Таверна «Атмосфера».
Су Байчжи замерла у плиты, витая в облаках, и даже не заметила, как запищал таймер духовки.
— Су-сяоцзе, если кухня взлетит на воздух, ущерб придется возмещать из своего кармана, — напомнил Чэнь Шэн, сидевший на высоком барном стуле. Су Байчжи мгновенно пришла в себя.
— А?!
Она суетливо выключила духовку и распахнула дверцу. По кухне поплыл запах гари.
Золотистые прежде яичные тарты теперь «украшали» черные подпалины.
Сердце Су Байчжи екнуло – кошельку явно пришел конец.
Скрепя сердце, она натянула перчатки, достала противень и выставила его на витрину:
— Хе-хе, босс Чэнь, ну подумаешь, чуть-чуть подгорели. На вкус же не повлияет, правда?
Чэнь Шэн приподнял бровь, и на его губах заиграла многозначительная ухмылка:
— Ха-ха, при чем тут «подгорели»? Это же паштел-де-ната, они и должны так выглядеть.
Договорив, он достал из-под прилавка ценник и заменил старый.
На табличке теперь значилось:
«Леопардовые португальские тарты – пять серебряных за штуку».
Ну и дела. Подгоревшие сладости стали на два серебряных дороже оригинала.
У Су Байчжи нервно дернулось веко – находчивость Чэнь Шэна ее просто поразила.
— Ладно, продавай дальше. И не кисни, вычитать из зарплаты не буду, — закончив с ценником, Чэнь Шэн вернулся на свое место.
Су Байчжи даже не знала, что сказать.
Прошлой ночью она вместе с Ду Тяньюем до рассвета штурмовала финальных боссов – Энцо и Сесилию.
И на собственной шкуре прочувствовала, что такое безумное сочетание чудовищных статов и выматывающих механик.
Когда здоровье демона Энцо падает ниже семидесяти процентов, из девяноста девяти маленьких кратеров тянутся кровавые нити, впиваясь ему в спину и восстанавливая здоровье с бешеной скоростью. В этот момент нужно за пять секунд перерубить красную нить за его спиной, иначе Энцо не только полностью исцелится, но и обрушит на арену дождь из лавы.
Спрятаться можно только в травяной зоне, иначе – мгновенная смерть.
И это была лишь одна из механик.
Другая заключалась в том, что Энцо начинал заряжать проклятый тризуб в течение семи секунд, становясь при этом неуязвимым.
Единственный способ спастись – заставить ангела Сесилию атаковать Энцо. Если зарядка завершится, тризуб неизбежно поразит цель, и никакая «фазировка» не поможет.
Это навык судьбы, от которого не скрыться.
Если Энцо отвечал за урон, то Сесилия была поддержкой.
У нее тоже имелись две механики. Первая – пассивное исцеление, причем скорость восстановления была запредельной: один процент в секунду!
Су Байчжи и Ду Тяньюй пытались сосредоточить атаки на ней, но весь нанесенный урон восполнялся в мгновение ока.
Спустя сотни смертей они обнаружили: если направить атаки Энцо на Сесилию, ее регенерация блокируется примерно на три минуты.
Что касается второй механики – у нее, как и у Энцо, был навык гарантированного убийства.
Лира в ее руках превращалась в золотой лук, выпускающий три стрелы неизбежной гибели.
Контрмера была той же – спровоцировать атаку Энцо, чтобы сбить каст.
В общем, за ночь они погибли более шестисот раз. Их лучший результат – довести Сесилию до критического состояния.
Когда они спросили у Чэнь Шэна, есть ли у финального босса вторая стадия, тот промолчал, лишь загадочно улыбнувшись.
С того момента Су Байчжи и Ду Тяньюй поняли: на этом боссе они «засядут» минимум на неделю.
Сейчас было восемь двадцать утра. Через десять минут смена Су Байчжи заканчивалась.
Посмотрев на витрину, где осталось всего пара порций завтрака, она потянулась, мечтая поскорее завалиться спать, чтобы ночью снова отправиться на истязание.
В этот момент в дверях показалась подозрительная фигурка.
Лоло посмотрела на вывеску с корявыми буквами. Убедившись, что это та самая таверна «Атмосфера», она толкнула калитку, которая была выше ее головы на палец, и вошла внутрь.
Динь-дон!
Оказавшись в шумном зале таверны, Лоло сузила зрачки и мгновенно заприметила за стеклом витрины остатки завтрака.
В горле пересохло, она сглотнула слюну и на коротких ножках подбежала к прилавку. «Леопардовые» тарты выглядели невероятно аппетитно, рот наполнился слюной.
— Еда… Я так хочу есть…
— Хм? Чей это ребенок?
Услышав нежный детский голос, Су Байчжи встала и вытянула шею, только тогда заметив Лоло.
Высота витрины составляла метр сорок. Получается, эта малышка была даже ниже метра сорока.
— Хочу купить. Еду, — Лоло подняла руку, потряхивая увесистым мешочком с золотом, и указала на последний подгоревший тарт.
— Подгоревший… кхм! Леопардовый тарт, верно?
— Ладно, пять серебряных за штуку. Сейчас достану, — Су Байчжи положила лакомство на поднос и выставила на кассовую стойку, которая была пониже.
Затем она взяла у Лоло одну золотую монету и выдала девяносто пять серебряных сдачи. Тощий мешочек мгновенно раздулся так, будто готов был лопнуть в любую секунду.
— Девочка, у тебя есть виртуальный счет? Налички слишком много, боюсь, растеряешь…
Су Байчжи не успела договорить – Лоло, не обращая внимания на мешочек, схватила тарт и принялась жадно его уплетать.
Несмотря на крошечный рост, ела она на удивление быстро. В мгновение ока тарт, который был размером едва ли не с ее лицо, исчез.
— Мало. Еще.
— Ну и аппетит у тебя, малявка. Осталось три жареных пирожка и две полоски теста. Что будешь?
Лоло вскинула пухлую ручонку, сжимая кулачок:
— Я возьму всё!
Серебро: — 7.
Лоло получила свои пирожки и хворост, но и они закончились подозрительно быстро.
Поглаживая пустой живот, она снова посмотрела на Су Байчжи снизу вверх.
Та слегка опешила. Взглянула на часы – до конца смены одна минута.
Потом на жалобную мордашку Лоло. Совесть все-таки победила.
— Ладно! Сейчас приготовлю тебе завтрак. Отметь в меню, что хочешь, — Су Байчжи протянула листок и карандаш.
Лоло взяла карандаш и решительно обвела огромным кругом все позиции:
— Каждого по десять порций. Спасибо.
У Су Байчжи потемнело в глазах. Она пожалела. Нужно было решительно уходить домой.
В этот момент к ним с сияющей улыбкой подошел Чэнь Шэн, держа в руке бутылочку эликсира бодрости.
— Девочка, как тебя зовут?
— Лоло. Я хочу есть, — без тени опаски ответила та.
Одного взгляда хватило, чтобы понять: перед ними классическая «три-без» лоли, не обремененная лишним интеллектом.
Без груди, без мимики, без эмоций в голосе.
— Лоло, угощаю тебя сладкой водичкой. Выпьешь – и сразу наешься, — Чэнь Шэн с улыбкой протянул ей эликсир.
Су Байчжи была в недоумении: с каких это пор прижимистый босс Чэнь раздает эликсиры ценой в двести золотых направо и налево?
Лоло никогда не отказывалась от того, что можно съесть или выпить. Она решительно взяла бутылочку, открутила крышку и осушила ее залпом.
Допив, она пару раз чмокнула губами, и ее спокойное, как зеркальная гладь, личико внезапно исказилось гримасой боли.
— У-у… Горько. Это не сладкая водичка…
— Ха-ха, Лоло, а теперь скажи: ты все еще хочешь есть? — Вкрадчиво спросил Чэнь Шэн.
Лоло внезапно осознала, что пустота в животе сменилась ощущением полной сытости.
— Не хочу. Горькая водичка – сильная…
— Еще бы. Это эликсир бодрости стоимостью в двести золотых. Он не только восстанавливает силы, но и заменяет полноценный обед, — Чэнь Шэн состряпал коварную мину и посмотрел на пустую бутылочку в руках девочки. — Послушай, Лоло, эликсир-то не бесплатный. У тебя ведь найдется двести золотых?
Лоло покачала головой, указывая на мешочек на прилавке:
— У меня только девять золотых и куча серебра.
Чэнь Шэн сокрушенно вздохнул:
— Жаль, Лоло. Наше заведение в долг не работает. Но… ты можешь отработать эти сто девяносто золотых.
С этими словами он смахнул ее мешочек с деньгами, а в другой руке у него материализовались контрактный бланк и подушечка с красной тушью.
— Хочешь стать контрактным авантюристом нашей таверны? И деньги заработаешь, и жилье с питанием обеспечим!