Тяжело дыша, Ли Ханьвэнь потерял равновесие и с глухим стуком рухнул на землю – силы были на исходе.
Он попытался вскочить, но Цинь Ян мгновенно придавил его грудь ногой, приставив острие кинжала к самому горлу.
— Если мне не изменяет память, вы – бывший мэр Тяньхая, верно? — Цинь Ян смотрел на него холодным, пронизывающим взглядом. — Зачем вы нас похитили? На какую организацию работаете? И кто тот человек, к которому нас везли?
Ли Ханьвэнь покосился на то, что осталось от епископа Футу – кучку зеркальных осколков, напоминающих ошметки кожи, – и его губы искривились в горькой, почти самоироничной усмешке.
— Все кончено. Человечество уже не спасти.
— Отсчет для жизни в этом мире начался давно, — продолжал он, и голос его звучал отстраненно. — Это выбор самой Федерации. Если бы с самого начала целью были лорды, возможно, воцарился бы мир.
Он нес какой-то невнятный бред, из которого Цинь Ян не понял ни слова.
— Не уходи от ответа, — Цинь Ян сильнее сжал рукоять кинжала, лезвие вошло в плоть, и на шее старика проступила алая капля крови. — Отвечай на вопросы, иначе закончишь так же, как тот лысый монах.
Еще один сантиметр – и сталь прошьет горло насквозь.
Но на лице Ли Ханьвэня не было и тени страха. Он разительно отличался от епископа Футу, который до последнего позорно пытался сбежать.
— Послушай, дитя… Лорды – вот истинное проклятие. У вас осталось чуть больше месяца. Если успеете уничтожить эту партию лордов за отведенный срок, сторона монстров победит в этой «игре», и катастрофа прекратится.
Договорив, Ли Ханьвэнь замолчал. Возможно, его грызла вина за вред, причиненный жителям города, а может, он просто окончательно потерял надежду.
Внезапно он резко дернул головой вверх, сам насаживаясь шеей на кинжал Цинь Яна.
Послышался влажный хруст.
Цинь Ян оторопел.
Он попытался выдернуть оружие, но Ли Ханьвэнь мертвой хваткой вцепился в его руку и с силой провернул голову.
Раздался еще один мерзкий звук рвущейся плоти.
Аккуратная рана превратилась в зияющую дыру. Ли Ханьвэнь был мертв – он покончил с собой, использовав руку Цинь Яна.
В голове парня и так роились вопросы, но после этого самоубийства мысли окончательно спутались.
В этот момент снова раздался звон разбитого зеркала: Ли Ханьвэнь, как и епископ до него, рассыпался на сотни осколков. Лишившись связующего звена, Цинь Яна с огромной силой вышвырнуло из Мира в зеркале.
В мгновение ока он оказался посреди самой оживленной торговой улицы города. В уши ударил пронзительный крик.
Неподалеку звуки борьбы смешивались с воплями толпы.
Цинь Ян обернулся на шум и увидел, как стеклянные витрины магазинов по обе стороны улицы внезапно взорвались.
Тысячи осколков, словно обладая системой самонаведения, устремились вслед за Цинь Мэнъэр.
Несколько случайных прохожих попали под этот обстрел – несчастные мгновенно превратились в подобие окровавленных ежей. Люди в панике бросились врассыпную, оглашая окрестности криками ужаса.
Заметив на теле сестры многочисленные раны, Цинь Ян помрачнел и бросился на помощь.
Он с ходу метнул три Огненных гриба, жар которых заставил преследующие девушку осколки расплавиться на лету.
— Брат! Берегись стекла! — Выкрикнула Цинь Мэнъэр.
Едва она смолкла, как из витрины справа от Цинь Яна высунулась огромная рука, выстрелившая тончайшей, почти невидимой нитью.
Чутье на опасность сработало на пределе. Цинь Ян предугадал траекторию атаки за секунду до удара, но увернуться уже не успевал.
Он вскинул кинжал для блока.
Дзинь!
Раздался резкий звук. Нить пробила кинжал ранга Призрачное бедствие насквозь. Ее инерция значительно снизилась, но она все равно полоснула Цинь Яна по плечу, оставив двухсантиметровый разрез.
Пылая от гнева и боли, он резко отступил к центру улицы. Не обращая внимания на жжение в плече, Цинь Ян веером метнул сотни Золотых игл, вдребезги разнося витрины окрестных лавок.
— Брат! Ты как?! — К нему подбежала встревоженная сестра.
Он лишь покачал головой, с горечью глядя на израненную девушку.
— Это я должен тебя спрашивать.
— Со мной все в порядке, просто царапины, — она размяла руку, настороженно озираясь в поисках Цзинъэ.
Ее тело было покрыто порезами от стекла, и хотя раны саднили, жизненно важные органы не пострадали.
— Брат, этот тип может перемещаться внутри стекол, зеркал или любых гладких поверхностей, — быстро заговорила Мэнъэр. — А еще он управляет нитями, которые почти не видно. Они невероятно острые – даже снаряжение ранга Призрачное бедствие их не держит.
Цинь Ян мрачно кивнул.
— Мы в центре города. Гвардия Тяньхай скоро будет здесь. Мы слишком мало знаем о враге, так что не лезь на рожон. Как только придет подкрепление, будем в безопасности.
В подземельях Цинь Ян всегда действовал предельно осторожно. При первой встрече с боссом или элитным монстром он предпочитал уходить в глухую оборону, чтобы собрать информацию.
Тем более здесь, в реальности, где у него была всего одна жизнь.
Смерть тут окончательна. Поэтому он осторожничал вдвойне: даже зная возможности противника, при явном неравенстве сил он ставил во главу угла самосохранение, а не слепую уверенность в своих силах.
В этот момент на поверхности одного из осколков стекла отразился лик Цзинъэ.
Следом за этим тень выскользнула из отражения на асфальт, постепенно обретая плотные контуры.
Брат и сестра замерли в боевой готовности, их ладони, сжимающие оружие, мгновенно взмокли от напряжения.
— Я предполагал, что вы вычислите посредника, но не думал, что так быстро, — Цзинъэ досадливо вздохнул. — Подумать только: великий епископ пал от рук тех, кто слабее его на целый ранг.
Он поднял палец, указывая в небо.
— Впрочем, неважно. Мне нужно лишь задержать лишние помехи и на время лишить вас способности сражаться. А после я все равно доставлю вас к Понтифику.
С его пальца сорвалась белая нить, мгновенно устремившаяся в облака.
На высоте сотни метров она разделилась на бесчисленные тонкие волокна. Опускаясь, они ветвились снова и снова, цепляясь за стены зданий и сплетая вокруг брата и сестры сложнейшую сеть, напоминающую паутину.
В этот момент на место происшествия наконец прибыли Бай Цифэн и главнокомандующий Дуань Е в сопровождении отряда Гвардии Тяньхай.
Дуань Е, перепрыгивая через препятствия, сразу заметил приметную алую мантию Цзинъэ.
— Кардинал Общества Спасения… — он прищурился, и в его глазах вспыхнул гнев. — Хм, раз уж сам пришел в ловушку, то здесь ты и останешься навсегда!
Не дожидаясь ответа, Дуань Е резко ускорился, бросаясь на врага.
Цинь Ян, видя это, побледнел и закричал во весь голос:
— Назад! Не подходите! Здесь ловушка!!
Но предупреждение опоздало.
Расставленные нити были тоньше обычных, и без специальных навыков усиления зрения заметить их было невозможно.
Дуань Е влетел в самую гущу паутины. Острейшие волокна в мгновение ока отсекли ему левую руку, а на теле появились глубокие разрезы.
— Гх! — командир исказился в лице, резко затормозил и одним мощным прыжком выскочил из опасной зоны.
Он в ужасе уставился на идеально ровный срез на месте плеча, а затем коснулся кровоточащей борозды на шее.
Повезло – нить не успела перерезать горло.
— Командир Дуань! — Подбежавший Бай Цифэн не верил своим глазам, глядя на обрубок руки.
— Стоять! — Дуань Е вскинул правую руку, приказывая гвардейцам остановиться. — Впереди всё усеяно этими проклятыми нитями!