Нет уж. Лучше всех наводить порядок умел я, Пак Сиху.
— Эй! Мальчик только появился, голова кругом — конечно, мог случайно перейти на «ты»! Ты не мог хоть минуту не орать?!
— Прошу прощения, господин. Но ведь говорят: что в детстве впитаешь, то до старости не забудешь.
— Ого. Где ты вообще услышал такую поговорку?
— Я Пак Чунсик.
Он гордо стукнул себя в грудь.
— Молодец, герой.
— Благодарю, господин.
И чего он так сияет? Это не похвала была.
— Эм...
Тихий детский голос сразу вернул меня к действительности.
— Да, Ёну.
Я мгновенно смягчил лицо и повернулся к нему. Мальчик смотрел на меня снизу вверх, явно растерявшись.
«Какой же милый!»
Белые волосы прекрасно сочетались с чуть печальным выражением лица.
Он выглядел задумчивым и грустным не по годам. Если бы слово «чувствительный» можно было передать одним выражением лица, получилось бы именно такое.
— Ёну слишком маленький, чтобы называть вас господином. Оппа, что можно придумать? — спросила Сиа, поглаживая его по голове.
— Я и сам не хочу, чтобы такой ребёнок величал меня господином.
Я поспешно замахал руками. Взрослый мужчина заставляет малыша обращаться к нему «господин» — это уже какая-то форма издевательства над детьми.
— Тогда пусть зовёт вас дядей.
— Отличная мысль.
Сиа не только дала Ёну имя, но и придумала нормальное обращение.
В миллион раз полезнее Чунсика с Кваннёлем. Моё предпочтение совершенно справедливо, что бы эти двое ни ныли.
Я внимательно посмотрел на Ёну. С виду — обычный мальчик. Но время от времени в его лице появлялась странная решимость.
«У него тоже есть своя история».
И всё же он отличался от первых троих. Я вспомнил сообщение системы.
«Расположение скорректировано на плюс один».
К тому же система усилила параметр способностей.
Возможно, всё дело в том, что уровень «Создания иллюстрации» вырос. Как обычно, сообщения давали ровно столько сведений, чтобы породить ещё десяток вопросов. Потом разбирайся сам.
«Проще проверить на месте».
Я, как недавно Сиа, осторожно погладил Ёну по голове. Напряжение в его лице немного отступило.
— Ёну.
— Да, дядя!
— Ты тоже ничего не помнишь?
Его только что расслабившиеся черты снова застыли.
— Ничего... У меня нет воспоминаний.
Уголки губ опустились, взгляд опустел.
Посторонний, не знающий обстоятельств, мог бы назвать такое лицо красивым и печальным.
— Остались только чувства. Мне грустно, но я не понимаю почему.
— Чего именно ты не можешь вспомнить?
— Маму... и папу.
*Ш-ш-ш.*
С виду Ёну был ребёнком, однако по силе не уступал остальным призванным. Белая магическая энергия поднялась вокруг него, словно плотные облака.
— Это ещё что...
Лицо Кваннёля резко помрачнело.
— Даже от чудовищ Авалона я не ощущал такой жажды убийства.
Впервые он посмотрел на Ёну с настоящим интересом.
*Шурх!*
Синяя сила Кваннёля мягко накрыла белые облака. Похоже, это немного успокоило мальчика. Кваннёль подошёл ближе.
— Что ты увидел? Что пережил?
— Дядя?.. — тихо отозвался Ёну.
— Откуда в таком возрасте столько холодной ненависти?
Он не ответил. Возможно, не помнил. А может, и сам не знал.
Кваннёль немного подождал и приподнял бровь.
— Можешь не говорить.
— Простите.
— Тебе не за что извиняться. Тем более я вижу: твоя ненависть направлена строго в одну сторону.
Ёну повернул голову. Его взгляд прошёл мимо Крохи, который с любопытством наблюдал за нами через окно, и остановился далеко за ним.
На чёрной вытянутой громаде.
— Авалон, — произнёс мальчик.
— Тогда пойдём туда вместе.
Кваннёль едва заметно улыбнулся и протянул ему руку.
— Хорошо!
Маленькие ладони легли на его большую руку.
Трогательная сцена. Я даже потёр переносицу, почувствовав, как к горлу подступает ком.
Ну всё, достаточно душевности.
— Ёну.
— Да, дядя.
Меня уже разрывало от любопытства.
Система сказала, что его способности усилены. Так что же он умеет?
— Покажи нам свою силу.
Среди игроков ходило правило: навык первого уровня раскрывает едва ли десятую часть заложенного потенциала.
К такому выводу пришли самопровозглашённые эксперты Альянса и Ассоциации после долгих споров и исследований.
Мне даже попадалась статья, где утверждалось, что повышение уровня не просто усиливает навык, а постепенно пробуждает его истинные возможности.
Разумеется, сам я её не искал. Пэк Санчхоль подсунул мне этот труд сразу после того, как замучил проверкой английских слов, — сказал, что пора питать ум серьёзным чтением.
Если верить статье...
«Пятый уровень „Создания иллюстрации“ уже должен раскрывать заметную часть потенциала».
Результат сейчас стоял посреди пустыря напротив дома.
С каждым новым призванным мне открывалась ещё одна тайна собственных навыков.
— Фух... Дядя, я начинаю?
— Давай.
Никто не знал, чего ожидать, поэтому мы приготовились к любому развитию событий.
Когда-то Кроха сидел у нас на головах. Теперь всё перевернулось: Сиа устроилась на его макушке и поглаживала лоб.
— Только попробуй разволноваться и выпустить дыхание — получишь крестом по башке. Понял?
— Кью...
— Смотри внимательно. Теперь он будет ходить вместе с тобой.
— Кью!!
Корейцу достаточно одного слова «блядь», чтобы передать любую эмоцию.
У Крохи был такой же универсальный словарь, только состоял он из «кью».
Только что прозвучало напряжённое, дисциплинированное «кью». Он явно всё понял и ответил как положено.
А Сиа, кажется, стала немного грубее.
Хотя она жила под одной крышей с Чунсиком и Кваннёлем. Странно было бы не нахвататься. На их фоне она ещё держалась прекрасно.
— Фух...
Ёну несколько раз глубоко вдохнул и начал собирать силу.
Тонкие белые пряди поднялись в воздух. От мальчика хлынула мощная магическая энергия и накрыла весь пустырь.
*Гр-р-р-р.*
Воздух искривился, земля задрожала. Казалось, застонало само небо.
— Любопытно. Уже такая сила? Ему прекрасно подойдёт моя магия, — заметил Кваннёль.
— Я хочу обучить его мечу. До безумия хочу, — прошептал Чунсик.
Одной их реакции хватало, чтобы понять: Ёну невероятно силён.
Его глаза стали совершенно белыми.
— Выходите.
Он мягко повёл рукой.
*Хрясь!*
Вокруг мальчика раскрылись четыре трещины. В каждой переливалась энергия своего цвета.
— Хм. Похоже, у них разные стихии, — спокойно сказал Чунсик.
Кваннёль, напротив, распахнул глаза.
— Господин! Когда я был владыкой Башни магов, там как раз проводили крупное исследование духов!
— Духов? Продолжай.
— Судя по всему, Ёну способен ими повелевать.
Странно. Я настраивал его на монстров, а получил духов.
Впрочем, сейчас увидим. Они уже почти вышли.
Из трещин показались... камешки для го?
Да. Чуть крупнее обычных, с глазами, ушами и ртами.
Четыре цветных шара забрались Ёну на голову и плечи и начали ластиться. Так вот они какие, духи?
Красный, синий, чёрный и белый камешки одновременно повернулись к нам.
*Тр-ресь!*
Их сила одним рывком накрыла пустырь.
— Ёну?
*Вжух!*
Кваннёль одним движением отвёл удар в сторону. Чунсик шагнул вперёд, заслоняя меня.
— Вы даже не распознали истинного хозяина и посмели проявить враждебность?
— Им недостаёт дисциплины. Господин, разрешите мне ещё раз навести порядок.
Чунсик с Кваннёлем и четверо духов рычали друг на друга.
— Они не враги! Прекратите! — крикнул Ёну.
Он повернулся к облепившим его камешкам.
— Что на вас нашло?! Это мой дядя и добрые взрослые!
Мальчик упёр руки в бока. Духи попрыгали на землю и выстроились между ним и нами.
— Понятненько?
— Наш хозяин! Нет, теперь надо говорить Ёну? Наш Ёну, иди сюда, я тебя обниму!
— Ох, волосы-то как отросли. Может, подстричь?
Ничего себе. Они не просто разговаривали — они тараторили без остановки.
— Я же просил не обращаться со мной как с маленьким!
— Ах ты наш хороший! Умница какая!
Обращались именно как с маленьким.
Я почему-то решил, что отношения Ёну с духами будут похожи на мои: есть призыватель и есть призванные, значит, роли распределены заранее.
Но Ёну и правда был ребёнком.
— Наш Ёну, молодец какой!
Камешки суетились вокруг него, как неопытные хозяева вокруг первого щенка.
— Быстро идите и извинитесь!
От его сердитого голоса духи несколько раз поклонились, а потом повернулись к нам.
Прежней жажды убийства от них уже не исходило. Они чуть приподнялись над землёй и медленно двинулись вперёд. Хотя при их внешности правильнее было бы сказать — поползли.
— Мы приветствуем истинного хозяина. Просим простить нашу невежливость.
— Вы спасли Ёну. Поэтому у нас нет причин вам не служить.
Духи как ни в чём не бывало миновали Чунсика с Кваннёлем и преклонили колени передо мной.
Я встретился взглядом с красным.
— Хнык...
Он что, плачет? С чего вдруг?
Красный камешек ронял на землю огненные капли и говорил дрожащим голосом:
— Наш Ёну потерял родителей совсем маленьким. У него не осталось ни родных, ни дома, ни единого человека, на которого можно было опереться...
И без всякого предупреждения начал пересказывать всю его жизнь.
— ...Так он оказался у нас. Поэтому мы так сильно к нему привязаны.
— Понятно...
Главное — Ёну и духи явно любили друг друга. А благодаря их болтовне я наконец узнал хотя бы часть его прошлого.
— Хнык. Пожалуйста, позаботьтесь о нашем Ёну.
— Хорошо. Только перестань плакать. Эм...
Я даже не знал, как к нему обращаться.
— Хнык... хнык...
Плакать не запрещается. Но его огненные слёзы уже поджигали аккуратно расчищенную землю!
— Хны-ы-ык...
— Да хватит реветь!!
Только после моего окрика дух огня наконец успокоился.
— Простите...
Вот теперь можно было разговаривать.
— Мы следуем за Ёну, но вы — его хозяин. Поэтому и вам мы обязаны служить.
Вот именно.
Четыре камешка выстроились в ряд. Первым запрыгал красный.
— Моё имя — Ифрит Пламени!
— Наяда Воды!
— Я Игнис Света.
— А я Аркане Тьмы!
Что?
Почему ни одно имя не задержалось в голове?
Я ткнул пальцем в красного.
— Ты... И... как тебя?
— Ифрит.
— А-а!
Я немного подумал.
Слишком сложно.
— Вас по цветам называть или по стихиям?
Красный, синий, чёрный и белый.
Либо огонь, вода, тьма и свет.
Выбирайте, что меньше вас обидит.