Когда Ли Ваншэн решил разобраться с ним лично, Гу Чэньша понимал, что у него нет ни единого шанса выстоять в прямом столкновении. Но у него был идеальный способ защиты.
Не раздумывая ни секунды, как только опасность приблизилась, Гу Чэньша бесследно исчез. Ли Ваншэн ударил в пустоту. Очевидно, принц спрятался внутри пространства Алтаря солнца и луны. Хоть Гу Чэньша и не мог тягаться с ним в бою, Ли Ваншэн всё же не был способен убить его так быстро, чтобы тот не успел даже уклониться. Сила принца была не настолько ничтожна, чтобы его можно было убить одним мгновенным ударом.
Ли Ваншэн ударил по пустому воздуху. На его лице отразилось удивление. Он понимал, что Гу Чэньша скрылся в пространственном артефакте, но любой такой артефакт должен был оставить хоть какой-то след в материальном мире! Как он мог исчезнуть абсолютно бесследно? У него самого был пространственный артефакт, и если бы он в него спрятался, артефакт остался бы висеть в воздухе, прямо перед врагом. О пространственных артефактах, способных растворяться в небытии, он не то что не видел, даже не слышал.
В этот момент на него со спины обрушилась Лоу Байюэ. Двигаясь с величием истинного бога-мудреца, она атаковала сверху вниз. В её ладони материализовался длинный черный клинок, и в его движении чувствовалась меланхоличная, похожая на плач песня. Небесная воля подобна клинку.
Ли Ваншэн сомкнул ладони, зажав клинок между ними. В тот же миг из его рук вырвалось ревущее пламя и, подобно змеям, поползло по телу Лоу Байюэ.
— Пламя Возжигания Духа? — Лоу Байюэ слегка изменилась в лице. — Оно воспламеняется при контакте с любой духовной энергией и создано специально для сжигания врожденной гань-ци. Жаль только, что на мне оно не сработает. Гань-ци убийцы богов Пламени Возжигания Духа не по зубам.
Пока она говорила, её гань-ци запульсировала, словно морские волны, и мгновенно потушила огонь.
Пламя Возжигания Духа было невероятно злобной и коварной техникой. Овладевший ею мог использовать чужую врожденную гань-ци как топливо. Стоило огню коснуться противника, как он охватывал всё его тело, словно масло, подлитое в костер. Применив эту технику, Ли Ваншэн ясно дал понять, что намерен убить Лоу Байюэ.
Но Великое искусство убийства богов было создано самим императором Небесный Талисман для подавления бесчисленных миров. Его глубинные принципы в корне отличались от любых других техник. Даже Искусство Императорского Канона не могло его подавить, что уж говорить о каких-то тайных методах?
Поняв, что сжечь гань-ци противницы не выйдет, Ли Ваншэн растопырил пальцы и резко выбросил руку вперед, применяя еще одно жестокое боевое искусство. Его рука больше не напоминала драконью лапу. Теперь это были ядовитые жвала тысяченогой сколопендры, источающие густую токсичную ци и мерцающие призрачным огнем. Коготь, вырвавшийся прямо из глубин ада.
— Призрачный Коготь Преисподней? — Лоу Байюэ ответила ударом наотмашь. Её гань-ци убийцы богов мгновенно затвердела, превратившись в кристаллический панцирь, плотно облегающий всё её тело.
Скрежет...
Призрачный коготь прошелся по кристаллической броне, высекая снопы искр и издавая пронзительный визг, но так и не смог пробить защиту.
Видя, что и эта техника не способна пробить оборону Лоу Байюэ, Ли Ваншэн вновь сменил стиль. Его кулаки и ладони замелькали с невероятной скоростью, обрушиваясь на нее со всех сторон, словно наступающая горная гряда.
— Мириады Гор Сумеру? — Лоу Байюэ с легкостью отбивала атаки. — Это древнее буддийское искусство кулачного боя. Оно доводит врожденную гань-ци до абсолютной плотности. Удары становятся настолько тяжелыми, что один лишь кулак способен сокрушить любую защитную гань-ци. Противнику кажется, будто на него обрушились десять тысяч гор. Жаль только, что ты освоил лишь сто гор. Тебе далеко даже до тысячи, не говоря уже о десяти тысячах. Легенды гласят, что в древности Будда одной рукой, используя эту технику, подавил Демоническую обезьяну хаоса. Впрочем, этому злом богу позже удалось сбежать. Видимо, это Ли Ваньлун освободил его.
— Лоу Байюэ, не думай, что твое Великое искусство убийства богов непобедимо, — Ли Ваншэн перепробовал множество тайных техник, но так и не смог пробить защиту гань-ци убийцы богов. Хоть Лоу Байюэ и не могла нанести ему урон, его это раздражало. Его уровень культивации был намного выше, но он не мог одолеть её. Для него это было невыносимо.
И тут снова появился Гу Чэньша.
Появление Гу Чэньша было поистине призрачным. Он то возникал, то исчезал, постоянно поглощая гань-ци, рассеивающуюся от ударных волн их боя. Если так пойдет и дальше, Ли Ваншэн рисковал истощить свои запасы гань-ци и проиграть Лоу Байюэ.
«Так не пойдет. Нужно что-то придумать», — Ли Ваншэн вновь сменил стиль, обрушивая на Лоу Байюэ град ударов, подобный яростному шторму.
Гу Чэньша, кружащий на периферии битвы, смотрел на это с восхищением.
Ли Ваншэн менял смертоносные боевые искусства чуть ли не с каждым новым натиском. К этому моменту он продемонстрировал уже семь или восемь различных стилей, и каждый из них был невероятно мощным. Праведные и демонические, величественные и мрачные, сковывающие и пронзающие — его атаки не давали Лоу Байюэ ни секунды передышки. А она отвечала лишь трансформациями своей гань-ци убийцы богов, раз за разом сводя на нет все его усилия.
Их битва была стремительной и непредсказуемой. Изящные трансформации гань-ци и филигранные приемы стали для Гу Чэньша бесценным уроком. Настоящий бой мастеров такого уровня давал ему гораздо больше, чем чтение любых трактатов.
Кружа вокруг них, Гу Чэньша не только поглощал разлетающуюся врожденную гань-ци в свою пагоду трансформации дракона, но и выискивал подходящий момент, чтобы нанести Ли Ваншэну смертельный удар своим клинком сдавшегося дьявола. Конечно, Ли Ваншэн не воспринимал его как серьезную угрозу, но принц раздражал его, словно назойливая муха, жужжащая над ухом. К тому же, Ли Ваншэн не мог полностью игнорировать его: этот Гу Чэньша был полон хитрых уловок и владел артефактами, о которых Ли Ваншэн даже не догадывался. Если он отвлечется, кто знает, какую ядовитую пакость может выкинуть этот мальчишка?
Вжух!
Ли Ваншэн вновь нанес внезапный удар. Энергия меча, сверкнув подобно молнии, без малейшего предупреждения обрушилась на Гу Чэньша. Атака была абсолютно неожиданной.
Увидев, как Гу Чэньша, с разорванной в клочья кожей, вновь скрылся в неизвестном пространстве, Ли Ваншэн решил, что принц серьезно ранен и вот-вот испустит дух.
Но не успел он обменяться и десятком ударов с Лоу Байюэ, как Гу Чэньша появился снова. На этот раз он не только был полностью невредим, но и его аура стала еще мощнее. Судя по всему, он полностью поглотил врожденную гань-ци из атаки Ли Ваншэна!
Гу Чэньша прилип к нему, словно банный лист. Его невозможно было ни стряхнуть, ни убить. Скованный боем с Лоу Байюэ, Ли Ваншэн ничего не мог с ним поделать. А принц еще и постоянно насмехался над ним.
— Ли Ваншэн, а ты не так уж и крут! Я перерабатываю все твои атаки и становлюсь только сильнее! Хотя, признаться, твоя врожденная гань-ци — отличное тонизирующее средство, — поддразнивал Гу Чэньша, кружа неподалеку, доводя Ли Ваншэна до белого каления.
В глазах Ли Ваншэна Гу Чэньша был богомолом, прыгающим перед мчащейся колесницей, но, как назло, колеса никак не могли его раздавить.
Лоу Байюэ, не прекращая атаковать, бросила на Гу Чэньша одобрительный взгляд: — Отличная работа.
— Проклятье! — Ли Ваншэн внезапно взорвался.
На его теле появились десятки маленьких драконов, которые разлетелись во все стороны, испуская разноцветные лучи. Везде, куда попадали лучи, гремели взрывы. В одно мгновение территория в несколько десятков ли превратилась в бушующее море гань-ци. Спрятаться было негде. К тому же, в центре этого хаоса образовался гигантский водоворот врожденной гань-ци, затягивающий в себя всё живое.
Но именно в этот миг и Гу Чэньша, и Лоу Байюэ исчезли. Они действовали предельно слаженно, скрывшись в пространственном артефакте за долю секунды до того, как Ли Ваншэн высвободил свою мощь.
Вся ярость и разрушительная сила атаки Ли Ваншэна ушли в пустоту.
Когда шторм улегся, Гу Чэньша и Лоу Байюэ появились снова.
Лоу Байюэ усмехнулась: — Ли Ваншэн, эта техника называется "Демоническое Уничтожение Смертного Мира", не так ли? Не ожидала, что ты освоишь её на таком уровне. Если бы я попыталась отразить её в лоб, она бы пробила мою гань-ци убийцы богов, всё-таки моя культивация ниже твоей. Но мой артефакт делает меня неуязвимой. Даже если бы твой отец, Ли Ваньлун, пришел сюда лично, он вряд ли смог бы его пробить. "Демоническое Уничтожение Смертного Мира" сжирает колоссальное количество врожденной гань-ци. Готова поспорить, на этот удар ты потратил как минимум половину своих запасов.
— Лоу Байюэ, не ожидал, что ты будешь полагаться на эту безделушку, — нахмурился Ли Ваншэн. Его атака и впрямь была ужасающей. "Демоническое Уничтожение Смертного Мира" — это удар абсолютного уничтожения. Если бы они не спрятались, их бы стерло в пыль. — Что это за артефакт?
— А вот это тебе предстоит угадать, — Гу Чэньша снова вынырнул из небытия, пристально глядя на Ли Ваншэна. — В бою с нами тебе не победить. Твои атаки никогда не пробьют наш артефакт.
Лоу Байюэ, больше не произнося ни слова, бросилась в атаку с растопыренными пальцами. В следующее мгновение они снова схлестнулись в бою.
На этот раз аура Ли Ваншэна заметно ослабла, утратив прежнюю остроту. Обменявшись с Лоу Байюэ тремя-четырьмя ударами, он внезапно издал протяжный крик, превратился в сгусток слепящего света и исчез, покинув поле боя.
Лоу Байюэ не стала его преследовать.
— Он сбежал? — Гу Чэньша ожидал чего-то подобного. — Ну что, теперь приступим к исследованию дворца Несовершенства?
— Атака "Демоническое Уничтожение Смертного Мира" прошла впустую, и Ли Ваншэн потратил слишком много врожденной гань-ци, — сказала Лоу Байюэ. — К тому же, мы можем спрятаться в нашем невидимом артефакте, и он ничего не сможет нам сделать. Смысл ему было оставаться?
— В этот раз я собрал отличный урожай гань-ци от ваших ударных волн и переработал её в пагоде трансформации дракона, — довольно произнес Гу Чэньша. — Но дальше от меня толку мало. Буду рассчитывать на тебя.
— Ну и как тебе фэншуй этого дворца Несовершенства? — Лоу Байюэ взмыла в воздух, осматривая окрестности.
Гу Чэньша встал рядом с ней. Перед ними простирались миллионы дворцов, которым не было конца и края. Комплекс, вероятно, растянулся на тысячи ли. Только древний сын небес, чья магическая сила превосходила божественную, мог возвести столь грандиозное и величественное сооружение.
— На самом деле, этот дворец является независимым измерением. Мы находимся в его внутреннем пространстве, — отметил Гу Чэньша. — Дворцы здесь окружены бесчисленными многоуровневыми формациями. Хоть многие из них и повреждены, общая планировка поражает воображение. Я уже насчитал сотни тысяч переплетающихся и взаимодействующих друг с другом формаций. Посмотри туда: это Формация Четырех Символов, Превращающихся в Бессмертных. А там — Пещерная Формация Восьми Триграмм. А вот здесь — Девять Ци, Создающих Драконьи Артерии...
Гу Чэньша долгое время изучал древние трактаты по формациям и фэншую. Сейчас, применяя свои знания на практике, он делал огромные успехи. Для него главным сокровищем этого места была возможность увидеть, как все эти разнообразные конфигурации фэншуя безупречно интегрированы в единую систему.
Он внимательно осматривал дворец Несовершенства, запоминая каждую деталь и анализируя увиденное. «Вот оно... Дао Несовершенства...»
Внезапно в его сознании промелькнула искра озарения.
Этот дворец был возведен древним сыном небес Чжоу. Чжоу также практиковал Искусство Императорского Канона, а значит, в структуре его дворца неизбежно должны были быть заложены тайны этого искусства. Гу Чэньша начал понимать, в чем тут дело.