— Верните наших соотечественников !!!
— Верните наших соотечественников!!!
— Откройте семь районов!!!
— Откройте семь районов!!!
— Верните наших соотечественников!!!
— Верните наших соотечественников…
— …
— Триста тысяч мирных жителей семи районов! Все они сгинули в Сером мире из-за бездействия города Авроры!!! Сегодня они бросили семь районов, а завтра могут бросить нас!!!
— Заместитель начальника Стражей Таньсинь! Он намеренно скрыл вести о гибели семи районов! Равнодушно смотрел, как триста тысяч наших соотечественников отправляются на тот свет! Это поступок абсолютного труса! Это хладнокровное предательство всего человечества!
— Сегодня! Мы требуем, чтобы он ответил перед нами! Ответил за триста тысяч погибших братьев из семи районов!!!
— Верните наших сограждан!!!
— Откройте семь районов!!!
— Верните наших соотечественников…
Возглавляла шествие группа молодых людей. Они несли знамена, на которых кровью, мазок за мазком, было выведено число «300 000». Запрокинув головы, они яростно кричали, на их шеях вздувались синие вены.
Зараженная их пылом толпа позади неистовствовала. Люди потрясали кулаками и вторили лидерам, их слитный рев сотрясал небеса.
Вся эта ярость и крики попали в объектив фотоаппарата. Репортер нажал на спуск, над камерой вспыхнула яркая вспышка, и мгновение навсегда застыло на пленке.
— Я до сих пор не могу поверить, что они настолько безразличны к человеческим жизням, — серьезно делился своим мнением один из жителей города Авроры, стоявший рядом с журналистом. — Семь районов — это промышленное сердце нашего контура. Там жили сотни тысяч трудолюбивых людей. Своим потом и кровью они двигали город Авроры вперед… Но теперь город вот так, без лишнего шума, взял и вычеркнул их всех. Я мало что смыслю в Сером мире, но это запредельная жестокость. Человечество ведь должно быть единым целым, верно? Мы обязаны помогать друг другу, а не выталкивать своих же на убой в критический момент.
Окрестные улицы уже превратились в бурлящий хаос. В это время с балкона ближайшего коричневого особняка за происходящим наблюдали две фигуры.
— Какая ирония… — Баи Е лениво оперся подбородком на руку, подставив лицо солнцу. Его серебряные серьги в форме змей слегка покачивались от движения. — Люди, ради безопасности которых город Авроры пожертвовал семью районами, теперь обвиняют его в жестокости и трусости… Неужели они не понимают, что именно они — главные выгодоприобретатели этой трагедии?
— Не каждому дано трезво оценивать обстановку. Они злы, потому что сострадают ближним, и я не считаю, что это ошибка, — Чу Муюнь, облаченный в белый медицинский халат, стоял, засунув руки в карманы, и спокойно рассуждал. — Человек по природе своей существо эмоциональное… Стоит лишь немного подтолкнуть в нужную сторону, и толпа пойдет следом. За всем этим определенно кто-то стоит и умело раздувает пламя.
— До чего же скучные люди живут в этих контурах. Спорят, грызутся, а правых и виноватых все равно не найти… Раз так, почему бы им всем не примкнуть к нашему Клубу Сумерек и не приблизить перезагрузку мира? — Баи Е зевнул. — Стоит только обнулить реальность, и все проблемы разлетятся в пыль.
— Именно потому, что большинство в Клубе Сумерек мыслит так же, как ты, нас и считают фракцией безумцев, — Чу Муюнь поправил очки.
Баи Е тихо хмыкнул.
Чу Муюнь:
— …
— А если серьезно, прошло уже двадцать часов, а мальчишка так и не вошел в город… — Баи Е повернул голову и прищурился, глядя на возвышающуюся неподалеку колоссальную стену и наглухо запертые городские ворота.
— Разве не ты утверждал, что он обязательно придет? — неторопливо отозвался Чу Муюнь. — Что, теперь сам занервничал? Боишься гнева Алого Короля?
— Нервничаю? С чего бы? В крайнем случае я сам сделаю вылазку за стену и притащу его сюда.
— Прошло слишком много времени. Откуда у тебя уверенность, что он вообще жив?
— Если бы он погиб, думаешь, город Авроры до сих пор оставался бы в целости и сохранности?
— …И то верно.
Глаядя на беснующуюся внизу толпу, Баи Е никак не мог унять внутреннее беспокойство. Тяжело вздохнув, он поднялся и направился в сторону городских ворот.
— Ладно, признаю, я слегка на взводе… Схожу проверю лично.
— Возможно, в этом уже нет нужды.
Баи Е замер.
Резкий порыв ледяного ветра ворвался со стороны внешних стен, заставив полы их плащей взметнуться вверх.
Чу Муюнь поправил очки, его лазурные глаза блеснули таинственным светом. Он медленно произнес:
— Неужели ты не слышишь? Этот грохочущий рев паровозного гудка, летящий прямиком из Серого мира.
Лязг! Лязг! Лязг!!!
Под свинцовым небом, оглушительно ревя паром, на бешеной скорости мчался поезд!
Железные колеса, казалось, растревожили скрытое под ледяным панцирем море. Из глубин начали подниматься бесчисленные темные силуэты. Поверхность ледяной пустоши пошла частой рябью, словно тысячи невидимых цветов одновременно распустились на ней.
Покрытые руническими узорами угри безумно выпрыгивали из отражений, бросаясь в погоню за составом. Издалека это походило на яростный черный прилив, неотступно летящий вслед за вагонами.
Монстры один за другим влетали под днище мчащегося на полной скорости поезда, превращаясь в клубы бушующего пламени, охватившего колесные пары. Невыносимый жар лизал днище вагонов. Скорчившиеся внутри люди в ужасе повскакивали со своих мест, их панические крики не затихали ни на миг.
Глаза несчастных, смотрящих через окна на пугающий, чуждый им потусторонний мир и беснующихся тварей, наполнялись еще более глубоким, беспросветным отчаянием.
— Все кончено… На этот раз нам не выжить.
— Как жарко, господи, как жарко! Мне кажется, вагон сейчас просто расплавится!
— Если так пойдет дальше, они нас догонят… Ха-ха, мы ни за что не доберемся до города Авроры.
— Папа, мне страшно…
— …
Несмотря на поднявшуюся панику, поезд не сбавлял ход. Он летел вперед подобно черной стальной стреле, рассекающей мерцающую поверхность зеркального моря.
Последние несколько вагонов, деформируясь от непрерывного жара, начали заметно крениться. Поезд, шедший до этого ровно, стало швырять из стороны в сторону. В кабине машиниста Чжао И уже весь взмок от пота.
— Не пойдет… Поезд долго не протянет!
Силуэт Чэнь Линя смазался, и в следующее мгновение он уже оказался на крыше локомотива. Вскинув пистолет, он принялся методично расстреливать преследующую их стаю рунических угрей. Сила деструкции раз за разом выбивала бреши в их рядах, но против этого чудовищного скопища его усилия казались каплей в море.
Он резко развернулся и посмотрел по ходу движения: там, в самом конце ледяной глади, сквозь искажения отражения уже проступали величественные очертания города Авроры…
— Жми вперед! — без колебаний скомандовал Чэнь Линь. — Прорвемся там — и мы у города Авроры!
Чжао И стиснул зубы. Сжав иссохшую руку мертвой хваткой, он до упора выжал рычаг. Состав, издав пронзительный, скрежещущий гул, рванул еще быстрее, увлекая за собой кипящий рунический поток и отчаянно устремляясь к спасительному отражению!
Гу-у-у-у!!!
Грохот пара расколол небосвод. В то самое мгновение, когда рунические угри готовы были окончательно испепелить хвостовой вагон, поезд на полной скорости протаранил границу Серого мира и растворился в воздухе. Секундой позже он возник уже на твердой, объятой бураном мерзлой земле реальности!
Однако хлынувшая следом лавина тварей не остановилась. Они рванули сквозь прореху вслед за составом, будто намертво привязавшись к своей добыче.
Когда на самом краю горизонта показалась колоссальная стена цитадели, Чэнь Линь в своем алом пальто, подставив лицо яростным порывам ветра на крыше локомотива, едва заметно улыбнулся…
Он слегка наклонился, коснулся кончиками пальцев ледяной обшивки поезда и едва слышно прошептал:
— Представление… начинается.