Чэнь Линь задумчиво наблюдал за мужчиной, засучившим рукава и суетившимся за барной стойкой.
Честно говоря, Владыка Аврора производил совсем не то впечатление, которое ожидаешь от легендарной фигуры. На подземной базе, даже не открывая глаз, он излучал неописуемую, давящую божественность. Но сейчас, очнувшись, его тело словно снова захлестнула простая человечность.
Хотя в каждом его движении все еще ощущалась неповторимая аура, присущая лишь Владыке Авроры, обе эти сущности гармонично переплетались между собой — «божественное» и «человеческое» сосуществовали в идеальном балансе.
Владыка повернулся к нему:
— Что будешь?
— ...Латте вполне подойдет, — со странным выражением лица ответил Чэнь Линь.
— Хорошо.
— ... — Чэнь Линь на мгновение замешкался, а затем не удержался от вопроса: — Влады... Доктор Ян, а люди на базе знают, что вы ушли?
— Нет. Но, думаю, прямо сейчас уже догадались.
Услышав это, Чэнь Линь легко представил, какой хаос сейчас творился на подземных ярусах... Владыка Авроры испарился в воздухе, и ученые, и штаб-квартира Стражей наверняка в полном безумии прочесывают весь город. И кому вообще придет в голову, что он вальяжно варит кофе для воплощения бедствия [Погибели мира]?
— Почему вы покинули базу?
— Просто так, — Владыка ненадолго замолчал и перевел взгляд на затянутое инеем окно. — Я... просто захотел немного пройтись.
Чэнь Линь хотел спросить что-то еще, но лицо Владыки Авроры внезапно изменилось!
Кх-кх-кх-кх!
Он резко выпустил из рук ручную кофемолку и зашелся тяжелым, раздирающим грудь кашлем. Его дряхлые легкие раздувались, словно дырявые кузнечные меха, наполняя пустую кофейню глухим и немощным хрипом.
В этот момент Владыка, хоть и выглядел внешне как двадцатилетний юноша, звучал словно глубокий старик лет девяноста.
Чэнь Линь тут же вскочил. Седые волосы Владыки растрепались и упали на плечи, а сквозь сжатые у рта пальцы струилась темная, густая кровь, каплями стекая на пол…
Двор.
Посреди двора полыхал костер. Яркое пламя отгоняло подступающий холод, раскрашивая покрытую инеем пустошь багровыми отсветами.
Чу Муюнь сидел у огня, держа в руках несколько сухих поленьев, и время от времени подбрасывал их в костер, выбивая снопы трескучих искр.
Когда над садовой оградой мелькнула тень, языки пламени резко качнулись от порыва ветра. Чу Муюнь, почувствовав чужое присутствие, обернулся и увидел Бай Е, рядом с которым стоял Цзянь Чаншэн.
Увидев Цзянь Чаншэна, Чу Муюнь слегка просиял:
— Вернулся? А где [Шестерка Черви]?
Уголок рта Цзянь Чаншэна дернулся, лицо омрачилось:
— ...Не знаю.
— Не знаешь? Вы разве действовали не вместе?
— Этот гад, похоже, просто меня продал...
Цзянь Чаншэн вкратце пересказал все произошедшее. Чу Муюнь задумчиво выслушал его.
— [Шестерка Черви] не похож на человека, способного на подлость... Хотя... черт его знает, — Чу Муюнь вздохнул. — В общем, ты не уверен, выбрался ли он с базы, так?
— Именно.
— Мне сходить проверить? — опираясь на стену, медленно предложил Бай Е.
— ...Не стоит. У этого парня дурных навыков хватает, не пропадет. К тому же, если ты пойдешь и случайно заденешь ТУ САМУЮ, у нас некому будет с ней тягаться.
— Легендарный лидер [Асур]? — Бай Е на секунду задумался. — Действительно, крайне опасный соперник.
Чу Муюнь разом высыпал в огонь все оставшиеся ветки, поднимаясь на ноги. Он подошел к деревьям во дворе и начал обрывать ветку за веткой, пока еще недавний красивый сад не превратился в сборище голых стволов.
— Кстати, с чего это ты решил спалить собственный сад?
— Регресс науки. Система отопления Города Авроры накрылась, и чтобы не замерзнуть, приходится крутиться самим... На улице толпы людей пытаются достать хоть немного угля, начался полный хаос. Все равно эти деревья с собой не унесешь, так пусть хоть послужат дровами.
— Отопление отключилось? — обомлел Цзянь Чаншэн. — Без тепла в такой мороз люди же заживо замерзнут...
— Многие уже замерзли. И температура продолжает падать...
Чу Муюнь тяжело вздохнул, уставившись за ограду двора на Город Авроры, полностью занесенный снегом. В его глазах читались мрачные воспоминания:
— Еще один земной ад вот-вот явится на свет.
— Похолодание наступило слишком резко, да и Сияние над городом явно пошло нестабильными сполохами... — Бай Е поднял голову к небу и слегка надвинул козырек кепки, скрывая эмоции. — Время на исходе.
— Да... Скоро всё закончится.
Слушая их странный, непонятный разговор, Цзянь Чаншэн не удержался:
— О чем вы вообще говорите?
— Ни о чем. Пройдет немного времени, и ты сам всё поймешь.
— ...
Цзянь Чаншэн лишь цыкнул, развернулся и шагнул к калитке.
— Ты куда?
— Пройдусь, осмотрюсь.
Едва успев договорить, он толкнул калитку и вышел на улицу.
Бай Е повернулся к Чу Муюню:
— Ему точно стоит разгуливать снаружи в такое время?
— А почему бы и нет? — Чу Муюнь пожал плечами. — Убить его настолько тяжело, что вряд ли с ним что-то случится.
Бай Е:
— ...
Едва Цзянь Чаншэн переступил порог, ледяной порыв ветра заставил его судорожно вздрогнуть.
«Ну и дубак... Тут и правда можно дуба врезать»
Парень вжал голову в плечи и пошагал в определенном направлении.
Он вышел на мороз не из-за скуки. В Городе Авроры начался хаос, а где-то на этих улицах находились люди, которые были ему не безразличны. Не проверив их, он просто не мог найти себе места.
Однако, сделав лишь несколько шагов, он увидел нескольких человек, спотыкающихся и бегущих в его сторону.
— Парень... Эй, парень!
— Молодой человек, у тебя дома есть хоть немного угля?
— Если есть уголь, умоляю, поделись кусочком... У меня сын замерзает!
— И со мной! Мне тоже хоть немного! Мой муж лежит больной в постели, без тепла он не выживет...
— Мы дома сожгли всё, что могло гореть... столы, стулья... Кроме той одежды, что на нас, больше ничего не осталось...
— Умоляю тебя, заклинаю... Хоть уголек, хоть щепку... Дай хоть что-нибудь!!! Парень, я перед тобой на колени встану...
Это были женщины в возрасте. Они вцеплялись в полы плаща Цзянь Чаншэна, с отчаянием моля о помощи. Капли слез на их ресницах замерзали в ледяные бисерины, а лица стали смертельно бледными, сливаясь со снегом под ногами.
Цзянь Чаншэн опешил. Увидев, как одна из женщин с глухим стуком упала перед ним на колени, он торопливо замахал руками:
— Не надо... Не надо! У меня ничего нет... Поищите в другом месте.
Услышав это, на лицах женщин проступило беспросветное отчаяние. Потерянные и сломленные, они развернулись и, словно марионетки, побрели вслепую прочь...
Хлоп
Одна из женщин качнулась и ничком рухнула прямо в сугроб.