Тата была ошеломлена.
И дело было вовсе не в том, что вместо Лазурного Дракона прямо перед ней возникла Айнша, преодолев пространство в мгновение ока. И даже не в том, что Айнша была одета в возмутительно откровенный наряд и находилась на руках у совершенно постороннего мужчины. И уж точно не в легком румянце, проступившем на обычно невозмутимом лице ее подопечной.
Разумеется, все это сбивало с толку. Но по-настоящему поразительным оказалось то, что Римон и Айнша вообще сумели ее настигнуть — причем так быстро.
Боевой отряд, оставленный задержать погоню, не смог выиграть много времени, в точности как и предсказывало пророчество. И все же то, что они сели ей на хвост именно в эту секунду, шло вразрез со всеми расчетами.
Поэтому Тата без утайки выразила свое искреннее недоумение:
— Весьма неожиданно. И как же вам удалось вычислить меня так быстро?
— Хватит пустых разговоров. Вытяни шею. Тогда я убью тебя без боли...
— Айнша, погоди секунду.
— ...Погодила.
Айнша, только что рвавшаяся в бой с пылким рвением, покорно понурила плечи и отступила лишь от одного слова Римона.
Римон спокойно посмотрел на Тату, на лице которой вновь застыло странное выражение:
— Есть сложный ответ, а есть простой. Какой хочешь услышать?
— Сложный, если можно.
— Как-то не очень в духе Клана Белого Дракона.
Он пристально вгляделся в Тату, услышав ее выбор — неожиданный с одной стороны, но вполне закономерный с другой, — и тихо усмехнулся.
А затем ответил обезоруживающе непринужденным тоном:
— Да ничего особенного. Мы просто шли по следам, которые ты сама же и оставила.
— Не припомню, чтобы я бросала какие-то хлебные крошки.
— Ты оставила куда более явные зацепки. Например, сам факт того, что ты предательница.
— ...И это, по-твоему, зацепка?
— Еще какая.
Словно говоря о самых очевидных вещах на свете, Римон утвердительно кивнул.
Затем, хищно ухмыльнувшись, он продолжил:
— Предатель обязан действовать как предатель, вот только список того, что ты реально могла провернуть, весьма ограничен.
Будь они на землях Священного Союза, Тата развернулась бы куда шире. Привлеки она боевую мощь «Бригады Освобождения» или иных союзных фракций, при должной удаче ей, возможно, удалось бы даже свергнуть верхушку Клана Белого Дракона.
Но здесь? В этой стране?
Забудь о «Бригаде Освобождения» — даже с поддержкой гильдии из первой десятки ее возможности стремились к нулю.
Здесь находилась Айнша. Здесь была Ли Цинвэй. И, что важнее всего, здесь был сам Римон.
Сцепиться лицом к лицу сразу с двумя принцессами Ассоциации Семи Драконов и Последним Мастером Меча человечества? Чистейшее самоубийство.
Так что предательство Таты неизбежно сводилось к закулисным интригам, далеким от открытой конфронтации — к тому немногому, что вообще мог сотворить разоблаченный изменник.
Тайный побег.
Слив внутренней информации.
Разжигание конфликта с конкурирующими кланами.
Или же...
— Скажем, неизбирательные теракты против гражданских или городской инфраструктуры.
— И все же совершить внезапный прыжок от «предателя» к «террористу» кажется слишком уж притянутым за уши.
— Само собой, — без колебаний согласился Римон.
По правде говоря, поначалу он и сам считал такой вариант маловероятным — подобная выходка больше подошла бы иностранному диверсанту, нежели классическому изменнику.
Однако у Римона было веское основание отнестись к этой гипотезе со всей серьезностью.
— Если бы твоя принцесса не предвидела, как я тебя убиваю.
— ......
Даже услышав о собственной неминуемой гибели, Тата не дрогнула и не проявила ни капли волнения. Она восприняла эти слова с абсолютным хладнокровием.
И Римон, словно ожидая именно такой реакции, холодно усмехнулся:
— То, что Принцесса Белого Дракона увидела подобное пророчество, означает одно: у тебя появилась «железобетонная» причина умереть от моего клинка. И если сложить все переменные, данный сценарий подошел идеально.
Сделай Тата нечто, направленное исключительно во вред Ассоциации Семи Драконов, Римон даже не почесался бы. Убить ее или оставить в живых — это было бы внутренним делом Айнши как Принцессы Белого Дракона.
Даже если бы это задело Клан Чёрного Дракона и втянуло Ли Цинвэй, Римону вовсе не обязательно было бы лично вмешиваться.
Но если взглянуть с другой стороны — что могло вынудить его обнажить меч лично?
Ответ лежал на поверхности.
То, чего Римон не потерпит никогда в жизни.
Иными словами — угроза жизням невинных людей.
— Стоило дойти до этой мысли, как вычислить место не составило труда. Оставалось лишь прикинуть, зачем ты связалась с тем ублюдком, Мун Чхонъёпом.
— Мун Чхонъёп... — пробормотала Айнша. — Это имя того человека, который передал Тате сумку?
— Ага.
— Странно. Он понятия не имел, куда ты нанесешь удар и что собираешься делать.
— Ну, скорее всего. Вы двое наверняка впервые пересеклись через преступный сервис «Бригады Освобождения».
Во время погони Римон мельком допускал мысль, что Тата могла напрямую спеться с «Бригадой Освобождения», но по пути эта догадка почти сошла на нет.
Преступный синдикат игроков, объединившийся со старейшиной Ассоциации Семи Драконов? Слишком маловероятно.
Да даже если бы это было так, с какой стати им так небрежно подставлять столь ценного крота? Это было бы верхом глупости.
Убери из уравнения прямую связь с «Бригадой», и картина становилась предельно ясной.
Тата просто воспользовалась их подпольными услугами, чтобы получить желаемое, и ее интересы случайно совпали с планами Мун Чхонъёпа.
— К моему счастью, я точно знал, на кого этот недоумок точит зуб.
Римон усмехнулся.
Мун Чхонъёп использовал визитку «Бригады Освобождения», чтобы найти наемника для мести чужими руками.
И «совершенно случайно» Тата идеально подошла на эту роль, выудив взамен нужные ей сведения.
А через главу гильдии WIM, Ёнхву, Римон уже в общих чертах знал, какие именно документы тот умыкнул.
— Вот так все и сошлось. Твоей целью было это самое шоу — «Музыкальный вызов».
Место, где Айнша впервые встретила Римона.
И прямо сейчас, за спинами сотен зрителей в переполненном зале, съемочная группа суетилась, готовясь к прямому эфиру.
Съемочный павильон «Музыкального вызова».
Стоя под самыми стропилами под потолком, укрытая тенями от слепящих софитов внизу, Тата холодно процедила:
— ...Ты сообразителен.
— У меня хорошие связи.
С противоположной балки Римон одарил ее ледяной усмешкой.
Айнша, молча слушавшая объяснения Римона, наконец подала голос. Ее лицо оставалось непроницаемым:
— Не сходится.
— Что именно?
— Не могу постичь, зачем Тате целиться в какую-то заурядную телепередачу.
— А, это... Да, тут я тоже голову поломал, — согласно кивнул Римон.
Даже он, сложив большую часть мозаики благодаря чутью и дотошному выслеживанию, так и не смог понять, чем ей не угодил «Музыкальный вызов».
Но именно эта бессмыслица позволила сделать еще один простой вывод. Римон тихо произнес:
— И это заставило меня осознать: твоя нянька пошла на предательство исключительно ради того, чтобы разгромить одну-единственную программу.
— ...Абсурд. Домыслы. Полная чушь, — выпалила Айнша, даже не задумавшись.
С ее колокольни это действительно звучало дико.
Ассоциация Семи Драконов никогда не прощала предательства.
Учитывая их колоссальное влияние по всему миру, Тату и ее сообщников уже можно было считать покойниками. Даже если бы ей чудом удалось скрыться, ее ждала вечная жизнь загнанной беглянки.
И ее няня, с которой они были не разлей вода с самого детства, поставила все на карту ради какого-то дурацкого телешоу?
С таким же успехом мятежный генерал мог устроить государственный переворот, чтобы захватить продуктовый ларек.
— Для нормального человека в этом нет ни капли смысла. Но вы ведь из Клана Белого Дракона.
— Принадлежность к Клану Белого Дракона ничего не меняет.
— О, она меняет абсолютно все.
Римон без труда отмахнулся от ее возражений.
Игнорируя недоверчивый взгляд Айнши, он перевел взор на замолчавшую Тату:
— Вот именно поэтому вас в Клане Белого Дракона и кличут непроходимыми идиотами.
— ......
— Так ответь мне: какое такое будущее вы, придурки, пытаетесь навязать этим идиотским трюком?
Айнша уже пыталась выпить яд прямо у него на глазах, лишь бы переписать предначертанную судьбу.
А эта женщина выкинула ровно то же самое... нет, нечто куда более безумное. Выкинула, выкидывает и собиралась довести до конца.
Услышав вопрос Римона, Тата улыбнулась.
В этой улыбке читалась покорность судьбе.
Глубокая радость.
Необъяснимая печаль.
Она была настолько многослойной, что казалась почти пустой.
И с этой улыбкой на губах Тата безмятежно произнесла:
— Будущее, в котором Принцесса останется с тобой.
Получив письмо Принцессы Чёрного Дракона.
Когда Айнша предвидела встречу со своим суженым, Тата возликовала всем сердцем.
Это было то, о чем она молилась всю свою жизнь.
Мечта, ставшая навязчивой идеей за время служения трем поколениям принцесс.
Скитания Айнши по миру в поисках достойного спутника жизни были во многом продиктованы наставлениями самой Таты.
Но в то самое мгновение, когда она увидела, как Айнша встретила Римона прямо здесь, на этой съемочной площадке...
Тата поняла.
Если все оставить как есть, им двоим никогда не суждено быть вместе.
Она узрела будущее, в котором эта самая трансляция вбивала клин между Айншей и суженым, которого та наконец отыскала.
Финал, допустить который она не могла ни в коем случае.
К счастью, видения Таты не ограничивались одним-единственным исходом.
Она разглядела и другое будущее — то, где срыв этой передачи открывал дорогу к союзу Римона и Айнши.
Включая, разумеется, развязку, в которой она сама погибала с клеймом предательницы.
Какой из двух путей выбрать?
Выбор Таты был предрешен с той самой секунды, как она увидела слезы на щеках Айнши, внимавшей игре Римона.
— По счастью, остальные члены клана узрели те же пророчества и сделали точно такой же выбор. Это значительно облегчило приготовления.
Девушка слушала ее рассказ с абсолютно бесстрастным лицом.
И лишь после долгой паузы Айнша заговорила своим обычным сухим тоном:
— ...Подытожу. Ты предала меня ради моего же блага. В этом кроется противоречие.
— Никакого противоречия здесь нет. Мы — всего лишь изменники из Клана Белого Дракона, чья участь — сорвать эту передачу и сгинуть.
Тата заявила об этом как о чем-то само собой разумеющемся.
Она посмотрела прямо в глаза Айнше и едва заметно улыбнулась:
— Вот почему даже вы, Принцесса, не смогли разглядеть иного будущего, верно?
— ......
То, что одна лишь Айнша не видела картин, открывшихся остальным, было вполне закономерно.
Айнша была Принцессой Белого Дракона.
Величайшей провидицей своей эпохи, способной зреть лишь «будущее, коему суждено сбыться», — в то время как они созерцали «варианты, обреченные никогда не воплотиться в жизнь».
Как и сказала сама Тата, в миг, когда они узрели эти две развилки, исход был предрешен.
— У меня это в голове не укладывается.
Айнша покачала головой.
Будучи Принцессой Белого Дракона, она прекрасно понимала мотивы Таты и своих соклановцев.
Следовать велениям пророчества для них было священным долгом.
Чего она искренне не могла уразуметь — так это почему они избрали именно такой финал.
— Мое замужество — пустяк. Мужчин в мире предостаточно. Это не повод для Таты бросаться собственной жизнью.
Как бы сильно ей ни приглянулся Римон, он не стоил жизней Таты и преданных воинов клана.
Именно поэтому Айнша — некогда готовая хладнокровно прикончить Римона ради предотвращения пророчества — совершенно не понимала их решения.
— Нет, это более чем достаточная причина, чтобы отдать жизнь, — твердо возразила Тата.
Ее мимолетная улыбка угасла, сменившись пустым, лишенным всяких чувств взглядом, устремленным на Айншу:
— Если это спасет вас от участи угаснуть, так и не встретив своего суженого... в точности как угасли все те принцессы до вас.