— Почему?
Цинь Мэнъэр в полнейшем недоумении смотрела на возникшего перед ней Цинь Вэйхуа.
— Кха-кха!!
Приблизившись к дочери, Цинь Вэйхуа выплюнул несколько сгустков крови – было очевидно, что споры добрались и до него.
Розовый дым действительно блокировал поглощение жизненных сил, но количество частиц в воздухе было ограниченным, и они не могли создать абсолютную преграду для невидимой заразы.
Тем более Цинь Вэйхуа был обычным человеком. Стоило ему вдохнуть хотя бы малую толику спор, как его жизнь оказывалась под угрозой.
Однако то, что он здесь появился, явно говорило о его готовности остаться в этом месте навсегда.
— Времени было в обрез, — заговорил Цинь Вэйхуа, — так что порошковой сыворотки удалось создать совсем немного.
Он достал из кармана маленькую деревянную шкатулку, открыл её и извлёк янтарную пилюлю.
В его доброй улыбке читалось горькое раскаяние:
— Прости, дитя… Из-за своего пристрастия я отрёкся от тебя. Всё внимание уделял лишь твоему брату, совершенно не замечая твоего роста и боли.
— Знаю, ты не простишь меня за то, что я безжалостно пустил тебя под нож, оставив после себя лишь шлейф болезней.
— Но в этот раз, прошу, поверь мне. В последний раз… умоляю.
Цинь Вэйхуа опустился на корточки и бережно вложил янтарную пилюлю в ладонь Цинь Мэнъэр.
— Это результат всей моей жизни – единственный совершенный Фактор Обожествления. Прими его, и ты пробудишь в себе мощь зверя, а также получишь тело, невосприимчивое к любым негативным эффектам.
— Изначально я планировал отдать его твоей сестре, Линь…
— Но я долго размышлял. Линь и так совершенна, а Цинь Ян сам пробудил силу, принадлежавшую его матери.
— Лишь перед тобой, Мэнъэр, я в неоплатном долгу.
— Я понимаю, что один Фактор Обожествления не искупит моих прошлых грехов, но это – последнее, что я могу для тебя сделать.
— Прости меня…
Последнее извинение, подобно тихому дождю, пролилось на сердце Цинь Мэнъэр, переполненное смешанными чувствами.
Она сжала в руке Фактор Обожествления, глядя в спину Цинь Вэйхуа. Старик вытер кровь с губ и нетвёрдой походкой направился к Мин Ли.
Ненависть в душе девушки никуда не делась, но теперь она была подёрнута дымкой эмоций, которым Цинь Мэнъэр и сама не могла дать названия.
«Почему… Почему эта старая развалина решила помочь мне именно сейчас?»
«Когда я раз за разом балансировала на грани смерти в лаборатории, я так надеялась, что ты отпустишь меня… Но ты оставался безучастен».
«А теперь, когда я почти сломлена, с какой стати ты явился помогать?!»
Цинь Мэнъэр мёртвой хваткой вцепилась в пилюлю. Она не могла понять.
Зачем Цинь Вэйхуа всё это делает?
Она медленно раскрыла ладонь, глядя на кристально чистую янтарную сферу, раздумывая, стоит ли верить ему в последний раз.
Мин Ли, заметив приближение Цинь Вэйхуа, напряглась. Настороженность в её взгляде сменилась яростью, и она закричала:
— Ах ты старый ублюдок! Что это за дрянь в розовом тумане?!
Цинь Вэйхуа лишь безмятежно улыбнулся:
— Разумеется, это специальная сыворотка против тебя.
— Если бы у меня было больше времени, я бы изготовил её столько, что она просто стёрла бы тебя в порошок.
Мин Ли презрительно скривила губы.
— Какая наглость!
— Ты всего лишь жалкий смертный! Как ты смеешь так со мной разговаривать?!
Мин Ли взмахнула рукой, и Хлыст, пожирающий жизнь, насквозь пронзил грудь Цинь Вэйхуа.
Цинь Мэнъэр, наблюдавшая за этим издалека, ощутила укол в сердце. В её глазах промелькнуло сложное чувство, и она, решительно сжав Фактор Обожествления, проглотила его.
Тело Цинь Вэйхуа вздрогнуло от невыносимой боли, но он не издал ни звука.
Напротив, он рассмеялся.
— Ха-ха-ха-ха!!
— Тебе не стоило проявлять такую «милость», истязая меня столь слабым ударом.
Мин Ли нахмурилась. Она не понимала, что он несет. Она даже на мгновение подумала, что старик – мазохист.
Но лишь когда она заметила, как её алый хлыст начал чернеть, а поры, выпускающие споры, забились, до неё дошёл смысл его слов.
Она попалась в ловушку.
— Тварь старая! Вздумал играть со мной в свои игры?! — Мин Ли попыталась рвануть Хлыст, пожирающий жизнь, назад, но Цинь Вэйхуа, не обращая внимания на боль, намертво вцепился в усаженное шипами оружие обеими руками.
В конце концов, хлыст застрял между костями его пальцев, не двигаясь ни на дюйм.
— Я же говорил, времени было мало, и я не мог создать достаточно тумана, чтобы подавить тебя, — процедил он.
— Поэтому я влил три литра чистой сыворотки прямо себе в глотку и ввёл её в кровь… Чтобы ты сама поглотила её, напав на меня!
Услышав это, Мин Ли перекосило так, будто она наелась нечистот.
В свой последний миг Цинь Вэйхуа, не оборачиваясь, прокричал стоящей за спиной дочери:
— Слушай меня внимательно, Мэнъэр!
— Эта дрянь использует запасы жизненной силы в своём теле, чтобы блокировать смертельные удары! Тебе нужно атаковать её без перерыва! Заставляй её получать раны и тратить жизнь на исцеление! Бей до самого конца, и тогда ты сможешь её убить!!
— Заткнись, старая рухлядь!!
На лбу Мин Ли вздулись вены. В приступе ярости она рванула Хлыст, пожирающий жизнь, на себя, буквально оторвав Цинь Вэйхуа руки.
— Ну и что с того, что кучка муравьёв узнала мою слабость?! Даже без спор я обладаю силой, которой вам никогда не противостоять!!
Мин Ли нанесла очередной удар хлыстом, обрушив его на Цинь Вэйхуа.
Его бренное человеческое тело мгновенно разлетелось кровавым туманом.
Но на этом всё не закончилось. Остаточная волна от удара хлыста, пронзив кровавую взвесь, устремилась прямиком к Цинь Мэнъэр.
Демоница явно намеревалась прикончить обоих врагов одним махом.
К несчастью для неё, она опоздала.
Ужасающая рана на груди Цинь Мэнъэр мгновенно затянулась, кожа приобрела здоровый оттенок.
В следующее мгновение она покрепче сжала тонкий меч, на середине замаха сменила его на массивное лезвие и нанесла сокрушительный удар, породив стометровую волну энергии.
Атака столкнулась с багровым росчерком хлыста.
В момент столкновения обе силы взорвались, породив ураган такой мощи, что людей на крепостных стенах в двадцати километрах отсюда едва не сбило с ног.
Находясь в самом эпицентре бури, Цинь Мэнъэр и Мин Ли даже не шелохнулись. Подол одежды Цинь Мэнъэр даже не колыхнулся, не обнажив ничего лишнего.
Мин Ли прищурилась, пристально глядя на изогнутые рога, проросшие на лбу девушки, и на едва заметную чёрную чешую, покрывшую её руки.
— Оборотень?
— Тот старый хрыч скормил тебе духовное ядро этого бесполезного мотылька? И тебя до сих пор не разорвало от избытка мощи?
Духовное ядро – это и был Фактор Обожествления.
У каждого короля демонов есть такое ядро. Активировав его, они могут увеличить свои характеристики в несколько, а то и в десятки раз, а также получить доступ к способностям, недоступным в обычной форме.
— Пф-ф, никчёмное отродье мотылька. Подумать только, её предшественница была одним из великих королей демонов, а нынешнее поколение даже не успело развиться, как было препарировано людьми в лабораториях, — Мин Ли злобно цокнула языком.
— Хоть мы и не ладили, она всё же была моей коллегой. Я не позволю тебе осквернять её духовное ядро.
На этот раз пришёл черёд Цинь Мэнъэр улыбаться:
— Если сможешь – попробуй.
Не успели слова затихнуть, как Цинь Мэнъэр активировала эффект «Тьмы Коснувшейся» – божественного оружия, встроенного в её клинок. Мгновенная вспышка – и она уже рядом с Мин Ли.
Тонкий меч в её руках превратился в тяжёлый палаш, нацеленный в шею противницы.
«Когда?!»
Мин Ли резко изменилась в лице. Она явно недооценила Цинь Мэнъэр, слившуюся с Фактором Обожествления.
Её шея была разрублена во второй раз.
Прежде чем голова успела отлететь, Мин Ли поймала её, водрузила на место и решительно перешла в состояние одухотворения.
— Не смей смотреть на меня свысока, дрянная девчонка!
Мощная энергетическая волна отбросила Цинь Мэнъэр на сотни метров.
— Даже если я не могу выпускать споры, тебе не одолеть меня одной лишь силой! Я больше не тот слабый ребёнок, который умел только рыдать!
В состоянии одухотворения кожа Мин Ли покрылась иссиня-чёрными перьями, а в её кроваво-красных глазах вспыхнули золотистые вертикальные зрачки. Сзади вырос хвост, точь-в-точь похожий на Хлыст, пожирающий жизнь.
Они стояли друг против друга, не сводя глаз. Порыв ветра пронёсся между ними, и в тот же миг обе сорвались с места, бросаясь в атаку.