— Вы все должны прибыть в путевой дворец Чэньтяньгуань.
Эдикт состоял всего из этой короткой фразы.
Приняв указ, Гу Чэньша немедленно распорядился — Имин, оставляю замок на тебя. Позаботься о нашем госте, пока я не вернусь.
Он абсолютно доверял Имину. На самом деле, среди слуг не было человека преданнее.
— Хозяин, можете быть спокойны, — Имин почтительно поклонился.
Ши Чжунчань стоял с легкой улыбкой. Он знал истинную расстановку сил. Имин находился на седьмой трансформации Дао, и одного этого уровня было достаточно, чтобы основать собственный аристократический клан. Поступи он на официальную службу ко двору, ему бы сразу пожаловали титул. Но сейчас этот могущественный воин беспрекословно подчинялся Гу Чэньша. Ни у одного из других принцев не было столь сильных слуг, они обходились лишь высокопоставленными советниками, с которыми приходилось вести себя подчеркнуто вежливо.
— Брат Ши, я отправляюсь в путь, а ты не стесняйся, отныне этот феод — твой дом, — Гу Чэньша умел проявлять уважение к талантам и совершенно не задирал нос. — Если что-то понадобится, просто скажи Имину.
— Ваше Высочество слишком добры, — Ши Чжунчань поспешно сложил руки в приветствии. Его манеры были утонченными и элегантными, вызывая невольную симпатию.
Собравшись, Гу Чэньша немедленно тронулся в путь.
Он не стал брать коней, свиту или взмывать в небеса под прикрытием Брони Великого Дракона. Ему хотелось испытать собственную скорость в пешем порядке.
Вжик! Вжик! Вжик!
Он мчался по дороге, выкладываясь на полную. Его скорость была подобна молнии, обычные люди даже не успевали заметить его силуэт, чувствуя лишь резкий порыв ветра. Хоть он и не летел по небу, его бег по земле был быстрее полета любой птицы.
Так Гу Чэньша осваивал возможности своей второй трансформации Дао — «Девяти быков и двух тигров». Колоссальная физическая мощь циркулировала в его теле. Одним шагом он преодолевал несколько чжанов, а то и десяток. Встречая на пути реки, он просто бежал по поверхности воды.
Когда-то на Великом Канале он подвергся нападению Летучей Мыши Черного Демона и завидовал его способности ходить по волнам. Теперь они были на одном уровне, но реальная боевая мощь принца превосходила того убийцу в десятки раз. Бег по воде стал для него сущим пустяком.
Даже без Брони Великого Дракона горы и реки больше не были для него преградой.
Более того, практикуя секретную технику «Дракона Солнца и Луны», он с каждым вдохом вытягивал из пустоты огромные объемы духовной энергии, которая мгновенно заполняла его конечности, кости, кожу и диафрагму. Казалось, он мог бежать вечно, не зная усталости.
На первой трансформации Дао духовная энергия не проникала в диафрагму при дыхании, поэтому после долгого бега мастер всё равно чувствовал утомление и нуждался в отдыхе. В прошлом Гу Чэньша мог пробежать восемьсот ли на одном дыхании, после чего был вынужден останавливаться. Теперь же, пробежав за день около трех тысяч ли, он всё еще был полон сил, лишь мышцы и кости слегка ныли.
«Только достигнув этого уровня, начинаешь понимать, почему мастера третьей трансформации являются настоящими демонами резни на поле боя», — размышлял Гу Чэньша на бегу. — «На второй трансформации дыхания хватает на долгий бег, но мышцы всё равно устают. А вот на третьей стадии, с "Медной кожей и железными костями", тело вообще не знает боли и усталости. В битве против такого монстра обычные солдаты — просто пушечное мясо».
Неудивительно, что маршалом варваров мог стать только человек, достигший третьей трансформации Дао.
Неуязвимый для оружия, не знающий усталости, обладающий титанической силой — такой воин на поле боя был поистине ужасающим явлением.
Когда вдали показались очертания путевого дворца Чэньтяньгуань, Гу Чэньша сбавил скорость и перешел на шаг. По пути он заметил немало экспертов боевых искусств, направляющихся вглубь Диких Земель. Многие, не боясь привлечь внимание, неслись по дорогам с помощью своих техник. Торговых караванов стало в десять раз больше, чем в тот день, когда он впервые покинул заставу.
За пределами крепости строились новые дороги, рынки и сторожевые башни. Работа кипела. Здесь скупали и продавали ресурсы, добытые в Диких Землях. По улицам патрулировали отряды солдат, поддерживая идеальный порядок. Никто не осмеливался навязывать сделки силой, не было ни грабежей, ни убийств. Даже скрывающиеся в толпе мастера боевых искусств послушно соблюдали закон, не смея устраивать беспорядки.
«Какая мощь!» — мысленно поразился Гу Чэньша, заметив на рынке нескольких экспертов шестой трансформации Дао. Эти мастера, способные выпускать врожденную гань-ци, притворялись обычными торговцами и азартно торговались за прилавками. — «Похоже, процветание привлекло даже отшельников. Бескрайние Дикие Земли полны редких трав, руд и сокровищ, необходимых им для алхимии и культивации. Самим собирать хлопотно, вот они и пришли сюда закупаться».
Семьдесят две древние бессмертные секты всегда стояли высоко над миром смертных, взирая на него свысока. Неизвестно, сколько могущественных экспертов скрывалось в их рядах, но теперь их ученики спускались в мир людей.
«Грядут смутные времена», — Гу Чэньша покачал головой. — «Надеюсь, эти люди не станут буянить и рушить мирную жизнь народа».
Войдя в крепость, он предъявил свой жетон, и солдаты проводили его на почтовую станцию, где ему предстояло дожидаться аудиенции у Императора.
В тот самый момент, когда он проходил через ворота, за его спиной на рынке за ним наблюдали двое молодых людей, выбирающих лекарственные травы. И юноша, и девушка были невероятно красивы и одеты как дети богатых аристократов. Но любой настоящий эксперт сразу бы понял, что их аура совершенно не принадлежит миру смертных.
Девушка с маленькой красной родинкой на переносице тихо спросила — Старший брат, тот, кто только что вошел — это Девятнадцатый принц? У него весьма мощная ци и кровь. Вторая трансформация Дао! По силе он уже может сравниться с внутренними учениками нашей секты.
Юноша крутил в руках красноватый камень, внутри которого, казалось, плескалась жидкость. Он ответил — В конце концов, он сын Императора Небесного Талисмана. В этот раз старейшины отправили нас в мир смертных для закалки, и мы не должны ударить в грязь лицом. Наша задача — совершить достойные деяния и найти талантливых людей, чтобы привести их в секту. Грядет великий хаос, но это и великая возможность. В такие времена рождаются те, кто несет в себе удачу Небес и Земли. Если мы первыми заберем их к себе, наша секта возвысится. Эх... Жаль, что в свое время Врата Небес и Земли не смогли удержать Гу Тасяня, иначе они бы уже давно подмяли под себя все семьдесят две бессмертные секты.
Девушка задумчиво произнесла — Я приметила парочку с неплохим потенциалом, но нужно понаблюдать за ними и проверить их прошлое. В нашу Секту Девяти Начал отбор всегда был строгим.
Юноша огляделся по сторонам и покачал головой — Сейчас нельзя быть слишком строгими. Я уже заметил здесь людей из Секты Мириад Мечей и Секты Ясного Света. Скоро начнется Турнир Семидесяти Двух Сект, где сразятся лучшие ученики. Говорят, в Секте Тай И появился невероятный гений. Посмотрим, смогут ли они отвоевать первое место. Врата Небес и Земли сидели на троне слишком долго, но сейчас у них нет по-настоящему выдающихся талантов. Кажется, Гу Тасянь высосал из их секты всю удачу.
Молодые люди перешептывались, не подозревая, что несколько совершенно неприметных горожан не сводят с них глаз.
Это были правительственные шпионы.
Подводные течения усиливались, а ситуация становилась всё более запутанной.
Гу Чэньша отдохнул на станции, принял ванну, переоделся и всю ночь медитировал. Едва рассвело, как прибыл новый указ — Принцу Чэню явиться во дворец для аудиенции.
Приведя себя в порядок, Гу Чэньша последовал за евнухом к временному дворцу.
Огромный комплекс был возведен неподалеку от крепости Чэньтяньгуань. Великолепные павильоны сверкали золотом и нефритом, а над крышами постоянно висела радуга, создавая ощущение, что это обитель Небесного Владыки, а не земная постройка.
По пути Гу Чэньша заметил Седьмого, Девятого, Десятого, Третьего, Четвертого и многих других принцев, а также Лоу Байюэ. Всех их сопровождали евнухи.
Лоу Байюэ бросила на него короткий взгляд. Остальные шли с суровыми лицами, не решаясь заговорить.
Следом подтягивались и высокопоставленные министры.
У ворот чиновников направили к боковому входу, тогда как принцы пошли по центральной аллее. Лоу Байюэ шла вместе с принцами — это была особая честь, дарованная Императором, чтобы показать двору, что он относится к ней как к родной дочери.
Они долго шли по запутанным дворцовым коридорам. Красное солнце стояло высоко в небе, когда принцы наконец подошли к главному залу.
Евнух остановил прибывших — Прошу ваши высочества подождать здесь. Император призовет вас. Затем он скрылся за дверями.
Воспользовавшись паузой, Гу Чэньша незаметно оценил уровень культивации своих братьев. «Десятый уже достиг третьей трансформации! Какая скорость! Уровень Лоу Байюэ я прочесть не могу. Седьмой, находясь на стадии Стеклянного Нефритового Тела, явно сильнее Имина. А вот Четвертый... его культивация совсем не впечатляет. Похоже, он всё еще на второй стадии. Неужели он так искусно скрывает свою силу?»
Четвертый принц, Гу Хуаша, рано достиг уровня Дао, но после этого его прогресс остановился. У него был миролюбивый характер, он ни с кем не соперничал. Многие считали его ленивым принцем без амбиций, чей скромный талант держался исключительно на ресурсах клана матери, и что его пик уже пройден.
Однако Великий Наставник Вэнь Хун, оценив Старшего и Седьмого принцев как «посредственностей», о Гу Хуаша отозвался как о человеке «с глубоким дном и неплохой хваткой».
Вэнь Хун был колоссом, стоящим на самой вершине мира, его уровень был сопоставим с древними демоническими бессмертными. Его глаз не мог ошибаться.
Из всех сыновей Императора он выделил именно Гу Хуаша!
Гу Чэньша смотрел на Четвертого брата и в упор не видел ничего, кроме второй трансформации. Тот казался слабее его самого. Как он мог заслужить такую оценку от Вэнь Хуна? Эта загадка не давала Гу Чэньша покоя.
Спустя добрых полчаса на пороге появился главный евнух Гао Лин — Императорский указ! Принцу Чэню войти первым!
Принцы разом повернули головы к Гу Чэньша. Он мгновенно стал мишенью для их завистливых взглядов. По всем правилам он никак не должен был идти первым.
Вспомнив о недавнем даровании Талисмана Прощения Смерти, все окончательно поняли сигнал: Девятнадцатый принц стал любимчиком.
«Похоже, моя Пилюля Семи Мудрецов сыграла свою роль», — подумал Гу Чэньша. — «Любой другой брат проглотил бы ее сам, а не стал бы преподносить отцу».
Он поднялся и последовал за Гао Лином в зал.
Зал был огромен и погружен в полумрак. Император Небесный Талисман, Гу Тасянь, сидел за резным столом, читая документы. Больше никого не было. Гао Лин бесшумно вышел и закрыл за собой массивные двери.
Тишина была пугающей.
Гу Чэньша опустился на колени и простерся ниц — Ваш сын приветствует отца-Императора.
Император не ответил. Это молчание заставило сердце Гу Чэньша тревожно забиться. Из рассказа Вэнь Хуна он уже знал, насколько устрашающим был его отец. Не факт, что он смог скрыть от этого величайшего человека в истории хоть какие-то свои секреты. Это был человек, которого боялись сами боги.
Спустя долгое время Император Небесный Талисман наконец произнес — Встань.
Едва Гу Чэньша поднялся на ноги, как следующие слова Императора заставили его чуть ли не рухнуть обратно. Правитель спросил — Ты виделся с Вэнь Хуном?