Я сбрасываю — она звонит.
Сбрасываю снова — и телефон опять оживает.
Да она хуже настоящего спама. И откуда вообще взяла мой номер?
Вот поэтому я и стараюсь держаться от неё подальше.
Пять пропущенных! Вы только посмотрите.
То на интервью публично жалуется, что я не дал ей номер, то без предупреждения заявляется лично.
Но главная беда в другом: мы совершенно не сходимся характерами.
Общение с шумными и открытыми людьми высасывает из меня жизнь в реальном времени. Каждая встреча с Чон Чиён подтверждала это правило.
Шестой звонок не заставил себя ждать. Не надо было отвечать в первый раз. Теперь она не отстанет, пока я снова не возьму трубку.
В конце концов пришлось сдаться.
— Откуда у вас мой номер? Я вообще-то занят.
— А как же мне его не знать? Вы ведь великий человек, который держит моего учителя в кулаке. Как поживаете, величайший игрок Республики Корея? Кумир всех призывателей, повелитель лучших призванных, господин Пак. Си. Ху?
Господи, уже устал.
— Благодарю, жив-здоров. Что случилось?
— Как что? Ваша призванная сейчас по телевизору, а вы даже не смотрите?
— Именно поэтому я и занят.
— Ну конечно. Какая безграничная любовь к призванным. А номер... Не знаю, можно ли говорить.
Чон Чиён вдруг замялась, что на неё совсем не похоже. Зачем тянуть и мучить человека?
— Говорите уже.
— Его дал Санчхоль.
— Почему?.. Зачем он это сделал?
В голове будто громыхнуло. Пэк Санчхоль, которому я доверял, предал меня самым подлым образом!
Правильно говорят: никому нельзя верить. Сам виноват, что понадеялся на человека...
— Эй, вы так реагируете, будто я вас смертельно обидела. У него была причина.
Её голос вернул меня к реальности.
— Санчхоль разве не сказал, что завтра назначит Сиа профессионального менеджера?
— Сказал. И что?
Почему сердце так колотится? Может, у меня и правда аритмия? Откуда она знает? Нет. Только не это.
— Так вот, этот менеджер...
— Да ну. Не может быть.
— Я. Ха-ха! Будем работать вместе.
Вот и не верь после этого дурным предчувствиям.
— Почему именно вы? В мире наверняка больше десяти миллионов профессиональных менеджеров! Почему из всех людей выбрали вас?
— В Корее всего около пятидесяти миллионов жителей. Скажите хоть что-нибудь правдоподобное.
— По всему миру наберётся.
Я настолько растерялся, что нёс первое, что приходило в голову.
Значит, всё решили заранее. Поэтому менеджер нашёлся за один день. Даже слишком быстро.
— В общем, с завтрашнего дня госпожой Сиа занимаюсь я.
— Вы же игрок. Когда будете подниматься по Авалону? Уже передумали становиться сильнее?
— Хм. Подъём по башне — не единственный способ расти.
— За все уроки потом выставлю счёт.
— Я ещё должна получать зарплату менеджера, а вы хотите отнять деньги? Какой же вы бессовестный начальник.
— Тогда откажитесь.
— Буду стараться! Вперёд!
Даже мои колкости не сбили Чон Чиён. Она ответила с прежней бодростью. Я давно знал, что человек она неплохой.
Просто её шум, напор и бесконечная энергия были для меня невыносимы, поэтому я и отталкивал её.
— Только не мучайте Пак Сиа. Договорились?
— С младшей дочкой совсем нянчитесь. Если она случайно намочит руки, тоже жалобу подадите?
— Ладно, про плату за уроки я пошутил. Ничего брать не стану. Работайте хорошо.
— Вы уже догадались, чего я хочу?
— Тут и гадать не надо.
С сегодняшнего дня у Чон Чиён стало на одного учителя больше.
Зачем целительнице A-ранга добровольно изображать менеджера и держаться возле Пак Сиа?
Потому что Сиа была бойцом того же масштаба, что и Пак Чунсик с Кваннёлем.
Я видел это на тридцать пятом этаже.
Даже The Black потратила на него три часа, подготовившись заранее. Мы же прошли этаж благодаря Сиа. Формально последний удар нанесла не она, но в сущности Сиа почти всё сделала одна.
И уложилась в пятнадцать минут.
Да, нам помогло преимущество по типу силы, однако результат оставался невероятным.
Если мощь измеряется не только разрушениями, Пак Сиа, безусловно, была сильной.
— Я многому у неё научусь и тоже стану игроком S-ранга. Обязательно.
Обещание Чон Чиён стать целительницей S-ранга влетело в одно ухо и вылетело из другого. Я снова задумался.
«Сиа уникальна. Второй такой целительницы не существует».
Я готов был поставить на это все иллюстрации, хранившиеся на моём диске. Единственной, кто достиг такой высоты, была Пак Сиа.
«Так вот как следует пользоваться моим классом?»
Только увидев её в деле, я начал понимать настоящий смысл класса Иллюстратор.
Каждого призванного от начала до конца создаёт моё воображение.
Значит, я могу рисовать именно те способности, которых нам не хватает.
Раньше я создавал то, что казалось полезным. Теперь мог создавать то, что было необходимо.
— Сиху? Сиху! О чём задумались? Не вздумайте теперь отказываться.
Громкий голос из динамика заставил меня очнуться.
— Ни о чём.
— Засмотрелись на телевизор, да? Впрочем, госпожа Сиа и правда красавица.
— Давайте точнее. Почему она вдруг ваша Сиа? Она наша.
— Ой, началось. Хорошо: ваша Сиа. Довольны?
— Вполне.
— Как младшеклассник.
— Не младшеклассник, а любящий отец.
— Ну да, конечно.
* * *
В доме оказалось сразу двое чрезмерно заботливых идиотов.
— Главное, чтобы она не сказала лишнего. Господин мой, стоило всё-таки пойти с ней.
— С ней Санчхоль. Что бы ты там делал?
Без тебя только спокойнее.
— Я справился бы лучше тупого мечника. Мне следовало сопровождать младшую.
И без тебя тоже лучше.
Оба одинаково безнадёжны.
— Я же сказал: Санчхоль рядом. Вы там не нужны.
— Но если враг внезапно нападёт, целительнице Сиа будет трудно одной...
— Вы сами называли её равной вам. В Корее вообще есть игрок, способный застать Сиа врасплох?
— Разве что глава «Солнца».
После этого дуэт Чун-Кван наконец затих. Беспокоиться о бессмысленном — их особый талант.
Хотя погодите. За Сиа они трясутся, а за меня почему-то нет. Стало обидно.
— Эй. Почему обо мне вы так не переживаете?
— Кто нападёт на вас дома? Это невозможно.
— Господин мой, вы строите слишком мрачные предположения. Подобные мысли разъедают душу. Смотрите на жизнь светлее.
— Тупой мечник прав. Пока мы рядом, в Республике Корея нет игрока, способного застать господина врасплох.
Они обменивались репликами так, будто я задал идиотский вопрос, и вдвоём читали мне нотацию. Ну да, молодцы. Лучше всех.
Тем временем песня закончилась, и ведущий вернулся в эфир.
— А теперь наш сегодняшний гость! Призванная Пак Сиху, который всего несколько часов назад установил рекорд тридцать пятого этажа! Слушатели наверняка ещё ничего о ней не знают, ведь господин Сиху призвал её совсем недавно. Встречайте третью призванную Пак Сиху — госпожу Пак Сиа!
Репортёр на интервью дрожал как осиновый лист, а радиоведущий был полон восторга.
Ещё бы: к нему пришла настоящая знаменитость.
— У нас, как вы знаете, видеотрансляция. Говорят, вы владеете навыками целителя. Не могли бы вы показать что-нибудь зрителям?
— А, хотите увидеть мою силу? Хорошо.
— Спасибо. Мало кто видел призванных Пак Сиху лично, а тех, кто наблюдал их способности, можно пересчитать по пальцам.
— Теперь переживать не о чем. Для этого я и пришла. Я его официальный представитель.
— Вот как...
У радио с видеотрансляцией есть свои плюсы и минусы.
Преимущество — видно всё, что происходит в студии. Недостаток...
— Почему у этого человека такая хитрая рожа?
За стеклом угадывался силуэт Пэк Санчхоля. Судя по поднятым уголкам губ, он едва сдерживал улыбку. Сиа раскинула руки и громко объявила:
— Поэтому любые вопросы о нём направляйте мне! Рекламные агентства, газеты, телеканалы — все!
— Вы уверенно продвигаете и себя...
Сразу видно призванную из семьи Пак. В такие минуты она очень напоминала дуэт Чун-Кван.
— Тогда можно задать ещё один вопрос?
Ведущий подался к ней.
— Расскажете немного о будущих планах? Например, о дальнейшем подъёме по Авалону.
— Про всё, кроме Авалона! Про этажи молчи!
Я заорал в экран, хотя Сиа, разумеется, услышать меня не могла. Пустой крик в пустоту.
— В ближайшей перспективе — шестидесятый этаж. В дальней — вершина.
— Планы лучшего игрока страны и правда совершенно иного масштаба!
— Подниматься будем не только мы с оппой. Дядя Чунсик и дядя Кваннёль тоже пойдут с нами. Мы обязательно принесём ему славу!
В её глазах горела настоящая решимость.
— Отрадно знать, что такой игрок живёт в нашей стране.
Сиа мягко улыбнулась. Говорят, улыбка красавицы способна растопить любое сердце. Из зала донёсся тихий восхищённый вздох.
— Я не хочу потерять никого. Особенно его.
Похоже, я зря волновался. Сиа не говорила ничего лишнего.
Наверное, после Чунсика и Кваннёля я привык ожидать худшего.
На людях она даже говорила обо мне не «оппа», а «он». Умная и тактичная девушка.
— А если говорить не об Авалоне, то есть и другие планы.
Сиа продолжила:
— На завтра назначена реклама. На следующей неделе, кажется, съёмка для журнала и фотосессия.
— ...Что?
Это уже новость. Пэк Санчхоль, мы ведь договаривались совсем не об этом.
Ведущий тоже растерялся.
— У вас уже настолько плотное расписание?
— Одна реклама вроде бы для соджу. Нужно сказать: «Выпьете со мной? По-настоящему?» Что-то такое.
Сиа даже разыграла фразу, а потом смущённо почесала затылок.
Я сделал то же самое — только от растерянности.
— Пэк Санчхоль действительно решил сделать из неё звезду? Людям надо прожить девятнадцать лет, прежде чем им разрешат пить, а она существует меньше сорока восьми часов и уже рекламирует соджу.
— ...Господин мой.
— Что?
— Вас смущает именно возраст? Не сам факт, что призванная снимается в рекламе?
— После радио реклама уже не выглядит чем-то невозможным.
— ...Мне ещё далеко до понимания вашей безграничной мудрости. Буду усерднее совершенствоваться.
Я прищурился на Чунсика. Вот же сволочь. Похоже на насмешку, замаскированную под согласие.
Впрочем, если один призванный может читать лекции, почему другая призванная не может сниматься в рекламе? Я рассуждал именно так.
«Странно. Похоже, из всех нас только я ничем не занят. Однажды они все разойдутся по делам, и я останусь дома один. Звучит отлично».
Я любил одиночество. Такое будущее меня вполне устраивало.
Эфир продолжался. Слушая звонкий голос Сиа, я снова погрузился в мысли.
Сейчас она сказала правду.
Мои призванные стремились покорить Авалон. Для меня это тоже стало заветной целью. Я хотел, чтобы, добравшись до конца, они смогли спокойно и счастливо жить рядом со мной.
«Значит, и мне придётся расти. В этом Чунсик прав».
С ними подъём по Авалону больше не пугал.
Однако...
Я вспомнил просьбу, с которой Пэк Санчхоль обратился перед уходом.
«Сиху».
«Да?»
«В провинции Кёнгидо обнаружили странную ману. И... сейчас у нас нет надёжного игрока, которого можно немедленно отправить. Понимаю, что прошу о неудобном, но вы не могли бы помочь?»
«А другие игроки S-ранга?»
«Гильдия „Солнце“ занята другой операцией. Хеин ушла в закрытую тренировку и не отвечает. Капитан за границей...»
«А Хитрый змей?»
«Он отказался. Сказал, что занят более важным делом».
Нужно было исследовать странную ману, появившуюся где-то в Кёнгидо. Вот о чём Санчхоль говорил с таким серьёзным лицом.
«Будьте осторожны, Сиху. Скорее всего, это связано с Авалоном».
Раз просьба исходила от Пэк Санчхоля, я согласился без споров.
— Слушайте внимательно.
Чунсик и Кваннёль поднялись.
— Едем в город Сихын, провинция Кёнгидо. Нам дали поручение.
Кваннёль кивнул.
— Я слышал ваш разговор. Если послать посредственного игрока, он может пострадать. Поэтому им и понадобился господин.
— Вероятно.
— Что бы там ни ждало — странная мана или чудовища, — я рассеку всё, что преградит вам путь. Если честно... мне нужно хоть чем-то заняться.
Почему у него опять такое несчастное лицо?
Я ещё не успел спросить, как вперёд подался Кваннёль.
— Господин, к слову...
— Что?
— Завтра младшая снимается в рекламе, верно?
— ...Похоже на то.
— Я слышал, за рекламу соджу платят особенно хорошо. Может, дождёмся съёмки? Тогда она получит деньги, а на них можно будет...
— Попробуешь потратить её заработок на игру — удалю аккаунт.
— ...
Кваннёль мгновенно отвернулся, переменившись в лице.
— Раскрыт. Я и правда возомнил, что смогу обмануть господина. Какая гордыня. Даже если мы всегда рядом, это не значит, что я постиг все его мысли. Особенно если речь о самом господине...
Какой спектакль устроил. Пять минут он изображал вселенскую скорбь, а потом снова приблизился с подозрительно ласковым выражением.
— Господин, мне нужно кое-что сказать!
— Отдам тебе часть платы за поручение. Только заткнись и пошли.
— Благодарю вас!..
— Ты ведь получаешь за лекции сотни миллионов вон. Неужели уже всё потратил?
— Господин, мне нужно кое-что сказать.
До чего же много у него «кое-чего».
— Со вчерашнего дня я служу сразу двум господам из иного мира. Поэтому и денег мне нужно вдвое больше. Я обязан много зарабатывать.
— Ах ты, су...
Вот как он называет развитие второго персонажа.
С таким усердием он давно бы вырвал Авалон с корнем.