[Первый призыв выполнен. Определяются параметры настройки призванного.]
[Параметр характера учтён.]
[Добавлен новый параметр характера.]
[Поведенческий параметр учтён.]
[Добавлен новый поведенческий параметр.]
[Параметр способностей учтён.]
[Параметр способностей усилен.]
[Расположение скорректировано: +1.]
Я уже видел такие сообщения, когда впервые призвал Ёну. Но сейчас меня занимала не система, а внезапно начавшаяся игра в прятки.
— Селло? Ты где? Выходи. Приём.
В ответ — тишина.
Не выходит, зараза. С момента призыва прошло уже две минуты, а он даже носа не показал.
— Я сказал, выходи!!
— Карселло — ассасин, живущий в тумане. Если продолжите звать его так, он, возможно, не появится никогда.
— Тогда как мне его вызвать?
Чунсик пожал плечами.
— Откуда мне знать? Я слышал имя Карселло, но ни разу его не видел.
После возвращения воспоминаний Чунсик явно знал о нём немало.
— Расскажи хотя бы то, что тебе известно.
— Он возглавлял огромный союз ассасинов и считался сильнейшим среди них.
— Дальше.
— Его главным оружием был чёрный туман, способный накрыть всё вокруг. Говорили, человек умирает от кинжала Карселло прежде, чем успевает понять, что его ранили.
Сведения вроде полезные, но применить их сейчас некуда. Главное, парень сильный.
— А кто сильнее: ты или он?
— Разумеется, я. Достаточно сравнить оружие! Как можно победить мастера меча, размахивая крохотным ножичком?!
— Понятно.
Я и не ждал от него содержательного ответа.
Оставив Чунсика позади, я до предела расширил восприятие маны. Ничего. Совершенно пусто. Чунсик понял, что я делаю, и расхохотался.
— Господин! Он слабее меня, но среди ассасинов ему действительно не было равных. А способность скрывать присутствие у него лучше, чем у всех нас вместе взятых.
— Похоже на то.
Раз он до сих пор не показался, прячется и правда великолепно. Так и хочется отвесить ему по затылку и похвалить за мастерство.
— Господин, я тоже его не чувствую, — признал Кваннёль.
Ладно я. Но насколько же силён этот тип, если сумел обмануть даже восприятие Кваннёля?
— Ассасины придают иерархии гораздо больше значения, чем кажется, — многозначительно заметил Чунсик.
В его словах будто скрывалась подсказка.
— Кхм.
Я прочистил горло, слегка опустил подбородок и прищурился, глядя туда, где недавно клубился туман.
Надо говорить так, как любит Кваннёль.
Величественно и благородно.
— Карселло, лучший из ассасинов, призванный хранить мою жизнь.
Чёрт. От такой напыщенности даже лицо загорелось.
Но раз начал, нужно закончить.
— Явись предо мной.
Более торжественных слов я придумать не смог.
*Ш-ш-ш-ш...*
Под потолком возникло облако чёрного тумана. Из него прямо на пол упал человек.
— Ассасин Карселло явился по приказу контрактора.
Вот же дерьмо. Сработало.
Я почти надеялся, что ничего не выйдет. Потому что если это единственный способ, придётся каждый раз устраивать подобное представление.
Карселло был с головы до ног в чёрном: плотно облегающая одежда, маска на лице, ни единого светлого пятна. За спиной висел кинжал, от которого исходила странная, чуждая сила.
— Контрактор, значит?
— Вы заключили со мной договор. Я исполню ваши приказы.
— Тогда чем был мой прежний крик «выходи», Селло? Не приказом?
У меня уже появлялись нехорошие предчувствия.
Чунсик с первого дня требовал укреплять дисциплину бесконечными тренировками.
Кваннёль сразу завёл речь о благородстве.
Карселло выбрал другую тему, но запах от него шёл тот же — дуэт Чун-Кван, только в новом теле.
— Ваши слова не были настоящим приказом, поэтому я не откликнулся. Моё место всегда за спиной контрактора...
А он разговорчивее, чем я ожидал.
— Я существую лишь затем, чтобы рассекать души тех, кто вам угрожает. Ничего сверх этого.
— Ясно. И что же считается настоящим приказом?
Теперь никаких сомнений.
Он из той же породы, что Чунсик и Кваннёль.
Проще говоря, тоже с приветом.
— Вложите в слова истинную волю. Ассасин не должен показываться без нужды. Но ради искреннего приказа я в любой момент нарушу законы своего ремесла.
Я мрачно посмотрел на Кваннёля.
Только-только удалось утихомирить одержимого благородством, как мне достался фанат искренности.
Поневоле задумаешься: что же там был за мир, где такие личности попадались чаще булыжников под ногами?
Одно ясно — нормальным то место не было.
— Отдайте приказ.
— Приказ?
— Да. Вы ведь призвали меня ради поручения.
Сквозь прорезь маски на меня смотрели узкие серьёзные глаза.
Такое ощущение, что без приказа он зарежет уже меня.
Под этим взглядом язык не повернулся сказать: «Да просто на лицо твоё посмотреть хотел».
Этот способен воспринять ответ как личное оскорбление.
— Прикажите.
Однако колени у него сгибались не хуже, чем у дуэта Чун-Кван.
Тут мне и пришло в голову подходящее поручение.
— Хорошо. Слушай мой приказ.
— Я сделаю всё возможное. Уничтожу цель и не оставлю ни следа.
— Да я не об убийстве человека.
Кто бы сомневался: ассасин первым делом решил кого-нибудь прикончить.
— Тогда...
— Мы идём на шестьдесят шестой этаж Авалона. Целями можешь считать местных чудовищ.
*Тр-р-реск!*
Вокруг Карселло внезапно взвилась густая чёрная мана.
— Поможешь?
— Я сделаю... всё, что в моих силах!!
В его глазах впервые появилась жизнь. Впрочем, раз он стал моим призванным, в прошлом с ним наверняка случилось нечто страшное.
— Покажи мне свою силу на шестьдесят шестом этаже.
Карселло замер, а затем неожиданно поклонился.
— Понимаю. Прежде чем окончательно нанять меня, вы желаете проверить мои способности. Вот как должен поступать достойный контрактор. Я докажу свою ценность.
Что он опять несёт?
Карселло протянул руку за спину и плавно вынул кинжал. Серебряное лезвие поймало свет и холодно блеснуло.
— Тогда отправимся.
Ладно. По преданности он остальным точно не уступает.
Пятый призванный был создан, откладывать больше нечего. Я открыл окно статуса и приготовился войти на шестьдесят шестой этаж.
* * *
[Вы вошли на 66-й этаж.]
Я сощурился, привыкая к незнакомому месту, и одновременно призвал всех остальных.
Вокруг стоял густой лес. Высокие кроны почти не пропускали солнце, изредка в тишине перекликались птицы. На первый взгляд — спокойный, мирный край.
Но по спине пробежал холод.
Весь этаж был пропитан огромной силой.
Мана давила на тело так, что я отступил и вытянул шею, пытаясь разглядеть вершину горы. Далеко впереди возвышался пик, скрытый непроницаемым чёрным туманом.
— Дядя, это Тхэсан. И там, на вершине... нас кто-то ждёт.
Слова Ёну превратили догадку в уверенность.
— Будьте осторожны, господин.
Кваннёль немедленно развернул барьер.
Карселло опять нигде не было видно.
В вестибюле он стоял рядом со мной. Когда успел исчезнуть?
«Куда этот тип снова запропастился?»
Пока я искал его взглядом, весь шестьдесят шестой этаж содрогнулся от грохота.
— Мир меняется, — предупредил Кваннёль.
Не успел он договорить, как туман, окружавший вершину, хлынул вниз и мгновенно накрыл всю гору.
Чёрные тучи закрыли солнце.
С неба полил дождь, разъедавший деревья и землю. Вокруг вспыхнули пожары. Треск пламени смешался с множеством криков, и мирная гора за несколько секунд превратилась в кошмар.
Ёну заговорил снова, но теперь его голос дрожал.
— Это Тхэсан... только после гибели.
Сиа осторожно положила ладонь ему на плечо. Ёну поднял на неё глаза.
— Теперь мы рядом. Тебе больше не нужно бояться.
— Хорошо... сестрёнка!
Из леса вышли чудовища.
Наверное, когда-то они были священными зверями Тхэсана. Теперь их тела покрывали ожоги, а разум затопила ярость.
На двух ногах стоял огромный волк с обугленной гривой и смотрел на нас с безумной ненавистью.
Он легко оттолкнулся от земли и взлетел так высоко, что заслонил солнце. Когти вытянулись, зверь ринулся вниз.
Я не услышал даже свиста клинка.
Волк не успел приземлиться.
*Шлёп!*
Голова и тело отдельно рухнули на землю.
Всё произошло за долю секунды. Я не отрывал глаз от зверя и всё равно ничего не заметил. В воздухе мелькнула тонкая чёрная черта — и шея оказалась рассечена.
— Это сделал Карселло?
— Несомненно, господин, — ответил Чунсик.
Значит, он всё-таки пришёл.
Видимо, таким способом Карселло сообщал, что жив и находится рядом. А я уже подумал, что оставил его в вестибюле.
— Просто идите туда, куда желаете.
Голос раздался из пустоты.
Я направился вперёд. Цель была определена с самого начала.
Вершина Тхэсана.
Всё вокруг — лишь дорога к ней. Чудовища, возникавшие на пути, напоминали льдины, перекрывающие море. Стоило нашему невидимому ледоколу вспыхнуть чёрным, и очередная преграда рассыпалась.
Карселло снова заговорил, когда за моей спиной возник огромный золотой крест.
— Сила церкви.
В его голосе впервые прозвучало любопытство. Усиление Сиа подействовало и на него.
— Я принимаю этот дар с благодарностью.
Лес впереди заполнили двуногие волки. Их было столько, что за серыми телами не видно склона. Похоже, местный замысел строился на количестве.
*Гр-р-р...*
*Р-р-р-р!..*
Рычание прокатилось по лесу. Передо мной упал сгусток чёрной маны.
Из него вышел Карселло и холодно оглядел волков.
Интересно, что он станет делать против такой толпы?
— Главная добродетель ассасина — совершить убийство так, чтобы никто его не увидел. Однако если свидетель всё же появился, нужно устранить и его. Иначе следы останутся.
Мороз по коже.
Проще говоря, если тебя заметили — убей всех. И он произносил это так буднично.
— А сейчас свидетелей нет.
Из-за маски виднелись только глаза. Почему же мне казалось, что он улыбается?
Чёрная мана хлынула из двух кинжалов. Кваннёль нахмурился, но ничего не сказал.
«Значит, это не чёрная магия».
Раньше тёмная мана всегда оказывалась связана с ней. Сила Карселло ощущалась иначе.
Она была чёрной лишь по цвету. Ни природа, ни способ управления не походили на магию The Black.
Карселло тихо произнёс одно слово и вонзил кинжал в землю.
— Тьма.
Из оружия вырвалась мана, разлилась густым туманом и скрыла всё вокруг.
Зрение исчезло. Остался мир, в котором приходилось полагаться только на слух.
Раз за разом доносился сухой звук рассечённой плоти, за ним — предсмертный вой.
«Вот почему его зовут Чёрным туманом».
Не видно вообще ничего.
*Хвать.*
— А-а!
Кто-то положил руку мне на плечо, и я дёрнулся.
— Брат, это я.
Золотой крест Сиа прорезал мглу, постепенно возвращая миру свет.
Первым, что я увидел благодаря этому сиянию, стало сообщение.
[66-й этаж пройден.]