— И какое у тебя решение?
— Решение? Да какое тут, к черту, может быть решение?! — Си Жэньцзе нахмурился и заговорил глухим, надрывным голосом. — Хань Мэна здесь нет. Если сюда сунется любая из тварей, уничтоживших Второй или Четвертый сектора, мы — трупы. И это я еще не беру в расчет те точки слияния, которые до сих пор полностью не открылись… Третьему сектору конец. Всем сорока тысячам жителей конец… И нам с тобой тоже конец. Удерживать порядок? Патрулировать улицы? Успокаивать толпу? Какой во всем этом практический смысл?!
Бах!
Си Жэньцзе с силой опустил бокал на столешницу. Его дыхание было тяжелым и прерывистым, а налитые кровью глаза уставились на Чэнь Линя. Сейчас Офицер напоминал раненого, пьяного льва, готового вот-вот рухнуть замертво.
— Чэнь Линь, ты боишься смерти?
Чэнь Линь выдержал короткую паузу, после чего ровно ответил:
— Если честно… не особо.
— Вот и отлично.
Си Жэньцзе извлек из выдвижного ящика стола второй бокал, плеснул туда крепкого спиртного, после чего до краев наполнил обе емкости и пододвинул одну из них к Чэнь Линю.
— Осуши этот бокал, и мы вместе выдвинемся на южные рубежи, чтобы перехватить тварь из Четвертого сектора… Раз уж нам суждено сдохнуть, то давай сделаем это на поле боя, как подобает Стражам.
Чэнь Линь опустил взгляд на предложенное угощение, и его глаза едва заметно сузились.
— Ты вызвал меня посреди ночи только ради того, чтобы составить тебе компанию за выпивкой… а затем вместе пойти на смерть?
— Именно так, — Си Жэньцзе медленно приподнял свой бокал, удерживая его на весу в ожидании ответного жеста. — Ну так что… ты готов разделить со мной этот маршрут?
Чэнь Линь пристально посмотрел на командира, после чего уверенным движением взял свой бокал, слегка качнул его и со звоном коснулся стекла Си Жэньцзе.
— Идет. Я составлю тебе компанию.
Договорив, он единым глотком опустошил емкость.
Заметив это, Си Жэньцзе на мгновение замер, в его взгляде мелькнула сложная гамма чувств, но затем он точно так же залпом осушил свой бокал.
Обжигающий алкоголь хлынул по пищеводу, заставив грудную клетку Си Жэньцзе буквально гореть изнутри. Офицер со стуком вернул бокал на стол и обнаружил, что стоящий перед ним Чэнь Линь уже начал неестественно покачиваться, а его взгляд сделался затуманенным и расфокусированным.
— Брат Чэнь Линь, а с алкоголем ты, я смотрю, совсем не дружишь? — неторопливо произнес Си Жэньцзе.
Бум…
Глаза Чэнь Линя окончательно закрылись, и он обмякшим телом повалился на спинку массивного стула, мгновенно потеряв сознание.
При виде этой картины на лице Си Жэньцзе не отразилось ни капли удивления. Он спокойно отставил пустую посуду в сторону, и его лицо приняло глубокое, отрешенное выражение…
— Чэнь Линь… Знаешь, на самом деле я всегда до глубины души завидовал тебе и Хань Мэну, — негромко заговорил Си Жэньцзе в пустоту холла. — Природа щедро одарила вас врожденным талантом. В ваших глазах город Авроры, должно быть, никогда не казался чем-то недосягаемым и священным… Вы могли позволить себе роскошь руководствоваться личной гордостью и цинично втаптывать его авторитет в грязь.
— Я же — заурядная посредственность, которая, сколько бы сил и здоровья ни положила на алтарь службы, никогда не сможет дотянуться до вершины этой стены… Я научился мириться со своей серостью, честно исполнял обязанности Офицера, выстраивал адекватные отношения с гражданскими, не брал взяток, не превозносил себя… Но сколько бы я ни пытался изображать Хань Мэна, стать им мне не суждено.
— Я Страж, и приказы города Авроры для меня — закон, который я не имею права нарушать. Сейчас я стою на развилке: слева — верная гибель в безвестности, справа — будущее и город моей мечты… У меня нет ни единой веской причины оставаться здесь и бессмысленно ложиться в землю.
Си Жэньцзе глубоко вздохнул, извлек из кобуры табельный пистолет, навел вороненое дуло точно в лоб спящему на стуле Чэнь Линю… и спустил курок.
Щелк…
Боек сухо ударил по патроннику. Выстрела не последовало. Оружие было разряжено.
Си Жэньцзе медленно опустил пистолет, и в его взгляде, устремленном на неподвижного подчиненного, вновь проступили сложные эмоции.
— Я понятия не имею, на каком основании центр клеймил тебя еретиком и почему ликвидация твоей персоны стала приоритетом. Но ты сражался со мной плечом к плечу и проливал кровь за этот сектор… Будем считать, что этот выстрел состоялся. Отныне ты мертв — пал смертью храбрых в бою с порождениями Серого мира.
— Мне пора. Удачи тебе… если, конечно, тебе каким-то чудом удастся пережить эту ночь.
Договорив, он развернулся, прошел мимо застывшего Чэнь Линя, решительно толкнул заднюю дверь штаб-квартиры и мгновенно растворился в плотном ночном тумане.
Едва шаги Офицера затихли, в погруженном в гробовую тишину холле Чэнь Линь медленно разомкнул свои холодные, абсолютно трезвые глаза.
Он скользнул взглядом по лужице незаметно выплеснутого на пол алкоголя, после чего перевел взор на открытую дверь черного хода и погрузился в глубокие размышления…
С самой первой секунды своего визита в штаб Чэнь Линь непрерывно использовал [Тайное око], скрупулезно сканируя мимику, жесты и микродвижения Си Жэньцзе. Заметив, что пальцы командира едва заметно, но непрерывно подрагивают, и сопоставив это со спонтанным ростом индикатора ожиданий, Чэнь Линь мгновенно просчитал угрозу. Проверенным трюком он ловко избавился от содержимого бокала, после чего артистично сымитировал внезапный обморок.
Он не знал наверняка, какое именно снотворное или токсин Си Жэньцзе подмешал в его порцию, но разыграть потерю сознания в данной ситуации было самым верным решением. Даже если бы он ошибся в своих подозрениях, всегда можно было сослаться на патологическую непереносимость крепкого алкоголя.
Только посредством этой мистификации ему удалось вскрыть истинные намерения командира.
К его глубокому удивлению, Си Жэньцзе не стал приводить смертный приговор в исполнение. Весь этот перформанс с разряженным оружием был нужен Офицеру не столько для ликвидации Чэнь Линя, сколько для сделки с собственной совестью, своеобразной попыткой красиво оформить «нужный результат».
Впрочем, для самого Си Жэньцзе физическое убийство Чэнь Линя не играло решающей роли. Даже если бы он оставил его в покое, шансы парня выжить под ударом надвигающегося Бедствия стремились к нулю. Финал в обоих случаях оставался неизменным.
«Город Авроры считает меня еретиком… и отдал приказ на ликвидацию? — в глазах Чэнь Линя отразилось глубокое, искреннее недоумение. — Как такое возможно? На каком этапе я допустил прокол?»
Он перебрал в уме все свои последние действия, но так и не смог нащупать зацепку, указывающую на факт раскрытия. Тяжело вздохнув, молодой человек поднялся со стула и направился к выходу.
Судя по признаниям Си Жэньцзе, руководство центра вышло с ним на прямую связь и гарантировало ему эвакуацию за периметр Округов…
— Что ж, сюжет становится все более захватывающим, — едва слышно пробормотал себе под нос Чэнь Линь.
— Брат Си!
Стоило Си Жэньцзе миновать порог черного хода и углубиться в переулки, как навстречу ему стремительно вынырнул Тань Мин.
Почувствовав отчетливый запах спиртного, исходивший от командира, Страж на секунду опешил. Вглядевшись в затуманенное алкоголем лицо начальника, он без лишних предисловий спросил:
— Брат Си… ты действительно покончил с Чэнь Линем?
— Да, — коротко кивнул Си Жэньцзе, явно не желая развивать эту тему. — Что с остальным личным составом из списка?
— Я передал им распоряжение. Бойцы разошлись по домам, чтобы собрать личные вещи, после чего выдвинутся к железнодорожной платформе.
Си Жэньцзе резко замер на месте, и в его пьяных глазах мгновенно вспыхнула ярость:
— Собрать вещи?! В такой критический час они забивают голову барахлом?! Они вообще отдают себе отчет в том, какая оперативная обстановка сложилась в секторе?!
— Я пытался до них достучаться, но людей тоже можно понять — они годами наживали это имущество, и бросать все на растерзание Серому миру им кажется чистым безумием. В конце концов, после прибытия в город Авроры им тоже нужно на что-то обустраивать быт… Впрочем, я установил жесткий тайминг. Ровно пятнадцать минут на все сборы. Сейчас у них осталось от силы минут пять-шесть. Когда мы прибудем на станцию, отряд уже должен быть в сборе, так что на общий график эвакуации это никак не повлияет… — поспешил оправдаться Тань Мин.
— Да при чем здесь, к черту, график?! — Си Жэньцзе свирепо уставился на подчиненного и после долгой паузы сквозь зубы процедил: — Стадо кретинов!!!