С самого утра я листал новости в телефоне.
[Прорыв остановлен, но Иран фактически признан не подлежащим восстановлению.]
[Герой, спасший страну от прорыва: Пак Сиху получает бесчисленные слова благодарности!]
— Ни слова о The Black. Вообще ни одного.
Я прокручивал страницу вниз, а материалы об Иране всё не кончались.
[Глава Ассоциации игроков Ирана Реман Битанка, пропавший после начала прорыва, найден мёртвым в районе наиболее сильного выброса...]
О Ремане Битанке писали много. Но ни слова о том, что он пользовался чёрной магией, был связан с The Black или получил откуда-то подозрительную силу.
После завершения операции на базу приехали несколько военных корреспондентов. Они наверняка успели понять хотя бы общую картину.
— ...Альянс всем рот заткнул, что ли?
[Пак Сиху снова доказал своё превосходство.]
[Там, где ступает он, рождается новый путь. Его следы становятся историей Республики Корея. Следующая страница будет написана на 51-м этаже.]
Впрочем, поведение игроков редко отличалось разнообразием.
Почти все и без журналистов знали: дальше я отправлюсь на пятьдесят первый этаж.
*Гр-р-р-р-рах!*
Мне надоело пялиться в телефон.
— Туда мы летели на Крохе, потому что спешили...
После возвращения из Ирана прошло уже два дня.
— Но почему обратно тоже полетели на нём?
Барьер Кваннёля хотя бы защищал от ледяного ветра, так что драться с воздухом лицом не пришлось. И всё равно я мог вернуться на частном самолёте: спокойно поспать, поесть, посмотреть в окно.
Вместо этого мы снова тряслись на драконе.
*Гр-р-р-р!*
А ещё Джеймс оказался человеком, который совершенно не умеет скрывать секреты.
Насколько не умеет?
[Что строят рядом с Лабораторией артефактов?]
[Лаборатория артефактов Пак Кваннёля и зал фехтования Пак Чунсика?]
Об этом уже успели написать в газетах. Дальше объяснять нечего.
Стены были готовы, крышу тоже успели положить. Оставалась внутренняя отделка.
«Это вообще возможно с точки зрения физики?»
Стройка шла не в США, где находилась штаб-квартира Альянса, а в далёкой Корее.
И всё равно здание почти закончили.
Повторюсь: из Ирана мы вернулись всего два дня назад.
*Гр-р-р-р-рах!*
— До чего же шумно.
На площадке кипела работа. Грохот то затихал, то снова бил по ушам и не давал собраться с мыслями.
— Кью-у-у.
За окном Кроха с любопытством наблюдал за строителями.
А на его голове...
Точнее, прямо между рогами...
— Кроха, лови!
Сидел Ёну и бросал ему сушёную рыбу.
Кроха легко поймал кусочек пастью. Его хвост довольно закачался из стороны в сторону.
После поездки в Иран эти двое почти не расставались.
Ёну заходил домой только поесть.
— Ага... Уже пора.
Я подошёл к окну. Ёну сразу повернул голову в мою сторону.
Со стороны Лаборатории артефактов как раз возвращалась Сиа.
Два часа назад она ушла «немного поболтать с Чон Чиён» и только теперь соизволила появиться.
— Ёну, идём есть.
— Хорошо, сестра!
Он спрыгнул с головы Крохи.
Сиа и Ёну вошли, держась за руки. За ними непонятно зачем тащился Пак Чунсик, расправив плечи так, будто его продавали по акции «два плюс один».
— Господин!
— Ты что, мелкий воришка? Зачем прячешься за Сиа и крадёшься в дом?
— Господин!
— Ну что ещё?
— Бен Крис связался со мной. Завтра утром он прибывает в Корею.
Так он всё-таки приедет.
Если честно, я надеялся, что он забудет. Но память у этого парня оказалась на редкость хорошей.
— И к его прибытию строители обещают закончить зал.
— Кто тебе это сказал?
— Я лично поговорил с руководителем работ.
Услышь я такое от другого человека, просто кивнул бы.
Но речь шла о Чунсике.
Тревога сразу подняла голову. Хотелось проверить, что именно он натворил.
— Ты ведь не приставлял меч к его горлу со словами: «Не закончишь как можно быстрее — умрёшь»? И не прикрывался мной: «Господин требует ускорить стройку. Не справитесь — пеняйте на себя»?
Прошла минута.
Чунсик молчал.
Почему этот ублюдок не отвечает?
— Я жду.
Прошла ещё минута.
— Ты правда так сделал, сволочь?
— Брат! Ёну рядом. Хватит ругаться.
— Сиа права, господин! Ёну обладает выдающейся силой, но по человеческим меркам он ещё ребёнок. Чтобы он вырос достойным человеком, вы должны подавать хороший пример!
Вот же Пак Чунсик. Смотрите, как ловко выкрутился.
— Иди сюда.
Раз уж ругаться нельзя, придётся выразить всё жестами.
Я засучил рукава и поднялся.
— Тогда отправимся тренироваться.
Я тут же опустил рукава и сел обратно.
— Какой сегодня тёплый солнечный свет.
Подло с его стороны было приплетать тренировку.
— Не тревожьтесь, господин. Я не настолько невоспитанный мастер меча. Этот человек трудится ради моего зала. В благодарность я пообещал после открытия лично обучить его фехтованию.
То есть меч к горлу не приставлял, но запугать всё-таки успел.
— И что он ответил?
— Отказался.
— Естественно...
— Тц. Шанс обучаться у меня выпадает единицам, а он отверг такую честь. Спрошу ещё раз. Если снова откажется, больше не предложу даже за деньги.
Да хоть сто раз спроси. Ответ не изменится.
До здоровой самооценки Чунсику было ещё очень далеко.
Вдруг он понизил голос и стал серьёзным.
— Господин, вам всё равно нужно тренироваться.
— Знаю.
— Однажды мы снова столкнёмся с ними.
Это я тоже знал. Слишком хорошо.
Бегемот прямо сказал: любой, кто мешает The Black, становится их врагом.
В Иране мы уничтожили артефакт у них на глазах. Более явного препятствия не придумать.
Хотелось найти Бегемота и спросить в лицо: что теперь?
Хотя ответ я примерно представлял.
«Значит, больше не придётся слушать его дешёвые шуточки».
После драки с Левиафаном такое будущее казалось неизбежным.
Тело вдруг зачесалось. Видимо, одна мысль об этих ублюдках вызывала аллергию.
— Ладно. Пошли, Чунсик.
— Следую за вами, господин. С этого дня мы будем заниматься трое суток без сна и отдыха...
Не слушая его бред, я направился к выходу.
Дверь не открылась.
— ...Что с ней?
Я надавил сильнее.
*Др-р-р-р-р...*
Снаружи по земле потащилось что-то тяжёлое.
— А?!
Ёну, который сидел за столом и болтал с Сиа, вдруг оживился и выпрямился.
— Дядя!
Он сорвался с места, выбежал наружу и радостно закричал:
— О-о-о! Правда приехало! Дядя Джеймс лучший!
...Джеймс?
Я протиснулся через приоткрытую дверь.
Перед домом стояли две коробки почти с меня ростом. На накладной крупно значилось имя Джеймса.
Постойте. Международная доставка. Почему всё написано по-корейски?
— Это тот робот, который Джеймс обещал Ёну, — пояснила Сиа. Она тогда присутствовала при разговоре.
Теперь понятно, почему он так радуется.
— ...Игрушка?
— Господин, это...
Под «игрушечным роботом» я представлял обычную коробку из отдела игрушек в торговом центре. Ну, тысяч за сто вон, если совсем дорогая.
Но доставили нам совсем другое.
Я отсканировал QR-код на упаковке ганплы.
Открылся сайт производителя.
Название модели занимало две строки.
Что-то там сверхсплавное, элементальное, с каким-то покрытием и ещё десятком слов.
Даже прочитать трудно. В названии торчала куча английских букв и цифр, смысл которых я не понимал.
Вывод был один: перед нами редчайшая и безумно дорогая модель «Гандама», выпущенная меньше чем в десяти экземплярах по всему миру для специального мероприятия.
Во второй коробке лежала модель подешевле. Но тоже дороже ста миллионов вон. Рядом аккуратно уложили целую гору оборудования для сборки и покраски.
[174 000 000 вон.]
— Да вы охренели. Как кусок пластика может стоить сто миллионов?
— Брат! Опять ругаетесь!
— Сиа, иди сюда. Посмотри сама.
— Я уже знаю, что он выбрал. Успела удивиться ещё тогда.
— ...Ёну правда сам это выбрал? Откуда ребёнок вообще знает о таких моделях?
— Джеймс показал несколько вариантов. Ёну просто указал на эту.
А ведь Джеймс говорил, что не любит, когда Ёну называют взрослым.
Говорил, что ребёнок должен играть как ребёнок.
Какой школьник собирает ганплу за сто миллионов?
Даже младший сын миллиардера вряд ли стал бы.
«Я забыл, что Джеймс и Пэк Санчхоль сделаны из одного теста».
Эти двое всегда умудрялись превзойти мои худшие ожидания.
— Господин!
Из Лаборатории артефактов к нам с огромной скоростью приближался третий представитель той же породы.
Пак Кваннёль возник рядом почти мгновенно и опустился на одно колено.
— Господин, приказ исполнен.
— Правда?
— Да. Времени было мало, поэтому я поспешил.
Наконец-то Кваннёль занялся делом.
Сразу после возвращения из Ирана я дал ему задание.
Создать для пятьдесят первого этажа артефакт большой площади действия, пригодный в разных ситуациях и понятный любому человеку независимо от его способностей.
Никогда не забуду лицо Кваннёля, когда он услышал это требование. Будто ему предложили съесть дерьмо.
— ...И ты действительно сделал?
— Разумеется. Прошу пройти со мной в лабораторию.
— Господин собирался тренироваться со мной...
— Чунсик, оставайся дома и охраняй всех.
Я тут же пошёл за Кваннёлем.
— Господин?
— Брат, Ёну можно начать сборку?
Я кивнул.
Конечно, вскоре упаковка будет валяться по всему дому, а детали и инструменты займут всю гостиную. Но рядом Сиа, поэтому можно не переживать.
Сейчас меня занимало другое.
— Получив приказ, я долго размышлял, — начал Кваннёль. — Как и ожидалось, господин смотрит намного дальше остальных.
Что?
Если Пак Кваннёль внезапно меня хвалит, значит, чем-то недоволен.
Не стоит искать подвох в каждом слове. Но после стольких случаев подозрение включалось само.
«Уже готовит почву?»
— Артефакт для всех... До сих пор мне ни разу не приходило в голову, что артефакты должны быть доступны широкому кругу людей.
— Д-да.
Меня интересовал только результат. Что могло родиться из такого расплывчатого задания?
Мы вошли в Лабораторию артефактов.
С прошлого визита почти ничего не изменилось. ПК-кафе наверняка тоже осталось на месте.
Хотя одна перемена всё же бросалась в глаза.
«Почему у всех лица такие же мёртвые, как у Кваннёля?»
Внешность у сотрудников была разной, но выражение — одно и то же. Тёмные круги под глазами, пустой взгляд, полное отсутствие надежды.
Даже Чон Чиён, которая подошла поздороваться с натянутой улыбкой, выглядела не лучше.
— Давно не виделись. Я слышала новости.
— Ученица, где артефакт?
— Прошу за мной.
Кваннёль и по дороге не закрывал рот.
— Вы будете поражены, господин! В этот артефакт я вложил часть собственной силы. На пятьдесят первом этаже он проявит себя превосходно.
Мы поднялись на второй этаж и вошли в кабинет руководителя лаборатории.
На столе лежала оранжевая сфера размером с небольшую дыню. От неё исходила мощная мана.
— Это он? И что умеет?
— Взрывается.
— ...Что?
Совсем не такого я ждал.
— Я заключил внутрь силу одной из моих тайных техник — «Падение кита». Разумеется, артефакт значительно слабее настоящего заклинания. Но зато им может воспользоваться кто угодно. С этой вещью мы без особых усилий доберёмся до пятьдесят пятого этажа. И заодно поставим рекорд скорости.
Вроде звучало неплохо.
Но что-то всё равно смущало.
Даже отругать его было не за что.
«Он что, в Иране головой ударился? Почему артефакт выглядит нормальным?»
— Раз уж вы здесь, оцените его мощь сами.
Кваннёль взял сферу.
В ту же секунду окна лаборатории распахнулись настежь.
*Фью-ить!*
Пак Кваннёль швырнул артефакт наружу.
Я мгновенно пришёл в себя.
— Ты охренел?! Зачем бросил? Ты же сказал, что это бомба!
Вот поэтому рядом с этим проклятым архимагом нельзя расслабляться ни на секунду.