Зал Священной Короны.
В белоснежном купальном покое Вернер, раскинув руки, отдыхал у края бассейна, наслаждаясь услугами служанок, которые массировали его тело и растирали кожу.
Внезапно он резко распахнул глаза, взгляд которых стал острым, словно клинок.
— Что случилось, господин? — Служанка, разминавшая его бедра, замерла. — Я сделала вам больно?
Вернер не ответил, продолжая неподвижно сидеть в воде. Девушка поняла, что он вошел в состояние поиска – его душа уже простерлась далеко за пределы зала, выслеживая некое существо.
Вскоре он пришел в себя. Лицо его помрачнело, а брови сошлись у переносицы в тяжелой складке.
— Любопытно, — пробормотал он. — Твари из Изнаночного мира пробрались в Лицевой мир.
Служанка слегка вздрогнула:
— Но разве между мирами нет барьера? Неужели он рухнул?
Вернер покачал головой:
— Если бы барьер рухнул, эта игра давно бы закончилась.
— Местный администратор перестал выходить со мной на связь еще месяц назад, и я понятия не имею, что там стряслось, — продолжил он. — Но я, как посредник и судья, должен как можно скорее истребить подобное стороннее вмешательство.
С этими словами Вернер резко поднялся.
Капли воды сами собой скатились с его кожи, и служанки поспешили облачить его в одежды.
Затем он небрежным жестом разорвал пространство, создавая трещину, и вошел внутрь.
…
Гуанлин.
Тишину, сковавшую ошеломленную толпу, внезапно прорезал пронзительный вопль.
— Монстр… Монстр! — Истошно закричала старуха, чьи иссохшие губы задрожали в ужасе. Она сжалась, словно креветка, и, пятясь, опрокинула стоявшего позади остолбеневшего мужчину.
Люди мгновенно запаниковали. Триста человек, подобно потревоженным муравьям из разрушенного гнезда, бросились врассыпную, толкая и давя друг друга.
Безликая девочка медленно подняла голову, глядя на разбегающуюся толпу, и резким рывком бросилась в погоню.
Послышались резкие, влажные хлопки.
Она проносилась сквозь ряды беглецов, и каждый раз, когда она оказывалась рядом с кем-то, раздавался звук разрываемой плоти.
Безликая девочка расправлялась с ними, словно повар, шинкующий овощи: всего за десять секунд все, кто пытался спастись бегством, были изрезаны на куски.
Такая боевая мощь поразила даже Гуйинь.
— Надо же, — прошептала она. — Скорость почти как у моей Техники звукового взрыва. Это сила пробужденного Фактора Обожествления или… что-то иное?
Гуйинь не могла точно определить природу способностей Безликой девочки.
Фактор Обожествления обычно служил для восполнения и исправления собственных изъянов, делая обладателя совершенным, подобно богу. Он не давал способностей к столь радикальной эволюции.
— Расплата… это всё расплата… — мэр, привязанный к высокому помосту, смотрел на горы трупов без тени жалости. Напротив, ему было жаль девочку, превратившуюся в монстра.
В этот момент девочка, закончив с беглецами и потеряв прежние цели, зафиксировала взгляд на Гуйинь.
— Неужели она выбрала меня целью? — Уголки губ Гуйинь поползли вверх. Ей было крайне любопытно узнать, как сила этой малышки соотносится с ее собственной.
В мгновение ока девочка оказалась перед Гуйинь и взмахнула острыми костяными пальцами, метя ей в лицо.
Та инстинктивно вскинула руку для блока.
Однако произошло нечто непредвиденное.
Защита сильнейшего мастера LV50 оказалась не прочнее бумаги: маленькая девочка LV1 с легкостью раздробила ей руку, а затем одним ударом рассекла голову надвое.
Раздался резкий хруст, и тело Гуйинь повалилось на землю.
Увидев это, мэр запрокинул голову и зашелся в безумном хохоте:
— Ха-ха-ха!!
— …Боги все видят!
Когда последняя цель была повержена, Безликая девочка медленно повернулась к смеющемуся мэру.
Она давно утратила человеческое сознание. В ее душе не осталось ничего, кроме жажды убийства – она была готова уничтожить любое живое существо на своем пути.
Для нее бесконечная резня стала таким же естественным инстинктом, как для обычного человека – потребность в еде или воде.
Мэр, кажется, осознал свою участь. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза.
— Если это облегчит твои страдания, то приди и возьми мою жизнь, — прошептал он. — В конце концов, я прожил достаточно и готов уйти.
Он до последнего верил, что это его вина – что он вырастил подонков, из-за которых девочка превратилась в такое чудовище.
Но стоило девочке сделать шаг к нему, как за спиной старика бесшумно возникла Гуйинь, которая должна была быть мертва.
— Как же это страшно, — пропела она. — Убить меня вот так, одним махом.
Услышав голос за спиной, мэр в ужасе расширил глаза и резко обернулся.
Гуйинь стояла позади него, целая и невредимая.
— Ты!! Как такое возможно?!
— В этом мире полно невозможных вещей, старик, — отрезала она. — Ты стал бесполезен, так что отправляйся вслед за своими горожанами.
Гуйинь щелкнула пальцами, и голова мэра разлетелась на куски.
Брызги крови и серого вещества запачкали одежду Гуйинь.
— Ну же, крошка, давай проверим, насколько велик твой потенциал, — с азартной улыбкой произнесла она и в мгновение ока переместилась за спину девочки.
Прежде чем та успела среагировать, Гуйинь сжала ладонями ее голову и едва слышно прошептала:
— Бум.
Едва слово сорвалось с ее губ, внутри черепа девочки произошел звуковой взрыв.
Однако техника, способная с легкостью уничтожить мозг авантюриста LV50, не нанесла девочке практически никакого вреда. Она словно и не заметила атаки.
В следующую секунду тело девочки неестественно скрутилось. Не двигая ногами, она развернула торс назад и взмахом ладони вновь прикончила Гуйинь.
Но не успело тело коснуться земли, как Гуйинь возникла с другой стороны.
— Ой-ой, опять смерть… — пробормотала она.
— …Ты начинаешь меня злить, девчонка, ты это понимаешь? — Гуйинь размяла шею, ее взгляд, обращенный на Безликую девочку, стал ледяным.
— Если точечные удары тебя не берут, значит, этот город станет твоим надгробием. — Гуйинь широко развела руки, готовясь активировать резонансную звуковую волну, чтобы стереть Гуанлин с лица земли и посмотреть, выживет ли Безликая девочка в этом хаосе.
За секунду до того, как она собиралась применить навык, перед ней возникла пространственная трещина.
Гуйинь замерла: из разлома повеяло аурой, вызывающей первобытный ужас.
— Что это еще такое?
Девочка, кажется, тоже почувствовала приближение угрозы и инстинктивно отступила на два шага.
Вскоре из трещины неспешно вышел Вернер.
Его холодный взгляд скользнул по Гуйинь, и на мгновение ей показалось, что на этот раз она умрет по-настоящему.
Этот человек… был запредельно опасен.
Затем Вернер повернулся и зафиксировал взгляд на Безликой девочке.
— Тебе здесь не место, — Вернер поднял руку, направив палец на девочку. — Уходи и не возвращайся.
В следующее мгновение на кончике его пальца вспыхнул ослепительный свет, и луч чистой энергии мгновенно пробил лоб существа.
— Э-э-а-а-а!! — Она рухнула на землю, заходясь в крике, напоминающем вопли изголодавшегося призрака.
Ее плоть начала стремительно распадаться, превращаясь в серый пепел.
Меньше чем через пять секунд истошный крик Безликой девочки оборвался – она навсегда покинула этот мир.
Закончив дело, Вернер вновь перевел взгляд на Гуйинь.
Та замерла, словно перед лицом самой смерти. Она хотела бежать, но тело не слушалось, будто его пригвоздили к месту.
Вернер пристально смотрел на нее. Он не произнес ни слова, но на самом деле уже молча применил способность поиска памяти.
Вся картина произошедшего предстала перед ним.
— Вот оно что. Сила демонического зверя пометила координаты сингулярной точки, и твари с той стороны по чистой случайности сумели нащупать путь, — пробормотал он слова, смысла которых Гуйинь не могла понять.
Разобравшись в причинах, Вернер нашел способ решения проблемы и, развернувшись, скрылся в пространственной трещине.
Только тогда к Гуйинь вернулась способность двигаться.
— Ха… кха-ха…
Она жадно хватала ртом воздух, а по ее лбу катился холодный пот.
— Так вот какова мощь администратора Клана Небесной Луны? Ужасающе… Мы существуем в совершенно разных измерениях.
Впрочем, долго раздумывать Гуйинь не стала – ее цель была достигнута.
Узнав лучший способ активации Фактора Обожествления, она немедленно покинула это проклятое место.