— А-а-а-а-а!!
— Я тебя пришибу! — Гнев, еще не осознавший всей серьезности ситуации, снова бросился на Ярость.
— Да уймись ты уже, придурок! — Ярость улучила момент и мертвой хваткой вцепилась брату в горло.
— Кх… Кх-кх!!
Гнев отчаянно колотил по ее рукам, на которых от злости вздулись жилы. После слияния они делили силу одного тела на двоих. И хотя врожденная мощь Гнева была выше, огромный боевой опыт Ярости позволял ей полностью доминировать над нерадивым братом.
— Слушай сюда, тупица!
— Эта странная кровь делает твое сознание материальным! Ты потеряешь способность к бесконечному возрождению! Если хочешь жить – делай, как я скажу! — Прошипела она ему прямо в лицо.
Гнев замер. Ярость наконец-то сумела его припугнуть. Он впервые видел сестру в таком подлинном бешенстве. Его куриных мозгов хватило, чтобы понять: сейчас она не шутит.
— И… и что нам делать?! — Даже признавая поражение, он не умерил свой дерзкий тон.
Ярость посмотрела на дыру, из которой хлестала кровь. Она сжала кулаки, приняв тяжелое решение.
— Слушай внимательно. Есть только один способ выбраться.
— Я сниму всю защиту, а ты прямо сейчас сливайся с самыми глубинами моего сознания! Как только я выведу нас наружу, я тебя выпущу. Что бы там ни случилось, ты сразу бери контроль над телом и уноси ноги! Не оглядывайся! — В ее голосе, обычно холодном и жестком, промелькнули нотки прощальной грусти.
— Слиться с твоим сознанием? А не боишься, что я тебя сожру? — Гнев оторопел.
Даже он понимал, что Ярость идет на безумный риск, открывая ему доступ к самому сокровенному. В глубине сознания она не сможет защититься, и если Гнев захочет что-то предпринять, она будет бессильна.
— Это наш единственный шанс! Еще немного, и будет поздно! — Ярость не стала ничего объяснять, лишь настойчиво подгоняла его.
— Ладно. Попробуешь меня обмануть – сожру твой разум в тот же миг! — Гнев стиснул зубы и, решив, что для него в этом нет вреда, нырнул в глубины ее сознания.
Как только он скрылся, Ярость запечатала доступ. Она посмотрела вниз, на кровь, которая затопила уже больше половины комнаты, и тяжело вздохнула. Затем, устремив взгляд на кровоточащий пролом, она собрала всю доступную энергию и направила ее на поверхность своего призрачного тела. С яростным криком она рванулась к выходу.
— …
Снаружи Цинь Ян ясно почувствовал, как из недр скелета рвется колоссальная мощь.
— Хочешь прорваться силой? А меня ты спросила? — Он сжал палец, заставляя кровь течь еще обильнее.
После слияния с Запретным заклинанием кровавых грибов его кровь обрела свойство бесконечного восстановления. Пока рана не была фатальной, вроде полного испарения или полного обескровливания, любая отрубленная конечность или голова мгновенно прирастали на место.
Кроме того, Цинь Ян обнаружил одну интересную особенность: его кровь сохраняла исцеляющую силу даже вне тела. Из нее можно было делать эликсиры для других авантюристов. Однако вне организма кровь вела себя иначе.
Ее концепция исцеления становилась абсолютной: всё, что не соответствовало норме человеческого организма, признавалось «болезнью». А болезнь нужно лечить. Костяной остов Ярости нарушал все законы природы, и кровь распознала его как аномалию. Проникая внутрь, она начала «лечение», разрушая магические законы скелета и заставляя призрачные сущности Ярости и Гнева обретать плоть.
Цинь Ян почувствовал, как энергия вырвалась из заточения и слилась с костями. Скелет начал с невероятной скоростью обрастать плотью. Почуяв неладное, Цинь Ян поспешно отступил.
В мгновение ока перед ним снова стояло тело Ярости.
— Ха-ха-ха-ха!! Я вернулся! — Гнев, чувствуя силу в руках и ногах, зашелся в безумном смехе. — Молодец, баба, вовремя сообразила отдать мне руль! Сейчас я покажу этому хмырю, на что способен по-настоящему! Гляди в оба!
— Слышишь меня, сестрица?!
Он продолжал кричать, но смех внезапно застрял у него в горле. Он перестал чувствовать Ярость. Они были единым целым, и даже в запертой комнате он всегда ощущал ее присутствие. Теперь же ее аура бесследно исчезла, словно испарилась.
— Не ори. Она мертва, и ты сам это прекрасно знаешь, — холодно произнес Цинь Ян, озвучив правду, которую Гнев боялся признать.
Зрачки Гнева сузились и мелко задрожали.
Чтобы спасти брата от полной материализации, Ярость знала: просто спрятать его в сознании недостаточно. Она сожгла остатки своей жизненной силы, чтобы создать мощное энергетическое поле вокруг него, замедляя «лечебное» воздействие крови. К сожалению, этой жертвы хватило лишь на то, чтобы остановить процесс наполовину. Теперь Гнев находился в состоянии полуматериальной сущности. Но даже крошечной доли материальности было достаточно, чтобы его можно было убить. Жертва Ярости оказалась напрасной.
— Что ты несешь?! Она просто… просто сбежала туда, где я не могу ее найти! Как она могла умереть?! — Сознание Гнева начало разрушаться, он бормотал, проваливаясь в пучину безумия.
На людях он всегда враждовал с ней, даже твердил, что ненавидит. Но в глубине души он никогда не испытывал к ней истинной злобы. В его туманных воспоминаниях именно Ярость когда-то пробудила его, бессмысленного разрушителя, и раз за разом защищала от других патогенов, желавших его уничтожить. Она всегда оберегала его. И Гнев, живший в ее чреве, знал об этом лучше всех.
Цинь Ян тяжело вздохнул. Повинуясь его воле, тело Гнева густо покрылось кровавыми грибами.
— Покойся с миром. Я отправлю тебя к сестре. Это будет быстро.
Гнев не шелохнулся. Он утонул в раскаянии и пустоте. Он проклинал себя за то, что капризничал и боролся за контроль над телом. Если бы он просто слушался сестру, возможно, всё закончилось бы иначе.
Б-бах!!
Десятки тысяч грибов детонировали разом. Гнев даже не пытался защититься. Его полуматериальное тело вместе с пропитанными законами костями разлетелось в прах. С его смертью остатки армии Ярости посыпались, словно костяшки домино, обращаясь в пепел.
На городской стене Чжу Хун и остальные смотрели на исчезающую орду. Груз, давивший на их сердца, наконец-то исчез. На губах женщины появилась слабая улыбка облегчения.
— Наконец-то… всё кончено, — командующий обороной без сил опустился на колени. Хриплым голосом он обратился к капитану тылового отряда:
— Составь список… всех авантюристов, павших на передовой. Каждое имя, до последнего. Мы построим для них аллею героев.
Капитан тяжело кивнул:
— Сделаю…
Но стоило ему развернуться, как его глаза расширились, а челюсть отвисла. Он пытался что-то сказать, но из горла вылетал лишь невнятный хрип.
— Командир… там… они…
— Я знаю, что тебе больно, но это наш долг! — Отрезал командующий, решив, что капитан просто не может сдержать слез.
Однако тот продолжал неистово колотить его по плечу. Поняв, что происходит что-то из ряда вон выходящее, командующий встал и проследил за его дрожащим пальцем, указывающим в тыл, за стену. В следующую секунду его зрачки сузились от невероятного зрелища.
— Это… как же так…
— Мне это чудится?!
Они видели не призраков. Точнее, они не были уверены, люди это или духи. Те самые авантюристы, что должны были погибнуть под ударом Ярости, шумной толпой бежали со стороны города к стене.
— О, уже всё закончилось?
— Ни одного моба не осталось!
— Твою мать, почему на стене нет телепорта? Мы сто с лишним километров пробежали, чуть копыта не отбросили!
— Пока добежали, весь фан закончился.
— Эх, жаль, не успели размяться. Мало фрагов набили.
Авантюристы забирались на стену и, видя пустую пустыню, разочарованно вздыхали – им явно не хватило драки.