Во внутреннем дворе огромного особняка старосты пятеро юношей только что закончили тренировку с мечами. Вся земля вокруг была испещрена глубокими бороздами — следами от ударов, что свидетельствовало о невероятной разрушительной силе их техник.
— Наш стиль называется «Меч Пяти Сезонов». Нас как раз пятеро, и каждый освоил по одному сезону. Идеальное совпадение, — произнес сын старосты, Лю Юй. Он практиковал «Палящее летнее солнце», и от его меча веяло иссушающим зноем, словно он мог выжечь саму землю.
— Меч Пяти Сезонов! Это же подлинное искусство из глубокой древности! — Гу Чэньша был слегка ошеломлен.
В современном мире существовало лишь четыре времени года: весна, лето, осень и зима.
Однако в древности их было пять. Во время пятого сезона на небе появлялось сразу десять солнц, испепеляя реки и горы и превращая мир в гигантскую плавильную печь, в которой мучились все живые существа. Позже явился великий герой, который сбил из лука девять солнц, и с тех пор осталось лишь четыре сезона.
— То, что вы практикуете этот стиль — настоящее чудо. Это невероятная удача, которая наверняка сослужит вам добрую службу в будущем, — Гу Чэньша восхитился утонченностью их техник. Достав тыкву-горлянку, он капнул в миску пять капель Небесной росы. — Это духовное лекарство. Каждому по капле. Оно очистит ваши меридианы и вымоет нечистоты из тел. Возможно, вскоре это поможет вам прорваться на уровень великого мастера.
— Это же... — вдохнув чарующий аромат, юноши почувствовали невероятный прилив сил. Лю Юй, чьи глаза загорелись странным светом, воскликнул: — Это легендарная Небесная роса?!
— О? Ты знаешь о Небесной росе? — Гу Чэньша удивился, что парень из провинциального городка смог узнать такое сокровище.
— В пещере, где мы нашли свитки, мы читали, что капля Небесной росы может пробить ключевые акупунктурные точки нашего стиля меча и поднять его на новый уровень. Как только я почувствовал этот аромат, мои акупунктурные точки запульсировали. Вот я и подумал, уж не то ли это редчайшее древнее сокровище, — Лю Юй рухнул на колени. — Девятнадцатый принц одаривает нас такой бесценной вещью! Мы клянемся служить Вашему Высочеству верой и правдой до последнего вздоха!
— Нет, я дарую ее не вам, а всем жителям городка, — Гу Чэньша стал серьезным. — Сектанты в любой момент могут вернуться. Ваши боевые навыки — лучшие в поселении, и вы обязаны защитить этих людей. Пообещайте мне, что будете стоять насмерть.
— Клянемся! — услышав эти слова, юноши прониклись священным трепетом.
— Возьмите свои мечи и защищайте тех, кто вам дорог. Пока мечи в ваших руках, надежда жива, — Гу Чэньша похлопал каждого по плечу. — Встаньте. Надеюсь, придет день, и мы встретимся в столице, чтобы выпить и поговорить по душам.
Сказав это, он резко оттолкнулся от земли и помчался прочь из городка, направляясь в истинное логово культистов — уезд Тао.
— Пока мечи в наших руках, надежда жива... — пробормотал Лю Юй, чувствуя, как у него закипает кровь. — Этот принц — истинный дракон среди людей. Ради такого стоит отдать жизнь! Он в одиночку отправился в логово секты — это великая отвага. Он одарил нас Небесной росой ради защиты простых людей — это великая праведность. За таким человеком не стыдно пойти на край света! Братцы, выпьем росу, отточим мечи до блеска и покажем этим демонам, где раки зимуют!
Утренний туман давно рассеялся. Солнце стояло высоко, но воздух по-прежнему был прохладным — весна еще не наступила. Гу Чэньша шел по глухим горным тропам, избегая патрулей сектантов.
Преодолев еще несколько сотен ли, он приблизился к столице уезда Тао.
Заняв удобную позицию на вершине холма, он окинул город взглядом. Уезд полностью находился в руках мятежников. Толпы культистов таскали бревна и камни, возводя гигантский храм и алтарь прямо в центре города. Со всех сторон по дорогам стекались отряды, гоня перед собой вереницы захваченных в плен крестьян.
Секта использовала уезд как базу, отправляя отряды мародеров в соседние деревни и поселки для сбора «жертв».
Сотни простых людей, подгоняемые фанатиками и отрядами варварских солдат, обреченно брели к площади. Если кто-то сопротивлялся слишком сильно, его тут же тащили на гигантский алтарь и отрубали голову во славу злых богов.
Алтарь в центре города занимал не менее тысячи му земли. Он весь был залит кровью и завален горами трупов. Страшно представить, сколько людей здесь убили за последние дни.
Из-за чудовищного количества пролитой крови над центром алтаря поднимался густой столб черного дыма. Казалось, он прорывает ткань пространства, открывая врата в иной мир, откуда веяло могильным холодом, доносились призрачные завывания и мелькали демонические тени, готовые вот-вот ворваться в эту реальность.
Многие варварские военачальники стояли на коленях перед алтарем, вознося молитвы. Время от времени они хватали пленников и собственноручно отрубали им головы. В этот момент струйки черного дыма вливались в их тела, увеличивая их силу.
Такая кровавая культивация позволяла им развиваться с пугающей скоростью.
«Проклятые звери», — Гу Чэньша скрипнул зубами от ненависти, но не стал действовать безрассудно. В Тао наверняка было полно сильных мастеров, как среди культистов, так и среди варваров. Лезть на рожон было самоубийством.
«Сначала нужно принести в жертву вторую саблю».
Он исчез, переместившись в пространство алтаря, и принес в жертву вторую Саблю Расплавленной Крови.
Демонический клинок мгновенно рассыпался, превратившись в еще один зародыш «Клинка Усмирения Демонов». Два лазурных клинка тут же притянулись друг к другу и слились воедино.
Гу Чэньша взвесил новое оружие в руке. Клинок стал немного тяжелее, его линии — еще совершеннее, а лезвие — острее. Вместе с этим он принес в жертву души двух убитых великих мастеров, получив ровно пять капель Небесной росы — в точности столько же, сколько он отдал юношам. Воистину, пути Небесного Дао неисповедимы.
«Его мощь возросла, и он стал послушнее. Интересно, сможет ли он пробить защиту эксперта третьей трансформации Дао — "Медную кожу и железные кости"?» — Гу Чэньша достал из сумки черную мантию культиста и переоделся.
Он подготовился заранее. Сектанты носили длинные черные балахоны с капюшонами, полностью скрывавшими лица. Затеряться среди них не составит труда. К тому же секта захватила эти территории совсем недавно. Их организация была хаотичной, ряды пестрели всяким сбродом, и они даже друг друга не знали в лицо. Это играло Гу Чэньша на руку.
Переодевшись, он быстро нагнал возвращающийся в город отряд и тихо пристроился в хвост. Никто ничего не заметил.
Культисты шагали молча, словно зомби. Их разум был помутнен злой аурой: хотя физическая сила возросла, они утратили интеллект и остатки человечности.
Такими фанатиками было легко управлять, они шли в бой, не ведая страха. Но, лишившись разума, они были обречены на провал в долгосрочной перспективе.
— Отдыхайте, поешьте и будьте готовы к приказам! — скомандовал офицер, когда отряд вошел в город.
Культисты молча направились к недавно построенному храму и расселись прямо на полу. Вскоре другие послушники принесли им еду и воду. Поев, они повалились спать вповалку, так и не обменявшись ни словом.
Они жили прямо в храмовых залах, спя на циновках.
Гу Чэньша сделал вид, что пошел по нужде, и начал бродить по территории, не привлекая внимания.
Убедившись, что за ним никто не следит, он пустил в ход свои навыки. Уклоняясь от посторонних глаз, он проник вглубь храмового комплекса.
Город активно перестраивался, и новые храмовые здания кольцом окружали центральный алтарь.
В зданиях на периферии, вочередь спали сотни рядовых культистов. Ближе к центру располагались небольшие отдельные комнаты — обиталища офицеров ранга воина. Еще глубже находились просторные покои с личными слугами — для офицеров ранга мастера.
Но убивать их было бессмысленно.
Гу Чэньша даже не собирался тратить время на великих мастеров. Его целью были демонические эксперты уровня Дао или военачальники варваров.
Любой, кто достиг хотя бы первой трансформации Дао, среди варваров был главнокомандующим или высокочтимым посланником при храме. Если убить нескольких ключевых лидеров, кризис в провинции заметно ослабнет.
«Надо проникнуть еще глубже!»
Его тело мелькало как тень. То он скользил по стене, как геккон, то сжимался, как дикая кошка, то извивался, как змея, заползающая в нору. «Трансформация солнца и луны» позволяла ему скрывать свою ауру — она могла быть как подавляющей, так и совершенно незаметной.
Спрятавшись за колонной, он полностью сливался с окружением. Даже сердцебиение и дыхание подстраивались под ритм огромного храма. Ни один мастер, даже обладающий обостренным духовным чутьем, не смог бы засечь его.
Чем глубже он проникал в храмовый комплекс, тем роскошнее становилась отделка. На стенах появились сусальное золото, нефрит и жемчуг. Культисты здесь выглядели бодрыми и адекватными, а не похожими на безмозглых зомби.
«Охрана не такая уж и строгая, — прячась в углах, Гу Чэньша время от времени нырял в пространство алтаря, пережидая проходящие патрули, и таким образом быстро добрался до самого сердца храма. — С такими способностями я бы стал лучшим вором в мире. Жаль только, что из пространства алтаря нельзя наблюдать за происходящим снаружи. Приходится вслепую отсчитывать время и надеяться, что патруль уже ушел. Это, конечно, не недостаток Небесного Жертвенного Талисмана, просто я еще не раскрыл его истинный потенциал».
В древних свитках говорилось, что Небесный Жертвенный Талисман был способен на всё. Он не только связывал с Небесами, но и мог подавлять целые миры, управляя рождением и гибелью всего сущего. По сути, это был единственный ключ к сокровищнице Небесного Дао, или даже осколок самого ядра мироздания.
Но сейчас артефакт демонстрировал лишь крошечную часть своих возможностей. Для его пробуждения требовалось куда больше ауры Сына Неба, которую даже древним Императорам удавалось скопить с огромным трудом.
Истинное использование Талисмана в древности выглядело так: Император строил гигантский алтарь, возлагал на него указ и в назначенный час проводил грандиозный ритуал вместе с сотнями министров. Таким образом в Талисман вливалась аура Сына Неба, собранная со всей страны, что позволяло свергать и возводить в ранг самих богов.
— Раз! Два! Взяли! В этот момент из главного коридора храма послышались голоса. Группа культистов тащила тяжелые сундуки к складскому помещению.
— Осторожнее! Тут одни сокровища. Ставьте плавно, без тряски! — прикрикивал на них офицер секты. Носильщиками были мастера ранга воина, и их было не меньше десятка, но даже они с трудом тащили один сундук. Значит, он весил несколько тысяч цзиней.
Гу Чэньша крадучись последовал за ними. Они обогнули главный зал, вошли в боковое крыло и тяжелым ключом открыли массивную дверь.
Вшух!
Гу Чэньша с молниеносной скоростью скользнул внутрь.
— А? Мне показалось, или тут только что мелькнула тень? — переглянулись несколько офицеров и поспешно начали осматривать каждый угол хранилища. Но никого не нашли. — Неужели показалось?
Убедившись, что всё в порядке, они закрыли дверь и ушли.
Спустя долгое время в хранилище из ниоткуда появился человек. Это был Гу Чэньша. Заскочив внутрь, он тут же спрятался в пространстве алтаря и терпеливо ждал, пока охрана не уйдет.
«Слепота внутри алтаря — это серьезная проблема. Если я смогу найти еще указы династии Давэй и поглотить ауру Сына Неба, пространство наверняка эволюционирует», — с этой мыслью Гу Чэньша принялся осматривать хранилище.