— Главноуправляющие, нам действительно тяжело об этом говорить, — начал Ло Сю, а следом за ним и главы сект Омовения Меча, Охотников на Демонов и Зала Охотников за Сущностью излили душу: — Мы основали свои секты в Восточных пустошах, но теперь нами помыкают представители семидесяти двух ортодоксальных сект. Наши три секты вынуждены ежегодно выплачивать огромную дань секте Девяти Мечей. Более того, их ученики часто заявляются к нам и занимаются банальным вымогательством. Мы ничего не можем с этим поделать. После того как старший Ло Сю и старший Цзинь объяснили нам ситуацию, мы решили перейти под покровительство императорского двора. Мы надеемся, что двор защитит нас и избавит от этого гнета.
Вот и добрались до сути.
Лоу Байюэ, Гу Чэньша и Гу Хуаша обменялись понимающими взглядами. Всё это было вполне ожидаемо. Бессмертных сект второго и третьего эшелона было пруд пруди, и их существование было далеко не таким беззаботным и легким, как описывалось в народных сказаниях.
В бессмертном пути тоже хватало интриг, обмана, угнетения слабых и убийств ради наживы.
То, что эти секты были готовы платить налоги и служить императорскому двору, означало лишь одно: кто-то другой притеснял их гораздо сильнее.
А императорский двор был обязан заступиться за них. Во-первых, этого требовал закон: раз уж секта зарегистрировалась при дворе, она находилась под защитой закона. Точно так же, как во времена династии Великий Юн ни одна семья мудрецов не могла безнаказанно обложить данью простых людей.
— Перейдя под покровительство императорского двора, вы, естественно, получаете его защиту. Все земли под небесами принадлежат императору. Семьдесят две ортодоксальные секты больше не посмеют тронуть вас, — твердо заявила Лоу Байюэ. — А если они попытаются применить силу, мы их уничтожим!
— Если они вздумают бунтовать, двор не поскупится на карательные меры, — добавил Гу Хуаша ледяным тоном. В последнее время его уверенность в себе заметно выросла, видимо, благодаря новым достижениям в культивации.
— Эту ситуацию нужно тщательно спланировать, — Гу Чэньша мыслил стратегически. Он уже имел дело с сектой Девяти Мечей. Не так давно один из их старейшин, Цзянь Баань, заявился в его поместье, чтобы убить Ван Чжи и Лань Хо под предлогом «истребления демонов». Кроме того, на том самом собрании, где император Небесный Талисман устроил суд над бессмертным путем, представители сект Девяти Мечей и Красного Неба вели себя наглее всех. Ученик секты Девяти Мечей Цзянь Чэнкун и Сяо Уцзинь из секты Красного Неба осмелились открыто перечить императору.
Хоть император тогда и не наказал их, было очевидно, что обе эти секты ни во что не ставят императорскую власть и привыкли действовать дерзко и безнаказанно.
В недавней битве за дворец Несовершенства именно главы этих двух сект атаковали Вэнь Хуна. Всё это доказывало, что эти фракции привыкли диктовать свои условия и являются главными занозами для императорского двора.
Если бы Управлению Цзинсянь удалось вырвать эти две занозы, их дальнейшая работа пошла бы как по маслу.
Еще полгода назад во время того дворцового собрания ни Лоу Байюэ, ни Гу Чэньша не смогли бы одолеть даже рядовых учеников этих сект. Но теперь они могли расправиться с ними так же легко, как забить курицу или собаку. Именно поэтому они не испытывали страха перед бессмертными сектами и были полны решимости подорвать их авторитет.
— Девятнадцатый брат, что ты предлагаешь? — спросил Гу Хуаша.
— Я уже знаком с высокомерием секты Девяти Мечей, — неспешно начал Гу Чэньша. — Раз уж они так долго притесняли этих четверых, они точно не отступят только из-за угрозы со стороны двора. Скорее всего, они удвоят свои усилия и, возможно, даже попытаются убить вас в назидание другим. Поэтому действовать в открытую нельзя. Нужен хитрый план. Думаю, вам четверым стоит подготовиться и временно перенести свои секты поближе к столице.
— Князь Чэнь, это очень трудно осуществить, — взмолился Ло Сю. — Наши секты находятся в Восточных пустошах. Они строились на протяжении нескольких поколений. Наши наставники и их наставники вложили все свои силы в поиск подходящих мест с хорошим фэн-шуй, способных собирать духовную энергию и закаливать души. Людей можно переместить, но землю — нет. Если мы потеряем наш фундамент, от наших сект останется лишь одно название.
— Именно так. Основатель секты Омовения Меча тысячу лет назад с огромным трудом отыскал в Восточных пустошах средоточие энергии металла, — поддержал его глава секты Омовения Меча. — На этом месте и была основана наша секта. Неизвестно, сколько времени и сил ушло на создание пруда Омовения Меча, который хранит наследие нашего Дао. Если мы покинем Восточные пустоши, этот пруд достанется секте Девяти Мечей. Там хватает алчных людей, которые уже давно на него зарятся.
Гу Чэньша просматривал списки. Пруд Омовения Меча был построен на источнике энергии металла, впитавшем в себя квинтэссенцию таинственного металла за сотни миллионов лет. На протяжении тысячелетий главы секты Омовения Меча устанавливали там формации и добавляли различные духовные травы, превратив пруд в настоящее чудо. Искупавшись в нем, человек мог очистить свои меридианы, повысить уровень культивации и впитать энергию меча. Кроме того, вода из пруда идеально подходила для закалки магических артефактов и летающих мечей. В качестве налога секта Омовения Меча прислала несколько кувшинов воды из этого пруда. Её ценность была невероятно высока, намного выше, чем у обычной духовной жидкости.
— Я понимаю, что вам, сектам, крайне сложно найти подходящие духовные артерии и выстроить горные врата, — ответил Гу Чэньша, уже всё продумав. Он сам потратил больше года на обустройство своего замка, и бросить его сейчас было бы немыслимо. — Но без людей не будет и сект. А секта Девяти Мечей не сможет унести ваши земли с собой, они могут лишь попытаться их занять. И как только они это сделают, у двора появится законный повод уничтожить захватчиков. Главное — сохраните свои жизни. Так вы спасете престиж императорского двора, а всё, что заберет секта Девяти Мечей, рано или поздно вернется к вам.
Лоу Байюэ кивнула: — Это разумный подход. Бессмертные секты будут яростно сопротивляться попыткам двора обложить их налогами. Бунты неизбежны. Вспомните историю: любая попытка реформ, например, введение единого налога для знати и простых людей, всегда приводила к колоссальным потрясениям и хаосу в стране. А здесь мы бросаем вызов самому бессмертному пути.
— Бессмертный путь всегда славился умением сеять хаос, прикрываясь громкими словами о «следовании воле небес», — Гу Хуаша, казалось, испытывал к ним глубокое отвращение. — На протяжении веков, если им не нравился правящий император, они отправляли своих учеников в мир смертных, чтобы те помогали мятежникам захватить трон.
— Учитывая информационную сеть секты Девяти Мечей, они, скорее всего, уже знают о вашем переходе на сторону двора, — слова Гу Чэньша заставили всех четверых побледнеть. — Если вы сейчас вернетесь, вас наверняка будет ждать засада.
— Этого нельзя исключать, — согласилась Лоу Байюэ. — Вы четверо теперь являетесь лицом императорского двора и Управления Цзинсянь. Мы не можем допустить, чтобы с вами что-то случилось.
— Мы полностью полагаемся на вас, главноуправляющие, — все четверо снова почтительно поклонились.
— Отправляйтесь отдыхать. Оставайтесь на территории Управления Цзинсянь и не выходите наружу. Ждите, когда вас вызовет император, — отдала распоряжение Лоу Байюэ.
Когда главы сект удалились, Гу Хуаша помрачнел: — С сектой Девяти Мечей шутки плохи. Я навел о них справки. Управлению Цзинсянь предстоит серьезное противостояние с ними. Но мы не можем по каждому поводу бежать к императору, иначе станем посмешищем для всего мира.
— Это наше первое крупное дело с момента создания Управления Цзинсянь. Мы обязаны выполнить его безупречно и нанести сокрушительный удар всем, кто попытается нам помешать, — Лоу Байюэ была настроена решительно.
— У нас уже есть план, — Гу Чэньша поднялся со своего места. — Четвертый брат, у нас есть немного времени. Я бы хотел попросить у тебя совета в боевых искусствах. В прошлый раз я не мог выдержать даже одного твоего удара. Посмотрим, насколько я продвинулся с тех пор.
— О? — Гу Хуаша рассмеялся. — Решил размяться перед грядущими боями? Отличная идея. Давай скрестим мечи, брат, и подготовимся к тому, что нас ждет.
— Я буду судьей, — Лоу Байюэ понимала мотивы Гу Чэньша. В предстоящих столкновениях с сектой Девяти Мечей и другими бессмертными фракциями без кровопролития не обойтись, а значит, сила будет иметь решающее значение.
Гу Хуаша и Гу Чэньша одновременно выпрыгнули на тренировочную площадку. Их скорость была абсолютно равной.
— Девятнадцатый брат, твоя культивация действительно впечатляет. Ты так быстро меня догнал. Сейчас ты, должно быть, на пике седьмой трансформации Дао. Хотя, если ты используешь пагоду трансформации дракона, я вряд ли смогу тебя одолеть, — Гу Хуаша был очень проницателен. Он знал, что пагода поглощает любые атаки врожденной гань-ци и может хранить в себе энергию, многократно усиливая боевую мощь Гу Чэньша.
— Я буду сражаться, полагаясь только на свои силы.
Гу Чэньша открыл рот и выплюнул врата трансформации дракона, оставив их в стороне. Он также не стал использовать клинок сдавшегося дьявола и королевскую драконью броню. Он хотел проверить свою чистую, ничем не усиленную боевую мощь.
— Невероятно, твоя пагода трансформации дракона превратилась в прообраз драконьих врат, — Гу Хуаша не мог скрыть зависти. — Такое сокровище не под силу создать даже многим старым монстрам. Это чистая удача. Юань Шашэн заполучил ядро древней пагоды и лишь на его основе смог создать свой артефакт. Сам бы он никогда не справился.
— Да, мне просто повезло украсть это сокровище, — Гу Чэньша развел руки в стороны, и из его врожденной гань-ци мгновенно сформировалось длинное копье.
Вжух!
Копье из гань-ци устремилось вперед. Удар казался неуклюжим и медленным, но на самом деле скорость была невероятной. В мгновение ока копье оказалось прямо перед лицом Гу Хуаша.
— Отличный удар.
Гу Хуаша даже не шелохнулся. Он просто выбросил кулак навстречу копью. Его техника кулачного боя, «сердце витает за пределами небес в бескрайней выси», была иллюзорной, но несокрушимой. Если бы этот кулак столкнулся с копьем, врожденная гань-ци копья неминуемо взорвалась бы и рассеялась.
Но в тот момент, когда кулак Гу Хуаша коснулся копья, оно резко сжалось, превратившись в духовную змею, которая попыталась укусить его за спину.
Гу Хуаша развернулся и нанес еще один удар, но духовная змея извернулась, поменяв траекторию тысячу раз, и превратилась в божественную иглу, целящуюся ему прямо в макушку.
«Какая невероятная трансформация гань-ци», — Лоу Байюэ была впечатлена. Хотя она тренировалась вместе с Гу Чэньша и знала о мощи Искусства Императорского Канона, она еще ни разу не видела, как он применяет его в реальном бою.
Прямо сейчас Гу Чэньша использовал «совместные изменения солнца и луны».
Только после формирования врожденной гань-ци Искусство Императорского Канона могло продемонстрировать свою истинную силу. Суть «изменений солнца и луны» заключалась именно в непрерывной трансформации.
В руках Гу Чэньша врожденная гань-ци меняла форму тысячекратно, без малейших утечек или потерь энергии. Обычно, даже достигнув седьмой трансформации Дао, когда культиватор может свободно высвобождать и втягивать гань-ци, в бою он не может контролировать её идеально. Энергия всё равно рассеивается, а если противник разбивает атаку из гань-ци, её уже невозможно вернуть.
Но драконья гань-ци солнца и луны, управляемая через «изменения солнца и луны», была абсолютно безупречной и невероятно хитрой, обладая при этом разрушительной мощью.
Его первая атака копьем была свирепой и подавляющей, словно натиск тысячной армии. Последующая атака в виде змеи была неуловимой и изворотливой. Но самой смертоносной была атака иглой.
Божественная игла солнца и луны.
Это была самая пробивная атака в арсенале «изменений солнца и луны». Врожденная гань-ци концентрировалась в крошечную точку. Такой удар мог пробить любую защиту и разрушить большинство магических артефактов. Иглу было очень трудно заметить, а если она проникала в тело, спасти человека не смогли бы даже боги.
Как и ожидалось, лицо Гу Хуаша стало предельно серьезным. Он начал стремительно уклоняться, избегая контакта с иглой, а затем попытался сократить дистанцию, чтобы атаковать самого Гу Чэньша.
Но Гу Чэньша двигался с невероятной скоростью. Его тело, казалось, ничего не весило, он мелькал как луч света, появляясь то тут, то там, словно призрак.