Спор закончился только к двум часам ночи. Филибастером это, конечно, не назовёшь, но для меня, вынужденного всё слушать, разницы почти не было.
— Ничего себе, уже столько времени. Сколько часов мы здесь проторчали? — Пэк Санчхоль посмотрел на часы и размял шею.
— Но сразу после председателя Ассоциации нужно встретиться с главой Альянса. Как можно скорее, — в очередной раз напомнил приунывший Джеймс.
— Да понял я, хватит повторять.
Только после этого он замолчал. По выражению лица я бы поставил диагноз: «бешенство, сто процентов». Но вслух ничего говорить не стал.
Пэк Санчхоль переспорил его по всем пунктам. Когда возразить по существу нечего, даже Джеймсу остаётся только замолчать.
Хотя мне было всё равно, кто из них победит. Я лишь хотел, чтобы этот разговор наконец закончился.
Решение оказалось простым: сначала председатель Ассоциации, затем глава Альянса.
Ради такого очевидного вывода двое взрослых мужиков и один архимаг несколько часов сотрясали воздух.
Кваннёля хотя бы удалось законно убрать, когда истекло время призыва. От этих двоих подобного спасения не существовало.
«У них рты не болят столько говорить?»
Моё собственное мнение, к слову, на итог никак не повлияло.
Что глава Альянса, что председатель Ассоциации — для меня разница небольшая. Встречаться всё равно придётся с обеими, поэтому порядок неважен.
Разве что глава Альянса находится за границей. Сначала закончить дела с председателем Ассоциации действительно удобнее по маршруту.
— Господин Сиху, когда вам удобно встретиться с председателем? — спросил Пэк Санчхоль.
— Вы сами всё решили, разыграли целый спектакль, а теперь вдруг спрашиваете меня?
— Тогда завтра в обед.
— Как скажете.
— Хорошо. С рассветом доложу председателю.
В такие моменты мне даже нравилась манера Пэк Санчхоля мгновенно переходить от слов к делу. Я тоже предпочитал поскорее разобраться и забыть.
Чем раньше состоится встреча, тем больше свободного времени останется потом. Ведь так?..
— А теперь оба идите домой.
Пожалуйста. Уже два часа ночи, скоро три. А утром им, наверное, снова на работу к девяти.
Как получилось, что два обычных человека выносливее игрока?
— Лучше вы идите, господин Сиху.
— Что?
— Я сегодня останусь здесь ночевать.
— Здесь?
— У нас есть комната отдыха для дежурных. Она удобнее моей квартиры.
Что он сказал?
Мне хотелось спросить, откуда в здании вообще взялась такая комната, но рот не открылся. Инстинкт самосохранения сработал раньше.
Стоило спросить, и я немедленно услышал бы: «Глава гильдии обязан это знать», или «А вы вообще хоть что-нибудь знаете?», или «Здание огромное, конечно здесь есть дежурная комната».
Три варианта ссоры пришли в голову мгновенно.
— Там и правда хорошо, — подтвердил Джеймс.
— Господин Ким Чхоль лично проследил за обустройством, поэтому всё сделано на высшем уровне.
Странно. Не помню, чтобы мне показывали предложение по комнате отдыха.
Может, решили сами, раз я всё равно не читаю документы? Или это Пэк Санчхоль распорядился без моего участия.
«Похоже, гильдия понемногу переходит в режим автоматической работы. Неплохо».
Пусть только не устраивают катастроф и не воруют деньги из казны. Остальное переживу.
Я оставил их в кабинете и вышел.
Раз они не собирались уходить, уйти следовало мне. Нужно было как можно скорее убрать этих двоих из поля зрения.
Я чертовски устал.
* * *
Утро ничем не отличалось от обычного.
С самого рассвета Чунсик отчитывал меня за то, что время повторного призыва давно наступило, а я вызвал его слишком поздно.
Потом напомнил: раз мы прошли шестидесятый этаж, пора возобновлять тренировки.
После этого возмутился, что он разложил куриные шашлычки по видам, а я всё перемешал.
...Что?
«Постойте, здесь что-то не так».
Почему это он читает мне нотации? Уязвлённая гордость заставила нахмуриться.
— Господин.
— Ну чего?
Лёгок на помине. Стоило подумать о Чунсике, как настоящий Пак Чунсик появился передо мной.
Он шёл с шашлычком в руке. Не будь меча на поясе, выглядел бы как безработный, который целыми днями слоняется по дому.
— Доедай быстрее. Нам скоро выходить.
— Джеймс рассказал, что вы собираетесь к председателю Ассоциации.
— Да. Пока сам чем-нибудь займись. А Ёну почему так долго не выходит?
Я поднялся с дивана. Дом был огромным: путь от гостиной до дальней комнаты занимал целых десять секунд.
*Скрип.*
Едва я открыл дверь, изнутри донёсся восторженный голос Сиа.
— Вот это да! Ёну, тебе невероятно идёт!
Передо мной открылась картина: Сиа устроила примерочную, посадила Ёну посреди комнаты и сложила вокруг него башни из одежды.
— Ты зачем его так нарядила? Что за бабочка? Мы всего лишь идём к председателю Ассоциации.
Слова уже сорвались с языка, когда я понял ошибку. Теперь я достаточно хорошо знал: подобные замечания только повышают боевую мощь Сиа.
— Оппа, что вы такое говорите?! Вы же знаете, насколько важно первое впечатление.
— Знаю, но...
— К тому же люди обожают Ёну. Почему бы ему не прийти красивым и нарядным?
— Тут не поспоришь.
Его костюм сильно напоминал наряд одного героя из манги — юного детектива Конана. Тот почти всегда ходил в такой одежде.
Казалось, из бабочки сейчас вылетит игла со снотворным.
Ёну спасала внешность. На ком-нибудь другом такой наряд выглядел бы клоунским.
— Всё равно перебор. Переодень его во что-нибудь проще и убери бабочку. Мы не на праздник идём.
И что вообще случилось с этой комнатой?
В последнее время на имя Ёну приходило множество посылок.
Модели от Джеймса доставляли раз в два дня, будто молоко по подписке. Недавно Пак Хеин отправила целую гору одежды из универмага.
Подарки присылала даже гильдия «Солнце». Точнее, Ким Сонён: дорогие браслеты с драгоценными камнями и разные украшения. Она сказала считать это подарком к основанию гильдии. Немного нагло, но вещи были бесплатные, так что мы приняли их с благодарностью.
На коробках значилось: «Первая группа реагирования на Авалон гильдии „Солнце“». Значит, действительно от Ким Сонён — она одновременно возглавляла и отдел, и всю гильдию.
Но и это ещё не всё.
Благодаря сторожевому псу Чунсику, который действительно кусал незваных гостей, безумные поклонники до дома не добирались.
Зато подарки и письма приходили каждый день.
Завидую.
Единственным письмом, которое получал его дядя, было предложение о задании от Джеймса, замаскированное под любовное послание. А у Ёну в таком возрасте уже столько внимания.
«Благодаря ему я слишком хорошо познакомился с курьером».
Поначалу тот каждый раз смотрел на меня с изумлением. Потом привык, начал перекидываться парой слов, а в последнее время, кажется, уже уставал от моего лица.
Раньше кланялся под прямым углом и просил автограф. Теперь коротко бросал: «Спасибо за работу» — и сразу уходил.
*Хрусть!*
Я сделал один шаг и наступил на коробку.
— Оппа! Осторожнее! Она даже не распакована!
— Когда её привезли?
— На прошлой неделе. Или позапрошлой.
— ...И вы до сих пор не открыли?
— Их слишком много. В общем, вот насколько наш Ёну популярен.
Почему ты-то этим гордишься?
Теперь я окончательно понял: вчерашние слова о том, что индустрия развлечений перевернулась вверх дном, не были преувеличением.
Пока мы спорили, Ёну успели переодеть во что-то обычное.
Сколько бы Сиа ни возмущалась, перед подавляющим величием господина ей пришлось отступить.
— Когда-нибудь я обязательно создам орден.
Она сжала кулак, задрожала от злости и уставилась на меня.
— ...Ты сейчас мне угрожаешь?
— Нет! Конечно нет. Зачем мне угрожать вам, оппа?
...По-моему, это и была угроза.
Если честно, я только что испугался. Она слишком точно нашла моё слабое место.
— Пойдём, Ёну.
— Хорошо, дядя...
Он с неловким видом последовал за мной. Нужно было быстрее уносить ноги, пока Сиа не передумала.
Не потому, что я её боялся. Просто до назначенного времени оставалось совсем немного.
Чунсик доберётся сам.
Не маленький.
* * *
— Давно не виделись, госпожа председатель...
— О-о-о! Так это ты Ёну!
— ...Здравствуйте.
Пак Ёну неловко поклонился.
— Какой воспитанный мальчик! И какой приветливый!
Председатель Ассоциации даже не взглянула на меня. Она сияла, глядя только на Ёну.
Одновременно радоваться, что меня игнорируют, и недоумевать из-за этого оказалось странным чувством. Будто приехал к родителям на праздник с ребёнком.
Очень непривычно.
— Иди сюда. Диван великоват, тебе удобно будет сидеть?
— Да. Я часто сижу на таких.
— Санчхоль много о тебе рассказывал. Наш Ёну уже поел?
— Да, мы с дядей...
— Хочешь газировку? Джеймс говорил, что в Иране ты любил колу. Принести колу?
— Хочу...
— ...Простите.
Меня вообще слышно? Председатель не могла оторвать взгляд от Ёну.
— Эй?
— А! Господин Сиху, минутку!
Раньше она производила впечатление строгой и величественной женщины. За время разлуки превратилась в суетливую тётушку.
Даже не стала звать секретаря. Сама засуетилась по кабинету, налила колу в красивый стакан и торжественно поставила перед Ёну.
— Держи!
— Спасибо!
— ...А мне тоже колу.
— Для вас приготовлен кофе. Секретарь скоро принесёт.
— А, хорошо.
Почему при виде Ёну она улыбается, а на меня смотрит с каменным лицом?
Через несколько минут секретарь принесла кофе. Я поднял чашку, над которой вился пар, и вдохнул аромат.
— Хороший.
— Господин Сиху.
— ...Да.
Не дали даже сделать глоток. Председатель уже смотрела на меня совершенно серьёзно.
Кстати, странно. Чунсика нет, а претензий почему-то тоже нет. Хотя эта женщина управляет целым фан-клубом Пак Чунсика.
— Мне нужно обсудить с вами серьёзный вопрос.
Она уже открыла рот, но затем покосилась на Ёну. Лицо мгновенно смягчилось, и председатель наклонилась, чтобы оказаться с ним на одном уровне.
— Ёну.
— Да?
— Прости меня, пожалуйста, но ты можешь выйти ровно на одну минуту?
Он немного растерялся, затем кивнул.
— Хорошо.
— За дверью сидит красивая девушка-секретарь. Побудь пока с ней.
Тогда и я тоже...
...сказать это не позволил последний клочок гордости, тонкий и жалкий, как лист бумаги. Пришлось остаться в кресле.
Интересно, зачем она вывела Ёну?
«Наверняка речь о The Black».
Нет смысла обсуждать тяжёлые вещи при ребёнке. Председатель просто не хотела зря его тревожить.
Наш Ёну ещё слишком мал для подобных разговоров.
«Вот что значит жизненный опыт».
После его ухода атмосфера в кабинете резко потяжелела.
— Господин Сиху, как вы поживали всё это время?
— Давайте сразу к делу. Ёну скоро вернётся.
Председатель кивнула.
— Хорошо. Тогда начну с самого важного.
Она сцепила руки, подперла подбородок и посмотрела на меня острым взглядом.
— Это действительно важнейший вопрос. С сегодняшнего дня фан-клуб Пак Чунсика закрывается. Вместо него...
Что?
— ...сегодня откроется фан-клуб Пак Ёну. Все участники единогласно согласились.
— И это самый важный вопрос?
— Да.
Вот же блядь.