Если сразу сказать, чем всё закончилось...
— Раз иномирный господин ступил на тот же путь мага, что и я, передам ему все свои знания без остатка.
— Хорошо. Постарайся.
— Можете полностью на меня положиться.
Кваннёль отвечал с таким видом, будто приносил клятву. При этом в руке у него уже была зажата карта.
— Плата за лекции сегодня пришла?
Он мерзко ухмыльнулся. Что ещё за подозрительная рожа?
— Именно.
Поначалу его пригласили провести одну лекцию. Но Кваннёль оказался слишком популярен и принёс организаторам немало выгоды, поэтому лекции сделали регулярными.
Теперь он должен был преподавать хотя бы раз в две недели и получал фиксированную месячную плату.
Сам появился совсем недавно, а уже зарабатывает по сто миллионов вон в месяц. Деловая хватка у него что надо.
— Иномирный господин, подождите немного. Сегодня я приготовлю для вас щедрый подарок.
День зарплаты для него заодно был днём великого доната.
Он не ради игры донатил — он играл ради того, чтобы донатить. Иномирный господин служил лишь удобным оправданием.
По крайней мере, я видел это именно так.
— Господин.
— Что? Наконец открыл глаза?
Чунсик сидел в гостиной и медитировал. Через несколько минут он закончил медитацию.
— Когда мы пойдём на тридцать пятый этаж?
— Мы вернулись из Авалона меньше часа назад.
— Если сразу не составить следующий план, человек непременно обленится.
Вечно он гнёт одну и ту же линию.
— После возвращения господина Санчхоля. Сведения о тех этажах есть только у Ассоциации. Сначала соберём информацию.
— Видимо, доступ к данным ограничивают, потому что речь уже о верхних этажах.
— Не только поэтому...
Вчера, сразу после заседания, Пэк Санчхоль прислал письмо.
«Я хотел бы сказать всё по телефону, но решил, что международный звонок может вас напрячь. Поэтому до возвращения буду писать. Хотя осталось уже недолго».
Вот умеет же он иногда проявить деликатность.
Дальше шло другое сообщение:
«Господин Пак Сиху, простите меня. Я во всеуслышание обещал первое место, а добился только второго Т_Т Что же теперь делать? Я был уверен, что вы обязательно станете первым. Похоже, на выбор оказали внешнее давление. Сейчас решить вопрос трудно, но я непременно всё расследую и верну вам украденное первое место».
Письмо тянулось бесконечно. Если сократить до сути, он говорил именно это.
А завершалось всё так:
«Впрочем, второе место тоже имеет значение. Просто ждите. Как только вернусь, сразу приеду к вам».
От последнего абзаца по коже пошли мурашки.
Это случилось лишь вчера, но при одном воспоминании меня снова передёрнуло.
— И что он собирается вам подарить?
— Понятия не имею.
В письме о подарках не было ни слова.
Чунсик скрестил руки и задумался.
— Пустых обещаний он не даёт, так что можно ждать чего-то стоящего. Хорошо бы получить ещё один длинный меч.
— А нынешний тебе чем не нравится?
— Новый меч нужен вам, господин.
— Хм...
Я посмотрел на оружие у себя на поясе.
Порой я забывал о его существовании, но вслед за Чунсиком тоже пользовался мечом. Просто доставал редко.
— Я давно считал, что это оружие недостойно вас.
Пожалуй, он прав. Меч достался мне уже довольно давно.
Я почти не ухаживал за ним после использования. Лезвие затупилось и покрылось зазубринами.
— Тогда давай поменяемся.
— Когда тот человек вернётся, я спрошу, нет ли у него другого длинного меча.
Вот как. Значит, свой клинок он всё-таки любит.
— Хорошо. Заодно и себе попроси оружие получше. Думаю, он не откажет.
Для меня второе место ничего не значило, а Пэк Санчхоль переживал так, будто случилась катастрофа. Ассоциация сама пообещала сделать меня первым, хотя я ни о чём не просил, и не сдержала слово.
Одного этого хватало, чтобы считать мою власть над ней почти абсолютной.
— Понял, господин.
— Раз тебе сегодня нечем заняться, выйди и потренируйся. Здесь тесно.
— Где здесь тесно? В этой комнате ещё сотня таких, как я, поместится.
Он оглядел гостиную и недовольно цокнул языком.
— Мне тесно.
— Многого вы хотите. Хорошо, выйду размяться. Тогда...
— Иди один.
— Вы прочитали мои мысли?
А чего ещё от него ждать? Разумеется, собирался потащить меня за собой.
— Сегодня не могу. У меня дело.
— Дело? Кроме тренировок, у вас бывают ещё какие-то дела?
— Бывают! Ты совсем своему господину не доверяешь?!
Только и умеет повторять: «господин, господин».
Я рявкнул, ушёл в спальню и перерыл ящик. Взял чёрную перчатку, планшет и зарядное устройство, затем вернулся в гостиную.
— Неужели...
Глаза Чунсика расширились.
— Неужели вы собираетесь найти нам нового товарища, господин?!
— Да.
Точнее, не найти, а нарисовать.
Я ещё не успел договорить, как Чунсик так резко развернулся, что по комнате прокатился порыв ветра.
Он направился прямо в комнату Кваннёля.
Что на него нашло?
— Немедленно вылезай, старый затворник!
Из комнаты тут же донёсся раздражённый голос.
— Чего тебе, безмозглый мечник?! Не видишь, я занят?
— Сейчас не до этого! Господин наконец закончил бездельничать и взялся за работу! У нас появится новый товарищ!
Умеет же он сказать так, что хочется ударить.
Я цокнул языком и мягко нажал кнопку питания на планшете.
Экран вспыхнул, передо мной открылся пустой холст.
И в ту же секунду меня охватило чудовищное напряжение.
Ещё бы.
«Если появится третий такой же, я точно долго не проживу. Смотреть, как трое идиотов творят херню, выше моих сил».
По спине потёк холодный пот.
Я с мрачной решимостью сжал стилус.
Эта иллюстрация важнее любой предыдущей.
От неё зависит моя жизнь.
* * *
— Господин.
— Что?
— Ваш дар наверняка способен призвать того, кто удовлетворит мои требования, однако...
Чунсик замялся и неловко отвёл взгляд. Я и так понял, к чему он ведёт.
— Одного мечника мало?
— Разумеется, мало, господин. Чем больше бойцов, тем лучше. Однажды нам встретится подземелье, с которым даже мне не справиться в одиночку. Поэтому хотя бы этот призванный непременно должен стать мечником...
— Что за чушь!
Кваннёль поспешно зажал ему рот.
— Господин, выбирайте мага. На передовой хватит одного мечника. Новый товарищ должен стать гордым и благородным магом. Сейчас вы можете сомневаться, но в будущем непременно поймёте, насколько мудрым было это решение.
Вот же болтуны.
Иллюстрацию рисую я, а советы сыплются с обеих сторон. От их криков голова шла кругом.
— Мечник!
— Маг!
Два отброса, достигшие вершины каждый в своей области, сверлили друг друга взглядами и скрипели зубами.
— Да заткнитесь вы оба.
Чунсик сразу вытаращил глаза.
— Вы уже решили?!
— Вроде того.
На самом деле я определился давно. Просто эти двое не давали вставить ни слова.
— Будет хилер.
— Да, прекрасно. Тогда хи... Хилер?
Чунсик замолчал и посмотрел на меня с непонятным выражением.
— Есть возражения?
— Хилер — это немного...
— Господин, у меня уже есть ученица-хилер.
Кваннёль говорил вежливее, но мой выбор ему тоже явно не нравился.
Он незаметно наклонился к планшету, пытаясь заглянуть на экран. Не выйдет. Я стукнул его стилусом по лбу и оттолкнул.
— Она слишком слаба по сравнению с вами. И куда мы отправимся дальше?
— На тридцать пятый этаж.
— Ей там не выжить. Как ни хвали, она всего лишь A-ранга.
После моего уверенного ответа Чунсик едва слышно пробормотал:
— Вы тоже довольно слабы...
— Что ты сказал, ублюдок?
— Н-ничего!
После любого разговора с ними у меня закипала кровь.
Я немного остыл и постарался продолжить спокойно.
— Просто запомните: новая призванная будет хилером. Двух бойцов нам достаточно. В сражении вы даже неплохо дополняете друг друга.
— Мы совершенно не умеем действовать вместе.
— Мы оба безнадёжны. Какое ещё взаимопонимание? Наверняка это случайность.
Какая потрясающая способность к самоанализу. Наконец поняли, что оба безнадёжны.
— Спасти нас способны только вы, господин.
— Прошу, хотя бы следующий призванный пусть...
— Моё решение не обсуждается.
Я сказал это твёрдо, и оба мгновенно захлопнули рты.
Вот она, безграничная власть господина. Приятное, оказывается, чувство.
— Понял, господин.
— Подчиняюсь вашей воле.
Они сразу сникли, и я почему-то почувствовал себя виноватым.
Хотя нет. Так даже лучше. Время от времени им полезно напоминать, кто здесь главный.
Посади их на шею — они ещё и ноги свесят.
Я снова сосредоточился на планшете.
Тонкими линиями наметил крест, затем с помощью деревянного манекена задал общую позу.
— Эта девушка будет хилером и мастером на все руки.
— Например?
— Лечение — само собой. Ещё она должна уметь составлять карты, собирать сведения, находить слабости врагов и разбираться в механизмах подземелий.
— Часть этого обычно делает глава отряда... По-моему, вы хотите слишком многого.
— Кваннёль, именно поэтому вы оба и появились. Ах да! Ей ещё нужны полезные усиления для боя и обычной жизни. В общем, добавлю всё, что пригодится.
Пока мы разговаривали, стилус не останавливался. Я вёл линии уверенно и быстро, а оба призванных смотрели с изумлением.
— Господин, я уже видел, как вы рисовали иллюстрацию Сон Чончхана, но этот дар всё равно поражает.
Кваннёль нахмурился и внимательно следил за моей рукой, а затем произнёс с искренним восхищением:
— Похоже на магию. Движения кажутся беспорядочными, но в них нет ни капли сомнения. Почти как при начертании магического круга.
Вот теперь мне стало приятно.
Замысел третьей иллюстрации был прост.
Главная способность — лечение. Но кроме него у девушки будет множество полезных навыков. Например, она сможет понимать, что человек думает на самом деле.
Взглянув на Пак Хеин, я когда-то придумал Кваннёля. А Чон Чиён и Чхве Сынён подсказали мне образ хилера.
— Господин, вам нравятся блондинки с золотыми глазами? Я этого не понимаю, но уважаю ваши предпочтения.
— Церковная форма, которую проще всего представить на хилере, святая магическая сила и кроткая улыбка... Как предсказуемо.
— Заткнитесь, уроды.
Я старался, а они с двух сторон только и делали, что комментировали.
— Какой титул вы ей дадите, господин?
— Как будет звучать её титул?
Я иногда забывал, что у этих двоих тоже есть титулы: Красноокий мастер меча и Синеокий архимаг.
Значит, для неё нужно придумать что-то своё.
— Как насчёт Златоокой Уриэль? Или можно добавить что-нибудь вроде паладина.
Чунсик тихо вздохнул.
Ну что? Что опять? Впервые видишь господина, который не умеет придумывать имена?
Я сердито на него уставился. Чунсик слегка приподнял бровь.
— Я — Красноокий мастер меча. Старый затворник — Синеокий архимаг. А она станет паладином или Уриэль, только с приставкой «Златоокая»?
— Есть возражения?
— Ни малейших. Совершенно никаких.
А затем последняя фраза Чунсика вонзилась прямо в мою совесть.
— Похоже, вам просто лень придумывать титул.