На мгновение я задумался.
Обложить его матом? Врезать? Или сразу отозвать?
В итоге не сделал ничего.
— Я столько сил вложил в этот артефакт. Он должен был получиться очень мощным... И вот всё пропало в одно мгновение.
Точнее, Кваннёль так тяжело вздыхал, что я не успел даже начать его пилить.
— Простите, господин. Я был уверен, что сумею удержать такую вещь. Видимо, до прежнего могущества мне ещё очень далеко.
«А может, ты просто целыми днями рубишься в „Терру“ и окончательно растерял навык?»
Я уже почти сказал это вслух, но всё-таки проглотил.
— К тому же в этом мире почти нет ни материалов, ни инструментов для создания артефактов. Работать здесь намного сложнее.
— Тут ты прав. Артефакты и правда редкость.
— Иначе и быть не может.
Почти все артефакты, которые встречались за пределами Авалона, были найдены внутри башни. Игроки приносили готовые вещи, а не создавали их сами.
— Пусть этот и сломался, но, скорее всего, кроме тебя артефакты вообще никто делать не умеет.
Я говорил не ради утешения. Так оно и было.
— Разумеется!
— А?
— Где вы найдёте игрока, достигшего моего уровня?
— Ну... да.
— Но всё равно жаль, что вещь погибла.
Кваннёль смотрел на обломки и то и дело сглатывал.
— Это был один из немногих артефактов, которые я мог показать вам без стыда. В следующий раз создам нечто гораздо более выдающееся.
— Хорошо. Буду ждать.
— Благодарю, господин.
Он поклонился. Я смотрел на его макушку и размышлял.
Говорят, сильный сразу узнаёт сильного.
«Поэтому Сонён так много от него ждёт?»
Я слышал слово «архимаг» столько раз, что перестал воспринимать его всерьёз. Но для остальных оно звучало иначе.
Мастер меча Пак Чунсик. Архимаг Пак Кваннёль.
За этими званиями стояла огромная сила.
Они сами по себе говорили о том, насколько опасны мои призванные.
— Жнец ждёт твоих артефактов. Ей страшно интересно, что способен создать бывший архимаг.
*Зы-ы-ынь.*
В глазах Кваннёля зажёгся синий свет. И заодно сам Кваннёль зажёгся — только не в хорошем смысле, а как законченный псих.
— Сильный человек обладает и достойным взглядом. В прошлом мои артефакты поставлялись даже императорскому двору. Сейчас я ещё не вернул прежнюю форму, однако мастерство понемногу пробуждается. Скоро я создам вещи, каких не достанет больше никто! И непременно преподнесу вам тот непобедимый артефакт, который вы велели изготовить!
Речь вдруг стала в три раза длиннее. Верный признак того, что самооценка пошла вверх.
— Знаю... Я прекрасно знаю, насколько велик наш архимаг...
— Нет. Так не пойдёт.
Он снова полез в коробку.
— На этот раз всё будет иначе.
Кваннёль с уверенностью достал ещё один артефакт.
Знакомая форма — шар. Он сиял тем же голубым цветом, что и глаза Кваннёля.
— Эта вещь повышает сопротивление природным воздействиям. Пока она при вас, ни зимний холод, ни весенняя сырость не причинят неудобств. Разве не великолепно?
Скажу честно: я ждал чего-то впечатляющего. Но после первого артефакта этот выглядел откровенно слабым.
Потому что...
— Разве большинство игроков и так не защищены от погоды маной?
— ...А?
— Ты издеваешься? Нельзя было подумать как следует?
Даже твой господин давно не чувствует ни жары, ни холода благодаря мане. Что, блядь, он вообще создаёт?
— Тогда этот выбрасываем.
*Хрясь!*
Кваннёль тут же раздавил шар.
Даже если вещь бесполезная, это всё равно артефакт. Зачем ломать его у меня на глазах?
Я настолько опешил, что не сразу нашёл слова. И после этого кто-то ещё скажет, будто у меня испортился характер? Да эти уроды сами каждый день доводят меня до белого каления.
— Ты правда хочешь сдохнуть?
— Ч-что? Господин, почему вы вдруг...
— Если собирался сразу разбить, зачем вообще показывал?
— Господин.
Он неожиданно посмотрел на меня с совершенно серьёзным видом.
— Чего глаза вытаращил? Что опять скажешь?
— При демонстрации всегда начинают с низшего класса. Теперь я покажу настоящую работу.
— ...У тебя ещё что-то есть?
— Мой козырь. Я не хотел раскрывать его раньше времени.
Ту же фразу он повторял уже в третий раз. Впечатление слабело.
— О?
Но Чунсик неожиданно заинтересовался.
— Наконец-то ты принялся за дело, кабинетный старикашка. Вот такого артефакта я и ждал.
— Я не говорил, что отдам его тебе.
Кваннёль бросил на него косой взгляд и снова полез в коробку.
На этот раз он достал предмет, очень похожий на шар за восемь миллиардов вон, который я когда-то ему подарил.
Сердце забилось быстрее. В отличие от двух предыдущих вещей, эта переливалась плотной, чистой маной.
Даже я, полный профан, видел: вещь хорошая.
— Что он делает? Только не говори, что это и есть непобедимость!
— Господин, вы хоть представляете, насколько трудно заключить в артефакт абсолютную неуязвимость? Конечно, нет!
Слишком уж гордо он произнёс это «нет». Вот же... А я уже обрадовался.
— Тогда как Мэйр смог?
— Его сила была невелика, зато в управлении магией он достиг выдающегося мастерства. Он даже создал собственное убежище на окраине Авалона.
При таком объяснении всё вставало на место.
— Но я закончу вовремя. Не тревожьтесь, господин.
Он вернул шар в коробку и вытащил следующую вещь.
— Это... маленькая звезда?
Артефакт размером с брелок для телефона и правда выглядел как крошечная звёздочка. Больше походил на украшение.
— Его можно прикрепить к рукояти оружия, которым вы пользуетесь.
— Каково его действие?
Чунсик спросил предельно серьёзно.
— Он показывает линии.
— Какие линии?
— Любая атака, попавшая в определённый радиус вокруг владельца, заранее отмечается траекторией. Неважно, удар меча это или заклинание. Когда знаешь путь атаки до её начала, защищаться и отвечать гораздо легче. Разумеется, без должного мастерства толку не будет.
— ...Вот это уже охренеть.
Наконец я выдал настоящее восхищение.
Ничего подобного мне ещё не попадалось.
Говорят, даже сломанные часы дважды в сутки показывают верное время. На этот раз Кваннёль действительно попал в точку. Наконец-то доказал, что не зря зовётся архимагом.
Он криво усмехнулся.
— С этим артефактом даже щенок сможет сойти за мастера меча. И без твоих тупых бесконечных тренировок.
— Ты смеешь унижать благородный путь совершенствования?
— С каких пор твои тренировки стали благородными? Одним этим заявлением ты оскорбил само понятие благородства. Истинное величие — в магии, которая создаёт нечто из ничего.
— Что величественнее, мы выясним прямо сейчас. Иди сюда, кабинетный старикашка.
— Нападай, тупоголовый мечник.
Опять началось.
— Оба сели. У вас две секунды.
— Одну.
— Иди сюда! Сегодня я наконец собью с тебя спесь.
— Две.
— Титул Первого клинка не давит на плечи? Я могу понести его вместо тебя! Рядом с господином должен стоять я!
— Оба к стене! Будете думать над своим поведением!
[Синеокий архимаг: Пак Кваннёль (ур. 4) отозван.]
[Красноокий мастер меча: Пак Чунсик (ур. 4) отозван.]
*Дзинь!*
Когда Кваннёль исчез, артефакт в форме звезды выпал из его руки на пол. Я поднял его и улыбнулся.
— А нечего было драться.
В комнате воцарилась тишина. Я насвистывал и продолжал копаться в коробке.
Результат оказался печальным.
— Неужели полезная вещь здесь только одна?
Остальное я даже боялся трогать. Вдруг рассыплется, как первый артефакт.
Для проверки я вытащил меч, который обычно просто носил на поясе.
— ...Заржавел.
Сколько дней я его не доставал?
Даже пыль на клинке лежит. Оказывается, мечи тоже могут пылиться.
Стало неловко. Я и правда почти не участвовал в боях.
В своё оправдание скажу: тренировался я регулярно. Просто боевым мечом на занятиях не пользовался, поэтому и вынимать его не приходилось.
Я поднёс звезду к рукояти. От неё потянуло знакомой маной Кваннёля, и артефакт сам закрепился на оружии.
*Ш-ш-ш...*
— Ничего особенного не чувствую.
Испытывать его я не собирался. Кваннёль не стал бы врать о такой вещи.
Да и ситуация, в которой артефакт понадобится, едва ли будет приятной. Постойте. Значит, Кваннёль заранее предполагал, что меня могут атаковать?
По спине пробежал холод.
Я аккуратно поставил коробку в угол и вышел из комнаты.
До конца призыва оставалось чуть больше часа, а Сиа всё ещё не возвращалась.
— Вряд ли что-то случилось.
В Корее не было человека, способного причинить ей вред. Пока жду, лучше приведу в порядок меч.
В углу гостиной лежал точильный камень Чунсика. Я часто видел, как он им пользуется, поэтому справился без особого труда.
— Кажется, вот так.
Если Чунсик заметит ржавчину, будет ворчать до ночи. Надо хотя бы содержать оружие в приличном состоянии.
Я вспоминал его движения и водил клинком по камню, когда экран телефона вспыхнул и тут же погас. Значит, не звонок, а сообщение.
— Санчхоль?
Раз человек пишет, а не звонит, ничего срочного. Я не стал отвлекаться.
Через минуту экран снова загорелся.
*Вспышка.*
— А?
И ещё раз.
*Вспышка.*
Телефон загорался и гас несколько раз подряд.
— Да что там такое?
Я отложил меч и поднялся.
В верхней части экрана висело пять уведомлений.
— ...
Где-то я это уже видел.
Точно. Раньше мне приходили похожие сообщения.
[Магазин «Красивое платье».]
[Оплата: 830 000 вон.]
— Только не говорите, что она тоже помешалась на нарядах.
Но этим дело не ограничилось.
[Ресторан «Пёкче Кальби».]
[Оплата: 2 740 000 вон.]
— Постойте. Я сам ни разу не был в «Пёкче Кальби»!..
*Вспышка.*
[«Сутабаксу», филиал OO.]
[Оплата: 44 000 вон.]
— И десертом закрепили. Основательно.
Всего пришло десять сообщений, а общая сумма приблизилась к десяти миллионам вон.
Ещё десять таких прогулок — и призванная разорит меня. Но улыбка всё равно не сходила с лица.
— После парня, спустившего пятнадцать миллионов на одну рубашку, какие-то десять миллионов — ерунда.
Кваннёль тогда ещё вообще не работал и жил у меня на шее.
А Сиа за сегодняшний день заработала в несколько раз больше, чем он. Из-за моего имени ставка за рекламу оказалась огромной. Можно считать эти траты вложением.
[Златоокая паладин: Пак Сиа искренне счастлива, впервые получив свободу выбора.]
[Расположение к господину повышено на 1.]
— ?..
Что это ещё такое? Она не только деньги приносит, но и расположение растёт?
— Вот это выгода.