Среди метели и сковавшего всё льда Чжао И медленно открыл глаза.
Первым, что предстало перед его взором, было покрытое толстым слоем грязи мусорное ведро. Плотный иней затянул его поверхность, словно заморозив даже тошнотворный, невыносимый запах. Юноша с трудом попытался повернуть голову, и с громким бряцаньем из-под его тела со скрежетом покатилась куча мусора.
— Где... я?
Картинка перед глазами Чжао И постепенно обретала четкость. В голове вспыхнула дикая, пронизывающая боль. Он попытался вспомнить, что произошло секундами ранее... В памяти всплывало лишь то, как его затолкнули в лабораторию, а затем, охваченный мучительной болью, он потерял сознание.
Ему смутно казалось, будто он видел бесконечно долгий сон. Во сне он стоял на гладкой, словно зеркало, нерушимой поверхности моря. Наклонив голову, в бездонных и глубоких пучинах океана он видел бесчисленных жутких существ, сплошь покрытых странными рунами и заклятиями: некоторые походили на гигантских осьминогов, другие — на морские водоросли, третьи — на извивающихся змей...
А когда он поднял взор к небу, над гладью моря едва заметно струились и переливались призрачные полосы сполохов Авроры.
Казалось, он простоял там всего одно мгновение, но это мгновение ощущалось как целая вечность. После этого до его ушей донесся смутный, тихий шепот. Голос звучал так близко, словно раздавался прямо из-под его ног.
Этот голос на миг пробудил его. В туманном полузабытьи он, тяжело дыша, с огромным трудом бежал вперед, изо всех сил пытаясь вырваться и сбежать из какого-то жуткого места.
И вот, когда он очнулся вновь — он оказался здесь.
— Я... выбрался из лаборатории? — Чжао И с трудом поднял гудящую голову и оглядел пустой, вымерший переулок.
Подписав имя в бланке о добровольном согласии на передачу тела для экспериментов, Чжао И уже приготовился к неминуемой смерти. Он и помыслить не мог, что не просто выживет, но и каким-то чудом сумеет вырваться из лап исследователей... Он понятия не имел, что произошло за это время, но, возможно, это и было его персональным чудом.
С трудом перебирая конечностями, Чжао И поднялся из мусорной кучи и встал на ноги. Но едва его боковой взор упал на собственные ладони, упирающиеся в землю, парень замер от шока.
В этот миг, словно вспомнив о чем-то жутком, он в панике принялся метаться по переулку, разыскивая хоть какую-то отражающую поверхность.
Наконец он наткнулся на промерзшую лужу. Спотыкаясь, Чжао И рухнул перед ней на колени и сквозь гладкую, как стекло, ледяную гладь увидел отражение монстра... Едва похожего на человека.
Это было существом, которое невозможно было описать словами. Хотя оно и сохраняло контуры человеческого тела, вся кожа была сплошь покрыта жутковатыми черными рунами. Эти знаки, словно живые черви, непрерывно ползали по его телу; время от времени рунические узоры пробегали даже по глазным яблокам, создавая невообразимо зловещее зрелище.
Чжао И ужаснулся собственного вида. Он стоял на коленях у лужи, а его глаза наполнились абсолютным немыслимым шоком.
— Как... как это произошло? Что они со мной сделали?..
Он долго сидел на месте в полном оцепенении, совершенно не понимая, что делать дальше... Временное ли это состояние, или он останется таким навсегда? И как ему жить дальше с таким телом?
Нет... Став таким, разве он вообще сможет жить? С виду он ничем не отличался от мутировавшего монстра.
— Надо сначала хоть чем-то закрыться...
Окинув взглядом пустынный переулок, Чжао И вернулся к мусорному баку и принялся судорожно перерывать его содержимое.
Вытащив ворох вонючего хлама, парень наконец нащупал кусок старой, дырявой ткани — похожей на выброшенное одеяло или штору. Он обмотал тряпкой голову, оставив лишь щель для глаз, и глубоко спрятал руки под лохмотья. Лишь после этого его облик перестал выглядеть настолько пугающе.
Впрочем, если подойти вплотную и присмотреться, все еще можно было заметить, как на самом дне его глазниц ползают темные руны. Из-за этого ему приходилось сильно щуриться при ходьбе.
С трудом вырвавшись из когтей смерти, Чжао И не намеревался глупо сгинуть возле мусорки... В его груди вспыхнуло страстное, непреодолимое желание.
Он хотел вернуться домой.
Возможно, пройдя через круги ада, Чжао И еще сильнее ощутил эту жажду: в его подсознании только тот дом оставался единственным теплым и безопасным местом на свете... Даже если ему удастся взглянуть на него лишь издали, одним глазком.
Плотно закутавшись, Чжао И ковылял в сторону дома в Третьем секторе, где жили беженцы. Он еще не до конца освоился с обновленным телом, поэтому двигался не так быстро — хромая и заплетаясь ногами, точно больной на реабилитации.
Однако с течением времени Чжао И начал постепенно осваивать невероятную силу и скорость этого тела. Его шаги становились все быстрее и увереннее. Не успел он опомниться, как его фигура обратилась в стремительную тень, с оглушительным свистом проносящуюся по заснеженным улицам!
— Это я...
Ощутив в жилах небывалый, колоссальный прилив мощи, Чжао И широко раскрыл глаза, а его взгляд вспыхнул от восторга!
Пусть уродлив снаружи, но это тело подарило ему силу, выходящую за грани человеческих возможностей! Для него это стало неоценимым и потрясающим сюрпризом!
Ещё во время побега из Третьего сектора Чжао И до безумия завидовал силе Чэнь Линя. Он не раз ловил себя на мысли: будь у него тогда хоть капля такой мощи, отец не погиб бы, и он мог бы изменить всё своими руками!
И вот теперь его мечта, похоже, что сбылась?!
Пусть эта сила пришла слишком поздно, но с ее помощью он все еще способен защитить Линь-эр и всех остальных жителей Третьего сектора... При этой мысли сердце Чжао И затопила чистая радость, а отвращение к собственному уродству почти улетучилось.
Какая разница, насколько ты уродлив, если у тебя есть сила, чтобы защитить тех, кто тебе дорог?
Чжао И мчался всё быстрее, оставляя за собой цепочку смазанных силуэтов на покрытой инеем дороге. Спустя совсем немного времени он уже стоял перед знакомым малоэтажным домом.
Взбежав по лестнице, он с порога громко позвал:
— Линь-эр! Дядя Сюй!
Подойдя к двери своей квартиры, Чжао И достал из тайника в углу запасной ключ и повернул его в замке. Но едва он попытался толкнуть дверь, как обнаружил, что та намертво примерзла к косяку.
Юноша на секунду опешил, но затем слегка нажал на ручку — и с легким усилием вырвал дверь прямо из ледяного плена. На пол со скрежетом посыпались крошки льда.
— ...Что за чертовщина? Неужели настолько холодно?
Увидев иней на двери, Чжао И понял, что температура снаружи опустилась до критической отметки. Вот только в своем нынешнем теле он абсолютно не чувствовал мороза — напротив, эта стужа казалась ему освежающей и приятной.
Но это же странно... Почему в такой дикий мороз не работает отопление?
— ...Линь-эр? — пробным тоном окликнул он.
В пустой, гулкой квартире царила мертвая тишина. Никто не отозвался.
Брови Чжао И невольно нахмурились. Впрочем, пораскинув мозгами, он решил, что Линь-эр, скорее всего, забрал к себе Сюй Чунго. В конце концов, оставлять маленькую девочку одну в пустой квартире в такое время было слишком опасно.
Успокоив себя этой мышлью, Чжао И тут же шагнул к двери соседа — Сюй Чунго.
На этот раз он не стал ломиться сразу, а вежливо постучал.
— Дядя Сюй? Вы дома?
За дверью не донеслось ни звука.
По неизвестной причине к горлу Чжао И подступил липкий, ледяной ком тревоги. Ему казалось, что здесь что-то отчаянно не так...
— Дядя Сюй, я вхожу.
Взявшись за дверную ручку, Чжао И дернул ее на себя. Под воздействием его монструозной, ужасающей силы примёрзшая намертво дверь со скрежетом вылетела из проема!
Из глубины квартиры вырвался клуб ледяного пара, напоминающий дыхание склепа. В тесной, зажатой гостиной набилось более двадцати человек. Обернутые в толстые одеяла и старые пледы, они беспорядочно валялись на полу, тесно прижавшись к жаровне с давным-давно угасшими углями... И не шевелились.
Свет из окна падал на их застывшие тела, покрывая их тонким, блестящим слоем инея.