— Чжао И?
Сюй Чунго, сидевший на ступенях и прикуривавший сигарету, завидев возвращающегося юношу в сером ватнике, тут же поднялся ему навстречу и серьезно спросил:
— Чжао И, ты где только что был?
Чжао И неловко почесал затылок, пытаясь избежать пристального взгляда Сюй Чунго.
Лицо Сюй Чунго слегка помрачнело. Он перехватил правую руку Чжао И — в ней всё еще был зажат короткий нож, испачканный комьями земли.
— Ты ходил убивать старика Дина?
— Я... вообще-то собирался...
— И что в итоге? — Сюй Чунго понизил голос. — Он мертв? Где ты спрятал тело? Тебя кто-нибудь видел?
— Старик Дин действительно мертв... Но это сделал не я.
Сюй Чунго опешил:
— Тогда кто? Стражи?
— Нет, тот репортер по фамилии Линь. Я своими глазами видел, как он застрелил старика Дина в переулке, — Чжао И невольно нахмурился, вспоминая недавний ледяной и безразличный взгляд Чэнь Линя. — Мне кажется, с этим репортером что-то сильно не так...
Выражение лица Сюй Чунго мгновенно стало очень странным:
— Как... опять этот Линь Янь?
— Опять?
— Буквально перед твоим возвращением сюда заходил офицер Хань Мэн, — медленно произнес Сюй Чунго. — Он расспрашивал, брал ли у нас интервью этот репортер Линь Янь, и не знаем ли мы, где он живет... Но откуда нам знать, где живет этот репортер?
— Офицер Хань Мэн тоже считает его подозрительным? — Чжао И нахмурился, погрузившись в раздумья.
— Как бы то ни было, дело офицера Хань Мэна наконец закрыто... Теперь мы можем жить спокойно, — Сюй Чунго похлопал Чжао И по плечу. — Больше не вздумай ввязываться в такие дела с убийствами и местью, хорошо?
Чжао И хотел было ответить, но стоило ладони Сюй Чунго опуститься на его плечо, как парень резко побледнел и состроил болезненную гримасу, стиснув зубы от боли.
Заметив это, Сюй Чунго тут же отдернул руку:
— Твоя рана всё еще не затянулась?
— ...Нет.
— Я же еще тогда говорил тебе сходить в больницу, почему ты до сих пор не показался врачу?
Чжао И приоткрыл рот, но лишь горько вздохнул:
— Мы совсем недавно перебрались в город Авроры. Едва-едва удалось найти работу, а жалованья едва хватает на жизнь мне и Линь-эр... Откуда у меня лишние деньги на больницу?
В глазах Сюй Чунго промелькнула смесь жалости и бессилия. Он развернулся и ушел в дом, а через минуту вернулся и насильно вложил в ладонь Чжао И десяток серебряных монет.
— Если возникнут трудности, сразу говори дяде, — серьезно произнес Сюй Чунго. — Пусть я сам пока безработный, но когда мы бежали из Третьего сектора, я успел прихватить большую часть своих сбережений... Возьми, подлечись. Как начнешь нормально зарабатывать, тогда и отдашь.
— Но дядя...
— Бери-бери. Сначала поправь здоровье, чтобы силы были работать и деньги зарабатывать.
Не терпящим возражений тоном Сюй Чунго запихнул деньги Чжао И за пазуху и сразу же развернулся, уйдя к себе. Чжао И остался стоять в одиночестве, его глаза блестели от подступивших слез благодарности.
Чжао И не привык попусту колебаться. Взяв деньги у Сюй Чунго, он сразу же направился в больницу. В конце концов, дядя был абсолютно прав: чтобы зарабатывать, нужно сначала вернуть здоровье. С его нынешним состоянием, когда он даже тяжелого поднять не может, долго не протянешь.
Он выбрал одну из государственных больниц города Авроры. Хотя там всегда было полно народу, а оборудование оставляло желать лучшего, неоспоримым плюсом была относительно невысокая плата за услуги. Взяв последний на сегодня талон на прием, Чжао И толкнул дверь смотрового кабинета.
— На что жалуетесь? — спросил врач, закрывая историю болезни предыдущего пациента.
— Рана на спине. Уже сколько дней прошло, а она совсем не затягивается.
— Снимайте рубашку, я посмотрю.
Когда Чжао И стянул верхнюю одежду, обнажив глубокий, почти до костей, след от удара хлыстом, врач ошеломленно округлил глаза.
— Вы... — Доктор осторожно протянул руку и слегка коснулся раны. Чжао И едва не подпрыгнул на месте от резкой боли. — Вы ведь один из выживших, кто прибыл из Третьего района несколько дней назад?
— Откуда вы знаете?
— Раны, нанесенные Бедствием, мы лечить не умеем.
Доктор со вздохом покачал головой и принялся что-то писать в медицинской карте.
— Более того, поражение уже дошло до внутренних органов, его невозможно вывести... Вы совсем молодой, семьи и детей ведь еще нет? Родители приехали с вами? Мне нужно поговорить с кем-то из старших...
Чжао И застыл, словно громом пораженный.
— Доктор... я не поправлюсь?
Врач не ответил прямо, но выражение его лица говорило само за себя.
Лицо Чжао И стало мертвенно-бледным. Он с таким трудом раздобыл деньги, надеясь поскорее вылечиться, и никак не ожидал услышать подобный приговор... Вдруг вспомнив о кое-чем, он ухватился за это, словно за соломинку:
— Доктор, а вы случайно не знаете врача по фамилии Чу? Мой знакомый говорил, что он невероятный мастер. Может, мне стоит обратиться к нему?
— По фамилии Чу? Вы имеете в виду того самого божественного доктора Чу? — Врач тяжело вздохнул. — С вашим состоянием даже он, скорее всего, будет бессилен... Ладно, я напишу вам адрес его клиники, сходите, попытка — не пытка.
Договорив, врач на секунду задумался, выдвинул ящик стола, достал оттуда какой-то бланк и протянул его Чжао И.
— Что это?
— Форма согласия на добровольное участие в медицинских экспериментах над людьми. Если надежды совсем не останется, можете рассмотреть этот вариант и заявить о себе властям города Авроры... По крайней мере, после вашей кончины ваша семья получит весьма щедрую компенсацию.
Чжао И тупо уставился на бланк, в его голове воцарилась абсолютная пустота. Он машинально засунул бумагу в карман и на негнущихся ногах вышел из кабинета.
В холодном, тускло освещенном коридоре выстроилась длинная очередь кашляющих и стонущих пациентов. Чжао И стоял среди этого непрекращающегося шума человеческих страданий, словно каменное изваяние. Лишь спустя долгое время он медленно опустил взгляд на листок с адресом клиники...
Это была последняя надежда в его жизни.
Время близилось к сумеркам.
Чэнь Линь толкнул тяжелые двери редакции и ровно в назначенный час покинул здание — рабочий день подошел к концу.
Хотя официальные часы работы завершились, подавляющее большинство сотрудников продолжали усердно трудиться сверхурочно. В конце концов, «Вестник Авроры» сейчас являлся крупнейшим печатным изданием во всем городе, и те, кто мечтал пробиться наверх и сделать имя, нещадно соперничали друг с другом, утопая в бесконечной переработке...
Но Чэнь Линь, разумеется, участвовать в этой гонке на выживание не собирался.
Во-первых, роль репортера была лишь временным прикрытием для сбора разведданных, и он не планировал карабкаться по карьерной лестнице, так что тратить драгоценное время на бессмысленные переработки не имело смысла. Во-вторых, как «восходящая звезда журналистики», успевшая всего за несколько дней службы выдать сразу две громкие сенсации, он вполне мог позволить себе роскошь уходить вовремя.
Единственное, что немного удивляло Чэнь Линя — это то, что с момента завершения дела Хань Мэна в редакции больше не появлялся Вэнь Шилинь. Он не брал его на новые интервью или расследования, да и вообще пропал из виду, занимаясь какими-то своими делами.
Шагая по улице, Чэнь Линь боковым зрением внезапно зацепил знакомую фигуру впереди. Его глаза слегка сузились...
«Чжао И?»
Парень по-прежнему был одет в свой серый ватник. Сжимая в руке клочок бумаги, он озирался по сторонам, явно пытаясь что-то отыскать, однако его растерянный и потерянный вид говорил о том, что мысли его витали очень далеко.
Немного подумав, Чэнь Линь решил не проходить мимо. Вместо этого он бесшумно последовал за Чжао И на некотором расстоянии, решив разузнать, куда именно направляется юноша.