Для большинства присутствующих это был первый раз, когда они по-настоящему приблизились к Базе «Аврора». Под предводительством Цюн Сюаня отряд Стражей направился прямиком к шахте подъемника.
Стоило Цюн Сюаню нажать на кнопку вызова, как из обнесенных прочной металлической сеткой глубин донесся низкий, утробный гул — так звучит работа механизмов, медленно приходящих в движение. Стражам пришлось простоять в ожидании добрых секунд сорок или пятьдесят, прежде чем из недр земли выплыла монументальная металлическая платформа.
К удивлению отряда, на платформе уже находились люди. Все они были облачены в одинаковые белоснежные халаты. Скользнув по прибывшим Стражам безразличными, холодными взглядами, ученые отодвинули решетчатую заслонку и вышли наружу.
— Дорогу, — сухо скомандовал Цюн Сюань.
Стражи на мгновение опешили, но тут же сообразили, что приказ капитана относится к ним, и поспешно расступились, освобождая широкий проход. Фигуры в белых халатах невозмутимо прошествовали мимо, даже не удостоив стоящих по бокам вооруженных офицеров беглым взглядом.
Глядя на удаляющиеся белые спины, Стражи почувствовали, как в их душах закипает глубокое недоумение...
В городе Авроры Стражи занимали колоссально высокое положение. Сколько они себя помнили, окружающие всегда относились к ним с трепетом и абсолютным почтением. Но здесь им пришлось безропотно уступать дорогу каким-то обычным гражданским специалистам — причем это негласное правило распространялось даже на Цюн Сюаня, обладателя 7-го ранга.
— Запомните: на этой базе у вас есть только одна обязанность — охрана периметра, — медленно произнес Цюн Сюань. — Меньше вопросов, меньше праздного любопытства. Пока безопасности объекта ничего не угрожает, вам категорически запрещено вступать в конфликты с местным персоналом. Всем ясно?
— Так точно! — дружно закивали Стражи.
Под командованием Цюн Сюаня группа наконец ступила на платформу лифта. К счастью, размеры подъемника были поистине гигантскими: здесь без труда поместилось бы вдвое больше людей, чем их скромный отряд из двадцати с небольшим человек.
Тяжелая стальная решетка с лязгом закрылась, и лифт начал свое плавное погружение в бездну.
Чэнь Линь повернул голову и сквозь прутья заслона посмотрел вслед ушедшим ученым, слегка прищурив глаза...
В это же время люди в белых халатах, миновав открытую площадку КПП, подошли ко второму автомобилю — тому самому герметичному фургону, который только что въехал на территорию.
— Почему в последнее время поступает так мало подопытных? — недовольно нахмурился один из ученых.
Дверца кабины распахнулась, оттуда выбрался их коллега-водитель и с глубоким вздохом развел руками:
— А что я могу сделать? Думаешь, сейчас на улицах полно желающих «добровольно» пожертвовать собой на благо науки?
— Наше время на исходе. Нехватка материалов затормозит весь прогресс исследований проекта «Рука искупления».
— Слышал бы ты себя. Можно подумать, если я буду привозить тебе по сотне человек в день, вы тут же совершите прорыв... Что, сотни мало? Может, сразу пятьсот пригнать?
— ...Мне не нравятся подобные шутки.
— Ладно-ладно, не кипятись. Сегодня я доставил сразу двоих подопытных, и оба — молодые. Принимай товар и расписывайся.
Мужчина прошел к задней части фургона и распахнул наглухо закрытые двери кузова. Вскоре несколько сотрудников совместными усилиями вытащили наружу два прямоугольных контейнера, до ужаса напоминающих гробы. На лицевой стороне каждого из них было встроено смотровое стеклянное окно. В первом контейнере с безмятежным лицом покоился молодой парень, словно погруженный в глубокий, мирный сон.
— Чжао И, девятнадцать лет. Выживший из Третьего района. Во время бегства в город Авроры подвергся нападению бедствия, получил смертельные ранения. Жить ему осталось не больше недели, — бесстрастно зачитал данные по документам один из ученых.
— Нападение бедствия? Отличный материал для эксперимента по слиянию.
— Но срок годности слишком короткий. За неделю мы вряд ли успеем зафиксировать стабильные результаты, ценность сомнительная.
— Сократим интервалы между процедурами, увеличим частоту сессий и поднимем дозировку препаратов. Другого выхода нет...
Ученый понимающе кивнул и перешел ко второму контейнеру:
— А с этим что?
— Цзянь Вубин, девятнадцать лет. Обычный житель города Авроры.
— ...И всё? Это вся информация в досье?
— Сколько прислали, столько и зачитал...
— Ну а диагноз-то хоть какой-то у него указан?
— Тяжелая депрессия, тяжелое тревожное расстройство, шизофрения, аутизм, параноидный бред...
— Погоди! — перебил его коллега. — Разве у одного человека может быть целый букет таких тяжелых психических отклонений одновременно?!
— Тут особый случай. Согласно записям, он постоянно воображает себя грибом, который непрерывно размножается делением. Ему безумно нравится забиваться в бабушкину шкатулку для рукоделия. Но поскольку он постоянно делится, у каждого нового гриба появляется собственное сознание, и все эти грибы внутри шкатулки дико паникуют, что в конце концов просто раздавят друг друга в тесноте... От этих мыслей он и впал в депрессию.
— ...
— Ну, как бы то ни было, расстройства у него сугубо ментальные, а физически парень абсолютно здоров. Редкий и крайне качественный образец.
— ...Ладно. Уносите обоих.
Ученые подхватили контейнеры и поволокли их в самые темные и жуткие глубины Базы «Аврора»...
Тем временем лифт продолжал неумолимо погружаться в бездонную черную шахту.
Время от времени мимо проносились красные лампы аварийного освещения — в этой бесконечной нисходящей пустоте они оставались единственным ориентиром, позволяющим хоть как-то оценить глубину. Багровые отсветы ритмично озаряли лица Стражей, делая их то бледными, то кроваво-красными. Мужчины молча смотрели под ноги, и выражение их лиц становилось всё более суровым.
Объект находился значительно глубже, чем предполагал Чэнь Линь — возможно, на глубине нескольких сотен метров. С нынешним уровнем технологий человечество было попросту неспособно воздвигнуть столь монументальный комплекс так глубоко под землей... Очевидно, эта база существовала еще до Великого катаклизма, разразившегося триста с лишним лет назад.
Наконец подъемник сбавил ход и с глухим стуком замер. Цюн Сюань привычным движением отодвинул решетку, открывая вид на прямой, наглухо закрытый металлический коридор.
— Тань Син орал, что нужно срочно усилить охрану. Я-то думал, сюда пришлют целую армию, а явилась какая-то жалкая горстка.
На противоположном конце коридора, лениво прислонившись к стене, стоял мужчина в белом халате с растрепанными, похожими на морские водоросли волосами.
— Подняли такой шум, суетились, а толку с гулькин нос... Знал бы, лучше бы лег спать пораньше или завалился в постель с какой-нибудь девкой — и то пользы больше было бы.
Стоило ему открыть рот, как Стражей обдало густым, удушливым перегаром. Смрад застарелого похмелья заставил Чэнь Линя и остальных невольно наморщить носы.
— Ресурсы Базы «Аврора» для долгосрочного жизнеобеспечения строго ограничены, нам выделили ровно столько квот, сколько возможно, — лицо Цюн Сюаня тоже помрачнело, но он постарался ответить как можно спокойнее. — Спасибо за содействие, доктор И.
Доктор И раздраженно отмахнулся:
— Ладно, кончай болтовню и шагайте за мной.
С этими словами он прошел вперед и трижды с силой ударил по массивной металлической двери в конце коридора. Спустя мгновение прямо по центру створки с лязгом приоткрылось небольшое окошко размером с ладонь.
— Пароль, — донесся из-за двери бесстрастный, механический голос.
— 5368873, — доктор И выдержал трехсекундную паузу, — тушеная редька без овощей.
Услышав этот совершенно абсурдный диалог, стоящие позади Стражи впали в глубокое замешательство... Лишь Чэнь Линь, пристально глядя на захлопнувшееся окошко, о чем-то глубоко задумался.
После короткой заминки тяжелая бронированная дверь издала глухой скрежет и начала медленно открываться внутрь...
«Цзянь Вубин, который считает себя делящимся в шкатулке грибом» — это гениально.