Четыре разноцветных камешка уставились на меня сердитыми глазами.
Им явно хотелось высказать многое, но они сдерживались. Наконец красный тяжело вздохнул.
— Как можно так унижать наши благородные имена?!
Из всех слов он выбрал именно «благородные». У меня сразу зашевелились неприятные воспоминания.
Впрочем, имя — дело второстепенное.
Я пропустил жалобы Красного мимо ушей и вернулся к главному.
Вместо монстров Ёну получил духов — это даже лучше. Но пока они походили на камешки для го, понять их настоящую силу было невозможно.
Значит, надо проверить.
— Ёну.
— Да, дядя!
— Попроси духов показать, на что они способны. Нам нужно знать их силу.
Мальчик охотно кивнул.
— Хорошо! Все сюда!
Камешки повернулись к нему. Они до этого не умолкали ни на секунду, но теперь разом застыли. Ёну недоумённо склонил голову.
— Что с вами?
— Ёну... Посмотри назад. Ты знал, что он здесь?
За спиной мальчика, распластавшись по земле и стараясь даже не дышать, лежал зритель.
— Кью?
Кроха.
Поначалу духи смотрели на него с восторгом, а потом словно разом поняли что-то невероятное.
— Это существо... Неужели мои глаза меня не обманывают?!
— Он ещё мал, но эта благородная стать и блестящая чешуя... Ошибки быть не может! Но как он оказался здесь?
Дракона действительно не встретишь на каждом углу. И всё же их потрясение выглядело слишком сильным.
— Ёну, ты видишь? Обернись скорее!
Мальчик встретился с Крохой глазами и приоткрыл рот.
— О-о...
— Это тот, о ком мы столько говорили...
— Какой милый!
— Не смей! Как можно называть милым священного зверя Тхэсана?! Даже тебе такие слова не позволены!
— Простите...
Бедняга. Сначала Чунсик отругал, теперь Красный.
— Перед тобой хозяин Тхэсана, священный зверь, чья сила почти равна божественной! После заточения в Авалоне мы думали, что больше никогда его не увидим...
— Кто мог представить, что встреча произойдёт здесь.
— Кью-у?
Кроха невинно склонил голову.
— О священный зверь нашего Тхэсана!...
— Мы склоняемся перед вами.
Духи двинулись ближе. Кроха почувствовал неладное и попятился, волоча задние лапы.
— Кью... Кью-у?
Он посмотрел на меня, явно прося о помощи.
Прости. Мне самому интересно, что происходит.
Кваннёль уже упоминал какого-то священного зверя Тхэсана, так что я тоже хотел услышать продолжение.
— Мы не вправе приветствовать его в таком жалком облике.
После слов Красного каждый дух выпустил магическую силу своего цвета. Они начали расти, будто персонажи из мультфильма во время превращения, и вскоре уже действительно походили на величественных духов, а не на игральные камешки.
Четверо исполинов окружили Ёну и выстроились перед Крохой.
Вот теперь от них исходила мощь, которую я и ожидал увидеть.
«Значит, просто скрывали силу. А я ещё удивлялся, почему они такие слабые».
С этим вопросом разобрались. Осталось понять, что связывало их с Крохой.
Красный долго всматривался в дракона, а потом заговорил неожиданно тихо:
— Нет... Вы не тот, кого мы знали. Он не мог остаться в живых и выглядеть так...
Дух почтительно склонился и осторожно встретился с Крохой взглядом.
— Значит, вылупилось яйцо, которое он оберегал.
Теперь заплакал Синий. Из его глаз сыпались маленькие льдинки, похожие на ручьи, бегущие по склонам гор.
— Я до сих пор вижу тот день. Хозяин принёс нам яйцо со своим потомком и хвастался им без конца.
— Мы изо всех сил защищали Тхэсан! Но после того, как Авалон поглотил его вместе с логовом...
Белый не смог продолжить. Чёрный низко склонился.
— Мы старались, но не удержали гору. Просим простить нас, древний хозяин Тхэсана!
У них тоже оказалась своя тяжёлая история.
— Кью-уть?..
А Кроха, похоже, не понял ни слова. И что теперь делать?
— Это точно потомок хозяина. Он ещё слишком мал и не понимает нашу речь. Но главное — его род не прервался!
Чёрный первым трезво оценил ситуацию. Великие духи повернулись к нам.
Выражений лица у них почти не было, но глаза оставались очень живыми.
И сейчас они блестели от слёз.
— Истинный хозяин... Мы и подумать не могли, что вы приютили последнего священного зверя Тхэсана!
Все четверо поклонились мне.
— Позвольте задать один вопрос.
— Какой?
— Он — потомок нашего хозяина. Но если он находится здесь, то...
Я понял, о чём они боялись спросить.
— Тот, кого вы называли хозяином, был древним драконом?
Я уже не помнил, на каком этаже встретил его. Зато прекрасно помнил финал.
Тогда мне казалось, что я оставил историю открытой.
Дракон продлевал остаток жизни чёрной магией. Обнаружив яйцо, я решил, что он цеплялся за жизнь именно ради него.
И только сегодня понял: никакой открытой концовки не было.
— Прошу, скажите правду.
Духи снова склонили головы. Я посмотрел на Кваннёля, и он ответил вместо меня строгим голосом:
— Его больше нет. Ни в этом мире, ни в Авалоне.
— Это правда?..
— Да. По приказу господина мы освободили древнего дракона от мучений. А затем забрали его последнее наследие — этого ребёнка.
Взгляд Кваннёля остановился на Крохе.
— Благодарим... Благодаря вам воля Тхэсана продолжает жить. Мы искренне благодарны.
Духи низко поклонились.
— Однако он ещё не пробудил настоящую силу.
— Он совсем недавно вылупился.
— Тогда разрешите Ёну заботиться о нём.
Для меня они все выглядели одинаковыми каменными великанами, но между ними, похоже, существовала своя иерархия. С самого начала от лица остальных говорил Красный.
— Ёну собрал нас, когда разрушенный Тхэсан лишал нас последних сил. Более того, рядом с ним мы вернули почти всё прежнее могущество. Если он возьмёт на себя заботу о молодом хозяине, тот будет расти гораздо быстрее.
Ого. Серьёзно?
Когда я задумывал Ёну, первым делом представлял именно того, кто полностью возьмёт Кроху на себя.
Пусть всё сложилось не самым прямым путём, но цель была достигнута. Я радостно кивнул.
— Хорошо. С помощью Ёну Кроха быстрее вернёт величие, достойное древнего хозяина Тхэсана.
Я быстро подобрал ответ, который должен был им понравиться.
Не ошибся.
— Благодарим, истинный хозяин.
— Клянёмся своими именами служить вам вечно.
— Вы спасли не только Ёну, но и весь Тхэсан.
Идеальный момент для сообщения о повышении расположения на единицу. Жаль, система промолчала.
Наверное, потому что они были призванными моего призванного. Но и так неплохо.
— Однако...
Красный вдруг снова сверкнул глазами.
— Неужели его и правда зовут Крохой? Именно Крохой?!
Мирная атмосфера исчезла в один миг. После всего, что со мной случалось, удивляться уже не получалось.
— Да.
— Разве подобает священному зверю Тхэсана столь ничтожное имя?
— Правильно говорит! Сразу видно — красный понимает жизнь!
Ну конечно. Я уже начал подозревать неладное: слишком долго всё шло спокойно.
Если мой призванный ни к чему не придерётся, значит, это не мой призванный.
Я испепелил взглядом поддакивающего Чунсика и снова повернулся к Красному.
— Подобает.
— Но это же невозможно. Как вы могли...
— Есть претензии? Могу запихнуть вас обратно в каменную оболочку и вернуть в Авалон.
— ...
Молчит. Значит, претензии есть, зараза.
Почему у всех красных такой скверный характер?
Я покосился на Чунсика. Тот провёл пальцами по губам, будто застегнул молнию.
С одним красным разобрались. Теперь второй.
— Ты только что поклялся служить мне своим именем. Сам поклялся. Духи ведь не отказываются от собственных слов?
— Не отказываются. Отныне мы будем называть его Крохой, истинный хозяин.
— Вот и молодец.
Ответ меня полностью устроил.
А привычку называть всё не как у людей, наверное, и правда стоило лечить. Хотя я зашёл слишком далеко.
Да и лечиться не собирался.
— Привет, Кроха.
Ёну посмотрел на дракона очень осторожно. Белая магическая сила мягко потянулась к нему и укрыла всё тело.
Настороженные глаза Крохи постепенно расслабились.
— Кью...
Он не плакал даже тогда, когда у него брали кровь, но сейчас впервые после вылупления в глазах появилась влага.
— Тхэсана больше нет. Нет места, где ты родился, нет мамы и логова. Дядя сделал всё, что мог, но тебе всё равно было одиноко...
— Кью-у.
— Ты скучаешь по маме... Я тоже. Я тоже хочу увидеть маму и папу.
Я невольно нахмурился. Словно кто-то ударил меня молотом по голове.
Пусть я постоянно ворчал, я правда старался заботиться о Крохе. Но, возможно, в глубине души воспринимал его просто как брошенного щенка, потерявшего мать.
«А ведь он мог всё это время тосковать по ней».
Мне подобное даже не приходило в голову. Ёну понял сразу.
Одного этого было достаточно, чтобы признать: заботу о Крохе я доверил правильному человеку.
— Что случилось с нашим хозяином? — спросили духи.
Я немного помедлил и посмотрел на Кваннёля.
Можно было солгать, но они заслуживали правды.
Я едва заметно кивнул, и Кваннёль заговорил:
— Всё его тело покрывали смертельные раны. Без вмешательства он вскоре умер бы, но чёрная магия насильно удерживала его в жизни.
— Значит, он хотел увидеть, как вылупится потомок. Он столько раз приходил к нам и хвастался яйцом...
— Но увидеть не мог.
— Потому что Авалон не выпускал его. Ещё раз благодарим вас за спасение хотя бы ребёнка.
— Господин...
Синие глаза Кваннёля осветили всё вокруг. Даже Чунсик в такие минуты слушал его без обычных выходок.
— Господин старается принять каждого. Иногда ему удаётся кого-то спасти — как Кроху. Иногда он терпит поражение — как в случае с его матерью. Именно поэтому я уверен: если мы останемся рядом, однажды он разрушит Авалон.
Чунсик вышел вперёд.
— Поэтому верьте ему и вы.
— Мы исполним.
Духи преклонили колени, как до них Чунсик и Кваннёль. Даже согнувшись, они возвышались перед нами, словно каменная стена.
Следом раздался мягкий голос Ёну:
— Не бойся. Теперь я буду помогать тебе изо всех сил. Давай станем сильнее вместе.
Он сказал это очень ласково, а затем с трудом принялся расталкивать духов, загородивших Кроху.
— Отойдите. Я ничего не вижу.
Я тоже протиснулся между ними и встал рядом с Ёну и Крохой.
Как их господин... Нет, как бы неловко это ни звучало, как тот, кого они считали спасителем, я должен был увидеть этот момент.
Кроха слегка опустил голову перед мальчиком.
Ёну осторожно провёл ладонью по его носу. Нежно, почти по-матерински.
Маленькая рука ребёнка лет восьми-девяти растопила сердце древнего священного зверя.
Белая сила Ёну окутала Кроху, словно утешая. Дракон не сопротивлялся и лишь склонился ещё ниже.
По пути случилось несколько неприятностей, но в итоге всё вышло именно так, как я хотел.
Заодно завершилась история, которая давно оставляла неприятный осадок. Эту ночь я точно запомню надолго.
— У мальчика есть талант, — задумчиво произнёс Кваннёль, не отрывая глаз от Ёну и Крохи. — Я не ожидал, что он подчинит дракона таким способом. Видимо, искренняя доброта способна тронуть даже древнего священного зверя.
— Я его нарисовал.
— Разумеется! Вы поразительны, господин!
— Спасибо, засранец.
Похвалу пришлось буквально вытянуть, но настроение было отличным. Я невольно улыбнулся.
— Кью-у...
Кроха расправил все четыре лапы и встал во весь рост. Его обычно мягкий взгляд стал острым.
*Гр-р-р-р...*
Низкий рокот прокатился по земле. Голос звучал чище и резче, чем когда-то рёв его матери.
Кроха широко раскрыл крылья и поднял голову. Сначала посмотрел на землю, затем на мираж за горами, а после — на Авалон, где осталась могила матери.
*Р-Р-РА-А-А!!*
Когда-то мы слышали величественный предсмертный рёв его матери.
Теперь он вернулся в голосе Крохи — ещё мощнее.
Вместе с взрывом магической силы дракон взмахнул крыльями. Волна разошлась во все стороны, и ближайшие фонари погасли.
Небо задрожало. От напора ветра облака разорвались надвое.
Кроха ничего не атаковал. Одной его воли хватило, чтобы всколыхнуть небо и землю.
Магическая сила ещё долго наполняла небо. Ночь казалась особенно чёрной — то ли из-за позднего часа, то ли из-за самого дракона.
Закончив рёв, Кроха мягко опустился перед Ёну.
— Заключи со мной договор. Я буду помнить тебя.
[Белоокий контрактор Пак Ёну предложил древнему дракону договор душ.]
Через несколько секунд появилось новое сообщение.
[Древний дракон признал Белоокого контрактора Пак Ёну.]
[Договор заключён.]
*Тр-р-р-ресь!*
Чёрная и белая магическая сила закружилась в вихре. Затем буря превратилась в мягкий ветер, и из её глубины на нас посмотрели гордые глаза Крохи.
— Спасибо, Кроха. Ты молодец.
Ёну ласково погладил его лапу.
— Давай дружить.
Я с улыбкой смотрел на них.
— Теперь Ёну и Кроха стали единым целым. Так же, как когда-то мы соединились с Ёну. Я помню день нашего договора и ни разу о нём не пожалел. Ёну — наш спаситель.
— Мы помогаем ему исполнить самое заветное желание, а он помнит нас и не позволяет исчезнуть.
— Таков договор душ.
— Теперь Тхэсан не рухнет.
А для меня это была четвёртая сила. Сила, которой никто не посмеет пренебречь.
«О Крохе теперь можно не беспокоиться».
Ёну явно справится с ним сам.
А значит...
«Пора в Иран».
Все приготовления были закончены.