У света всегда есть тень.
Без света тень не появилась бы, а без тьмы само сияние не казалось бы таким ярким.
Не бывает бесконечного дня. Не бывает и вечной ночи.
Чунсика теперь называли сильнейшим мастером меча в мире.
Пак Кваннёль был архимагом и истинным хозяином Лаборатории артефактов.
Сегодня оба сияли во всём великолепии, но за плечами у каждого осталось мрачное прошлое.
Люди любят говорить, будто путь к вершине непременно лежит через страдания. Но разве иначе действительно нельзя?
«К тому же Сиа никогда не просила о такой ослепительной силе».
Я не знал, как она попала в тот культ. Зато прекрасно видел, что пользоваться его силой ей неприятно.
Она призывала её только тогда, когда не оставалось выбора или когда приказывал я. Порой Сиа даже скучала по времени в культе сильнее, чем радовалась нынешней славе и всеобщему восхищению.
Она ненавидела силу культа, но тосковала по жизни в нём.
Почему?
Чего именно ей не хватало?
Какие воспоминания она утратила? Что скрывалось за сиянием, окружавшим нынешнюю Пак Сиа?
Мне тоже хотелось это понять. Хотя Сиа была моей призванной, она заметно отличалась от остальных.
Да и её недавний срыв оказался слишком сильным. Даже во время фотосессий, когда вокруг толпились незнакомцы, она никогда не выходила из себя настолько.
— Дядя, пятьдесят шестой этаж связан с сестрёнкой?
Ёну осторожно потянул меня за одежду.
В руке он держал уже собранную модель и всюду носил её с собой, чтобы похвастаться. Я только сейчас вспомнил, что все остальные наборы мы перевезли в его комнату рядом с кабинетом главы гильдии. Дома ему теперь нечем играть.
Джеймс пока в Сеуле. Надо попросить его привезти ещё несколько.
Так, не о том думаю. Я ведь до сих пор не ответил Ёну.
— Точно сказать не могу, но вероятность большая.
— Когда дядя впервые позвал меня, я был в темноте. Вокруг ничего не было видно. Потом появился свет, становилось всё ярче, и я увидел, как дядя меня рисует.
— Вот как? Но теперь тебе уже не темно?
— Нет! Теперь всё хорошо.
— Тогда замечательно.
Я вдруг широко раскрыл глаза и уставился на него.
Что он только что сказал?
Из-за Сиа смысл слов дошёл до меня не сразу.
— ...Ёну.
— Да? Дядя, что случилось?
— Повтори, пожалуйста.
Он повторил всё слово в слово. Я сразу спросил:
— Ты помнишь что-нибудь ещё?
— Нет. Больше ничего... А, ещё кое-что!
— Что? Говори!
— Когда я жил на Тхэсане, один человек предложил стать моим родителем.
— ...Человек?
— Да. Я пошёл за ним, а потом...
А потом что?!
Я едва не поторопил его, но вовремя прикусил язык. Не стоило пугать ребёнка. Ёну немного помолчал и продолжил:
— Мы пришли...
Он не договорил и повернул голову.
За окном возвышался Авалон.
— Туда?
— Да. Потом меня заперли в темноте. А дядя вытащил оттуда.
— Ясно... Ёну, ты немного побудешь один? Мне нужно ненадолго зайти в кабинет.
Я оставил его в гостиной и быстро поднялся.
Закрыв за собой дверь, я оглядел комнату. На столе по-прежнему лежало несколько выключенных планшетов.
Мои призванные.
У всех была одна общая странность.
Внешность, пол, способности — всё это придумал я.
Откуда же у них взялось прошлое, которого я никогда не писал?
Эта загадка преследовала меня с самого пробуждения. Я не видел даже намёка на ответ.
Но сейчас случайные слова Ёну будто дали первую зацепку. Меня снова охватило то же волнующее чувство, что и при первом призыве Чунсика.
«Ёну с самого начала отличался от остальных».
Он тоже ненавидел Авалон, но появился с уже повышенным расположением ко мне.
Значит, он мог потерять меньше воспоминаний, чем Чунсик, Кваннёль и Сиа. Возможно, знал гораздо больше.
Его слова как раз подтверждали, что память сохранилась лучше.
Я мысленно перебирал разрозненные сведения, пытаясь разложить их по порядку.
Даже открыл окно состояния и долго смотрел на него, словно там мог внезапно появиться ответ.
Не знаю, сколько прошло времени.
— Голова уже болит. Не люблю такие загадки.
Время всё расставит по местам.
Рано или поздно тайны раскроются сами. Но слова Ёну всё-таки помогли.
— По крайней мере, одну вещь я теперь понимаю.
Я не создаю их рисунком.
Я зову их к себе.
— Или даже вытаскиваю откуда-то.
Возможно, далеко не всё в них родилось из моей воли и воображения. Чётких ответов по-прежнему не было, но я чувствовал, что понемногу приближаюсь к истине.
Спешка до добра не доводит. Мы и так прошли больше половины пути.
Нужно просто подниматься дальше, пока хватает сил. Я посмотрел на Авалон.
Одно оставалось неизменным: в конце концов мне придётся одолеть эту башню.
* * *
Джеймс и Пэк Санчхоль говорили, что им понадобится много времени на переход, однако присоединились к гильдии гораздо быстрее, чем я ожидал.
В хорошем настроении я вошёл в один из кабинетов нового здания.
Штаб-квартира всё ещё казалась чужой. Мне объясняли, на каком этаже что находится, но запомнить расположение отделов и кабинетов с первого раза было невозможно.
Настоящий лабиринт.
Кое-как я всё же нашёл нужную дверь. Внутри стояли Джеймс и Пэк Санчхоль, оба в строгих костюмах.
— Я сяду здесь.
— Ещё чего. Здесь буду сидеть я. А ты можешь забиться в тот угол.
— Это моё место.
— Нет.
Картина до боли напоминала Чунсика с Кваннёлем. Почему взрослые мужчины с самого утра выясняют, кому принадлежит стол? Никогда не пойму.
Я пришёл сказать: «Добро пожаловать. Давайте хорошо работать вместе».
Но теперь...
«Может, просто уйти в свой кабинет?»
Очень хотелось сделать вид, что ничего не видел, и тихо скрыться. Я уже повернулся к двери.
— Господин Сиху!
— Господин Сиху, когда вы пришли?
У них даже маны нет. Как они меня заметили?
— Ха-ха. Вижу, вы заняты. Тогда не стану мешать.
— А ну поймай его.
Пэк Санчхоль и Джеймс закатали рукава и двинулись ко мне. Каждый схватил меня за одну руку, после чего вдвоём потащили меня к дивану.
— Вы сегодня идёте на пятьдесят шестой этаж?
Пэк Санчхоль спросил это, не отпуская меня.
— Да.
— Пока вас не будет, мы приведём гильдию в порядок. Кстати, Ким Чхоль подавал проект распределения обязанностей. Вы его рассмотрели?
Я остановился так резко, что оба едва не врезались мне в спину.
Распределение обязанностей?.. Он что-то подавал?
— Когда? Каким образом? Мне?
— ...Вы точно глава этой гильдии?
Даже Джеймс не выдержал.
— Ким Чхоль что-то записывал у меня в кабинете. Разве этим всё не закончилось?..
Они уставились на меня так, будто в глазах у обоих полыхала мана. Я невольно сбавил тон.
— Конечно, нет. Потом господин Ким Чхоль всё оформил и отправил вам отчёт. Он ещё спрашивал меня, почему господин Сиху не отвечает. А вы, оказывается, даже не знали о документе.
Пэк Санчхоль щёлкнул языком.
— Теперь вы глава гильдии. Пора меняться. Нельзя по-прежнему бегать за нами с криками: «Господин Санчхоль, сделайте это! Господин Джеймс, разберитесь с тем!»
— Когда я так делал?!
Я расправил плечи, упёр руки в бока и возмутился во весь голос.
Да, вообще-то часто.
Но сейчас нельзя было уступать ни шагу. Я всё-таки глава гильдии. Не позволю двум обычным управленцам, которые даже не игроки, давить на меня одним взглядом.
К тому же поражение похоронит мою мечту о почётной должности без обязанностей.
«Ни за что. Я хочу жить спокойно и ничего не делать».
Перед глазами возникла Ким Сонён, глава «Солнца», которая работала допоздна почти каждый день. У неё даже расписание было составлено поминутно. Я не собирался превращаться в неё.
— Я говорю образно. Теперь вы должны показывать пример сотрудникам и другим игрокам.
— Пример — это хорошо.
Я натянуто улыбнулся.
— Именно поэтому сегодня и войду на пятьдесят шестой этаж.
Я придумал эту чушь только ради спасения.
Но формально она была правдой.
За моим восхождением следили и Ассоциация игроков Республики Корея, и Альянс.
Так что пример я действительно подам.
— Это верно, но...
— Вы же знаете, насколько я занят. У главы гильдии полно дел, но нельзя целыми днями сидеть в кабинете и читать бумаги. Разве глава «Солнца» не жаловалась, что из-за горы документов у неё нет времени подниматься по Авалону?
Тогда зачем вообще нужна гильдия?
Я создал её, чтобы собрать больше сильных людей и безопаснее покорять башню.
Если из-за управления у меня не останется времени ни на Авалон, ни даже на общение с игроками, всё теряет смысл.
Отличное оправдание. И придумал только что.
Джеймс молча кивнул. Похоже, он полностью проникся моими словами.
— К тому же за каждым вашим шагом следит весь мир. Теперь понятно, зачем вы наняли нас.
Надо же, Джеймс неожиданно сказал разумную вещь. Обычно он не становится на мою сторону. Видимо, спор с Пэк Санчхолем всё ещё не закончился.
— Именно! Наконец-то вы меня поняли. Мне нужны люди, которые будут вести гильдию вместо меня. Поэтому я и пригласил вас обоих.
— Теперь всё ясно.
Слава богу, они наконец услышали мою искреннюю мысль.
«Господи...»
Как же трудно стать номинальным начальником.
Говорят, мечта прекраснее всего, пока остаётся мечтой. Теперь ясно почему: воплощать её в жизнь чертовски тяжело.
*Тук-тук.*
Кто-то постучал в дверь. На пороге появились знакомые люди: Капитан и...
— Вот это я понимаю, слияние! Теперь и с господином Сиху по Авалону ходить буду!
— Долго ты ещё собираешься называть его господином Сиху?
Капитан нахмурился и посмотрел на Ким Чхоля.
— Его зовут Сиху, поэтому я и говорю «господин Сиху». А как ещё?
— «Глава гильдии». У человека есть должность.
— А, верно!
Сегодня эти двое шли с нами. Силу Капитана я уже видел, а сражения Ким Чхоля прежде наблюдал только на YouTube.
Во время нашествия обезумевших я находился в другом месте. А когда появился Сон Чончхан, Ким Чхоль получил один удар и сразу свалился.
— Хо-хо, юный Сиху. Как поживаешь?
— Благодарю. А вы, уважаемый старейшина, пребывали в добром здравии?
Лицо Ким Чхоля за спиной Капитана мгновенно перекосилось.
— Старейшина! Меня вы только что отчитали, а сами?!
— Я старше. И обращаться ко мне по должности слишком официально. К тому же юный Сиху сам согласился. Какие претензии?
Когда это я соглашался?
Во мне проснулось острое желание восстать против корейского почтения к старшим.
Впрочем, Капитан явно шутил. Он посмотрел на Ким Чхоля и громко расхохотался.
— Выдвигаемся немедленно.
— Ого. Наш глава торопится. Может, не будем спешить?
— Нет. Мы и так опаздываем. Пора идти.
Я вывел обоих из кабинета и быстрым шагом направился к лифту.
— Глава! Почему вы так спешите? Что-то случилось?
— Случилось.
Если призвать одного мечника слишком поздно, он устроит такой скандал, что весь Авалон услышит.