Когда-то, во время службы в армии, со мной случилась история, которую обычно рассказывают в интернете как анекдот.
В части тогда царил полный беспредел. Однажды командир роты заявил, что холм перед расположением мозолит ему глаза.
Дальше нетрудно догадаться, что произошло.
Могу с гордостью сказать: примерно треть этого холма выкопал лично я.
Лопату мне выдали ранним утром. Положил я её только после заката.
Стоило начальству открыть рот — и холм можно было убрать или насыпать заново. Сейчас передо мной творилось такое же безумие.
*З-з-з-з.*
Фархад посмотрел на полуразрушенную каменную стену рядом и раздражённо цокнул языком.
Небрежно махнул рукой. Остатки стены осыпались и бесследно исчезли.
Того ротного мне хотелось избить. Этого — ничуть не меньше.
Только подойти к нему было непросто.
Глаза красные, будто бешенством заразился.
С виду обычный человек, а рычит как зверь. Совсем крыша поехала.
— ...Собственная сила сожрала его целиком, — Кваннёль покачал головой, глядя на окончательно обезумевшего Фархада Каземи.
Но не он один до сих пор скрывал козырь.
Кваннёль искоса посмотрел на меня. Я кивнул, и его губы растянулись в улыбке.
Он полез во внутренний карман и достал знакомый шар.
Выглядел артефакт немного нелепо: по самому центру тянулась длинная чёрная полоса — след от того, что его когда-то раскололи пополам.
— Не смог заставить себя выбросить.
— Надо было отнести в мастерскую.
— Хм. Господин, вы всё лучше шутите.
— Когда закончим, зайди к портному. Пусть зашьёт так, чтобы полосы не было видно.
— Я подумаю, господин.
Кваннёль поднял ману. Закрыл глаза и сосредоточился на сфере, лежавшей в ладони.
— Вам тоже нужно высвободить силу. Артефакт откликается именно на неё.
— Хорошо.
Когда я в последний раз всерьёз пользовался маной прямо во время боя? Наверное, таких случаев и на пальцах одной руки не наберётся.
*З-з-з-з.*
Между нами развернулось сияние, похожее на огромное северное сияние. Сила оказалась настолько впечатляющей, что даже потерявший разум Каземи замер и тупо уставился на нас.
[Артефакт откликается на ману игрока «Пак Сиху».]
...Что ещё за сообщение?
— Омега и альфа Лаборатории артефактов. Начало её истории и причина её создания. Сила, вобравшая общее решение всех, кто трудился над ней...
Все артефакты, которые прежде поставляли гильдии «Солнце».
Все вещи, которыми пользовался Кваннёль.
Даже сила Чон Чиён, достигшей S-ранга.
Всё это было лишь побочным результатом работы над одним маленьким шаром.
Я впервые за долгое время широко улыбнулся.
— Господин! Это она... долгожданная неуязвимость!
Если противник применяет читерскую способность из детской игры, отвечать надо такой же.
— Но артефакт одноразовый!
— ...После этого больше не сработает?
— Сработает. Но на изготовление нового уйдёт много времени.
— Значит, сделать ещё один можно?
— Да.
— Тогда всё нормально.
Белая мана колыхнулась тонкими нитями.
Когда именно я приказал создать артефакт неуязвимости? Прошло столько времени, что я уже начал сомневаться, отдавал ли такой приказ вообще.
Может, Кваннёль закончил его давным-давно и просто прятал?
Решил помучить меня ожиданием?
В голову полезли разные, местами вполне разумные, подозрения.
Через некоторое время белая мана переплелась поверх одежды, словно причудливые доспехи.
[Активировано принудительное усиление «Неуязвимость».]
И это окно я видел впервые.
Кваннёль стоял позади, подняв большой палец, и почтительно склонил голову.
*Тук.*
Я легко коснулся его плеча и вышел вперёд.
— Господин, настало ваше время.
*Гр-р-р.*
Стоило мне сделать шаг, как Каземи отреагировал.
— Сколько действует эффект?
— Вы можете отменить его когда угодно. По итогам испытаний предельное время — тридцать минут.
— Неплохо.
*Кха-ха-ха-ха!*
Убедившись, что неуязвимость работает, Кваннёль расхохотался как безумец.
— Вот она, вершина искусства Лаборатории артефактов! Господин, пора показать ему разницу между вами!
Он раскинул руки и продолжил хохотать. От одного вида меня передёрнуло.
Иногда Кваннёль по-настоящему пугает. Сейчас был именно такой случай.
Неуязвимость оказалась не единственным усилением.
Запястье заныло. Татуировка золотого креста ярко засияла. На плече неизвестно когда появился красный камень для го.
— Источник всех бед. Я тоже хочу увидеть его настоящую сущность, истинный господин.
— Хорошо.
— Я помогу вам. Теперь сражаться должны вы.
— Точно можно?
— Если станет тяжело, только скажите. Мы вмешаемся в любой момент.
До сих пор я всегда стоял за их спинами. Выходить вперёд лишь потому, что получил читерскую защиту, выглядело немного жалко.
Но другого такого шанса могло и не быть.
— Я ещё многое хочу у него спросить.
— Поговорите вдоволь и возвращайтесь.
Мы почти не встречались, так что вспоминать общее прошлое было нечего. А вопросов накопилось много.
Даже с запасом времени медлить нельзя. Я быстро пошёл к Каземи. Тот начал пятиться.
Разум он утратил, но ситуацию, похоже, ещё понимал: моего давления ему хватило, чтобы отступить.
*Гр-р-р.*
— Говорить уже не можешь?
Каземи поднял руку.
Чёрная мана хлынула, словно из открытого крана, и мгновенно накрыла огромную равнину.
Я быстро оглянулся. До призванных его сила не дотянулась. Весь поток сосредоточился только на мне.
— Как всегда. Не видно ни хрена.
Даже в темноте, пожиравшей всё вокруг, со мной ничего не произошло.
Мы словно находились в разных измерениях. Сила двумерного Каземи не могла коснуться меня, поднявшегося в трёхмерное пространство. Зато я по-прежнему мог вмешиваться в его мир.
Так объяснил Кваннёль. Словно по заказу главный специалист по чёрной магии включил телепатию.
— Принцип неуязвимости заключается в переходе на более высокий уровень измерения. Высшее может воздействовать на низшее, а обратное невозможно.
Ну, допустим.
— Кха-ха-ха! Как нам это удалось?! Единственный и непревзойдённый владыка прежней Башни магов, а ныне глава Лаборатории артефактов Пак Кваннёль способен и не на такое!
Он там что, телемагазин открыл?
Рекламу вставил прямо посреди боя.
Я перестал его слушать и сосредоточился на Каземи.
*Гр-р-р...*
— Других слов не осталось?
*Хр-р-рась!*
Сбоку ударил огромный столб силы. При соприкосновении со мной он тут же рассеялся и ушёл в стороны.
Глаза Каземи округлились.
*Гр-р?*
Всё-таки уверенность решает многое.
Он продолжал атаковать и сейчас. Просто ни один удар не действовал.
Этот человек привык силой подчинять себе всё. Смириться с полной беспомощностью ему было особенно трудно.
— Вот это и называется бессилием.
Каземи уставился на меня. Перед его лицом начала собираться плотная мана.
За миг до выстрела я закрыл поток ладонью.
Если сила не может выйти наружу, она идёт обратно.
Глаза Каземи расширились ещё сильнее. В следующую секунду его накрыл мощный взрыв.
«Надо закончить быстро».
Времени оставалось много, но затягивать всё равно не стоило.
Я вошёл прямо в пламя. Внутри едва различался силуэт Каземи. Он бешено двигал руками и постепенно подавлял взрыв.
Пока он укрощал силу, в защите появился просвет.
Я положил ладонь на рукоять у пояса.
Длинный меч до сих пор служил почти украшением. Я доставал его лишь тогда, когда отдавал приказы.
Наверное, и самому клинку было непривычно. Сегодня ему предстояло впервые по-настоящему рассечь врага.
Среди бушующего огня я обнажил оружие и принял стойку.
Ту самую, которую повторял бесчисленное количество раз. Чунсик вбивал её в меня до тех пор, пока от наставлений не начинало звенеть в ушах.
[Активировано «Слияние с иллюстрацией», ур. 5 (только Пак Кваннёль).]
[Синеокий архимаг: Пак Кваннёль применяет навык «Падение кита».]
А затем...
[Активировано «Слияние с иллюстрацией», ур. 5 (только Пак Сиа).]
[Златоокая паладин: Пак Сиа применяет навык «Золотые узы», глава IV.]
Тьма, созданная Каземи, стала быстро отступать. Огонь погас, дым и пыль исчезли.
Недалеко стоял израненный Каземи. Он тяжело дышал и смотрел на меня с ненавистью.
Над его головой возникла огромная золотая ладонь. Её тень накрыла нас обоих.
Именно тень.
*Хрясь!*
Из неё выскочили кинжалы и насквозь пробили обе лодыжки Каземи, пригвоздив его к месту.
— ...Господин мой, вы всё это умели и при этом каждый раз отправляли сражаться нас?
Чунсик вообще о чём?
Я впервые делал подобное, и руки дрожали так, что хоть плачь.
Без неуязвимости я бы даже не попытался. Сражения никогда не были моей стихией. Я и сейчас сомневался, правильно ли поступаю.
Но именно с этим человеком хотел разобраться собственными руками.
«Мы с ним во многом похожи».
*Шух!*
Рассечение Чунсика отрубило Каземи обе руки.
Пламя Кваннёля охватило нижнюю половину тела.
Золотая сила Сиа оттолкнула корпус назад, а кинжалы Карселло удерживали всё на месте.
— А ведь если бы ты...
Каземи перевёл на меня глаза.
Краснота в них медленно начала отступать. Но заговорить он всё ещё не мог.
— Если бы ты остался рядом с ними, сейчас всё могло быть наоборот.
Причина его поражения была простой.
Начинали мы одинаково. Я был один. Он тоже.
Становились сильнее похожим способом. Я призывал Чунсика, а потом одного за другим остальных. Каземи по очереди собирал вокруг себя сильных подчинённых.
Но между нами оставалась одна решающая разница.
— Ты один. А я — нет.
*Шух!*
Рассечение Чунсика завершило бой так же, как начало его. Голова Каземи покатилась по земле.
В последний миг его губы дрогнули.
Что он пытался сказать?
Я хотел понять, но не успел. Всё произошло слишком быстро.
Тело ниже шеи полностью сгорело. Даже после этого тёмная мана продолжала тяжело пульсировать.
*Фух.*
Ноги задрожали. Я пошатнулся и начал падать назад.
Пальцы разжались, меч выскользнул.
— Господин мой!
Чунсик мгновенно оказался рядом и поддержал меня ладонью за спину.
— Спасибо.
— Вам нужно исправить стойку при рассечении.
— Прямо сейчас?
— Вы вложили слишком много чувства и потратили лишнюю силу.
— ...Согласен.
— Но удар вышел хорошим. Из всех рассечений, которые я видел, это было одно из самых чистых и мощных.
— Хватит льстить.
Я ляпнул это от смущения, а Чунсик тут же подхватил.
— Тогда перестать?
— Жить надоело?
— Значит, состояние у вас нормальное, господин мой. Вы хорошо потрудились. Говорю искренне.
— Хм.
Я невольно рассмеялся.
Даже сейчас он умудрялся меня отчитывать. Люди и правда редко меняются.
«Каземи тоже не изменился. Наверное, поэтому и дошёл сюда».
Именно поэтому его путь закончился здесь.
От этой мысли становилось ещё горше.