— Неужели всё наконец кончено?..
Увидев раскаленный огненный столб, вырвавшийся из далекой земли, Тань Син, прислонившийся к руинам городских ворот, с чувством полного облегчения опустил веки.
В этот самый момент рядом с ним бесшумно опустилась чья-то фигура.
Услышав шорох, Тань Син резко распахнул глаза. Он ни на секунду не почувствовал, что к нему кто-то приближается... Да и откуда вообще в нынешнем Городе Авроры взяться живой душе?!
Когда его взгляд упал на развевающиеся по ветру алые волосы рядом с собой, он буквально застыл от шока.
— Ты... Разве ты не уехала на поезде?! — вытаращился Тань Син.
— А, я спрыгнула с поезда, — спокойно произнесла Хунсю, непринужденно усевшись прямо посреди обломков.
— Ты сошла с ума?!
— Мои слова об отъезде были лишь уступкой для твоего душевного спокойствия... Неужели ты и впрямь решил, что я брошу своих подчиненных умирать, а сама сбегу точно дезертир?
— Но если ты осталась, то разве не затем, чтобы взлететь на воздух вместе со мной?!
— Я, вообще-то, Глава Пути «Асуры». Меня и ядерное оружие не убьет, так что от этого взрыва я особо не пострадаю.
— Но даже если так... Не станет поезда — как ты намерена пробиваться из Запретного Моря?!
— А разве не ты сам сказал? Даже без поезда я способна прорубить кровавую просеку сквозь всё Запретное Море.
— Ты... — Тань Син уставился на Хунсю, на мгновение лишившись дара речи.
— Не волнуйся, ничего со мной не случится, — Хунсю похлопала Тань Синя по плечу. Вглядевшись в его глаза, она умолкла на мгновение, а затем серьезно добавила: — Я... должна была проводить тебя в последний путь.
Бум—— бум—— бум!!
По мере того как во всех секторах один за другим детонировали заряды взрывчатки, цепь каскадных взрывов подбиралась все ближе к городским воротам. Раскаленные языки пламени отражались в глазах Хунсю, и Тань Син на мгновение потерял способность подбирать слова.
В конце концов он горько качнул головой и снова закрыл глаза, прислонившись к обрушенной стене.
— ...Делай как знаешь. Мать твою... да кто вообще в силах с тобой совладать?
Заметив его беспомощный вид, Хунсю изогнула губы в едва заметной улыбке. Она тоже прикрыла глаза и прислонилась к разрушенной стене, позволяя взрыву, способному стереть в порошок всё и вся, шаг за шагом подбираться вплотную...
Обжигающий шквал пронесся над ними двумя, взметая черный плащ Стража.
Хунсю прижала ладонью развевающиеся у виска алые пряди и сквозь гул оседающего грохота тихо произнесла, не открывая глаз:
— ...Тань Син.
— М-м?
— Я понесу с собой волю Города Авроры... и обязательно найду способ спасти вас...
— Я знаю. Ты ведь Главный Страж Города Авроры, — Тань Син по-прежнему не открывал глаз.
— Конечно, эта причина тоже невероятно важна...
— А есть и другие?
— Есть. Угадаешь?
— Да что тут угадывать...
Тань Син не успел договорить, как пара нежных, теплых губ неожиданно припала к его губам. Он ошеломленно распахнул глаза и увидел, как ярко-красные длинные волосы бьются на ветру. Прямо перед ним, в считанных сантиметрах, на него смотрели глаза, полные хрустального блеска, и слезы беззвучно скатывались из их уголков...
Бум!!!
Заложенный на самом краю города заряд взрывчатки с оглушительным грохотом сдетонировал; ослепительное солнце объяло всю превращенную в руины пустошь. Руки Тань Синя мягко сомкнулись за спиной этой фигуры, будто пытались заключить ее в крепкие объятия...
В следующую секунду яростный свет пламени без остатка поглотил оба силуэта.
Десятки взрывов, превратили Город Авроры в пылающий океан. В этом ослепительном мареве бесчисленные бедствия сгорали дотла, превращаясь в пепел. Яростные вопли и вой исполинских тварей, казалось, готовы были разорвать небосвод в клочья, но даже они оказывались наглухо погребены под закладывающим уши грохотом.
За пределами города.
Увидев ослепительное зарево, рванувшее в небеса, члены Клуба Сумерек не смогли скрыть изумления.
— Офигеть! — [Девятка Черви], ощутив обжигающую волну жара, ударившую в лицо, с неверующим изумлением вытаращился. — Неужели это настоящая сила [Червовой Шестерки]?!
— ...Судя по всему, это заготовленная заранее взрывчатка с Базы «Аврора», — Чу Муюнь поправил очки. — Пусть пока и неясно, для каких целей она предназначалась изначально, сейчас она сослужила добрую службу... По крайней мере, это сняло с человечества давление со стороны миллиона бедствий.
— [Червовая Шестерка] без лишнего шума проворачивает грандиозные дела? А у парня есть хватка!
[Десятый] слегка кивнул, а в его глазах проскользнуло уважение и похвала:
— Хотя по внешнему виду и не скажешь, но данный поступок доказывает: у [Шестерки Черви] весьма горячее сердце.
— Горячее сердце? Да уж, жара хоть отбавляй, — развел руками [Червовая Девятка]. — С таким жаром он там, поди, уже до углей поджарился.
— ...
— Эй, а кто-нибудь видел ту самую?
— Не имею понятия... К слову, как только прогремели первые взрывы, она будто сквозь землю провалилась...
— Неужели...
Члены Клуба Сумерек переглянулись между собой.
Обжигающее пламя постепенно рассеялось, обнажая изувеченный, исполосованный лик земли.
Среди поднявшихся пыли и пепла остов окровавленных костей восстанавливался с поразительной скоростью: на белых костях нарастало мясо, на мясе проступала кожа — и за считанные секунды красноволосая фигура обрела свой первозданный облик.
Хунсю все так же сохраняла позу, в которой встретила взрыв: ее руки сжимали пустоту, и в пространстве между ее локтями пыль и зола, увлекаемые догорающими углями, беззвучно взмывали в небо.
Она осталась жива. Но он... был мертв. Погиб прямо у нее на глазах.
Стонущий ледяной ветер рыдал и плакал вокруг. Она долго просидела на коленях посреди руин, а затем молча поднялась...
Она подняла с земли покрытый пылью черный плащ Стража и снова накинула себе на плечи; на ее груди прозрачный кулон с запечатанным языком внутри отбрасывал едва заметные, тихие отблески.
В ее глазах отражались сине-зеленые струи сияния Авроры, разливающиеся по всему небосводy, а огненно-красные волосы развевались по ветру.
В конце концов она произнесла лишь два слова — абсолютно спокойно и непреклонно:
— ...Жди меня.
Она развернулась и шагнула прочь из руин.
Однако, сделав лишь несколько шагов, она резко замерла, словно ощутив нечто, и нахмурившись, посмотрела в самый центр руин Города Авроры...
В сером Городе Авроры, хотя подавляющее большинство бедствий и сгорело дотла в этом кошмарном взрыве, несколько чудовищных исполинов все же уцелели. Они оглашали окрестности яростным ревом и, волоча изувеченные туши, искали что-то в черте города.
Из руин разрушенной башни рука неожиданно пробилась сквозь завал из обломков.
Следом за рукой показалась и остальная фигура, медленно выпрямившаяся посреди поднятой пыли. Словно марионетка, подвешенная на невидимых нитях, Чен Линь поднялся на ноги в невероятно жуткой и противоестественной позе, пока каждый сустав в его теле издавал сухой треск и хруст.
Несмотря на перенесенный ужасающий взрыв, его театральное одеяние оставалось чистейшим, безупречным — словно его соткали буквально только что!
Пусть издаваемый им звук был совсем тихим, в этом смертельно затихшем пепелище его оказалось более чем достаточно, чтобы привлечь внимание. Выжившие исполинские твари резко впились взглядами в эту точку и, разглядев единственную алую вспышку, разразились яростным ревом, расскатившимся по окрестностям подобно грому!
Этот взрыв, устроенный Чэнь Линем, не только истребил миллионы зародышей Запретного Моря, но и испепелил колоссальное количество низкоранговых бедствий. Подобное можно было решить только заклятой кровной местью: не разорви они Чэнь Линя сегодня на куски, их бешеная ненависть невозможно будет утолить!
И когда стая чудовищ безумной лавиной рванула к нему, фигура в ярко-красном одеянии пришла в движение: его шея медленно повернулась, поворачивая лицо ровно назад, где оно уставилось прямо в небытие...
Его зрачки были абсолютно пустыми словно бездонная пропасть...