Артефакты оказались куда меньше и проще, чем я представлял. Одни выглядели как шарики, другие — как кубики. Некоторые повышали сопротивление огню, другие защищали от воды. Сотрудник Ассоциации стоял рядом и терпеливо объяснял назначение каждого.
По-настоящему дорогим среди них был только один — артефакт, усиливающий ману владельца.
Для игрока мана — начало и конец всего. Усилить её означало сделать сильнее самого игрока, поэтому цена неудивительна.
«Жаль, такая штука всего одна».
Даже магазин Ассоциации не мог держать редкие артефакты пачками.
В итоге я забрал один — самого низкого качества. Честно говоря, не рассчитывал, что мне его отдадут: вещь редкая, да ещё в единственном экземпляре.
— Для вас, господин Сиху? Тогда, конечно, забирайте.
И никаких споров.
Я покатал по ладони маленький шарик. Стоил он восемь миллиардов вон.
Обычно игроки обрабатывали такие артефакты и вставляли в оружие или доспехи.
«Кажется, этот выпал с босса двадцать пятого этажа».
Двадцатый я уже прошёл, так что ждать оставалось недолго.
Все артефакты, как и моя маска, появились в Авалоне. Иными словами, башня давала шанс разбогатеть за один день. Достаточно было получить один редкий трофей — и десятки миллиардов у тебя в кармане.
Правда, вероятность выпадения была отвратительной. Я добрался до двадцатого этажа и не нашёл ни одного.
Но расстраиваться рано. У меня имелись призванные.
После повышения уровня время призыва увеличилось с шести до восьми часов. Теперь мы могли проводить вместе ещё больше времени.
«Вроде бы ничего плохого».
Я вспомнил Чунсика.
Хотя нет. Возможно, как раз плохого.
[Призвать Синеокого архимага: Пак Кваннёля (ур. 3)?]
*Ш-ш-ш*
— Я явился на ваш зов, господин.
— Смотри, что принёс.
Я шагнул в дым и разложил перед Кваннёлем шарики.
— Господин... Вы хотите сыграть со мной в шарики? Что это такое?
— В смысле «что»? Присмотрись. Это артефакты! Ты сам велел принести всё, что найду.
— Хм-м-м.
Он скрестил руки и принялся разглядывать добычу с видом знатока. Потом презрительно фыркнул и выбрал только усилитель маны.
— Если честно, всё дрянь. Этот хотя бы немного лучше остальных.
— Чего?..
Я вообще-то раздобыл их с большим трудом. Ладно, без большого. Но всё равно какого хрена?!
— Во времена моей работы в Башне магов такими вещами никто не пользовался бы даже бесплатно. Обычные неудачные образцы. Сделано грубо, без малейшего мастерства.
Ему ещё и подарок не угодил. Он что, до сих пор считает себя великим архимагом и хозяином Башни магов?
— Тогда не бери!
— Нет, господин. Как я могу отвергнуть драгоценность, которую вы мне подарили? Даже неудачный артефакт становится бесценным, если его даровали вы. К тому же не тревожьтесь: в моих руках эти жалкие поделки получат новую жизнь.
А вот это звучало интересно. Я и сам успел разочароваться: для артефактов их свойства выглядели слишком скромно.
— Правда?
— Конечно. Я разберу их и соберу заново.
— О-о...
Вот что значит бывший владыка Башни магов. Настоящий архимаг всегда найдёт, чем удивить.
— И как ты собираешься их переделывать?
— Благородным способом.
— Это каким?
— Есть такой способ.
И зачем я спросил?
От человека, у которого на все случаи жизни одно слово — «благородство», другого ответа ждать не стоило. Пусть сам разбирается. Он же у нас великий архимаг и самопровозглашённый владыка Башни магов.
Хотя любопытство всё равно никуда не делось.
— Раз эти вещи существуют, значит, игроки ими пользуются. Верно, господин?
— Обычно вставляют в оружие или в доспехи.
— Понятно. При разборке вся сила рассеется, если работать недостаточно тонко. Значит, у вас есть мастера, способные обращаться с такими вещами.
По-моему, он слишком высокого мнения о наших мастерах.
— Вон та комната свободна. Иди туда и делай что хочешь.
Я поспешил изолировать его. Ещё немного разговора — и он поймёт, насколько местное ремесло уступает его представлениям.
— Благодарю, господин.
Кваннёль унёс артефакты в пустую комнату. По крайней мере, слушался он с первого раза.
Вообще комнат в квартире было слишком много. Гардеробная мне не требовалась. Я пользовался одной комнатой — одновременно спальней, кабинетом и мастерской, — гостиной и кухней. Ещё пять стояли пустыми. Квартира и правда была огромной.
Достаточно позвонить на стойку, и уборщица приведёт всё в порядок. Один раз ткнул пальцем в экран — дальше за тебя сделают всё.
Дверь приоткрылась, из щели показалась голова Кваннёля.
— Кстати, господин.
— Что?
— Могу я и впредь пользоваться этой комнатой как мастерской?
— Пользуйся.
Он широко улыбнулся, поклонился и поблагодарил. Было бы за что.
С каждым новым уровнем время призыва росло, а значит, нам предстояло всё дольше находиться под одной крышей. Если Кваннёль добровольно запирался здесь, я оставался только в выигрыше.
Честно говоря, рядом с ним я быстро выдыхался.
— И ещё, господин!
— Да что опять?
— Позволите немного переделать помещение под себя?
— Только ничего не сломай.
— Ха-ха! Да разве я посмею небрежно обращаться с жилищем господина? Не беспокойтесь.
Он оглядел стены и потолок, затем лениво повёл пальцем. Обои разошлись клочьями, из-под них выступил неровный камень.
«Э-э?»
Комната стала подозрительно похожа на вестибюль Авалона.
— Я воссоздал свою старую лабораторию в Башне магов.
Теперь понятно, почему Чунсик называл его комнатным стариком. Получилась настоящая каменная конура.
— Наконец-то можно свободно вздохнуть.
Кваннёль с довольным видом прислонился к стене.
Вдоль неё тянулся длинный стол, заваленный толстыми книгами и незнакомыми инструментами. Будто кабинет волшебника из фэнтезийного романа. Или полноценная алхимическая лаборатория.
«И всё это теперь стоит у меня дома. Совсем как в сказке».
Кваннёль одним движением пальца расставлял книги на полках. Не прерывая занятия, он сказал:
— Господин, будьте осторожны.
— С чего вдруг?
— Прорыв закончился, но поблизости до сих пор кружит такая же энергия.
— Что это значит? Объясни нормально.
— Присутствие Авалона не исчезло. Возможно, это остаточный след прорыва.
— Там мог уцелеть монстр?
Кваннёль на миг замер.
— Исключено. Я не мог упустить какую-то тварь.
— Ну да, конечно.
Где-то я уже слышал такой ответ. Кажется, от Чунсика.
Но отмахиваться от предупреждения не стоило.
— Эта энергия сильная?
— Очень. И находится недалеко. Если её владелец приблизится, вы можете пострадать.
— Хорошо, буду начеку.
— Возможно, именно поэтому созвали игроков S-ранга. Вам сказали, что это обычная встреча, однако...
Кваннёль посмотрел мне в глаза и заговорил с непривычной серьёзностью:
— Если встретите человека, от которого веет силой чудовищ, немедленно призовите нас. Защищать господина — наша важнейшая обязанность. Мы не позволим ему коснуться вас, даже если придётся отдать жизнь.
— Ладно. Обязательно позову.
— И артефакты я могу оставить себе?
— Что? А... Да.
— Благодарю.
*Хлоп!*
Получив согласие, он тут же закрыл дверь.
Я остался в коридоре и ещё раз прокрутил его слова в голове. И вдруг понял одну деталь.
«Он ведь сказал, что это человек».
Не чудовище. Значит, речь почти наверняка шла об игроке.
«Неужели о том самом? О ком рассказывал Санчхоль...»
Когда я вернулся в гостиную, она показалась непривычно пустой и мрачной. Бояться вроде бы было нечего, но после предупреждения Кваннёля по спине бегал холодок.
«Значит, скоро что-то случится».
Перед прорывом хотя бы появлялись признаки. Сейчас я не понимал вообще ничего.
Я достал телефон и набрал имя в поиске.
«Сон Чончхан».
Третий в истории Кореи игрок, достигший S-ранга. Он поглощал чужую ману и присваивал её себе, благодаря чему поднялся на вершину быстрее остальных. Способность была не только сильной, но и страшно опасной.
Теперь её обладатель считался врагом всей страны.
В погоне за могуществом он отказался от человечности. В какой-то момент Сон Чончхан начал убивать других игроков и забирать их силу.
«И теперь он вернулся...»
Дурные предчувствия приходят без предупреждения и, зараза, слишком часто сбываются.
«Он нападёт на меня?»
Сон Чончхан наверняка знал обо мне.
Я скрывался под маской, но моё имя обсуждали уже не только в Корее, а по всему миру. Слишком уж чисто мы разобрались с недавним прорывом.
«Он всегда убивал игроков, чьи способности ему нравились».
[Новая звезда Пак Сиху! Каким навыком он обладает?]
⤷ Раз призывает существ, значит, способность связана с призывом.
⤷⤷ А это точно призванные? Может, он героев из другого мира вызывает, как в той игре.
⤷⤷⤷ Для обычных призванных они слишком умные и сильные. Совсем другой уровень.
Когда-то я наткнулся в интернете на обсуждение своей способности. Теперь эти комментарии снова всплыли в памяти.
Вероятность того, что Сон Чончхан захочет заполучить мой навык, составляла примерно пятнадцать тысяч процентов.
Доказательств не было, но я не сомневался.
Мы встретимся.
И довольно скоро.
* * *
Похоже, Кваннёль решил использовать все восемь часов призыва до последней минуты. Оставалось всего полчаса, а он по-прежнему не выходил.
«Чем он там занимается?»
Недавно вокруг комнаты ещё и защитный барьер появился.
Конечно, Кваннёль был выдающимся магом. Вряд ли он устроит какую-нибудь катастрофу.
И тут в голову пришла знакомая сцена: лаборатория взрывается, из дыма выходит исследователь с волосами, торчащими во все стороны.
Старый, избитый штамп. Почему я вспомнил его именно сейчас?
Я уже говорил: дурные предчувствия появляются внезапно и слишком часто оказываются правдой.
— Да ну, не может быть.
[Призвать Красноокого мастера меча: Пак Чунсика (ур. 3)?]
— Господин?..
— Смотри внимательно. Если барьер рванёт, сразу прикрой меня.
— Почему он должен рвануть?
*Тик*
Он не успел договорить, как по защите прошла трещина.
Чунсик резко развернулся и выхватил меч.
*Тр-р-ресь!*
Барьер раскололся, словно стекло под ударом камня.
— Господин, за мою спину! Сейчас взорвётся!
— Кваннёль, твою мать!
Ты хоть представляешь, сколько стоит эта квартира?! Я сюда только переехал!
Красное пламя пробило дверь и разметало остатки барьера.
Сейчас рванёт!
Я напрягся и уставился на проём.
Но ожидаемого взрыва не последовало.
Из комнаты, едва переставляя ноги, вышел смертельно уставший Кваннёль.
— Господин...
— Ну? Что случилось?
— Видимо, я слишком давно этим не занимался.
— И?
— Я потерял контроль. Но подобной ошибки больше не повторю.
*Ба-бах! Ба-бах!*
Едва он закончил, за спиной прогремело несколько взрывов. Часть наружной стены вырвало целиком. Перед нами открылось голубое небо и лежащий внизу город.
— Скажи спасибо, что моя квартира крайняя.
— Я заранее убедился, что за этой стеной ничего нет, и направил силу туда.
— Ну охренеть теперь, какой ты предусмотрительный.
— Даже в такой ситуации вы отмечаете мою находчивость. Ваше великодушие не знает границ, господин!
Кваннёль растрогался.
Только я его не хвалил.
— И как, по-твоему, теперь чинить эту дыру?..
Ответа не последовало. Тишина. Потом ещё тише.
И что мне делать с этим трудным ребёнком в теле архимага? За что вы оба так со мной?