Каждое из условий для тех трех представлений, что Чэнь Лин успел разыграть ранее, он был способен понять... Однако на этот раз критерий акта действительно поверг его в смятение.
«На сцене, где нет ни единого зрителя, сыграть финал под гром оглушительных аплодисментов»?
Раз уж сцена «без зрителей», то как можно добиться «грома оглушительных аплодисментов»? Разве это не противоречит само себе?
Чэнь Лин тяжело насупился, неустанно прокручивая в голове эту единственную фразу и пытаясь ухватить хоть какую-то нить вдохновения. Но сколько бы он ни истязал себя размышлениями, все было тщетно.
В этот момент издали донёсся сотрясающий небо и землю оглушительный грохот, прервав его раздумья. Окружающее пространство отхлынуло обратно, словно приливная волна, и он снова оказался на ступенчатой лестнице перед вокзалом — будто всё, что только что произошло, было лишь короткой иллюзией.
Дон-н-н!!!
За стенами Города Авроры столб частиц, соединивший небеса и землю, вырвался прямо из недр почвы. Он пронзил небесный свод под прямым углом, устремляясь, казалось, в открытый космос;
Густые туши убитых бедствий взмыли над морской гладью, будто полностью преодолев гравитацию, и градом устремились вверх, к облакам. Под ударами столкновения нескольких жутких аур истончившийся до предела купол Авроры над городом слегка дрогнул и начал испаряться с видимой глазу скоростью...
Увидев эту картину, Вэнь Шилинь слегка изменился в лице и медленно прикрыл глаза:
— Похоже, Владыка Авроры подошел к своему пределу...
Над морской гладью, где бушевал солнечный шторм, в вышине беспрестанно вспыхивали нестерпимо слепящие лучи. Если бы кто-то поднял сейчас голову от воды, он увидел бы, что под самым куполом застыли двенадцать пылающих солнц, излучающих бесконечный свет и всеиспепеляющий зной.
А прямо под этими двенадцатью палящими светилами человек в белом лабораторном халате стоял на самой пустоте, холодно взирая на несколько распадающихся и плавящихся исполинских теней вдалеке...
— Я уложил четырнадцать ваших тварей 8-й ступени и семь 7-й, а вы всё еще терпите? — хрипло произнес Владыка Авроры. — Что и требовалось ожидать от Запретного Моря... Какими бы сильными ни были здешние бедствия, они — всего лишь кучка трусливых черепах, прячущих головы под панцирь...
Владыка Авроры медленно шагал по воздуху. При каждом его шаге твари на самом дне в панике отступали назад, расчищая перед ним полукруглую полусферу и не смея подойти ни на миллиметр.
Владыка Авроры поднял ладонь, вознамерившись начать новую атаку, как вдруг его лицо резко исказилось.
— Кх-кх, кх-кх, кх-кх...
Сжав губы ладонью, он зашелся в мучительном, раздирающем грудь кашле. Алая кровь ручьями потекла по его предплечью, пачкая белизну халата. На его лице не осталось ни единой капли краски.
Вместе с этим кашлем зависшие под небесами двенадцать палящих солнц мгновенно потускнели и начали стремительно распадаться, оставив после себя лишь одно туманное светило, которое беззвучно освещало землю, не отдавая больше ни капли тепла.
Увидев это, скрывающиеся на самом дне черные тени блеснули зрачками. Они начали пробными перебежками подбираться к Владыке Авроры.
Владыка Авроры медленно опустил ладонь и резко метнул свирепый взгляд на морское дно. Твари мгновенно, точно потеряв душу, кинулись назад, продолжая исподтишка наблюдать и выжидая, когда Владыка Аврора окончательно утратит способность сопротивляться, чтобы нанести один-единственный смертельный удар.
И кто после этого скажет, что у бедствий нет мозгов?
Эти живущие на самом дне Запретного Моря твари были невероятно хитрыми, настоящими гиенами!
Владыка Авроры окинул бледным взором все вокруг. Под угрозой витающих в воздухе многочисленных электрических дуг ни одно бедствие пока не смело рвануть вперед, однако оставшиеся затаившимися на дне исполинские тени вдали уже зашевелились...
Владыка Авроры оглянулся назад. В этот момент он находился уже на весьма внушительном расстоянии от Города Авроры — он зашел слишком глубоко в Запретное Море.
Его глаза, бурлящие едва заметным слабым свечением, слегка прищурились. Он развернулся и пошагал обратно в сторону Города Авроры.
И ровно в то мгновение, когда он повернулся спиной, те несколько бедствий 8-й ступени, которых он только что нещадно избивал, мгновенно взвились со дна! Роем устремившись к нему, покрытые густой вязью проклятых рун туши за доли секунды оказались прямо над головой Владыки Авроры!
Владыка Авроры холодно хмыкнул.
Его ладонь снова сжалась в пустоте, и вокруг его тела вспыхнуло кольцо, сплетенное из ионных пучков. В следующее мгновение с небес обрушились разряды напряжением в сотни миллионов вольт, точно молот тора, с филигранной точностью разя по бросившимся в атаку бедствиям — все небо в секунду превратилось в безбрежный океан молний!
Ощутив в этой внезапной грозе жуткую, уничтожающую мощь, несколько бедствий с трудом вырвались из эпицентра и кинулись наутек. Они-то полагали, что повернувшийся спиной Владыка Авроры уже окончательно истощен, и никак не ожидали, что он способен между делом выдать столь катастрофическую атаку!
Владыка Авроры попросту поймал их на наживку!
И пока твари в панике разлетались во все стороны, Владыка Авроры сделал шаг вперед, и его силуэт стрелой помчался в сторону Города Авроры!
— Кх-кх, кх-кх, кх-кх... — снова раздался приступ судорожного кашля, на этот раз куда более тяжелый, чем прежде. Магнитное поле вокруг Владыки Авроры начало окончательно разрушаться и рассеиваться, а пламя в его глазах напоминало догорающую сухую ветку, готовое погаснуть в любую секунду.
Прошлая атака была лишь обманным маневром, чтобы прикрыть собственное плачевное положение. Теперь же, когда молнии развеялись, он действительно дошел до своего предела...
В этот момент бессчетные бедствия, всё это время скрывавшиеся на самом дне, наконец всё поняли. Не заботясь о том, позволит ли их ранг убить Владыку Аврору, они, точно почуявшие запах крови акулы, безумно устремились к нему со всех сторон!
Еще недавно трусливо прятавшиеся твари теперь, совершенно не жалея жизней, заполнили всю акваторию густой вязью проклятых рун и оглушительным, диким ревом!
Владыка Авроры уже не в силах был удерживать полет. Накренившись, он тяжело опустился на заснеженную землю. Неисчислимая орава бедствий настигала его за спиной. С каждым шагом он оставлял на снегу кровавые следы; его тело дрожало, готовое рухнуть в любую секунду, а высящийся впереди Город Авроры расплывался перед глазами.
Он знал, что умирает.
Эта сотрясшая небеса и землю битва сожгла в нем последний остаток жизненных сил. Он впервые выплеснул всю свою силу без остатка — словно пышный фейерверк, готовящийся более трехсот лет, наконец догорел после ослепительного всплеска, встречая угасание последней искры.
Однако прямо сейчас в душе Владыки Авроры не было ни единой капли печали или досады. Напротив, он испытывал невиданное прежде, абсолютное упоение!
Для него, для Владыки Авроры, этот финал, пожалуй, был самым идеальным.
Но сейчас... ему оставалось сделать еще одно дело.
Владыка поднял взор на величественную стену Города Авроры и глубоко вдохнул...
Собрав последние силы, он исторг из себя голос, разорвавшийся над миром раскатистым громом:
— ТАНЬ СИН!!!!
Находившийся внутри Города Авроры Тань Син резко обернулся!
К этому моменту Тань Син уже перебил почти всех Стражей, устроивших на него охоту. Абсолютно каждый был им избит так, что выбитые зубы и сломанные кости усеяли всю мостовую. А те пару человек, что еще дергались, лишь в ужасе дрожали в стороне, не смея подойти к Тань Синю ни на шаг.
Услышав клич Владыки Авроры, Тань Син тут же бросил остатки выживших. Он без малейших колебаний подхватил форменный плащ Стража, черный кофр с [Рукой искупления] и молнией устремился за городские врата!
Он знал, что миг встречи с «Искуплением»... настал.