— Тогда... не вини меня.
В следующую секунду Хань Мэн внезапно ощутил, как его рука стала легче. Он растерянно опустил взгляд и обнаружил, что детонатор, который он только что крепко сжимал, превратился в кусок черного угля.
— Ты...?!
Реакция Хань Мэна была молниеносной: он тут же вскинул пистолет, целясь в Чэнь Линя, но прежде чем успел поднять оружие, оно точно так же обратилось в уголь.
В то же время Чэнь Лин уже навел на него свой пистолет...
— Кто сказал, что один и тот же прием не сработает дважды? — Чэнь Лин тихо усмехнулся.
Бум-бум!
Грянули два выстрела, и пули Чэнь Линя вонзились в оба колена Хань Мэна!
Хань Мэн никак не ожидал, что Чэнь Лин действительно выстрелит в него. Эти два выстрела ювелирно перебили сухожилия в коленях; он невольно повалился на колени, полностью лишившись возможности передвигаться...
Едва прогремел третий выстрел Чэнь Линя, дезинтегрирующая пуля со свистом пролетела у самого уха Хань Мэна, пробив в центре находившейся за его спиной конструкции подъемника зияющую дыру!
В следующий миг подошва Чэнь Линя с силой обрушилась ему в грудь!
Чудовищная сила толкнула Хань Мэна, и потерявший равновесие Страж невольно опрокинулся назад, с размаху проваливаясь прямо в дыру... Под провалом простиралась вертикальная бездна, ведущая на самую глубину Базы «Аврора».
Фигура Хань Мэна стремительно ухнула в глубокий колодец, небо в его глазах быстро удалялось. И в его ошеломленном взоре алая фигура, стоявшая у края провала, едва заметно изогнула губы в улыбке...
[Уровень ожидания зрителей: +3%]
[Текущий уровень ожидания: 74%]
Бум!!
Подъемник охватил вспыхнувший шар огня, и каменная структура на поверхности со скрежетом обрушилась: единственный путь, связывавший Базу «Аврора» с внешним миром, оказался уничтожен, наглухо запечатав подземные уровни от поверхности!
На поверхности Чэнь Лин держал детонатор в одной руке, а другой медленно убирал пистолет, тяжело вздохнув:
— С трудом выпал шанс отыграть спектакль, а он лезет напролом... Ну и зачем?
Чэнь Лин в последний раз взглянул на заваленный подъемник и повернулся, уходя прочь.
По мере приближения ярко-красного театрального одеяния обступившие его бедствия переглянулись и все же расступились, освобождая дорогу. Чэнь Лин даже не удостоил их взглядом: он снова раскрыл черный зонт и с бесстрастным лицом пошагал вдоль улицы...
Эти бедствия не знали, что задумывал Чэнь Лин, они лишь на инстинктивном уровне испытывали священный трепет перед этим алым одеянием. И чем ниже был ранг бедствия, тем сильнее проявлялся этот страх.
Однако это вовсе не означало, что он мог безнаказанно творить в Запретном Море все, что вздумается.
Чэнь Лин чувствовал, что в самом конце улицы, за разрушенной городской стеной, в морской бездне совсем иного измерения, сквозь бесконечную пустоту в него беззвучно впился пристальный взор... В нем не было страха — лишь замешательство, оценка и подозрение.
Чэнь Лин знал, что хозяином этого взора является то самое бедствие ранга «Погибель Миров» из Запретного Моря.
Точно так же его не боялись и несколько монстров 8-й ступени, возвышающиеся вдали. Они гигантскими скалами застыли за пределами городских стен: судя по всему, они опасались, как бы их исполинские туши при входе в город случайно не раздавили находящихся в яслях детенышей. Но куда важнее было то, что они ждали приказа своей «Погибели Миров».
Появление Чэнь Линя здесь было равносильно тому, как глава одного государства неожиданно ступает на территорию другого: оба обладали оружием, способным стереть противника в порошок, однако пока не прояснилась причина его визита, никто не смел делать опрометчивых шагов...
Именно этой опасной и зыбкой атмосферы Чэнь Лин и добивался.
Разумеется, он не мог высвободить истинного [Пересмешника] ; он лишь прикрывался его знаменем, чтобы выиграть себе время для действий. Ему нельзя было проявлять ни малейшей слабости или испуга — только безупречно сыгранная роль гарантировала его безопасность... А актерская игра была тем, в чем Чэнь Лин превосходил всех.
Миновав улицу, Чэнь Лин устремился прямиком к башне, однако перед тем самым бедствием 7-й ступени, уничтожившим Зимнюю Гавань, ему все же пришлось замереть.
— ...Сгинь! — процедил он низким голосом.
Размеры этого бедствия были слишком велики. Огибать его означало не только потерять драгоценное время, но и вызвать подозрения у остальных монстров... А потому Чэнь Лин выбрал прямой путь.
Алое театральное одеяние бешено трепетало на ледяном ветру. Под холодным, исполненным непререкаемой угрозы взглядом Чэнь Линя бедствие 7-й ступени все же покорно подвинуло свое туловище, освобождая Чэнь Линю прямую дорогу к башне.
В то же время остальные бедствия, заполнившие пространство за ним, тоже бросились врассыпную, провожая Чэнь Линя взглядами, полными дикого опасения и ужаса.
Чэнь Лин с непроницаемым лицом держал зонт и продолжал идти вперед.
Его подошвы скрипели по ледяному снегу. По обе стороны дороги тянулись либо погребенные под руинами здания, разрушенные тушами монстров, либо усыпанные Запретными цветами трупы...
Из отражения в окне он даже разглядел, как в одном низеньком доме на телах более чем двадцати знакомых ему людей прорастали алые цветы — и даже маленькие дети не стали исключением.
Чэнь Лин слышал. Он слышал, как зародыши Запретного Моря устроили пиршество внутри человеческих останков.
То был звук разгрызаемых костей, звук высасываемой плоти и крови... Не останься в этих оболочках ни капли души, даже они стали бы для них питательной средой. Город Авроры, всего пару дней назад наполненный жизнью, превратился в рассадник для бедствий.
Пройдет совсем немного времени — и эти тела высохнут дотла, а уродливые твари вырвутся из них наружу, чтобы стать смертельными врагами для следующего Домена.
Чэнь Лин остановился перед высокой башней.
Он вскинул голову к небу, бескрайнее сияние безумно бурлило, точно бесчисленные беспомощные тени яростно кричали, да только их вопли не могли обрести звук, а фигуры навсегда застыли в вышине.
— Я слышу вас... — пробормотал Чэнь Лин, глядя на полыхающее небо. — Я подарю вам вечный покой.
Он взглянул на время и сделал шаг на лестницу.
Глядя, как он поднимается по башне, бедствия, облепившие внешние стены, замерли в явном замешательстве. Они не понимали, что делает Чэнь Лин, но в то же время сущность в глубинах Запретного Моря, казалось, ощутила нечто неладное: по тонкой водяной поверхности побежала частая рябь!
Гу-у-у!!
Низкий гул прокатился по морской глади. В эту секунду абсолютно все бедствия резко повернули головы к Чэнь Линю, карабкающемуся по башне, и безумной лавиной хлынули к нему!
Покрытый символами гигант, шатаясь, поднялся на ноги, огласил воздух яростным ревом, выдернул из земли дубину и напролом рванул к башне. Бедствие 7-й ступени, погубившее Зимнюю Гавань, выбросило бесчисленные водоросли, затянувшие все вокруг. А те несколько бедствий 8-й ступени, поджидавших снаружи, словно безумные, с диким визгом ворвались в город!
Они, кажется, догадались, что задумал Чэнь Лин.
Походившее на сома бедствие, прилепившееся к внешним стенам башни, резко рвануло вверх, мгновенно разнесся кладку стены в труху. Ощутив, как ступенчатые марши под ногами уходят из-под ног, Чэнь Лин выхватил пистолет и без колебаний выпустил три пули себе в желчный пузырь, селезенку и легкое!
Бум-бум-бум!
Состояние, бесконечно близкое к смерти, даровало ему взрывную силу. Он оттолкнулся обеими ногами, и его тело алой кометой взмыло прямо в небо!
— Только сейчас сообразили? — искусанные в кровь губы Чэнь Линя изогнулись в усмешке, и он оскалился, глядя на беснующуюся внизу орду бедствий. — Поздно...
Густые тучи бедствий кинулись к башне, словно исполинская черная лапа, тянущаяся к Чэнь Линю, взлетающему к самым облакам. Но за мгновение до того, как они коснулись его тела, фигура в ярко-красном театральном одеянии широко распахнула руки!
В этот момент Чэнь Лин словно превратился в красного бумажного змея, взмывающего в поднебесье, чтобы заключить сияние Авроры в объятия!
— Смотрите внимательно... В этот раз спасение вам принесу я!
Стоило Чэнь Линю сжать кнопку детонатора в руке, как десятки ослепительных солнц мгновенно вспыхнули на земле внизу. Обжигающий океан света поглотил весь город целиком!