Сказав эти слова жителям третьего района, Чэнь Линь больше не возвращался в вагон. Ему нужно было, чтобы отчаяние этих людей продолжало зреть.
— Чэнь Линь, впереди, кажется, еще есть разрозненные группы беженцев… — неуверенно произнес Чжао И.
— Если видишь кого-то, то тормози. Не пропускай ни одного человека на пути, — без колебаний ответил Чэнь Линь.
Под управлением Чжао И состав затормозил возле беженцев, находившихся на грани истощения. Поезд, способный мчаться вне рельсов, до смерти напугал их, но, заметив внутри множество жителей третьего района, несчастные с ликованием поднялись на борт.
Эти люди пробирались группами по два-три человека — те, кто не решился идти вдоль путей или просто заблудился в буране. К сожалению, даже вместе их набралось едва ли больше десятка. С учетом тех, кто уже сидел в вагоне, общее число «зрителей» достигло всего шестидесяти.
Эти шестьдесят человек, по всей видимости, были последними выжившими из третьего района.
— Чэнь Линь, впереди одни сплошные отражения… В какую бы сторону мы ни повернули, все равно провалимся в Серый мир, — Чжао И всматривался в бескрайнюю белую пелену ледяной пустоши, нахмурив брови.
— Два мира почти полностью слились. Найти сейчас абсолютно чистую дорогу уже невозможно.
Чэнь Линь окинул взглядом путь впереди и мысленно тяжело вздохнул…
Впереди выживших из третьего района больше не предвиделось. Это означало, что его собственный запас «зрителей» за стенами города Авроры ограничивался шестьюдесятью, до необходимой для представления сотни не хватало слишком многих… Теперь ему оставалось лишь найти способ задействовать «зрителей» внутри самого города Авроры.
— И что делать?
— Сколько еще до города Авроры?
Чжао И сверился с картой у приборной панели и ответил:
— Если на полной скорости… минут десять.
— Другого пути нет, идем на прорыв на максимальной скорости, — медленно произнес Чэнь Линь. — Окрестности города Авроры защищены Сиянием, там слияние с Серым миром неизбежно остановится. Нам нужно лишь пробиться сквозь этот участок Серого мира, чтобы вернуться в реальность и оказаться под стенами города.
— Напролом, значит… — Чжао И облизал потрескавшиеся губы, и в его глазах промелькнула решимость. — Тогда держитесь как следует.
Его пальцы мертвой хваткой вцепились в иссохшую руку на приборной панели. Собрав все силы, он рванул рычаг вперед. Пламя в топке разгорелось до ослепительного предела, из трубы с громоподобным рокотом вырвались клубы белого пара, устремившись к небу гигантским факелом!
Пассажиры в вагоне ощутили мощный толчок. Стук механизмов и колес становился все яростнее и чаще, а за окнами с бешеной скоростью понеслись снег и ветер.
Под полными ужаса взглядами людей состав разогнался до своего абсолютного предела и без малейших колебаний врезался в отражение ледяной пустоши, растворившись в бескрайней снежной буре.
Город Авроры.
Чу Шидо приоткрыл дверь чайной комнаты, бесшумно приблизился к силуэту, сидевшему перед внутренним двориком, и почтительно сел рядом.
Таньсинь по-прежнему сидел в своем черном плаще. Спокойно глядя на покачивающиеся от ветра ветви деревьев в саду, он медленно спросил:
— Сколько уже прошло?
— С момента исчезновения Сияния прошло двадцать часов и тринадцать минут. Земли за пределами города Авроры полностью перешли под контроль Серого мира. По нашим расчетам, все семь районов окончательно уничтожены. Выживших нет.
— …Значит, все кончено.
Таньсинь поднял пиалу с чаем, сделал легкий глоток, и на его лице промелькнула тень сложных чувств.
В этот момент издалека донесся гул, который постепенно приближался. Казалось, огромная толпа собралась вместе и что-то скандировала — крики были отчетливо слышны даже сквозь высокую ограду усадьбы.
— Что там происходит снаружи? — неожиданно спросил Таньсинь.
Чу Шидо с беспомощным вздохом ответил:
— Учитель, это стихийный протестный марш горожан…
— Марш протеста? Против чего они протестуют?
— Против… вас.
Таньсинь удивленно вскинул бровь и посмотрел на Чу Шидо.
— Весть о том, что мы бросили семь районов, все-таки просочилась наружу… Те, кто и раньше питал враждебность к системе Стражей, воспользовались моментом, чтобы разжечь недовольство среди населения. Они обвиняют город Авроры в хладнокровии и жестокости, клеймят Офицеров за то, что те, имея силу, предпочли бездействие. Мол, триста тысяч человек в семи районах бросили одним махом. Они также говорят…
Чу Шидо замолчал на полуслове, колеблясь.
— Что говорят? — небрежно поинтересовался Таньсинь, будто обвиняли вовсе не его.
— Они говорят… что вы трус.
Таньсинь улыбнулся. Его улыбка в лучах солнца выглядела мягкой и совершенно безобидной, словно ему пришла в голову какая-то забавная мысль. Затем он небрежно махнул рукой:
— Пускай говорят что хотят. Правду о семи районах не скрыть, этот день рано или поздно должен был настать… Репортеры из «Газеты Авроры» и «Радио Костра» уже прибыли? Пора выпустить официальное заявление о гибели семи районов.
— Прибыли, но их заблокировала на входе беснующаяся толпа. Сейчас они уже вовсю берут интервью у протестующих жителей, — Чу Шидо замялся. — Учитель, я боюсь, что под влиянием толпы их репортажи выставят нас в крайне невыгодном свете…
— Пусть берут. Когда шествие закончится, ты выступишь с официальным заявлением от моего имени.
— Я? — удивился Чу Шидо. — Учитель, событие такого масштаба… Разве вы не должны явиться лично?
— На то, что уже случилось, я не желаю тратить время ради оправданий. Мне плевать, как они меня назовут… У меня есть дела поважнее.
Чу Шидо понимающе кивнул:
— И еще кое-что.
— Что именно?
— Си Жэньцзе вернулся в город.
— О? И каков результат?
— Чэнь Линь не заглотил наживку… Точнее, Си Жэньцзе проявил мягкотелость и даже не попытался напасть на Чэнь Линя.
— Похоже, очередная дурная весть, — спокойно отозвался Таньсинь . — Что с Си Жэньцзе?
— Не перенес Раскола души для извлечения воспоминаний… Сошел с ума.
— …Я понял.
— В памяти Си Жэньцзе нашлось еще кое-что любопытное… Чэнь Линь велел ему передать послание городу Авроры.
— Послание?
— Он сказал: раз уж город Авроры решил выставить его за дверь, он ни за что не будет следовать нашему плану. Он нанесет городу Авроры официальный визит.
Глаза Таньсинь слегка сузились, словно в нем пробудился неподдельный интерес.
— Забавно… Что ж, мне искренне хочется увидеть, как именно он собирается нанести этот визит?
Закончив доклад, Чу Шидо поднялся и покинул чайную комнату.
Миновав несколько крытых переходов штаб-квартиры, он вышел через боковую дверь и увидел, что главная улица перед центральным входом забита людьми так, что яблоку негде упасть.
Огромная толпа со знаменами и транспарантами медленно двигалась по мостовой. Ведомые несколькими зачинщиками, люди ритмично скандировали лозунги, и этот громоподобный гул сотрясал всю улицу.