Вэнь Шилинь сам проявил инициативу и упомянул улицу Ледяного Источника — именно этого Чэнь Линь и добивался.
Подросток на фотографии на самом деле был вымышленным образом: Чэнь Линь изменил собственное лицо с помощью маски и сделал этот снимок. Это был вовсе не Чэнь Янь. В конце концов, если бы выжившие из Третьего района увидели настоящее фото Чэнь Яня, они могли бы легко связать его с ним самим... Ему требовалось лишь передать ключевую информацию, и важнейшим звеном в этой цепи улик была «улица Ледяного Источника».
— Да, об этом я тоже узнал лишь позже... По словам доктора Чу, когда он нашел моего брата, у него забрали не только сердце, он... он...
Лицо Чэнь Линя постепенно побледнело, его кулаки непроизвольно сжались, словно от невыносимой боли он был просто не в силах продолжать.
Чу Муюнь поймал многозначительный взгляд Чэнь Линя и весьма услужливо продолжил вместо него:
— Не только сердце. У ребенка забрали все органы, представляющие хоть какую-то ценность, внутри он был абсолютно пуст... Сотворить подобное с ребенком — это верх бесчеловечности.
Вэнь Шилинь погрузился в молчание.
Сидящий напротив Чэнь Линь видел, как в глазах репортера разгорается безудержный гнев. Тот, похоже, полностью разделил боль собеседника, отчего его дыхание стало тяжелым и прерывистым.
— Кто бы это ни сделал, я не спущу ему это с рук... Я поклялся, что добьюсь справедливости для этого мальчика, — в глазах Чэнь Линя блеснула жажда крови.
— И именно поэтому ты уволился от доктора Чу?
— Именно так, — Чэнь Линь сделал несколько глубоких вдохов, наконец немного успокоившись, и продолжил: — Сначала я планировал отправиться во Второй район, чтобы всё расследовать, но не успел я собраться, как Семь внешних районов были уничтожены... Доктор Чу сказал, что шрамы от операции на теле моего брата были безупречными. Метод консервации органов тоже явно превосходил уровень медицины окраин. Из этого следует, что его органы с огромной долей вероятности попали сюда, в город Авроры. Поэтому я и хотел лично проверить каждую лечебницу в городе, надеясь отыскать хоть какую-то ниточку...
Услышав это, Вэнь Шилинь окончательно связал воедино причины и следствия. Реальность во многом перекликалась с его ночными догадками, и в то же время образ «Линь Яня» в его глазах мгновенно обрел плоть и кровь.
Молодой человек, владеющий боевыми искусствами, хладнокровный в критических ситуациях, преданный и благородный. В его сердце горит священная цель, которую он обязан достичь любой ценой: покарать врагов, выпотрошивших его названого брата... Ради этого он без раздумий бросил стабильную работу у божественного доктора Чу и пошел обивать пороги городских больниц.
Вэнь Шилинь искренне восхищался Чэнь Линем. Последним юношей, вызвавшим у него столь глубокое уважение, был А Чэн... Увы, всё, что было связано с А Чэном, оказалось фальшивкой — ложью, состряпанной ради его обмана.
Но на этот раз Вэнь Шилинь верил, что в Линь Яне он не ошибся.
— Линь Янь, — серьезно произнес Вэнь Шилинь. — Твои намерения благородны, но ты направил свои силы не в то русло...
Чэнь Линь изобразил замешательство:
— Что вы имеете в виду?
— Твое желание искать следы органов в больницах вполне объяснимо. В конце концов, это места, где трансплантация в городе Авроры происходит чаще всего, там самый высокий спрос... Но задумавался ли ты когда-нибудь: какие именно люди способны создать подпольный канал поставок за пределами города и беспрепятственно ввозить товар внутрь стен?
Чэнь Линь слегка нахмурился и, изобразив напряженное раздумье, ответил:
— Стражи... или те, кто тесно с ними связан?
Между городом Авроры и Семью внешними районами существовал непреодолимый барьер. Проверка каждого, кто пытался войти, была жесточайшей, не говоря уже о грузах. Органы — это не промышленное сырье и не готовые товары, их транспортировка требует строго определенных, деликатных условий. Провезти их в город в обход блюстителей порядка попросту невозможно...
Чэнь Линь изначально делал вид, что не ориентируется во внутренних делах города, но стоило Вэнь Шилиню направить его, как он тут же «осознал» суть проблемы. Трафик такого масштаба явно не под силу обычным бандитам, прячущимся по темным углам.
Вэнь Шилинь не стал отрицать очевидное. Внимательно посмотрев на Чэнь Линя, он продолжил:
— В прежние годы я тоже проводил расследования в этой сфере. Пусть в итоге все ниточки и оборвались, но, честно говоря, о силах, стоящих за этим, я могу судить с высокой долей уверенности... За этой цепочкой поставок скрывается колосс, противостоять которому ни мне, ни тебе не под силу.
Больницы — места слишком людные, там полно лишних ушей и глаз. Те, кто сбывает эти органы, ни за что не станут проворачивать дела в столь шумных заведениях... Сколько бы ты ни искал зацепки в больницах, это не принесет никаких результатов.
Чэнь Линь хранил молчание, вовремя изобразив на лице растерянность.
Вэнь Шилинь не зря слыл репортером, специализирующимся на грязных тайнах города Авроры . Его чутье в подобных делах было невероятно острым, а объемы собираемой информации — колоссальными. Именно это Чэнь Линю и требовалось.
Вновь раздался голос Вэнь Шилиня:
— Линь Янь, если ты решишь идти по этому пути до конца, опасности, с которыми ты столкнешься, могут превзойти самые жуткие твои фантазии... Ты действительно намерен продолжать?
— Да, — без малейших колебаний отрезал Чэнь Линь. Его голос так и обдавал ледяной стужей. — Кто бы ни стоял за смертью моего брата... я заставлю их заплатить сполна.
Вэнь Шилинь едва заметно кивнул. Почва была полностью подготовлена, и теперь он наконец озвучил свою истинную цель:
— В таком случае, почему бы нам не объединить усилия?
— Объединить усилия?
— Ты уже уволился с места санитара у доктора Чу, а другие больницы тебя не приняли. Раз так, почему бы тебе не заняться этим расследованием вместе со мной? Пусть жалованье у нас, репортеров, скромнее, чем у врачей, но этот статус откроет перед тобой множество дверей и значительно облегчит поиски.
Плюх.
Упитанный карп высоко выпрыгнул из пруда во дворе и плюхнулся прямо на берег. Чу Муюнь смерил его полным сострадания взглядом и тяжело вздохнул.
Чэнь Линь застыл, словно его по-настоящему увлекло это предложение, но затем всё же нахмурился:
— Но вы ведь сами сказали, что это смертельно опасно... Господин Вэнь, если вы станете расследовать это вместе со мной, разве я не втяну вас в эти неприятности? К тому же я совершенно не умею писать статьи и никогда не работал журналистом, как же я...
— Опасно? — Вэнь Шилинь тихо рассмеялся. — Еще неизвестно, кто кого в итоге втянет в опасность... Что же до остального, не забивай себе голову. Удостоверение журналиста, сопутствующие документы — всё это я беру на себя, сам поговорю с редакцией.
Чэнь Линь изобразил мучительные раздумья, но в конце концов принял решение и тяжело кивнул:
— Хорошо. Сделаем так, как вы говорите, господин Вэнь.
Вэнь Шилинь пришел в полный восторг. Он тут же вскочил со скамьи:
— Жди меня здесь, я мигом улажу дела с редакцией... Самое позднее завтра твое удостоверение будет готово.
Он даже не стал договаривать, стремительно бросившись к воротам, и в мгновение ока скрылся за поворотом дороги.
Чу Муюнь, стоя у входа, задумчиво посмотрел вслед ушедшему репортеру, после чего выудил из кармана золотую монету и щелчком отправил её Чэнь Линю:
— Тц... Тебе самому-то совесть не жмет так безжалостно его использовать?
Закованная в гипс рука Чэнь Линя слегка дрогнула, в то же мгновение вернувшись в нормальное состояние. Он ловко поймал летящее золото и тонко улыбнулся:
— Использовать? О нет, это называется «сотрудничеством».