— И что, в городе Авроры совсем ничего не предпринимают? — нахмурившись, спросил Цзянь Чаншэн. — Если Владыка Аврора действительно умрет, падение города неизбежно. Неужели у Стражей нет никакого плана?
— План? А что они могут сделать? — медленно произнес Чу Муюнь. — В городе Авроры наверняка уже очень давно изучают способы продления жизни Владыки. Поверь мне, они сделали всё, что было в их силах, просто вы об этом не знаете... Они даже пытались найти способ заменить Владыку Аврору, чтобы защитить весь сектор Авроры, но в итоге так ничего и не добились.
— Откуда тебе так хорошо известно, что они делали? Неужели Клуб Сумерек настолько глубоко внедрился в структуры города Авроры? — не поверил Цзянь Чаншэн.
— Потому что я видел это своими глазами.
— Ты был на Базе «Аврора»?
— Нет, не на Базе «Аврора»... — Чу Муюнь глубоко посмотрел на Цзянь Чаншэна. — Ты думаешь, среди девяти баз человечества Владыка Аврора — единственный, чья жизнь подошла к концу?
Цзянь Чаншэн застыл. Он вдруг вспомнил один крайне дурной и шокирующий слух о Клубе Сумерек...
— Ты имеешь в виду...
— Некоторые вещи вы поймете сами, когда испытаете их на собственном опыте.
Чэнь Линь смотрел на этих двоих, говорящих загадками, и на его лице читалось полное непонимание. Но стоило ему приоткрыть рот, как Чу Муюнь снова заговорил:
— Как бы то ни было, вы двое — лучшие кандидаты для проникновения на Базу «Аврора». Это задание крайне важное и невероятно опасное, так что будьте готовы морально.
— Но разве База «Аврора» не считается сердцем всего царства? Там же жесточайшая охрана, внутрь не пробиться, — Цзянь Чаншэн ткнул в себя пальцем. — Как мы, две «Шестерки», сможем туда пролезть?
— У [Шестерки Черви] есть особые методы, позволяющие изменить внешность и проникнуть внутрь, но на базе слишком много пропускных пунктов. Подобраться к Владыке Авроре всё равно будет непросто... Если только кто-то не поддержит его изнутри самой базы.
— Поддержит? — Цзянь Чаншэн растерянно указал пальцем на себя. — ...Я?
— Именно.
— Но у меня же нет способностей к маскировке, как я попаду на внутреннюю территорию базы?
— Маскировки у тебя нет, зато у тебя есть другие сильные стороны... — Чу Муюнь с улыбкой посмотрел на Цзянь Чаншэна. — У меня уже есть тщательно продуманный план, вот только ради него тебе придется пойти на маленькую жертву...
Глядя на ухмылку Чу Муюня, Цзянь Чаншэн внезапно почувствовал неладное.
В захламленной тесной комнатке Вэнь Шилинь приколол к стене очередную фотографию, после чего тяжело вздохнул и устало опустился на край кровати.
Он посмотрел на противоположную стену. Плотная сеть переплетенных нитей напоминала огромную паутину, соединяющую бесчисленные хаотичные фотографии, газетные вырезки и личные заметки. С первого взгляда казалось, будто попал в логово паука-оборотня...
Тусклые лучи заходящего солнца проникали сквозь окно, освещая эту пеструю, рябящую в глазах стену. Вэнь Шилинь утомленно потер переносицу. Немного переведя дух на кровати, он медленно поднялся и снова сел за письменный стол.
— 28 декабря 379 года Новой Эры... — стоило ему сипло заговорить, как [Чудесное перо] сама собой принялось выводить строчки. — Еще один день без выхода на улицу... Однако мне удалось полностью собрать мозаику из происшествий, предположительно связанных с проектом «Рука искупления». Отбросив те инциденты, непричастность которых уже подтверждена, я в итоге выделил три ключевых события.
Первое: заместитель командующего Тань Син тайно переправил огромную партию взрывчатки на Базу «Аврора».
Второе: если судить по торговым отчетам, полученным из торговой палаты «Созвездие», часть человеческих органов была продана покупателю под кодовым именем «Аврора». То, что торговая палата осмелилась оставить лишь эти два иероглифа без каких-либо дополнительных деталей, исключает обычных торговцев или частные псевдонимы... Подобное наименование может относиться только к сектору Авроры, городу Авроры, Базе «Аврора» или Владыке Авроре. Первые два варианта можно исключить по масштабу, а Владыка Аврора и так находится на Базе «Аврора». Следовательно, с огромной долей вероятности та партия органов поступила именно на Базу «Аврора»...
Третье: дело об исчезновении стариков, которое я расследовал полгода назад... Пациенты, чьи болезни врачи признали неизлечимыми, бесследно исчезали прямо из больниц без ведома родственников. А на следующий день на банковских счетах их семей появлялись солидные суммы... Тогда ниточки этого дела привели прямиком к Стражам. Позже власти предоставили подписанные документы о добровольном согласии: якобы пожилые люди не хотели ложиться бременем на свои семьи и добровольно пожертвовали собой ради медицинских экспериментов над людьми на Базе «Аврора».
Взрывчатка, донорские органы, эксперименты на живых людях... Всё это тесно связано с Базой «Аврора». Что же, черт возьми, там происходит?
Вэнь Шилинь замолчал. Он посмотрел в окно на догорающий закат, на городские постройки и прохожих, тянущихся до самого горизонта. В его глазах отразилась непоколебимая решимость.
— Это дело зашло слишком далеко, оно уже унесло жизнь А-Чэна... Я не могу втягивать еще и Линь Яня. Расследовать это я должен в одиночку.
В этом городе живет слишком много людей, они не властны над собственной судьбой. Если База «Аврора» замышляет что-то против всего города, последствия будут катастрофическими... Какая бы опасность не грозила, кто-то должен докопаться до истины...
Я готов стать глазами этого города.
...Запись окончена.
Стоило Вэнь Шилиню произнести последнюю фразу, как перьевая ручка слегка качнулась и послушно упала на бумагу.
Вэнь Шилинь глубоко вздохнул. Он быстро накинул висевшее у двери пальто, надел серый берет, спрятал блокнот с ручкой в карман и, повесив на шею фотоаппарат, поспешно вышел...
Щелчок! — дверь заперли на замок в сгущающихся сумерках.
Ночь постепенно сгущалась.
Горожане зажигали свечи, бережно опуская их в бумажные фонари, и развешивали под карнизами своих домов. Если прищуриться, улицы казались усыпанными пышными огненными букетами.
За исключением плотно застроенных и процветающих коммерческих кварталов, на остальных улицах города Авроры фонарные столбы были редкостью. В эту эпоху, когда электроэнергия ценилась на вес золота, именно эти мягкие огоньки у дверей разгоняли мрак мостовых островками света, указывая дорогу домой мужьям, женам и детям.
В этот час молодой человек в сером ватнике медленно брел в полумраке, согреваемом теплым сиянием фонарей. Его тень, точно догорающая на ветру свеча, то укорачивалась, то растягивалась...
Его потрескавшиеся губы слегка приоткрылись, выдохнув облачко белого пара, которое мгновенно растворилось в ледяном ночном воздухе.
— Лапша! Свежая, горячая лапша!
— Парень, только с работы? Голодный небось?
— Заходи, согрейся миской лапши!
Громкий, зычный голос раздался неподалеку. Мужчина средних лет в фартуке стоял у дверей своей лавки: в одной руке он держал половник, другую упер в бок, шумно зазывая проходившего мимо Чжао И. Его голос, точно зимнее солнце, так и лучился бодростью и надеждой.
Чжао И замер. Он на негнущейся шее повернул голову в сторону ярко освещенной фонарями лапшичной, его взгляд был совершенно отрешенным.
— Парень, что-то ты бледный совсем, — с недоумением протянул лапшичник. — Тебе на вид и двадцати нет, а выглядишь увядшим и безжизненным сильнее, чем я, старик на пороге шестого десятка...
— ...Н-нет, всё нормально, — в голове у Чжао И царил полный хаос. Он машинально замахал руками, толком не соображая, что говорит.
— Да ладно тебе, заходи перекусить! Лицо у тебя доброе, сделаю скидку в двадцать процентов, а? Наша лапша со свиными ребрышками — лучшая во всем городе Авроры!
Чжао И пристально посмотрел на бурлящий, пускающий пар котел, в котором варилась лапша, и непроизвольно сглотнул слюну. Однако его пальцы наткнулись в кармане на жалкие крохи оставшихся денег, и он заставил себя отвести взгляд.
— Спасибо, но я не голоден.
Чжао И покачал головой и, миновав залитый теплым светом порог лавки, решительно шагнул в пронизывающий ледяной ветер.
Он долго плутал по переулкам, постепенно оставляя позади шумные, оживленные кварталы и углубляясь в глухую, безлюдную окраину западного района. Когда он наконец подошел к своей ветхой двухэтажке, та стояла в кромешной тьме, и лишь в его окне теплился слабый свет керосиновой лампы.
Шаг за шагом Чжао И преодолел ступени. Войдя в комнату, он увидел, что Линь-эр уже крепко спит на стареньком диване у входа... Одной ручонкой она всё ещё сжимала край маленького одеяла. Похоже, она пыталась дождаться брата, но сон сморил её.
Электричества в доме не было. Чжао И замер в полумраке дверного проема. Глядя на тихо посапывающую Линь-эр, он почувствовал, как на его обветренном, замерзшем лице проступила мягкая улыбка.
Он бесшумно подошел, осторожно поднял девочку на руки и понес в спальню... Но в этот момент, несмотря на то что Линь-эр весила совсем немного, его спину прошила неописуемая, раздирающая боль. Чжао И покачнулся, чуть было не рухнув на пол вместе с сестрой.
К счастью, он успел упереться ладонью в стену и удержал равновесие. К тому времени, как он опустил Линь-эр на её маленькую кровать, его лоб покрылся крупными каплями холодного пота.
— Черт...
Сцепив зубы, он дрожащими пальцами выудил из кармана таблетку и поспешно проглотил её. Чжао И долго сидел на корточках у двери, пока эта пронзающая саму душу боль наконец немного не утихла.
Диагноз божественного доктора Чу оказался верным. Чжао И уже отчетливо чувствовал, как стремительно угасают его физические силы... С такой скоростью всего через несколько дней он окажется полностью парализован и будет просто гнить в постели в ожидании смерти.
Смутный лунный свет падал сквозь окно на кровать, озаряя безмятежное лицо спящей Линь-эр. Кулаки Чжао И непроизвольно сжались. Он стоял неподвижно, точно каменное изваяние во тьме.
Прошло немало времени, прежде чем он достал из кармана помятую форму согласия на добровольное участие в медицинских экспериментах над людьми. В его тусклых, угасающих глазах медленно разгоралась фатальная решимость.
Он заботливо поправил одеяло Линь-эр, нежно погладил её по голове и тихо прикрыл за собой дверь. Его силуэт растворился во мраке прихожей...
Едва спустившись на первый этаж, Чжао И увидел Сюй Чунго, который сидел на крыльце и курил.
— Чжао И, ты когда вернулся? — удивленно спросил Сюй Чунго, завидев выходящего из темноты парня.
— Только что...
— А, понятно. Я просто не знал, когда ты освободишься, поэтому забрал Линь-эр к нам на ужин... Сейчас она уже спит, верно?
— Да.
— Сам-то ел?
— ...Нет.
Сюй Чунго вгляделся в его мертвенно-бледное лицо и с тревогой спросил:
— Что с тобой происходит? Что-то стряслось?
— ... — Чжао И помолчал, а затем выдавил слабую улыбку. — Дядя Сюй, в будущем... мне придется просить вас приглядывать за Линь-эр. Заботьтесь о ней, пожалуйста...
— Что это еще значит?
— Я нашел неплохую работу. Но там очень строгие требования, объект засекреченный. Скорее всего, я теперь не смогу часто возвращаться домой.
— Засекреченная работа? — Сюй Чунго с удивлением уставился на него. — И где же ты её нашел?
— В официальном ведомстве, — Чжао И поспешно перевел тему. — Работа тяжелая, но платят отлично. Мне на самом объекте деньги тратить не на что, так что я попросил высылать жалованье сюда... Линь-эр еще слишком мала для таких дел, поэтому получателем я указал ваше имя.
— А? Оу... Ну, без проблем, — Сюй Чунго словно что-то вспомнил. — Так ты сходил в больницу? Что врач сказал насчет твоей раны?
— Сходил. Доктор сказал, обычная поверхностная травма, ничего серьезного. Выписал мази и таблетки, скоро всё затянется.
— Ну и слава богу, здоровье — главное, а деньги всегда заработать можно, — кивнул Сюй Чунго. — Но ты там на своей работе смотри, хоть изредка, но вырывайся домой... Линь-эр сейчас быстро растет. Если долго не будешь появляться, потом родную сестру не узнаешь.
Чжао И на секунду замер. Он бросил последний взгляд на тусклое окно своей квартиры и мягко улыбнулся:
— Тогда я пойду, дядя Сюй.