После смерти Хозяина Башни прошло уже три часа.
[Вы — Хозяин Библиотеки Авалона.]
В новом окне не было ни имени, ни уровня, ни списка навыков. Оно больше напоминало панель управления или меню настроек.
[Войти в зону управления Авалоном?]
«Так вот как тот ублюдок управлял Башней?»
[Текущая сложность Авалона установлена на высший уровень. Понизить сложность?]
— Ах ты сука.
[Сложность Авалона понижена до низшего уровня.]
После этого поле зрения заполнили десятки сообщений. Здоровье чудовищ снизилось до половины прежнего значения. Их сила атаки тоже упала вдвое. Изменений было столько, что перечислять их не имело смысла.
А затем появилось ещё одно окно.
[Текущая система наград Авалона установлена на низший уровень. Повысить качество наград?]
— Ах ты сука!
[Система наград Авалона повышена до высшего уровня.]
Он специально выбрал худшие значения для всех параметров, от которых могли выиграть игроки.
Вскоре мне попалось другое уведомление.
[В настоящее время с Авалоном связаны 154 могущественные души.]
— Души?..
Ниже открылся полный список. Среди имён нашлось несколько знакомых.
— Все четверо из The Black. И мать Крохи тоже здесь.
[Как Хозяин Библиотеки Авалона, вы можете размещать души на любых этажах.]
— Не нужно.
Когда покупаешь новую технику или игровую приставку, первым делом хочется нажать на все кнопки. Вот и я тщательно просмотрел каждую настройку Авалона.
Наконец нашёл нужную и улыбнулся.
[Освободить все души, связанные с Авалоном?]
— Освободить.
*Шур-р-р-рах!*
Стоило подтвердить выбор, и всю Библиотеку залил яркий свет.
— Господин...
— Что?
Чунсик смотрел на меня с таким благоговением, будто перед ним явилось божество.
— Вы понимаете, что сейчас сделали?
— Освободил всех, кто страдал в Авалоне после гибели своих миров.
И это было ещё не всё.
Призванные, находившиеся в разных концах Библиотеки, собрались рядом. Одна за другой перед нами начали возникать освобождённые души.
Я их не призывал.
Каждая лишь ненадолго обретала форму, кланялась на прощание и тихо исчезала.
— Если бы я не призвал вас тогда...
— Мы ушли бы вместе с ними, — ответил Чунсик. — И всё равно были бы счастливы. Наконец вырвались бы из этого ада.
— Господин, вы совершили великое дело.
Кваннёль опустился на одно колено.
— Теперь вы хозяин Авалона. Вы можете всё...
Его голос неожиданно дрогнул.
Кажется, он даже немного боялся меня.
Я усмехнулся.
— Знаешь, что я только что сделал?
Кваннёль поднял голову.
— Что?
— Выкрутил сложность Башни почти в ноль. Теперь она не будет такой убийственной. И ещё убрал сообщения о первом прохождении и рекордах.
— Значит...
Передо мной стояли все пятеро.
— Слушайте внимательно. Чунсик, ты отвечаешь за этажи с первого по двадцатый. Когда входят игроки, помогай им проходить этажи так, чтобы они не получали тяжёлых ранений. Кваннёль, тебе — этажи с двадцать первого по сороковой.
Я распределил между ними остальные этажи и каждому повторил одно и то же:
— Не позволяйте игрокам умирать. Если кто-то совсем не справляется, вмешивайтесь. Я дам вам необходимые полномочия.
Сиа не удержалась и фыркнула.
— Тогда зачем вообще нужен Авалон?
В пустой Библиотеке было тихо, прохладно и полно книг.
«Отличное место для отдыха».
Принести сюда кофе и бутерброды — и лучшего места для отдыха не найти.
Я поднялся, стряхнул пыль с брюк и коротко улыбнулся Сиа.
— Авалон ведь был необходимым злом. Я просто убрал из него зло.
Только в Авалоне добывали один важнейший ресурс — магические камни.
От них зависела огромная часть повседневной жизни на Земле: на магических камнях работали бытовая техника и общественный транспорт; камни использовали даже в оформлении ресторанов и городском озеленении. Почти не осталось сферы, где они не применялись.
— Отныне Авалон — обычная шахта магических камней. Войти туда может любой игрок из любой точки мира. Удобнее некуда.
Перед выходом из Библиотеки я изменил ещё одну настройку.
[Вероятность пробуждения игроков повышена на 500%.]
Теперь магических камней на рынке станет намного больше.
* * *
Мир сильно изменился.
Авалон больше не внушал людям ужас.
Однажды ранним утром Кваннёль пришёл в кабинет главы гильдии.
— Доброе утро, господин.
— Почему ты до сих пор называешь меня господином? Наша связь хозяина и призванного давно исчезла.
— Однажды господин — навсегда господин.
Я невольно улыбнулся.
Стоило мне уничтожить Хозяина Башни — источник всех бед, — как затянувшийся узел наконец распутался.
Они больше не были призванными.
Не осталось ни ограничений по времени, ни уровней, ни перезарядки. Теперь они были такими же людьми, как я.
— Сегодня опять лекция?
— Да. Я уже проклял тот день, когда согласился.
Кваннёль собрал в ладони немного маны и прижал руку ко лбу. Вспыхнул мягкий свет, и его измученное лицо тут же расслабилось.
— В Лаборатории дел по горло, а Ассоциация постоянно требует новых занятий.
— Сам напросился. Кто обещал разобрать все повадки чудовищ до сорокового этажа и объяснить, как безопасно проходить эти этажи?
— Зря я это сказал. Ладно, пойду встречусь с Пэк Санчхолем. И сегодня вернусь поздно: у нас встреча игроков Terra Online.
— Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь?
*Кх.*
— А вы отдыхайте спокойно, господин.
Из моего прежнего распорядка исчезли только подъёмы в Авалон. Всё остальное почти не изменилось.
Кваннёль ушёл. Я уже решил, что наконец побуду один, но тут появилась Сиа.
— Оппа, мы вместе с Альянсом сейчас украшаем Башни Авалона снаружи. Хотите посмотреть?
— Нет.
— Ну, оппа! Мы уже повесили огромный крест и вывеску «Церковь Пак Сиху». Ещё немного — и можно будет официально открыть церковь!
Вот же блядь.
Сиа сунула мне под нос фотографию, и отвертеться не получилось.
— Красиво.
— Правда?
— Да, красиво. А теперь уходи. Я занят фотосинтезом на утреннем солнце.
— После школы я заберу Ёну. Мы поедим по дороге, так что вы тоже обязательно пообедайте.
— Хорошо. И своди его заодно в парикмахерскую. Пусть хоть завивку сделают.
— Конечно, оппа.
Второго нарушителя спокойствия я тоже успешно выставил за дверь.
Зима уже закончилась. За окном стояла тёплая весна. Мягкий солнечный свет заливал кабинет и согревал меня...
— Господин.
— А ты чего пришёл?
На этот раз Чунсик был не один. Рядом стояла Пак Хеин.
И почему у обоих такие лица?
— Чего замерли? Пришли на меня посмотреть?
Они продолжали мяться.
Кадык Чунсика заметно дёрнулся.
— Господин.
— Да?
— В следующем месяце мы женимся.
Вот ведь зараза.
Хотя он уже и не иллюстрация.
У его господина даже девушки нет, а этот собрался жениться.
— Всем этим я обязан вам. Но и после свадьбы с Хеин по-прежнему буду следовать за вами.
Мы с Пак Хеин одновременно широко раскрыли глаза и посмотрели на него.
Чунсик попятился от неожиданного внимания и почесал затылок.
— Ч-что? Почему вы так смотрите?
— Ты только что назвал её без фамилии.
— Я тоже заметила.
— Ну наконец-то! Не зря я столько времени тебя дрессировала!
Пак Хеин расхохоталась так громко, что задрожали стены кабинета.
По телу прошло неприятное покалывание. Могла бы хотя бы не выпускать ману во время смеха.
Вскоре ушли и они.
Я снова остался один, но нехорошее предчувствие не проходило.
— Надо сменить место.
Я подготовил всё для идеального отдыха, а ко мне каждые несколько минут вламывался новый гость.
[Войти в Библиотеку Авалона?]
Я вызвал сообщение и поспешил сбежать.
Стоп. Сначала надо забрать всё необходимое.
И вот я один посреди необъятной Библиотеки.
Под потолком через равные промежутки сияли величественные люстры. Не считая собственного дома и кабинета главы гильдии, безопаснее места для меня не существовало.
*Шурх-шурх.*
*Хм-м.*
Передо мной на подставке стоял планшет.
Я оторвал перо от экрана и задумался.
— Волосы выглядят неестественно.
Пришлось снова сделать персонажа лысым.
Какая причёска подойдёт к такому лицу?
— Давно не рисовал по-настоящему. Оказывается, это не так просто.
Я оглядел Библиотеку.
— Может, здесь слишком светло? Совсем не получается сосредоточиться.
Место было почти идеальным, но имело один недостаток: освещение нельзя выключить.
Получалось, я постоянно находился под действием штрафа к концентрации.
— Неужели я всегда так плохо рисовал?
Я слишком долго не брал в руки перо. Рука совсем отвыкла, будто я разучился рисовать.
Я отложил планшет и полез в подпространство.
Достал заранее купленные жареную курицу и пиво.
Настало время обеда.
Вместо YouTube я развернул перед собой несколько голографических экранов.
Улыбка появилась сама собой.
— Вот ради этого я и прошёл через весь тот кошмар.
Вкусная еда, любимое дело, да ещё и денег навалом.
Разве не это счастье?
На экранах появились все пятеро — от Чунсика до Карселло. Каждый был занят своим.
Карселло мирно гулял вместе с Крохой. Если это вообще можно было назвать прогулкой.
Кваннёль вывел моё лицо на экран в лекционном зале и устроил минуту молчания.
Ёну пришёл в магазин моделей и заявил: «Заверните всё от этой полки до той».
Сиа раздавала неизвестно где напечатанные листовки со словами: «Просим поддержать Церковь Пак Сиху, которая скоро откроется».
А Чунсик целовался с Пак Хеин в тёмном переулке.
Блядь. Ни одного нормального.
Я долго смотрел по очереди на все пять экранов и неодобрительно цокал языком.
Вдруг крест на моём запястье нагрелся.
Я насторожился и перевёл взгляд на Сиа.
Она неожиданно повернула голову в сторону.
— Вознесём молитву.
После её слов остальные тоже замерли и посмотрели каждый в свою сторону.
— Неужели...
Они находились в разных местах, но все смотрели на ближайший Авалон.
И как по уговору заговорили одновременно.
— Господин.
— Господин.
— Мой единственный контрактор.
— Дядя.
— Оппа.
*Кью-у-у-у.*
— Это ещё кто был последним?
— Пак Сиху!
— А это что за хрень?
На экране, где был Кваннёль, появился Пэк Санчхоль.
Он смотрел в сторону Авалона и махал рукой.
— Я знаю, что вы всё видите. И слышите тоже. Только попробуйте потом сказать, что ничего не заметили. Я сам поднимусь на сотый этаж, схвачу вас за волосы и вытащу наружу.
— Когда-нибудь я обязательно поставлю тебя боссом Авалона.
А заодно и Джеймса рядом.
Пусть станут парными боссами — Труляля и Траляля.
Пэк Санчхоль продолжал орать:
— Сегодня вечером праздничный ужин и совещание! К семи часам приходите в Ассоциацию! Глава Альянса и председатель Ассоциации хотят мило с вами побеседовать!
Я положил палочки.
— Сразу бы сказал. Я бы тогда не покупал курицу.
Вот и цель нашлась.
И образ окончательно сложился.
Я закрыл все голографические экраны.
— Ему подойдёт прямой пробор.
До встречи оставалось достаточно времени, чтобы закончить иллюстрацию.
Перо снова быстро заскользило по экрану.
Я всегда был счастлив, когда рисовал.
Я испытывал то же волнение, что и много лет назад, впервые придумав Чунсика.
Сердце билось быстрее от предвкушения.
Теперь персонаж не оживёт и не выйдет из рисунка. Он останется лишь изображением на экране.
Но для меня иллюстрации давно стали чем-то большим.
Люди любят наделять смыслом слова, картины и даже короткие изречения. Иногда этот смысл меняет весь мир.
А может быть, именно поэтому он и становится особенно важен.
Когда-то Авалон был великим злом.
Теперь люди начали видеть в нём другое.
Не страшную Башню, а Авалон из легенд о короле Артуре — райский остров, где растут яблоки.
То же произошло и с моими иллюстрациями.
Когда-то они приносили мне только боль и печаль и казались необходимым злом.
Теперь они дарили радость, волнение и счастье.
*Кх...*
— Да он красивее Чунсика. Тот точно приревнует.
Похоже, мне суждено до самой смерти оставаться художником.
<Конец>