Не обращая внимания на очередную попытку Чунсика свести меня с ума, я спокойно пробормотал:
— И на двадцать шестом этаже новый рекорд. Хм...
Я уже привык и почти ничего не почувствовал.
Но тут Чунсик молча перехватил меч обеими руками.
*Бабах!*
Он с силой вонзил клинок в землю. От удара во все стороны разлетелась буря маны.
— Такое время никуда не годится!
Да чтоб тебя. Что опять с ним не так?
Вот это спокойно проигнорировать уже не получалось. Неужели мы не можем пройти хотя бы один этаж без представления?
— И это не лечится. Тьфу.
Он ведь даже сам ничего не сделал, а всё равно бесится.
И тут я вспомнил, как на нижних этажах Чунсик цеплялся за каждую минуту и секунду.
То была самая тяжёлая неделя в моей жизни. Меня невольно передёрнуло.
«Да ну, не может быть. Теперь у нас есть Кваннёль и Чон Чиён».
Он не сможет снова творить всё, что вздумается. Наверное.
— Господин мой.
— Что ещё?
— Ваш мир полон радостей и вкусной еды. Поэтому... я на время утратил бдительность. Опасный мир. Даже мастер меча способен здесь в одно мгновение расслабиться.
Почему он так долго подводит к мысли? Не к добру. Я махнул рукой, велев продолжать.
— Господин мой, когда-то я дал себе клятву.
— Какую?
— Подарить вам рекорд на каждом этаже Авалона! И ещё одну: все обычные этажи проходить примерно за минуту! Даже сейчас утекает ваше драгоценное время. Я хочу уберечь для вас каждую минуту и каждую секунду.
— Это уже две клятвы.
— Ну... я выразился образно.
Чунсик растерянно замялся после моего замечания.
Я всего лишь попробовал ответить ему его же чушью, а он отреагировал совершенно нормально. Значит, этот гад всё понимает и нарочно несёт ахинею.
— Как бы то ни было, господин! У нас появились новые союзники, ученица Кваннёля и прочие заботы, и мы забыли прежний настрой! Не поэтому ли вы застряли на третьем уровн-е-е?!
— Не говори «мы». Меня не впутывай.
— Как это не впутывать?! Если живёте вы, живу и я. Если погибнете вы, погибну и я! Мы едины, господин мой!
От заявления, в котором моего мнения никто не спросил, у меня разболелась голова. Дайте мне уже пожить спокойно. Хоть немного!
Я тёр виски, когда в голову пришла блестящая мысль.
Раз отношения между «Солнцем» и Ассоциацией наладились и мне больше ничего не мешало, можно просто отправить Чунсика в спортзал.
«Отличная идея. Попрошу Чхве Хосана как следует его укатать».
На всякий случай я достал из пространственного хранилища таблетку от головы и проглотил. Пока лекарство начинало действовать, снова потёр лоб и возразил Чунсику:
— Я застрял на третьем уровне просто потому, что дальше качаться сложнее. И не сравнивай нынешние этажи с десятым. Разница в сложности огромная. Пройти даже этот этаж за две с лишним минуты — уже безумие, Чунсик.
— Нет! Мы просто расслабились!
— Потише. А то мёртвый драконёнок от твоего вопля воскреснет.
— Я не владею подобной силой воскрешения, господин. Мы так долго вместе, а вы до сих пор меня не знаете.
— Да это просто выражение.
— Значит, я недостаточно хорошо вам служил. Отныне буду стараться ещё усерднее!
Почему он опять орёт? У меня скоро перепонки лопнут. Спорить с человеком, который тебя не слышит, невозможно.
Тренировками меня больше не проймёшь, и теперь он взялся за мою якобы беспечность.
Его репертуар расширялся. Будущее внушало ужас.
Но теперь я был не один. Рядом находился Кваннёль, способный остановить его безумие.
— Хм. Я всё выслушал...
Он стоял возле Чон Чиён и с самым серьёзным видом слушал бред Чунсика.
— Ну, Кваннёль? Что скажешь? Даже для него это уже чересчур, верно?
— Удивительно, но мечник подал дельную мысль.
— Вот именно, разум... Что?
Я ошеломлённо уставился на него.
— На этот раз он прав во всём, господин. Как бы мне ни было неприятно, следует поступить по его совету. Ведь так будет лучше для вас. Я упустил столь очевидную мысль. Мне ещё есть куда расти.
И этот туда же. Каждый день готовы друг друга убить, зато когда надо донимать меня — работают как слаженная команда.
Меня наконец прорвало.
— Да лучше деритесь, как обычно! Чего вы вдруг поладили? Ссорьтесь! Немедленно ссорьтесь!
Никогда не думал, что стану умолять их подраться.
— Нет ничего глупее, чем сражаться с союзником внутри Авалона. Простите этого недалёкого мечника, неспособного постичь вашу высокую волю.
— Чунсик, я не это...
— В желании служить господину я, Пак Кваннёль, с ним согласен. Здесь даже спорить не о чем.
— Кваннёль, послушай...
— Они же согласились вас слушаться. Что вас не устраивает, Сиху? Вообще-то самый странный здесь именно вы.
— Что?
Я раскрыл рот. Я странный? Она и правда ученица Кваннёля — уже встала на его сторону.
— Кстати, Сиху, с такой скоростью можно сегодня дойти до тридцатого этажа.
— Да. А завтра пройти снова, и послезавтра, и ещё через день! И потом ещё раз!
— ...
— Он будет ходить, пока не останется доволен. Через неделю драконята начнут сниться вам в кошмарах.
Я поделился опытом, но Чон Чиён, похоже, не прониклась.
— Разве это плохо? Мы ведь ставим рекорды. Кстати, Сиху, я впервые ставлю рекорд!
— Радоваться такому пустяку недостойно. Тьфу.
— Учитель!
— Что?
— Я впервые установила рекорд!
Кваннёль расправил плечи.
— Вот в чём разница между нами. Когда-нибудь я лично помогу тебе достичь столь же высокого уровня. Если продолжишь идти рядом со мной, это возможно.
— Конечно! Я освобожу всё расписание на неделю.
— Хм. Считай это великой честью.
— Разумеется, учитель!
Чон Чиён принялась кланяться ему с преувеличенной почтительностью. Кваннёлю это явно нравилось: уголки его губ едва заметно поднялись.
— Господин мой.
Чунсик, до этого смотревший на них, теперь впился в меня красными глазами.
— Что? Чего тебе опять?
— Отправимся на двадцать седьмой этаж.
— Ладно.
— Истинный мастер обязан снова и снова доказывать своё превосходство. Я покажу, почему именно я ваш Первый клинок и почему оказался рядом с вами раньше этого старика, засевшего в своей каморке.
— Что ты сейчас сказал, мечник?
— Только правду.
— Если слух повторяет достаточно много людей, он становится правдой. Ты, вечно сидящий взаперти, об этом не знал?
— О чём ты?
— После моих лекций бесчисленные ученики считают Первым клинком господина именно меня.
— Что?
— Получается, я куда ближе к этому титулу, чем ты со своими пустыми заявлениями. Усвоил, тупой мечник?
Воздух сразу потяжелел. Чон Чиён, словно испуганный щенок, медленно попятилась ко мне.
— П-почему они так? Только что ведь прекрасно ладили.
— Они всегда такие. Это их обычное состояние.
— Что?
Я велел им подраться, и они тут же послушались. Хотя минуту назад уверяли, что внутри Авалона союзники не должны ссориться.
Никакой последовательности ни у великого мага, ни у мастера меча.
Оставив перепуганную Чон Чиён за спиной, я натянуто улыбнулся и шагнул между ними.
— Нападай, старик из чулана!
— Идёт. Сегодня здесь будет твоя могила!
Две могучие волны маны уже готовы были столкнуться.
— Хватит.
*Шу-у-ух...*
Бурлящая мана начала оседать и через мгновение исчезла.
— Господин?..
— Господин мой?..
Никогда не поймёшь, слушаются они меня или нет. Я положил руки на плечи обоих растерянных призванных.
— Всё, закончили. Пора на двадцать седьмой этаж.
* * *
[Вы вошли на 27-й этаж Авалона.]
Он почти не отличался от двадцать шестого. Пейзаж был настолько похож, что я невольно зевнул.
Разница имелась только одна.
— Логово древнего дракона стало ближе.
Будто мы поднимались в гору. Ещё несколько этажей — и окажемся прямо у входа.
Обычно на верхних этажах опасность подстерегала со всех сторон, и каждый шаг давался с трудом.
Но мы шли так спокойно, словно гуляли в парке. Всех попадавшихся чудовищ убивал Чунсик.
— Смотри внимательно, ученица.
— Не моргаю, учитель.
— Запомни траекторию его клинка и каждый удар. Следи, как он собирает ауру и как выпускает её. Не упускай ни одного движения. Ты должна увидеть, как течёт мана.
Кваннёль тихо цокнул языком, посмотрел на красное сияние вокруг меча Чунсика и продолжил:
— Не люблю это признавать, но он мастер меча. Он формирует ауру на клинке с исключительной точностью. Можно сказать, что управляет ею как собственной рукой.
— Правда?
— Да. Так мастер меча использует ману.
За каждым взмахом оставался густой след маны. Десятки следов наслаивались друг на друга и издали напоминали цветочный бутон.
Я видел бой Чунсика каждый раз, когда приходил в Авалон, но зрелище всё равно поражало.
Игроков с мечами было много, однако никто не владел клинком так, как он.
За последнее время я и сам набрался опыта и уже мог сравнивать Чунсика с другими игроками.
Не успел Кваннёль закончить, как на Чунсика бросился драконёнок. Его меч не знал пощады.
Одного удара хватило, чтобы отделить голову от тела. Драконёнок рухнул на землю.
Но не пролилось ни капли крови.
Кваннёль проводил взглядом тело, рассыпающееся маной, и покачал головой.
— После боя мастера меча поле остаётся чистым. Он способен не пролить ни капли чужой крови. Смотри внимательно, ученица. Не только я могу быть твоим учителем. Если у человека есть чему поучиться, считай учителем и его. Даже этого мечника.
— Странно. Его разрубили мечом, почему же нет крови?
— В тот же миг он запечатывает срез собственной маной. Такой контроль — почти искусство. Поэтому его фехтование красиво.
Кваннёль объяснял неторопливо и спокойно. Чунсик тем временем носился без передышки.
— Времени нет! Нападайте все разом, ящерицы!
Он заорал так, что лес задрожал, и молнией сорвался с места. Разрубив очередного драконёнка, Чунсик что-то пробормотал.
Неужели...
— Пятнадцать секунд.
Убил ещё одного.
— Двадцать шесть.
Господи. Этот псих теперь считает секунды.
Продолжая рубить драконят, Чунсик скрылся вдали.
Ровно через минуту и пятьдесят девять секунд появились сообщения.
[27-й этаж пройден.]
[Игрок Пак ОО установил рекорд прохождения 27-го этажа!]
[Итоговое время: 2 минуты 1 секунда.]
Кваннёль склонил голову набок.
— Всё-таки тупой мечник. Похоже, неправильно посчитал секунды. ...Господин? Вы в порядке?
— Не разговаривай со мной.
— Вы плохо выглядите.
— Именно. Поэтому и не разговаривай.
Как и следовало ожидать, вдали раздался знакомый вопль. Он прокатился по всей карте.
— Две секунды-ы-ы!
Хорошо, что мы были не на вершине горы. Иначе эхо возвращало бы этот крик снова и снова.
Я чувствовал, как к нам приближается мощная мана Чунсика.
Сейчас прибежит и начнёт: «Я потерпел неудачу», «Я недостоин» — и ещё десяток ненужных признаний.
«На сегодня я уже выслушал норму. Ещё немного — придётся пить вторую таблетку».
Вдали показалась фигура Чунсика.
— Господин мой!
[Войти на 28-й этаж Авалона?]
— Да! Быстрее!
Я немедленно подтвердил переход — лишь бы сбежать.
После перехода на новый этаж у Чунсика не останется времени ныть. Ему придётся сразу махать мечом, чтобы уложиться в минуту.
Оставалось только молиться.