Каким бы мощным ни было драконье дыхание, задержать наступление оно смогло лишь ненадолго.
*Гр-р-р...*
Кроха низко, утробно зарычал, выпуская Ужас. Монстры, уже подбиравшиеся к нам, разом дёрнулись и уставились на драконёнка.
Эффект длился всего мгновение, однако сомнений не осталось: его Ужас на них действовал.
— Господин Сиху... Простите, что приходится просить вас об этом сразу после прибытия, но без вашей помощи нам не обойтись.
— Ничего. Я за этим и приехал.
Правда, раз меня заставили работать прямо с порога, заплатить следовало щедро.
Сказать это вслух не позволила гордость, поэтому я постарался выразить пожелание взглядом.
*Фью-у!*
Поперёк поля прочертилась ослепительно-белая линия. Пространство над ней и под ней будто разошлось по ровному шву, а десятки монстров, попавших под удар, распались надвое.
Одного взмаха хватило, чтобы уничтожить несколько десятков врагов. А может, и целую сотню.
— Я прорублю проход. Старый затворник, накрой их площадной магией! — крикнул Чунсик Кваннёлю.
— Второй клинок осмелился командовать Первым? Впрочем, мысль разумная. Так и быть, последую твоему плану.
Этим двум идиотам, похоже, каждый день требовалось хотя бы раз друг друга обосрать. Иначе у них, наверное, рога на заднице вырастали. Где они находились и что происходило вокруг, значения не имело.
Зато в бою оба были безупречны.
*Шорох.*
В воздухе возник бледно-голубой кристалл льда. Он лениво покачался, а затем в одно мгновение оказался рядом со мной.
— Ёну, родненький!
Лицо знакомое. Один из четырёх разноцветных камешков, которых я видел вчера. Вот только как его звали?
— Ты так далеко летел! Не ушибся? Ничего не болит? Наверняка ножки затекли. Хочешь, я их разомну?
— Со мной всё хорошо. Лучше иди помоги дядям.
— Остальные великие духи уже сражаются. Моё дело — охранять тебя и хозяина.
Так и было. Трое духов ушли в бой вместе с Чунсиком и Кваннёлем, а четвёртый кружил возле нас.
К тому же за спиной возвышался золотой крест Сиа, а поверх него мерцал мощный барьер, созданный ею вместе с Кваннёлем. Сколько слоёв защиты нас окружало, я уже и не понимал.
Заодно они не подпускали к нам остальных игроков.
Я молча наблюдал за сражением.
Когда-то меня самого считали игроком S-ранга не из-за собственной силы, а благодаря Чунсику с Кваннёлем. С Ёну происходило то же самое. Сам мальчик в прямом бою был слаб, зато Кроха и четыре великих духа поднимали его влияние до уровня нашего дуэта Чун-Кван.
Красный камешек ударил кулаком, и в небо рванул столб огня, едва не пробивший облака. Пламя разлилось по полю и обратило монстров в пепел.
— Ох-ох. Этот опять разошёлся. Он нам всю взлётную полосу спалит, — проворчал Синий камешек, охранявший нас, и погасил огонь, метнувшийся в нашу сторону.
Белый камешек встал спиной к спине с Чунсиком и сложил руки у груди, подражая Кваннёлю. Между ладонями возникло белоснежное копьё света. Дух внезапно вонзил его в землю.
*Тр-р-р-ресь!*
Сияние, похожее одновременно на свет и молнию, вспыхнуло над полем и поглотило монстров.
— Ну вот, и этот голову потерял. Машет силой куда попало. А если Ёну заденет? Да и самолёты сюда теперь точно не сядут.
Всякий раз, когда сияние приближалось к нам, Синий камешек со вздохом рассеивал его.
Тем временем Чёрный камешек добрался до Кваннёля и уже успел с ним сцепиться.
— Надеюсь, ты не пользуешься чёрной магией?
— Разумеется, нет. Я её презираю.
— Вот это мне по душе.
— Моя сила — не чёрная магия, а сама тьма. Всего лишь область, которой я повелеваю.
Чёрный камешек вскинул огромный кулак. Вокруг мгновенно стемнело, будто посреди дня наступила ночь. Кваннёль огляделся и цокнул языком.
— Вот ведь софистика. Погрузить весь мир во тьму и назвать это священной силой. Такова природа духов?
Он покачал головой, но затем всё же усмехнулся.
— У каждого из вас способности одна чуднее другой.
Тёмные клубы собрались в облако и потянулись к нам.
— Эй! Ну сколько можно! Потом выстрою их всех и устрою разнос. Стоило впервые за долгое время попасть в бой — и сразу с цепи сорвались. А если Ёну пострадает?! Они вообще о чём думают?!
Синий камешек снова нейтрализовал чужую силу и тут же принялся ворчать. Я посмотрел на него с сочувствием.
«Нелегко ему приходится».
До боли знакомая картина. Даже какое-то родство душ почувствовалось.
— Ёну! Не бойся! Я лично заставлю этих безумцев держать себя в руках!
— Я и не боюсь.
— Зато я боюсь!!
— А... Хорошо.
— Мы обязаны защищать тебя ценой собственной жизни! Разве не для этого ты сохранил нашу силу?
— Это был просто договор...
— Неважно. Тихо.
— Ладно.
Похоже, больше всех страдал вовсе не Синий камешек, а сам Ёну.
Я хотел, чтобы мальчик тоже получил призванных. Но совсем не желал, чтобы они, как мои, начали ездить на хозяине верхом.
Я тихо вздохнул. В этот момент издалека донеслось знакомое имя.
Среди драконов, призванных, духов, игроков и военных корреспондентов больше всего восторгов досталось одному человеку.
— Пак Сиа!!
— Это Пак Сиа!
— Сиа Пак! Посмотрите сюда!
— Да, это я! Пак Сиа!
Её звонкий голос разнёсся по всему аэропорту. Объективы журналистов мгновенно повернулись к ней.
Ну конечно. Эта девчонка была прирождённой любительницей внимания.
Сиа откинула волосы и во весь рост поднялась на спине Крохи. Неудивительно, что все взгляды тут же приковались к ней. Под сияющим золотым крестом она и правда выглядела как богиня, сошедшая с небес.
— Вау... Вери бьютифул!
Игроки наперебой восхищались её красотой.
«Цирк с конями».
Впрочем, дело было не только во внешности Сиа.
«Вот за что её ценили: усиление и правда было великолепным».
Оно охватывало всех союзников вокруг, а после того, как я достиг пятого уровня, стало ещё мощнее.
Сиа прикрыла ладонью глаза и лоб и издала подозрительно злорадный смешок.
— Девочка моя, — позвал я.
— Кх-х! Хе-хе-хе... Прекрасно! Они все славят меня! Вот ради чего стоило сюда лететь!
— Сиа?
— Сначала соберу последователей по всему миру, а потом объединю их и создам церковь...
— Пак Сиа?
— Ещё немного! До основания Церкви Пак Сиху осталось совсем чуть-чуть. Имя оппы прогремит по всему миру. А потом Церковь Пак Сиху... подчинит себе всю планету...
— Эй, дурёха!!
— Да, оппа? Вы меня звали?
Сиа вздрогнула и уставилась на меня совершенно невинными глазами.
Последнее время она вела себя тихо, и я успел забыть, что именно эта девчонка была опаснее всех.
Разговоров о собственной церкви давно не слышал, поэтому решил, что она отказалась от идеи. Как бы не так. Теперь её планы разрослись с Республики Корея до всего мира.
— Очнулась наконец? Тебя так торкнуло от внимания, что глаза уже в разные стороны смотрели.
— Ничего подобного. Я совершенно нормальная.
— Ни хрена ты не нормальная.
— Да нормальная я, оппа. Оппа! Здесь уже всё закончилось. Господин Джеймс, где находится передовая база? Моему оппе тяжело после долгой дороги, так что ведите нас скорее!
Вот хитрая засранка. Стало неловко — сразу перевела разговор на безотказного Джеймса.
— И всё-таки запомни: никаких глупостей.
— Хорошо.
Отвечала она послушно, только безумный огонёк из глаз никуда не исчез. Меня невольно передёрнуло.
«На фоне этого даже Чунсик с Кваннёлем кажутся ангелами».
Когда Сиа сходила с ума, это был совсем другой уровень. Ничего страшнее я в жизни не видел.
И что мне с ней делать?
Я долго смотрел ей вслед, пока она шла за Чунсиком и Кваннёлем. Тем временем с оставшимися монстрами расправились.
Правда, половина аэропорта превратилась в руины.
* * *
Передовая база произвела предельно ясное впечатление.
«Убого».
Повсюду теснились кое-как поставленные палатки, а между ними раздавались стоны раненых и чей-то плач. Базу соорудили прямо среди развалин: обломки зданий просто сгребли в сторону и расчистили немного места.
Впрочем, строить что-то роскошное посреди такой разрухи и правда было бы нелепо.
— Всё хуже, чем я ожидал. Напоминает обрушившуюся Башню магов, — произнёс Кваннёль, потирая переносицу.
Вход перекрывала цепь. Джеймс подошёл к одному из солдат, показал удостоверение, и нас тут же пропустили.
— Сюда.
Он повёл нас дальше. При встрече Джеймс заметно оживился, но с каждой минутой мрачнел всё сильнее. Положение явно было скверным.
По дороге он заговорил вполголоса:
— Вам не показалось странным то нападение? До вашего появления всё было тихо. Но стоило вам прилететь — и монстры возникли целой толпой. Будто кто-то специально призвал их именно в этот момент.
— Да. На случайность не похоже.
И я уже сталкивался с чем-то подобным.
Я огляделся. Игроки выходили из палаток, чтобы посмотреть на нас, однако их оказалось гораздо меньше, чем я ожидал.
— Это все наёмники?
— К сожалению, да. Не понимаю почему, но остальные так и не приехали. Мы назначили высокую награду — время ведь поджимает. И всё же откликнулись только эти люди.
Джеймс тяжело вздохнул.
— Хорошо хоть вы согласились помочь.
Он придвинулся ближе и заговорил тише:
— Наёмников оказалось намного меньше, чем мы заложили в смету. Поэтому вашу выплату потом увеличим.
— О-о-о!!
Кваннёль обрадовался так, словно деньги уже лежали у него в кармане.
— А ты-то чего ликуешь?
— Господин... Я люблю вас.
— С чего вдруг?
— Я всегда любил господина сильнее всех, заботился о нём и... и ещё...
Ну надо же. Обычно изображает великого оратора, а как припекло — двух слов связать не может.
— Ладно, проехали.
— Ха-ха. Не беспокойтесь, господин Кваннёль. На этот раз и вам всем достанется достойная доля, — пообещал Джеймс.
Его напряжённое лицо наконец немного расслабилось.
— Мы пришли. Можно сказать, это наш штаб. Внутри я подробно объясню обстановку.
Закончив, он посмотрел на Кроху после линьки и на Ёну.
— И заодно задам несколько вопросов.
— Ты производишь впечатление толкового стратега. Обсудим всё внутри, — благосклонно ответил Кваннёль.
— Именно так! Прошу, идёмте. Я покажу все собранные материалы.
При виде его энтузиазма Джеймс просиял. Для него Кваннёль был главным специалистом по прорывам, так что реакция вполне понятна.
Я пошёл следом.
Игроки по обе стороны дороги продолжали глазеть на нас.
— Они только что дрались у аэропорта? Как тогда так быстро сюда добрались?
— Сильны, ничего не скажешь. Я лишь на миг почувствовал их ману — и дышать перестал.
Силу окружающих заметили не только они.
— Ни одного достойного воина, — громко, будто специально для всей базы, объявил Чунсик.
— Может, такие вещи стоит говорить потише?
— Зачем Второму клинку господина таиться перед мелюзгой?
Кроха не обращал на нас ни малейшего внимания. Он широко зевнул, свернулся кольцом у входа и улёгся отдыхать.
— Прошу вас, господин Пак Сиху.
Джеймс жестом пригласил меня внутрь и вошёл первым.
Я задержался на пороге и ещё раз осмотрелся. В недавно ощутимой мане оставался неприятный осадок. В неё можно было вкладывать эмоции. Поживёшь рядом с мастерами — поневоле чему-нибудь научишься; со временем я тоже начал различать подобные оттенки.
В дальнем углу стояла группа игроков. Они смотрели на меня исподлобья, а их мана сочилась откровенной злобой.
— Зависть здесь разъела всё вокруг, — заметил Кваннёль.
— Они смеют желать зла господину... — прорычал Чунсик.
Чем больше тебя уважают и превозносят, тем сильнее тебе завидуют. На войне это ощущалось особенно остро.
— Господин мой, позвольте мне преподать им урок.
— Только не убивай. Потом проблем не оберёмся.
Чунсик оглядел толпу и криво усмехнулся.
От этой улыбки почему-то стало не по себе. Он подобрал с земли деревянную палку, несколько раз взмахнул ею и, вполне довольный находкой, направился к игрокам.