Цинь Ян и сам не понимал, что за сила пробудилась в его теле.
Сейчас им двигало лишь одно желание – поскорее унести сестру из этого проклятого места.
Любого охранника, вставшего на пути, хватало одного взгляда, чтобы отправить в полет до самого потолка. Они врезались в перекрытия и тут же теряли сознание.
— Держись, Мэнъэр, брат сейчас выведет тебя отсюда и найдет врача, чтобы спасти тебя, — Цинь Ян успокаивал сестру, все еще находившуюся под действием наркоза.
Он бежал, выверяя каждый шаг, боясь, что резкие движения потревожат рану на животе девочки. Кровь уже начала просачиваться сквозь повязку; будь разрез хоть немного глубже – и ткани бы окончательно разошлись.
Путь был свободен.
Но стоило Цинь Яну оказаться у самого выхода, как тяжелая стальная дверь, заклинившая из-за сбоя, внезапно с грохотом рухнула вниз.
Раздался оглушительный удар.
— Хорошо, что у этой тупой двери есть ручное управление. Сдавайся, Первый. Рана Второго открыта, и на воздухе риск инфекции только возрастет. Ты сам ее губишь, — Цинь Вэйхуа вышел из бокового коридора в сопровождении отряда элитной охраны в черном, отрезая последний путь к отступлению.
Цинь Ян до боли закусил губу, его полный жажды крови взгляд впился в Цинь Вэйхуа.
Однако Цинь Вэйхуа смотрел лишь за спину юноши. Там трепетала пара призрачных, прозрачных крыльев, невидимых для обычного человеческого глаза.
Именно эта сила мгновение назад швыряла охранников под потолок.
— Неужели форма начала проявляться в столь раннем возрасте? — На лице Цинь Вэйхуа отразилась смесь тревоги и озабоченности.
— Старый хрыч! — В ярости выкрикнул Цинь Ян. — Живо открой дверь и выпусти меня! Иначе не обижайся, если я перестану быть вежливым!
Цинь Вэйхуа глубоко вздохнул:
— Столь раннее пробуждение силы твоей матери – это плохой знак. Твое подсознание уже под влиянием, ты хоть понимаешь это?
Он властно махнул рукой:
— Схватить Первого!
Элитные бойцы хлынули вперед. Глаза Цинь Яна налились багровым светом, прозрачные крылья за его спиной увеличились вдвое, а их перья стали твердыми, словно сталь.
Он взмахнул ими наотмашь.
На этот раз охранники не полетели к потолку. В то мгновение, когда острые и жесткие перья скользнули по ним, люди превратились в груды разрубленного мяса.
Белоснежный коридор в мгновение ока превратился в скотобойню.
Воздух пропитался едким запахом крови. Зрачки Цинь Вэйхуа сузились – он недооценил скорость роста Фактора Обожествления в теле сына. И переоценил способность Цинь Яна контролировать эту мощь.
Сейчас юноша стал рабом этой силы, марионеткой в руках Фактора.
Цинь Вэйхуа только собирался выкрикнуть приказ, но Цинь Ян нанес удар первым. Прозрачные крылья мелькнули в воздухе: одно из них отсекло четыре пальца на левой руке отца, а другое распороло ему живот, из которого тут же полезли кишки.
— А-а-агх… — Цинь Вэйхуа, лишившись сил, рухнул на колени.
Цинь Ян осторожно опустил сестру на пол и медленно, размеренным шагом направился к отцу. Его руки окутала дымка крыльев – он явно намеревался покончить с ним лично.
— Первый… не давай Фактору Обожествления подавить твою волю. Вспомни, зачем ты бежал? Ради кого? — Цинь Вэйхуа, собрав последние крохи сил, прохрипел эти слова, пытаясь вернуть ускользающее сознание сына.
Цинь Ян оставался безучастным. Он подошел вплотную, замахнулся окутанной силой правой рукой, готовясь снести голову Цинь Вэйхуа.
В этот миг раздался резкий звук разрываемой плоти.
Тело Цинь Яна содрогнулось. Алые зрачки вернули нормальный вид, а затуманенное сознание мгновенно прояснилось.
Опустив взгляд, он увидел, что его грудь насквозь пробита армейским кинжалом.
А держала этот кинжал его только что пришедшая в себя сестра.
Цинь Ян обернулся и, увидев залитое слезами лицо Мэнъэр, неверяще прошептал:
— Почему…
— Ты не мой брат! Убирайся из его тела! — Сквозь рыдания закричала Цинь Мэнъэр.
Сердце Цинь Яна сковал холод. Силы покинули его, и он тяжело рухнул на пол. Зрение затуманилось; он чувствовал, что смерть близка. Но в душе кипела обида – он не понимал, почему сестра подняла руку на того, кто ее защищал.
«Ложь…»
«Все это ложь!»
«Не может быть…»
«Мэнъэр никогда бы меня не убила! Наверняка этот подонок Цинь Вэйхуа проводит надо мной какой-то эксперимент по внушению! Точно!»
Цинь Ян кричал в глубине своего разума. Он до последнего верил, что сестра не могла вонзить в него нож.
Даже когда мир окончательно погрузился во тьму, а сознание начало гаснуть, он продолжал верить, что это еще не конец.
В этой пустоте…
Цинь Яну показалось, будто он упал в воду. Вокруг царила непроглядная темень, но он отчетливо ощущал удушье, характерное для утопающего. Закрыв глаза, он доверился интуиции и начал грести вверх.
Спустя минуту он прорвал водную гладь и жадно глотнул свежего воздуха.
Тьма тут же отступила.
Осмотревшись, Цинь Ян понял, что находится на платформе перед Бодхисаттвой Гатлинга. Тот, кто должен был быть раздавлен гигантской ладонью Будды, теперь стоял на ногах, полный сил, а его здоровье восстановилось до максимума.
Казалось, будто недавняя гибель под ударом была лишь иллюзией.
На самом деле так оно и было. Состояние восстановилось потому, что он прошел испытание ментального демона – своего рода награда за победу над собой.
— Мэнъэр! — Первым делом Цинь Ян бросился проверять сестру.
Стоило ему обернуться, как Цинь Мэнъэр села, потирая виски.
— Брат… мне будто приснился кошмар. Будто ты меня зарезал. Хорошо, что это неправда…
Услышав это, Цинь Ян лишь горько усмехнулся. Он так и знал, что сестра никогда бы не подняла на него руку. Однако те видения не были совсем уж ложными. Когда-то Цинь Ян действительно вывел сестру из лаборатории, и охрана в черном действительно пала от звериной мощи в его теле.
Просто позже, испугавшись, что эта сила захватит его разум, Цинь Ян запечатал те воспоминания в самых глубинах сердца.
И вспомнил о них лишь сегодня.
В этот момент за его спиной медленно материализовались белоснежные пернатые крылья.
— Брат? — Мэнъэр в изумлении уставилась на Цинь Яна. Она видела прозрачные крылья в призрачном мире, но никогда – такие настоящие.
— Ладно, пора заканчивать этот бой.
— Я и сам не уверен, насколько велика эта мощь, но чтобы разобраться с этим кибер-Буддой, гораздым лишь на подлые трюки, ее должно хватить.
Цинь Ян поднял голову и посмотрел прямо в глаза Бодхисаттве Гатлинга.
— Ультимативный навык уже использован, и эффект так себе. Один раз ты меня подловил, но второй раз не выйдет.
Насмешка Цинь Яна вызвала лишь странную улыбку на лике Бодхисаттвы Гатлинга.
— Амитабха. Оба благодетеля успешно обрели мудрость.
— …Лишь теперь я могу развернуться в полную силу.
С этими словами за спиной Бодхисаттвы Гатлинга, словно лепестки распускающегося цветка, раскрылись тысячи рук, сияющих золотым светом. Это и была истинная боевая форма великого босса.
— Брат… я думаю, лучше тебе больше не провоцировать босса, — прошептала Цинь Мэнъэр, сглатывая от волнения при виде системы Тысячерукой Гуаньинь, развернувшейся на теле кибер-Будды.
Лицо Цинь Яна едва заметно дернулось. Он все же недооценил коварство этой железной машины. Оказалось, что обрушившаяся с небес рука ментального демона была всего лишь разминкой.