Я сам об этом попросил, но всё равно не понимаю, как у них получилось.
«Как они вообще оформили отдельное место на Кроху?»
Неужели билет у перекупщиков достали? Хотя Альянс, наверное, и не такие идиотские просьбы выполняет.
Как бы там ни было, всё устроил Пэк Санчхоль. В деловой хватке ему точно не откажешь.
*Гр-р-р-р!*
Самолёт задрожал, словно земля под ногами, когда Кваннёль пускал в ход магию.
С тяжёлым гулом машина тронулась и начала разгоняться.
— А-а... А-а-а-а!..
Чунсик вытаращил глаза. Одной рукой он вцепился в подлокотник, другой — в плечо сидевшего рядом Кваннёля. Ещё когда самолёт только начал подрагивать, вид у него был паршивый.
Так он боится летать. Вот уж чего я о нём не знал.
Хотя хватит с меня открытий. Прямо луковица какая-то: сколько ни чисти, всё новые слои.
— Убери руку, пока прошу по-хорошему.
— У-у-у-у!..
Кваннёль тяжело вздохнул и покосился на Чунсика.
Посадить этих двоих вместе было ошибкой. Моей ошибкой.
Рассадил я нас неудачно. Мы с Крохой сидели у окна.
Через проход разместился дуэт Чун-Кван, а за ними — Сиа и Пак Хеин. Хотя, если подумать, всё не так уж плохо. Правда, Кваннёлю до самого прилёта придётся несладко.
— Сиа, хотите посмотреть?
— Что это?
— Лететь долго, вот я и скачала на планшет несколько фильмов.
— О-о! Правда?
— Кажется, главный герой там святой рыцарь. Он пытается возродить погибший орден.
— Я тоже хочу посмотреть!
Я выпрямился и прислушался к их разговору.
«Орден, значит».
Такое Сиа наверняка понравится.
Похоже, Ассоциация всё предусмотрела: самолёт уже выруливал на взлётную полосу, а в нашем салоне, кроме нас, никого не было.
Можно было разговаривать сколько угодно. Вот только...
— Ух-х-х!.. Господин, у меня сердце сейчас в пятки провалится!
Чунсик один заглушал весь салон. Как бы сделать так, чтобы его не слышать?
— Да заткнись ты! Что за недостойное поведение?
Кваннёль тут же принимался его отчитывать, но толку, разумеется, не было.
Самолёт набрал скорость, задрожал и оторвался от земли.
— В-взлетели!..
— Господи, как же эти мужики впереди орут. Правда, Сиа?
— Хеин... Я вообще-то живу вместе с этими дядьками.
— Ой. Точно.
Даже такие намёки до господина Пак Чунсика не доходили. Самооценка у него не просто зашкаливала — она уже лилась через край.
— Пять метров, десять, пятнадцать, двадцать! Господин, мы всё выше! Так и должно быть?!
Вот почему этот урод всякий раз втягивает меня? В прошлой жизни утопленником был?
Не слышу. Ничего не слышу. И отвечать не стану.
Повторяя это про себя, я отвернулся к окну.
Игнорировал я его не просто так.
«Ого! Мы и правда летим! Как эта огромная железяка вообще держится в воздухе?»
Я тоже хотел спокойно насладиться первым полётом. Хотя про себя всё равно ворчал на Чунсика.
«С мечом он прыгает на сотню метров, а тут испугался обычного взлёта».
Впрочем, забавно. Никогда бы не подумал, что сам Пак Чунсик боится самолётов.
— Фух... Это тоже часть тренировки. Тренировку нужно не терпеть, а получать от неё удовольствие. С этой минуты я буду наслаждаться полётом...
Его бред заполнил весь салон. Самолёт набрал высоту, выровнялся, и трясти почти перестало. Я уже было обрадовался, но тут корпус снова тяжело загудел и качнулся.
— Внимание, мы попали в зону турбулентности. Просим всех оставаться на своих местах.
Следом над головой загрохотало длинное объявление на английском.
*Бум!*
Самолёт снова резко завалился набок.
— Трени-и-и-ровка-а-а!
Чунсик тут же завопил.
Может, отозвать его? Так для всех будет спокойнее.
— Чунсик.
Я не выдержал, высунулся из-за кресла и посмотрел на него.
Он с такой силой стискивал плечо Кваннёля, будто хотел его раздавить. Услышав меня, Чунсик осторожно повернул голову.
— Может, вернёшься обратно?
— Нет. Раз господин спокойно летит, разве могу я спрятаться из-за страха?
...Погодите. Это я сейчас мудак?
Почему мне послышалось: «Даже ты можешь, а я чем хуже?»
— Ну и сиди так все десять часов.
— Господин, надеюсь увидеть вас живым.
— ...Как знаешь.
Прошёл примерно час. У меня затекла задница, и я всё чаще ворочался в кресле. За окном тянулся один и тот же пейзаж, так что смотреть туда тоже быстро надоело.
«Дело дрянь. Мы ещё и десятой части пути не пролетели».
Пак Хеин не зря взяла планшет.
У меня заломило виски. И чем мне заниматься ещё девять с лишним часов?
Я украдкой огляделся.
Кваннёль сидел, широко раскрыв глаза, и что-то беззвучно бормотал, явно погрузившись в свои мысли.
Чунсик то ли спал, то ли уже доорался и получил от Кваннёля по голове. Главное, что молчал. Крохе в переноске, похоже, было уютнее, чем я ожидал: он растянулся поудобнее и задремал. Пак Хеин и Сиа не отрывались от фильма.
«Скука».
Может, поспать? Сейчас бы порисовать — самое то. Надо было и мне взять планшет.
Делать всё равно было нечего. Я закрыл глаза и вспомнил недавнее прошлое.
На ум пришли слова Ким Чхоля, который устроил представление на встрече с поклонниками. Вот зачем этот тип наговорил всякой херни и заставил меня нервничать?
«Осторожность, конечно, не повредит. Но, похоже, я зря себя накручиваю».
Ассоциация и Альянс тоже в курсе угрозы.
Даже если те ублюдки и правда решат на нас напасть, лёгкой добычей мы не станем.
К тому же с нами Пак Хеин. По силе наша компания не уступает крепкой американской гильдии среднего уровня.
Даже The Black сто раз подумает, прежде чем лезть.
— Простите.
Из прохода донёсся мягкий голос. Я приоткрыл глаза и увидел улыбающуюся стюардессу.
— Да?
— Это не совсем относится к моим обязанностям, но для меня большая честь обслуживать вас на этом рейсе.
Она заметно волновалась.
После этих слов на меня уставились трое призванных и одна любительница вина.
— Спасибо. Мне тоже приятно.
— Можно перед посадкой попросить у вас автограф?.. Конечно, только если вы не против.
— Автограф?
Это сказал не я. Сиа вытащила наушник и недоверчиво посмотрела на меня. Что у неё за подозрительная рожа?
Стюардесса не обратила на неё внимания и продолжила:
— Мой старший брат... тоже игрок. Во время второго прорыва, который вы остановили, он сражался под командованием господина Пак Чунсика. До сих пор при каждом удобном случае рассказывает мне об этом как о своём главном подвиге.
— А-а.
— Он тоже пользуется мечом и говорит, что многому научился, наблюдая за господином Чунсиком. Когда узнал, что вы сегодня летите нашим рейсом, попросил у вас автограф. Ха-ха...
Она неловко почесала голову.
— Хорошо. Подпишу перед посадкой.
— Спасибо!
Она просияла.
— Тогда какое блюдо вы выберете?
Так вот зачем она пришла. А я-то гадал, с чего вдруг такое внимание.
За её спиной загорелись золотые глаза. Сиа наконец дождалась главного события полёта — бортового питания.
— Мы ведь не совсем обычные пассажиры, верно?
— Верно.
— Тогда у меня вопрос. У вас случайно нет магических кристаллов?
Улыбка мгновенно исчезла с лица стюардессы.
— Магических... кристаллов? А зачем они вам понадобились?..
— Не мне.
Я наклонился и поднял переноску. Кроха как раз посмотрел на неё и мило пискнул:
*Кью!*
— Ой! Так это Кроха? Никогда не видела его вживую!
Кроха был знаменит не меньше нас. Я постоянно таскал его на голове — тут поневоле станешь известным.
— Он самый.
— Впервые вижу... Какой милый. Простите, но магических кристаллов у нас нет.
Похоже, она умела отделять личное от работы. Я уже надеялся немного сэкономить, но не вышло.
— Тогда несите что угодно.
— Хорошо.
Стюардесса ещё немного полюбовалась Крохой и пошла дальше. С каждым из нашей компании она разговаривала предельно учтиво. Зря.
«Они такой почтительности не заслуживают».
Впрочем, откуда ей знать, какие они на самом деле.
Вскоре принесли еду. Для Крохи приготовили какое-то блюдо из протёртого мяса и овощей. Перед миской даже стояла табличка с надписью [Кроха]. Вот от такого отношения я не откажусь.
«Не помню, чтобы он ел что-нибудь, кроме магических кристаллов».
Но обычная еда ему наверняка тоже подходит. Если всё пройдёт нормально, можно будет понемногу добавлять её в рацион.
Пусть блюда всего лишь разогрели в микроволновке, на вкус они оказались вполне приличными. Кроха тоже ел с аппетитом и довольно чавкал. Значит, обычной едой его кормить можно.
Живот набит, в салоне тепло.
*Кью-у-у-у...*
Говорят, зевота заразительна.
Кроха зевнул — и я сразу следом.
— Господин... Пора нас отозвать.
— Ага... Сейчас... отзову...
Сзади кто-то окликнул меня. Сон уже валил с ног, и я ответил почти не просыпаясь, а потом закрыл глаза.
Не знаю, сколько прошло времени. Я очнулся, когда самолёт сильно тряхнуло, и посмотрел на экран перед креслом.
— Почти прилетели.
Странно, почему еду принесли только один раз? Пока я спал, что ли?
«Откуда мне знать, нормально это или нет. Я в самолёте впервые».
— Скоро мы совершим посадку в Международном аэропорту Гарри Рида.
Долгий, чертовски долгий полёт наконец подходил к концу.
Рядом осталась только Пак Хеин. Она спала в маске. Я всё же следил за временем поддержания призыва и сохранил ещё три часа. Если бы Чунсик не напомнил, я бы впустую израсходовал весь запас прямо в самолёте.
В Лас-Вегасе сейчас ночь.
«Всё равно сразу поедем в гостиницу. Трёх часов должно хватить».
Я поднял шторку и посмотрел в окно...
— Что за?..
Всё было красным.
Какого чёрта? Почему небо красное? В Америке такие облака? Или какой-то псих устроил фейерверк прямо у аэропорта?
Я выпустил немного маны и разбудил Пак Хеин.
— М-м? Что случилось?
— Посмотрите в окно.
Она подняла шторку.
— Какого?.. Что здесь творится?
Пак Хеин сняла маску и убрала её в подпространство.
— Сиху, это...
— Нет, серьёзно. Так вообще бывает?
— Похоже, не бывает. Но раз уже случилось, значит, бывает.
И что на это ответить?
— Прорыв. Судя по всему, начнётся как раз к нашей посадке.
— Надо же. Именно сегодня? И ровно в тот момент, когда мы прилетели?
— Масштаб, к счастью, небольшой.
Дело было не в масштабе. Сам прорыв уже означал большие неприятности. К нам подбежала перепуганная стюардесса и быстро заговорила по-английски.
Она тараторила так, что я почти ничего не разобрал. Но смысл был понятен: «Помогите! Начался прорыв!»
— Сиху.
Пак Хеин смотрела на точку прорыва.
— По моим расчётам, у Чунсика осталось три часа. Верно?
— ...Вы теперь и это считаете?
— Верно или нет?
— Верно.
— Тогда всё в порядке.
Не ради этого я берёг три часа.
«Хотя вышло удачно».
Предчувствие у меня было паршивое. Только прилетели — и сразу прорыв.
Едва самолёт остановился, стюардесса поспешно повела нас к выходу. Бледные сотрудники аэропорта что-то кричали по-английски.
Мы наплевали на паспортный контроль и прочую бюрократию и сразу оказались в главном зале.
Там царил полный пиздец. За постапокалипсисом далеко ходить не надо: настоящий ад уже был перед глазами.
«Лихо началось».
Я ведь вернусь домой живым, правда?