда.
Он может быть настолько тупым.
Или отчаявшимся. Отчаяние мне было знакомо.
Позвонить в СКП? И что им сказать? У меня есть пророк, о котором я никому не говорила, и она думает, что какая-то версия Тревора может получить пулю? Может быть?
— Веда, где Тревор?
— Тревор Медина и Миранда Медина оба находятся в здании штаб-квартиры СКП Восток-Северо-Восток.
— Когда они выйдут, приставь к ним Харо. Если Тревор решит пойти на безрассудство сегодня вечером, мне нужно знать, чтобы я могла его спасти.
Надеюсь, на этот раз без осложнений.
Двигаемся дальше…
— Пострадает ли Лафтер Франкленд или кто-либо, связанный с ней, в течение следующей недели в результате раскрытия ее личности Учителем, будь то от рук кейпов, «Голубого Космоса» или случайных расистов?
Нет.
Никто не знал, что случилось с Хохотуньей, но Дайна не видела, чтобы с ней что-то произошло на следующей неделе. Иногда она видела вещи, которые не случались, или не видела того, что происходило, но не видеть вообще ничего? Я приняла это как знак того, что этого просто не случится.
Я спросила про Сира. Там тоже ничего, но он жил далеко в пригороде, вдали от мест, где банды вели свои дела. Он и так никогда не был особо активным.
— Я могу ответить еще на один, — предложила Дайна.
Я подняла голову. — Это уже пять.
— Два из них были простыми, — ответила она. — Я могу еще один.
Мои губы разомкнулись, но я осеклась.
Этого я и боялась, верно? Что я зайду слишком далеко. Буду использовать ее как вещь, а не как человека. Я действительно хотела задать вопрос. Он не выходил у меня из головы с нашей первой сессии вопросов и ответов на следующий день после того, как всё случилось.
Тогда я его не задала, отдав приоритет более насущным проблемам.
— Я не против, — сказала Дайна. — Честно. Могу еще один.
Я всё еще колебалась, но когда морковка прямо перед носом…
— Появится ли Учитель в новостях на следующей неделе?
Расплывчатый вопрос, невероятно расплывчатый, но мне и нужно было, чтобы он был таким.
— Следи за заголовками, — сказала я. — Не вглядывайся слишком сильно. Просто записывай все заголовки, которые увидишь.
Рука Дайны задвигалась. Никаких тире или маркеров. Просто строка за строкой. Десять. Двадцать. Тридцать. Я не думала, что она найдет так много. Насколько мы знали, сила Дайны выхватывала лишь пару десятков потенциальных вариантов будущего за раз.
Тем не менее, она выдала больше, чем я ожидала.
Когда она закончила и вырвала страницу, ее рука немного дрожала. Внутри меня всё сжалось.
Я зашла слишком далеко.
— Я в порядке, — вздохнула она.
Я взяла у нее листок. Может, она и не была в порядке, но дело сделано. Я пробежала глазами заголовки. Некоторые из них были бесполезны. То, что Учитель попал в новости, не означало, что Дайна видела что-то конкретное. Она не слышала, что говорят люди в ее видениях, так что разговоры ей не помогали.
Но кое-что она нашла.
Учитель наносит новый удар.
СКП под огнем критики.
Я впилась глазами в один из них.
Стоят ли тайные личности такой цены?
Это… Это имело полный смысл.
Я выпрямилась, вспоминая новости — всё сходилось.
Сплетница говорила, что он бьет дважды. Мои собственные изыскания это подтвердили. Более того, он всегда бил прямо в открытую рану. Привлекал внимание к чему-то одному, давал СКП попытаться минимизировать ущерб, а затем бил снова.
Логично, что он ударит по тайным личностям. СКП, вероятно, это знала. Вот почему они так упорно гнули свою линию.
Тайные личности важны.
Они обеспечивают безопасность людей.
Так как же Учитель это перечеркнет?
Заголовки были слишком туманными, чтобы сказать наверняка, но по крайней мере я знала, что это случится на следующей неделе.
И что именно я собиралась с этим делать?
Деятельность Учителя выходила далеко за пределы Залива. Международный преступник. Он занимался этим десятилетиями, даже продолжал свои интриги после того, как его отправили в Клетку. Как остановить того, кто уже был остановлен и просто продолжил свое дело?
— Это помогло? — спросила Дайна.
— Да. Спасибо.
Я отложила листок. Если другие злодеи не хотят ничего предпринимать — ладно. Я сосредоточусь на том, кто испоганил сотни жизней.
Вот почему я это сделаю в итоге.
Потому что, в конце концов, он просто очередной задира.
По крайней мере, теперь мне есть чем заняться.
— Готова идти домой? — спросила я.
— Не особо, — сказала Дайна. — Сегодня вечер тунца.
Я подняла ее сумку с пола. — Переживешь.
Я переоделась в обычную одежду, и вместе мы дошли до автобусной остановки. Дайну забрал отец, а после их отъезда я вернулась домой.
Как только пришла, сразу начала готовить ужин.
Я включила новости, следя за репортажами и пытаясь обдумать проблему.
Точнее, проблемы.
Папа пришел около шести.
— Я начала готовить ужин, — крикнула я. Когда он не ответил, я обернулась. Обстановка была напряженной, но неужели настолько, что он будет меня игнорировать? — Папа?
Он посмотрел на меня с неопределенным выражением лица. Поставил портфель и ослабил галстук.
— Что случилось? — спросила я.
— Сегодня в офис кое-кто приходил, — сказал он. Полез в карман и достал сложенное письмо. — Он передал мне это.
Он положил письмо на стол и сел.
Убедившись, что ужин не подгорит, я подошла и взяла бумагу. Плотный картон. Такой используют для важных штук, полагаю.
Развернув его и прочитав первые несколько строк, я почувствовала, как сердце екнуло.
— Меня переводят в «Аркадию»?
Папа улыбнулся.
Мои пальцы вцепились в бумагу.
— Это шутка?
Папа больше не улыбался.
Ну извините. Слишком мало, слишком поздно. Это казалось чертовой шуткой. Космической шуткой, которую вселенная играет с тобой. Я почти два года молилась о переводе в «Аркадию». О том, чтобы Блэквелл устала возиться со мной или чтобы кто-то просто проявил гребаное сострадание.
И они решили перевести меня сейчас? До конца учебного года осталось три недели.
Помимо первых строк, целый абзац объяснял причины. «Уинслоу» «недавно» потеряла восемнадцать сотрудников, и им нужно было перераспределить учеников. После изучения моего личного дела они решили, что для меня будет лучше перевестись в новую обстановку.
Я моргнула.
Из-за моего личного дела, говорилось там.
Они не использовали этих слов, но это звучало так, будто кто-то говорил: «Поскольку тебя мучили садисты и ты не получала помощи, мы отправляем тебя в другое место».
Я подняла голову, глядя мимо папы прямо в стену.
Затем: — Мне нужно побыть одной.
Папа вскочил на ноги. — Что? Тейлор, куда ты…
— Не сейчас! Это не может быть оно.
Я взлетела по лестнице, захлопнула дверь и для верности подперла ее стулом. Я слышала, как он поднялся следом, дернул ручку и позвал меня. Я повторила свои слова.
Как только я убедилась, что он не будет выламывать дверь, я достала телефон.
sys.t// >> «Голубой Космос» подал тот иск?
sys.v// << нет sys.v// << что случилось?
Всё не может быть так просто. Каковы шансы? Откуда Учитель вообще мог, черт возьми, об этом знать?
Но в этом был смысл.
Что могло бы полностью похоронить всю линию СКП о тайных личностях и о том, как они защищают людей?
Страж, измывающийся над сверстниками.
В этом было слишком много смысла.
Это бы их унизило. Сначала они не смогли навести порядок в собственном доме, и утечка файлов разрушила жизни. Затем, после того как они твердили о важности личностей, он сбрасывает Теневого Сталкера с обрыва…
Разве она этого не заслужила? И СКП тоже за то, что допустили это?
Вот только это делал Учитель. Какой бы плохой ни была СКП, они не сжигали мир дотла катастрофа за катастрофой. По крайней мере, не нарочно. Может быть. Или нет.
…
С тем же успехом можно выбирать между сэндвичем с дерьмом и гигантской клизмой.
Или между тем, чтобы сохранить свою личность в секрете, и нет. Черт. Учителю может быть плевать на то, что я сделала, если он хочет устроить зрелище. Пытаться добиться увольнения Блэквелл или заставить ее замять проблему было бессмысленно. Он всё равно пойдет до конца.
Даже если иск не сработает, он, вероятно, о нем знает. Сольет прессе или выложит в сеть.
И в итоге выбор сводился именно к этому. Не то чтобы мне это нравилось. Я хотела, чтобы они сгорели… как хотела, чтобы сгорела «Уинслоу».
Гребаное злорадство.
— София, мать ее, Хесс.
Я вдохнула и успокоилась.
Я не могла позволить себе роскошь злиться. Мне нужно было защитить себя. Защитить папу, Веду и Дайну. Если меня раскроют, у них у всех будут неприятности.
По крайней мере, СКП ясно дала понять, что хочет мне угодить. На каком-то уровне, по крайней мере. Я могла просто повторять это себе, отложив в сторону ложь и лицемерие. Пока не вытащу себя из этого пресловутого огня.
— Веда.
— Да?
Я распахнула окно, прихватила телефон и выбралась наружу. С папиной яростью я разберусь потом, когда моему дому не будет угрожать зажигательная бомба или что там еще могут придумать.
— Мне нужно встретиться с Рамиус. Лицом к лицу. Прямо сейчас. * * * Должна сказать, я так рада наконец-то покончить с этой побочной сюжетной линией. Немного жалею, что не замяла ее раньше, хотя не уверена, как бы я это сделала, чтобы не пострадало развитие персонажа Тейлор. Ну да ладно, наконец-то. В следующей главе будет много неловких разговоров, но, думаю, почти всем понравится, как Софию прижмут к стенке (вот это карма!).