Овладев символами и жертвоприношением солнца и луны, Гу Чэньша обрел глубокое понимание своей культивации. Объединив Искусство Императорского Канона и Великое искусство убийства богов, он мог использовать врата трансформации дракона на полную мощь.
И пусть он еще не достиг тринадцатой трансформации Дао — «выхода изначального духа» (когда возможно пожирание демонов и духов), его врата уже обладали этой способностью.
Даже в своем изначальном, несовершенном виде они смогли поглотить изначальный дух короля громовых зверей Лэй Уша, превратив его в драконью ци и сформировав драконью пилюлю.
Настоящие первобытные врата создали бы пилюлю взращивания дракона. Его врата были лишь подделкой, поэтому качество пилюли было немного ниже, но она всё равно могла превратить человека в гения.
А теперь, после поглощения мешка змеи ба и впитывания еще большей ауры первобытных врат, врата трансформации дракона могли создавать пилюли, почти не уступающие настоящим пилюлям взращивания дракона (при условии достаточного количества врожденной гань-ци и сильных изначальных духов).
А для таких пилюль у Бао Мин'эр аппетит был поистине безграничным. Слова Гу Чэньша явно задели её за живое.
— А ты умеешь убеждать, — напряжение между ними спало, и Бао Мин'эр снова перешла на дружеский тон. Раз уж все карты были раскрыты, отпала нужда в притворстве и интригах, и их отношения могли стать даже крепче.
— Я постиг Великое искусство убийства богов. Используя его для закалки врат, я надеюсь, что однажды они смогут уловить резонанс настоящих первобытных драконьих врат. Тогда я смогу черпать энергию прямо из них, питая свою маленькую копию, — Гу Чэньша прекрасно понимал, насколько мощным было искусство Лоу Байюэ. Достигнув вершин мастерства, оно позволяло открывать двери в бесчисленные измерения и исследовать сокровенные тайны сотен тысяч вселенных.
В теории, доведенное до совершенства Великое искусство убийства богов позволяло найти даже первобытные драконьи врата.
— Хочешь сказать, твои врата будут расти и дальше? — Бао Мин'эр впилась взглядом в его живот, словно пытаясь разглядеть, что там происходит.
— Безусловно, — Гу Чэньша наконец сел. — В секте Множества Сокровищ наверняка полно талантливых мастеров по созданию артефактов. Ты могла бы переманить их к себе. Пусть работают в моем поместье. Мы будем закупать сырье по дешевке, а продавать готовые артефакты в десятки раз дороже. Это золотая жила.
— Не думаю, что мы сможем тягаться с Академией Небесного Мастерства, — усомнилась Бао Мин'эр. — Их броня рогатого цзяо, боевые клинки из эссенции белого тигра, боевое вино — это шедевры. Даже наша секта Множества Сокровищ не смогла разгадать секрет их создания.
— Да, технологии Академии действительно пугают. Их невероятно сложно повторить, — нахмурился Гу Чэньша. — Но это не значит, что они монополизировали весь рынок. У нас всё еще есть шанс.
— Можно попробовать, — согласилась Бао Мин'эр. — Раз уж мы партнеры, нам нужно создать подходящие условия. Что касается секты Множества Сокровищ, предоставь это мне.
— Тогда договорились. Я тайно отправлюсь в Государство Божественного Нефрита, под чужим именем, и всё улажу. Государство Божественного Нефрита должно быть присоединено, — обсудив с Бао Мин'эр дальнейший план действий, Гу Чэньша поднялся. Он активировал символы солнца и луны и в мгновение ока стер всё свое присутствие, словно его здесь никогда и не было.
Символы солнца и луны использовали руны для связи с фундаментальными законами мироздания, позволяя человеку слиться с небом и землей.
Руна, которую он только что начертил, была руной невидимости.
Скрывающие руны были весьма распространены в бессмертном пути. Они прятали ауру и отводили глаза, делая человека невидимым для врагов. Обычно для этого использовались различные зелья, нанесенные на бумагу. При сжигании руны образовывалось облако газа, создающее иллюзию невидимости.
Королевская драконья броня Гу Чэньша была пропитана жидкостью трансформации дракона, в состав которой входила кровь короля иллюзорных змей — непревзойденного мастера маскировки. Поэтому броня уже обладала превосходными маскирующими свойствами.
Но по сравнению с руной невидимости из арсенала символов солнца и луны это была лишь детская забава.
Эта руна, сотканная из чистой врожденной гань-ци, устанавливала постоянную связь с магнитными полями небес и земли, создавая резонанс. Это вводило дух, ци и разум культиватора в состояние абсолютного единства с природой. Человек буквально растворялся в пространстве, становясь невидимым не только для глаз, но и для духовного восприятия даже самых сильных мастеров.
Помимо руны невидимости, существовало множество других: например, руна сбора духовной энергии.
Начертив её, Гу Чэньша заставлял её автоматически впитывать духовную энергию и превращать её в жидкость. Это был аналог флага сбора духа небесного дракона.
Другими словами, теперь он сам мог создавать такие флаги.
В его арсенале были "руна божественной силы", "руна защиты от воды", "руна защиты от огня", "руна алхимии", "руна поиска сокровищ", "руна полета", "руна оружия и брони", "руна призыва божественного генерала", "руна озарения", "руна иллюзорного лабиринта"... сотни самых невероятных символов.
Суть символов заключалась в том, чтобы графически отобразить законы мироздания.
Небесный жертвенный талисман работал по тому же принципу.
Теперь, овладев этими знаниями, Гу Чэньша мог применять их на практике. Конечно, некоторые руны, такие как "руна изгнания богов", позволяющая призывать божеств и заставлять их служить себе, были ему пока недоступны. Только древние сыны небес обладали столь ужасающей мощью.
Его культивация была еще слишком слаба по сравнению с ними. Но даже те базовые знания о символах и жертвоприношении солнца и луны, которые он успел освоить, значительно расширили возможности его врожденной гань-ци и многократно увеличили его боевой потенциал.
— Невероятно, — Бао Мин'эр с изумлением наблюдала, как фигура Гу Чэньша растворилась в воздухе. Она скрывала свою истинную силу, но даже использовав все свои способности, не смогла уловить ни малейшего следа его присутствия. — Как он смог достичь такого уровня за столь короткое время? Даже врата трансформации дракона не могут объяснить такую скорость. Гений или нет, это просто невозможно. Здесь кроется что-то еще.
Она глубоко задумалась о перспективах сотрудничества с Гу Чэньша.
Он знал, что она — Лорд Дракона династии Великого Вэй, но вместо того, чтобы враждовать, предложил взаимовыгодный союз. И она решила извлечь из этого максимальную выгоду. Ссориться с ним сейчас было не только невыгодно, но и смертельно опасно.
Кроме того, Бао Мин'эр видела, что Гу Чэньша, обладая мягким характером, отнюдь не был глупцом. Наоборот, он был невероятно проницателен, расчетлив и осторожен. В интригах и планировании он ничуть не уступал, а возможно, и превосходил её саму.
«С ним будет нелегко. Но союз сулит огромные выгоды», — Бао Мин'эр встала и посмотрела вдаль, на замок, окутанный фиолетовой дымкой. Она также обратила свой внутренний взор под землю, где тянулась запутанная сеть туннелей-меридианов. Формация непрерывно укреплялась. С каждым днем замок становился всё более неприступным — это черная черепаха вкладывала все свои силы в строительство гнезда.
Черная черепаха, одна из четырех символических зверей, была воплощением закона воды. Родившись со святым телом, она уже обладала колоссальной силой, которая росла с каждым днем. Спрятавшись под землей и обустраивая гнездо, она была практически неуязвима даже для тех, кто значительно превосходил её по силе. А когда она вырастет, то станет могущественнее самих богов.
Имея такого союзника, Гу Чэньша обладал непоколебимой властью.
«Только сущность невероятной мощи смогла бы захватить молодую черную черепаху. Но мы находимся на территории империи Великий Юн. Такие древние монстры, как Ли Ваньлун, предпочитают не злить императора Небесный Талисман. Так что черепаха в безопасности», — Бао Мин'эр, честно говоря, и сама была бы не прочь заполучить божественного зверя. Украсть яйцо было бы гораздо проще. Впрочем, даже детеныш представлял огромную ценность для любого мастера.
Гу Чэньша стремительно летел по небу.
Он использовал возможности королевской драконьей брони, начертив на ней руны невидимости, полета и сбора духовной энергии. Броня стала поглощать энергию гораздо эффективнее, делая это абсолютно беззвучно. Её скорость также многократно возросла.
Изучив символы солнца и луны, Гу Чэньша стал гораздо лучше разбираться в создании артефактов. Прямо на лету он перековал свою броню, открыв в ней новые свойства. Эта броня, изначально созданная из превосходных материалов (жидкости трансформации дракона с примесью осколков реликвии небесного демона и чешуи древнего короля драконов), долгое время питалась его драконьей кровью солнца и луны. После перековки с помощью рун броня обрела невероятную гибкость, сильный собственный интеллект и способность к саморазвитию. В ней открылись акупунктурные точки, постепенно формируя структуру, подобную человеческому телу.
Гу Чэньша снова влил в неё знания об искусстве побега облачного миража, и её скорость стала просто фантастической. Если бы он снял маскировку, наблюдатели увидели бы лишь черную молнию, пронзающую небеса.
Он также перековал клинок сдавшегося дьявола, наложив на него руны покорения демонов, алхимии, изгнания зла, разрушения и многие другие. Меч начал приобретать качества древнего божественного оружия.
Меч, броня и врата — три артефакта, выкованные им лично, работали в идеальной гармонии. Летя по небу и прокручивая в уме свои техники, Гу Чэньша чувствовал небывалый подъем. Он был уверен, что сможет бросить вызов любому представителю молодого поколения.
Направив всю свою мощь на открытие акупунктурных точек и впитывание духовной энергии, он вдруг почувствовал, как вокруг него заплясало духовное пламя. Он снова вплотную приблизился к прорыву на стадию огня трех самадхи.
Он уже отправил Юй Хаслу и Лун Юйюнь сообщение, приказав им ждать его прибытия.
Постоянно меняя траекторию полета, он пересек всё расстояние от своего поместья до побережья всего за два часа. Раньше на этот путь у него уходили дни. Его нынешняя сила и скорость были несопоставимы с теми, что были тогда.
Он уже знал, где находятся Юй Хаслу и Лун Юйюнь. Они ждали его в порту, на борту корабля, готового к отплытию.
Это был не обычный корабль, а гигантское судно, похожее на черную акулу. От него исходила пугающая аура первобытного морского чудовища.
Это был «Корабль Пустынной Акулы» — новейшая разработка империи Великий Юн.