Цинь Ян стоял в оцепенении целую минуту. Придя в себя, он бросился к кровати, пытаясь остановить кровь простейшим исцелением.
— Ты же хотела попробовать те плоды! Хотела снова увидеть закат!
— Очнись! Слышишь?!
Но как бы он ни старался, тело Юй Инь неумолимо остывало и каменело. Когда слабый пульс окончательно затих, он бессильно опустился в лужу крови.
С прикроватной тумбочки на пол соскользнул листок бумаги, исписанный мелким почерком. Цинь Ян поднял его.
«Братцу-санитару:
Когда ты это прочтешь, меня, наверное, уже не будет в живых.
Хе-хе, прости, я соврала тебе. Но я ни о чем не жалею.
Знаешь, братец, я сразу поняла, что ты авантюрист – ты был точь-в-точь как в моем вчерашнем сне.
Пять лет назад папа, чей образ в моей памяти совсем стерся, бросил меня. Сказал, что вернется и заберет, но прошло пять лет, а его всё нет.
После его ухода жизнь превратилась в кошмар. Каждую ночь мне снилось, что я становлюсь взрослой девушкой и творю ужасные дела.
Всякий раз, когда она убивала, я из последних сил пыталась остановить ее, но всегда проигрывала.
Она была такой свирепой и страшной… Каждый раз, когда ее руки окрашивались кровью, я просыпалась в ужасе.
Раньше я слышала о раздвоении личности и думала, что эта женщина – мое второе „я“. Я пыталась не спать, чтобы не давать ей выйти наружу.
Но я ошибалась. Даже если я не спала, стоило ей совершить зло, как в моей голове всплывали картины случившегося. От них нельзя было спрятаться.
Уже тогда я подумывала о самоубийстве. Мамы нет, папа бросил… зацепиться в этом мире было не за что.
Но однажды в очередном сне я увидела папу.
Его лицо было скрыто туманом, но по голосу я точно узнала его. Это был он!
Папа стал плохим человеком… Это он заставлял ту „меня“ убивать.
Я не хотела, чтобы он падал еще ниже, и изо всех сил пыталась сдерживать ту девушку. Но я была слишком слаба. Пять лет борьбы – и всё, чего я добилась, это лишь слегка затуманила ее память. До настоящего контроля было бесконечно далеко.
А вчера мне приснилось, что она убила столько людей… так много, что не сосчитать.
Когда я проснулась, связь между нами словно оборвалась. А потом появился ты.
Я поняла: она натворила что-то непоправимое, и раз с ней не могут справиться, пришли за мной, ведь мы связаны.
Прости меня, братец-санитар. Это моя вина. Весь этот ужас случился только потому, что я была слишком эгоистична и хотела жить.
Если бы я убила себя раньше, той женщины бы не существовало.
Прости меня…
Прости…»
Последние слова были размыты каплями слез. Это была последняя попытка Юй Инь примириться с собой. Она не знала, правильно ли поступает, живя на свете, но была уверена, что ее смерть принесет благо. И она сделала свой выбор.
— И это, по-твоему, жизнь? — прорычал Цинь Ян, сжимая кулаки. — Использовать невинного ребенка… Да какой ты после этого отец?!
Ярость к Юй Ханьфэну в его душе достигла предела.
…
Двадцать минут назад. Поле боя у озера.
— Пора заканчивать. Умрите все! — Пронзительный голос Гуйинь разнесся над водой. — Резонансный взрыв!
Миллион двойников одновременно выкрикнули одну и ту же ноту, вызывая чудовищную звуковую волну. Боссы, почуяв неладное, мгновенно окружили Чэнь Шэна. Великое чрево первым делом заглотило хозяина внутрь.
Грохот!!
Взрыв смел всё. В радиусе тысячи ли леса и травы превратились в пыль. Лорды ранга Новолуния погибли мгновенно. Из ранга Растущего серпа выжила лишь Ли Юэроу, но и она осталась лежать на земле с множественными переломами, не в силах даже пошевелиться.
Среди лордов ранга Убывающей полулуны уцелело лишь несколько человек, включая Чжу Юя. Только лорды Растущей полулуны со своими запредельными телами отделались трещинами в костях, которые тут же затянулись благодаря регенерации.
— Ого, даже миллиона голосов не хватило, чтобы прикончить всех? — Миллион Гуйинь парили в небе, взирая на выживших в гигантской воронке. — Ну что же, тогда будет десять миллионов! А если не хватит – сто миллионов!
Она раскинула руки, продолжая вытягивать новые копии из звуковых нитей.
— Бесконечный поток… неужели ребята еще не нашли ее тело? — Чэнь Шэн выбрался из Великого чрева, едва не задохнувшись от зловония внутри.
— Пф, скукотища. Я ухожу, — один из лордов Растущей полулуны развернулся, собираясь сбежать.
Юй Ханьфэн, наблюдавший за этим сверху, презрительно усмехнулся:
— Бесполезно. Мой Домен Пустоты растянулся на двадцать тысяч ли. Моя дорогая дочь вернет вас обратно раньше, чем вы достигнете границы.
Не успел он договорить, как тело Гуйинь вздрогнуло. Ее кожа начала рассыпаться искрами, словно пепел на ветру.
— Папа… мое тело… — прошептала она.
Юй Ханьфэн побледнел. В его глазах отразился дикий, неестественный ужас.
— Не может быть… Это невозможно! Я всё просчитал! Болезнь Инь-эр должна была позволить ей продержаться до конца дня! Я точно это знал! Почему?!
Он кричал, вцепляясь пальцами в волосы. Гуйинь замерла в замешательстве:
— Инь-эр? Папа… кто это? Разве я не единственная твоя дочь?
Она чувствовала, что это имя относится не к ней. Она никогда не слышала, чтобы отец так ее называл. Чэнь Шэн внизу прищурился, глядя на распадающихся двойников, и на его губах заиграла улыбка.
— Получилось. Ребята всё-таки добрались до нее.
Как только Гуйинь исчезнет, разобраться с Юй Ханьфэном не составит труда.
— Папа, почему? — Гуйинь не обращала внимания на то, что ее тело тает. — Почему у тебя есть я, а ты думаешь о ком-то другом? Она моя сестра? Или я – это она?
— Прости… Прости меня… — Юй Ханьфэн словно лишился всех красок жизни, механически повторяя одно и то же слово.
Гуйинь была гомункулом, созданным им на основе души Юй Инь. Они были разными личностями, но делили одну душу на двоих. Смерть одной означала неминуемую гибель другой.
Запретное заклинание в теле Гуйинь – Ритм слогов – было пересажено от его родной дочери. Это был первый успешный случай трансплантации заклинания, но об этом знали лишь он да король демонов. Без помощи Серебряной королевы драконов он бы никогда не справился.
После пересадки Юй Инь стала обычным человеком, неспособным к практике. План Юй Ханьфэна был прост: он и его искусственная дочь возьмут на себя все грехи мира, а родной дочери оставят лишь счастье и покой. Болезнь была им же созданной ширмой, чтобы никто не заподозрил связи между девочкой и монстром в небе.
Он всё рассчитал. Как только сегодня мир изменится, он заберет дочь и уедет на далекий остров. Но он не учел одного – воли самой дочери. Юй Инь предпочла смерть, чтобы остановить этот кошмар.
Юй Ханьфэн раскаивался. Но было слишком поздно.