Увидев это, Цзянь Чаншэн изменился в лице и стремительно подбежал к упавшей.
Он приложил пальцы к её носу: дыхание было еле ощутимым, а температура тела неумолимо падала... Остальные женщины посмотрели на это с абсолютным, вымороженным оцепенением. Поправив узелки, они продолжали заторможенно переставлять ноги, уходя на соседние улицы.
Не то чтобы они не хотели помочь — у них просто не было сил спасать кого-то еще... К тому же их собственное положение ничуть не отличалось от упавшей женщины: каждую секунду они сами могли рухнуть ничком в сугроб, а дома их все еще с надеждой ждали близкие.
— Эй... Тетя, вы меня слышите? — Цзянь Чаншэн попробовал окликнуть ее пару раз, но женщина оставалась в беспамятстве.
Парень огляделся по сторонам — вокруг не было ни души. Бросить ее здесь означало верную смерть... Посомневавшись пару секунд, он сжал зубы, подхватил женщину на спину и побрел назад к дому.
Скрип
Калитка двора снова отворилась.
Чу Муюнь и Бай Е опешили, увидав вернувшегося Цзянь Чаншэна, а разглядев тушу на его плечах, вопросительно нахмурились.
— Ты чего это...
— Она замерзала насмерть. У нас тут как раз огонь полыхает, пусть отогреется немного, — Цзянь Чаншэн аккуратно опустил женщину у костра, выдыхая густые клубы пара.
Чу Муюнь слегка сощурился, коснулся пальцами лба бессознательной женщины и тихо произнес:
— Тяжелая гипотермия. При длительном пребывании на экстремальном морозе температура тела падает, мозг начинает сбоить, человек ощущает ложный прилив тепла, сбрасывает с себя последнюю одежду и окончательно замерзает...
— Ты можешь ее вылечить?
— ...Дело не в лечении. Если отогреть — она придет в себя. Но если температура тела продолжит падать... — Чу Муюнь не стал договаривать. — Кстати, где ты ее подобрал?
— У ворот.
— Знаком с ней?
— ...Нет.
Цзянь Чаншэн опустил голову, ощущая неловкость... В конце концов, это был дом Чу Муюня, и тащить сюда чужих людей было с его стороны не совсем корректно.
К счастью, Чу Муюнь не стал проявлять недовольства, а лишь спокойно кивнул:
— Понятно.
Бай Е стоял, опустив голову, и сохранял молчание.
Цзянь Чаншэн облегченно перевел дух и уже собрался снова выйти, когда Чу Муюнь окликнул его:
— Малыш Цзянь.
— ...А?
— Ты ведь понимаешь, что мы не сможем спасти всех... верно?
Цзянь Чаншэн долго молчал, глухо буркнул в ответ и выскочил за калитку...
Глядя на его удаляющуюся спину, Чу Муюнь лишь тяжело вздохнул.
Отель «Гойя».
— Председатель, наши лавки буквально штурмуют толпы людей! Сметают все на своем пути ради угля!
Мужчина с прищуренными глазами семенил рядом с председателем Торговой палаты «Созвездие» Янь Шаном, быстро шагая по ярко освещенному коридору.
— Сейчас практически весь город ищет уголь. На долю нашей Палаты приходится шестьдесят процентов всех запасов Города Авроры. Возле наших котельных образовались пробки из тысяч людей, в очередях уже доходит до кровавых драк... Что нам делать дальше?
— Регресс науки... И надо же было этому случиться именно сейчас, — глаза Янь Шана хищно блеснули. — Похоже, сами небеса не желают гибели нашей Палате!
— Что вы имеете в виду?..
— Председатели остальных двух палат уже прибыли?
— Да, ждут вас в VIP-гостиной.
Янь Шан подошел к двери комнаты отдыха, но, уже занеся руку над ручкой, внезапно остановился и спросил у подчиненного:
— «Погрузчик» активирован?
— Юйцзы уже занимается этим.
— Отлично.
Янь Шан обеими руками толкнул дубовые двери.
В роскошно убранном зале на белоснежных кожаных диванах сидели две фигуры в тонких шелковых рубашках. Увидев входящего Янь Шана, они тут же поднялись с радушными улыбками:
— Председатель Янь! Во всем Городе Авроры сейчас теплее всего только у вас!
— Едва получив ваше приглашение, я сразу же примчался. Как вы и приказывали, все запасы угля на наших складах мы держали мертвой хваткой и никому не продавали.
Янь Шан скинул пальто и не спеша опустился на диван напротив:
— Не будем тратить время на пустую болтовню... Прямо сейчас шестьдесят процентов запасов угля в городе принадлежат моей Палате «Созвездие». Вы двое — Палаты «Серебряная Луна» и «Ледяной Источник» — суммарно держите еще тридцать. И только оставшиеся десять процентов находятся в руках Стражей... Что скажете о сложившейся обстановке?
Оба председателя задумчиво переглянулись:
— Внезапный крах системы отопления превратил уголь в самый дефицитный ресурс во всем Царстве. Возможно... нам стоит немного поднять цены?
— Вот именно, времена меняются! В бизнесе главное — уловить момент. Сейчас идеальный шанс озолотиться... Мы как раз и пришли обсудить с вами, Председатель Янь, насколько именно поднимать наценку...
Янь Шан равнодушно спросил:
— О? И какова же, по-вашему, адекватная цена?
Председатели переглянулись и одновременно скрестили указательные пальцы:
— ...В десять раз?
— В десять раз? — Янь Шан с сочувствием качнул головой. — Похоже, ваши источники информации оставляют желать лучшего...
— Что вы имеете в виду, Председатель Янь?
— Буквально несколько минут назад с Базы «Аврора» поступили данные: Владыка Аврора бесследно исчез...
— Что-о-о??? — лица обоих торговцев перекосились от ужаса.
— Исчезновение Владыки означает, что обратный отсчет до гибели Города Авроры запущен... А это значит, что толпы оборванцев, которые штурмуют наши склады, все равно очень скоро сдохнут, — Янь Шан ткнул пальцем в сторону собеседников. — Но мы с вами — другое дело. Наши активы распределены по остальным Великим Царствам, и у нас на руках билеты на последний поезд. Мы сможем уйти невредимыми... Так что это наша последняя сделка тут.
— И... какова же, по-вашему, верная цена?
Янь Шан тонко улыбнулся и медленно растопырил пять пальцев.
— В пятьдесят раз?
— Нет. В пятьсот тысяч раз.
— В ПЯТЬСОТ ТЫСЯЧ РАЗ???? — у обоих бизнесменов от шока чуть не вывалились глаза из орбит. — Текущая рыночная цена угля — один медяк за килограмм! В пятьсот тысяч раз — это пятьсот тысяч медяков за килограмм?! Это же доход среднестатической семьи за несколько лет без еды и воды!
— На пятьсот тысяч медяков в Городе Авроры можно было купить полквартиры! А теперь на них предлагают купить один килограмм угля?! Да его даже на день обогрева не хватит!
Даже эти двое, считавшие себя законченными мерзавцами, были поражены названной цифрой. Чем это отличалось от прямого убийства горожан?
— Уголь? Вы серьезно думаете, что мы продаем уголь? — Янь Шан презрительно фыркнул. — Мы продаем... жизни этих ничтожеств.