Словно пытаясь унять головную боль, он прижал пальцы к вискам и надолго замолчал.
Наконец Римон заговорил глухим голосом:
— Короче говоря... меня выбрали в мужья ещё и Принцессе Белого Дракона?
— Именно так.
— ...И мне что, радоваться от такой чести?
— Смотря как к этому относиться, не так ли?
Ли Цинвэй криво усмехнулась.
Ю На-гён тоже ошарашенно раскрыла клюв:
[Мало ему самой богатой женщины в мире, так теперь предложения посыпались сразу от двух. И понятия не имела, что наш тимлидер — такой роковой соблазнитель.]
— Это кто тут ещё дерзит?
Римон нахмурился.
Затем он с упрёком повернулся к Ли Цинвэй:
— Постой, с какой стати ей вообще за меня замуж? Я эту девчонку в глаза не видел.
— В том-то и дело. Судя по её словам, вы уже встречались.
— О чём ты вообще?
Римон искренне недоумевал.
Затем последовал пересказ истории, поведанной Айншой.
Услышав о том, как она тайком пробралась на съёмки «Музыкального вызова» и получила помощь от черноволосого юноши, Римон буквально лишился дара речи.
— ...То есть в тот раз я помог Принцессе Белого Дракона?
— Да. Неужели вы совсем ничего не заметили?
— Знал бы — пальцем бы не пошевелил! Да пусть в неё вместо камер летели бы пули, я бы и бровью не повёл!
[Ого, даже для вас это перебор, не находите?]
— Перебор? Да если б она от такого получила хоть царапину, я бы себе руку отрубил!
Любой приличный мастер боевых искусств из Ассоциации Семи Драконов без труда отразил бы или уклонился от подобного сам.
А уж Принцесса Белого Дракона?
И говорить не о чем.
Внешне она могла казаться хрупкой девушкой, но семь принцесс являлись сильнейшими практиками Ассоциации. От самого рождения они были существами иной природы, отличными от обычных людей.
— Чёрт возьми, так вот почему меня что-то царапало!..
До Римона наконец дошло.
То смутное ощущение неправильности, преследовавшее его тогда.
Всё дело было в Айнше.
Плевать на её кучу одежды. Он подсознательно уловил странность в том, насколько невозмутимо она наблюдала за летящей прямо в неё камерой.
Тогда он списал это на оцепенение от паники.
Но это было ошибкой.
Она просто не чувствовала никакой реальной угрозы и оставалась совершенно спокойной.
[То есть, выходит, вы спасли Принцессу Белого Дракона, и она влюбилась с первого взгляда?]
— Опасна была ситуация или нет — дело десятое. Пережив такое при первой же встрече, любая проникнется чувствами.
[Какое невероятное совпадение,] — с сомнением протянула Ю На-гён.
Если бы она тайком не пришла на съёмки...
Если бы не произошёл этот нелепый инцидент...
И если бы Римона совершенно случайно не оказалось рядом...
Обычное мелкое происшествие обернулось полнейшим абсурдом.
Потому Римон лишь фыркнул в ответ на слова Ю На-гён:
— К чёрту совпадения. Ты правда думаешь, что Клан Белого Дракона делает хоть что-то случайно?
[В смысле?]
— В прямом. Эти идиоты снова выкинули какую-то идиотскую выходку.
[А?]
Растерянный вид птицы Римона ничуть не заботил.
Он просто нахмурился и обратился к Ли Цинвэй:
— Ну и что нам теперь делать?
— Сказать по правде, я в тупике.
Даже Ли Цинвэй, встречавшая почти любую проблему с улыбкой, на этот раз открыто выказала беспокойство.
— Айнша, конечно, особа со странностями, но я и подумать не могла, что она сделает предложение человеку, которого видела всего раз в жизни.
— Знаю я одну принцессу, которая сделала мне предложение в первую же секунду нашего знакомства.
— Если подумать, возможно, это не такая уж и редкость.
— Какая убедительная логика.
Римон с раздражением уставился на Ли Цинвэй — ту самую, которая сама с порога позвала его под венец.
Она тем временем посерьёзнела:
— Но, Герцог Меча, просто чтобы убедиться...
— Что?
— Вы действительно не намерены принимать предложение Айнши?
— ...И этот вопрос невеста задаёт своему жениху?
— Пока что я лишь ваша наречённая, — спокойно возразила Ли Цинвэй.
У них была помолвка, да. Но не более того.
До тех пор, пока они не свяжут себя узами брака официально, Римон вполне волен разорвать её и выбрать Айншу.
— К тому же перед свадьбой я обещала вам, помните? Если пожелаете, можете заводить столько других женщин, сколько захотите.
Их брак изначально задумывался как инструмент для союза.
И пока союз оставался в силе, не было нужды навязывать ему политический брак исключительно с ней.
Римон молча посмотрел на невозмутимую Ли Цинвэй.
Затем вздохнул.
И щёлкнул пальцами.
Щёлк!
— ...?!
— Принцесса, ты случайно не забыла кое-что важное?
Опешив от внезапного щелчка по лбу, Ли Цинвэй округлила глаза. Римон же произнёс холодно:
— Я поклялся на своём мече, что никогда тебя не брошу. Разорвать помолвку сейчас? И каким Мастером Меча я после этого буду? Разве что мастером бесчестья.
— Но...
— А главное — я тебя уже предупреждал.
Оборвав её возражения, Римон вперил в неё взгляд пылающих золотом глаз и твёрдо продолжил:
— Ты уже моя.
Он не отдаст то, что уже попало в его руки.
И сбежать ей никто не позволит.
От этого безапелляционного заявления зрачки Ли Цинвэй дрогнули. Римон же хищно усмехнулся:
— Да и предложение она сделала моей фальшивой личности. Думаешь, узнав, кто я такой на самом деле, она всё ещё захочет за меня замуж?
— ...Вы правы.
Римон говорил об этом как о само собой разумеющемся: увидит его истинное лицо — и сбежит на край света, какая уж тут свадьба?
Ли Цинвэй на мгновение замерла, глядя на него в оцепенении.
Затем тихо рассмеялась и кивнула.
[Эй, голубки! Воркование — это, конечно, прекрасно, но, может, сначала закончим обсуждение дела?]
— Никто не ворковал.
— Мы обсуждали исключительно насущные вопросы.
[Ага, конечно, так я вам и поверила,] — с завистливым ворчанием пропищала Ю На-гён.
Подействовало ли замечание птицы, или же отрезвил щелчок Римона, но Ли Цинвэй принялась всерьёз обдумывать реальные решения.
— Как бы то ни было, раз вы не намерены соглашаться, придётся уладить всё полюбовно.
— И как именно?
Условием Айнши было содействие в браке.
Если отвергнуть его — как сгладить углы и всё же заручиться поддержкой Клана Белого Дракона?
Римон смотрел на неё с сомнением.
Ли Цинвэй мягко улыбнулась:
— А как насчёт того, чтобы сначала жениться на ней, а затем развестись?
— ...Чего?
— Айнша всего лишь просит посодействовать с помолвкой. Женитесь на ней, оформите развод, а затем снова обручитесь со мной.
— Ты хочешь развязать войну с Кланом Белого Дракона?
— Если это вам не по душе, как насчёт роли альфонса?
— Роли... кого?
— Соблазните Айншу, чтобы она согласилась сотрудничать сама. Без всяких реальных уз брака, разумеется. Этот метод на удивление действенный.
— ...
Римон остолбенел от череды безумных планов Ли Цинвэй — ощущение было такое, будто она только и ждала повода их выкатить.
Ю На-гён высказала общую мысль, спросив с подозрением:
[...Сестрёнка-принцесса, у тебя что, зуб на Принцессу Белого Дракона?]
— Среди принцесс остальных кланов Айнша — моя любимица.
[В смысле как подруга, да? Не в смысле «лёгкая добыча, которую приятно сожрать» или «удобная простофиля»?]
— Вот ещё.
[Почему ты уходишь от ответа?!]
В конце концов, когда Римон и Ю На-гён единодушно забраковали её «гениальные» идеи, Ли Цинвэй надолго задумалась и предложила куда более разумный компромисс:
— Тогда как насчёт такого способа?
Пока Римон ломал голову над этой неожиданной напастью, популярность передачи «Музыкальный вызов» стремительно взмывала ввысь.
Причин тому было две.
Во-первых, запись выступления Римона выложили в открытый доступ абсолютно бесплатно.
Во-вторых, за исполнение песни-вызова объявили денежную награду.
«Никаких ограничений по уровню, навыкам, возрасту, классу или гражданству!»
«Событие для всех и каждого!»
«Любой желающий может записать собственное исполнение песни-вызова и отправить видео нам!»
«Среди всех участников случайным образом будет выбрано сто победителей, каждый из которых получит по десять миллионов вон!»
«А десять лучших исполнителей получат гарантированные сто миллионов вон и пропуск в основной тур, где на кону стоит суперприз — до ста миллиардов вон!»
«Бросьте вызов вместе с нами!»
«Музыкальный... вызов!»
По правде говоря, эта затея была отчаянной авантюрой, сочинённой загнанным в угол Ким Сынджуном.
Все изначальные звёздные участники снялись с проекта, а грандиозный провал в прямом эфире поставил само существование шоу под угрозу.
Он попытался выправить положение и спасти передачу щедрыми призовыми.
Да, неприкрытая приманка деньгами — но стратегия неожиданно выстрелила с оглушительным успехом.
Ради лёгких денег.
Из чистого любопытства.
На спор с друзьями.
Из упрямства или уязвлённой гордости.
Или будучи очарованными этой неземной мелодией и песней.
Бесчисленное множество людей всех возрастов и полов пробовали исполнить Призрачную песню — у каждого была своя причина.
В итоге спеть её так никто и не смог.
Большинство настолько завороженно внимало потусторонней музыке, что не могло даже раскрыть рта, а те немногие, кто всё же пытался, бросали на полпути, сгорая от стыда и чувства собственной бездарности.
Однако чем больше накапливалось неудач, тем яростнее становился наплыв новых смельчаков, закручивая Призрачную песню в порочную вирусную воронку.
Бросить вызов Призрачной песне стало всеобщим поветрием.
Естественно, первоисточник — шоу «Музыкальный вызов» — оседлал эту волну, превратившись в сокрушительный хит, всколыхнувший весь мир медиа.
Но яркий свет отбрасывает глубокие тени.
Чем выше взлетала слава «Музыкального вызова», тем тяжелее были чужие потери.
— Что?..
— Да нет же, какого чёрта!..
— Глава филиала! Глава филиала?!
Пик.
Мун Чхонъёп застыл, не веря собственным ушам.
Он приложил неимоверные усилия, чтобы наладить связи с главой филиала гильдии «Мидас».
И только благодаря этому покровительству расхаживал гоголем, считаясь теневым хозяином гильдии WIM.
Но прямо сейчас...
Эта спасительная нить жалко оборвалась.
И всё из-за испорченных отношений с создателями «Музыкального вызова»!
— Твою мать!
Грохот!
Мун Чхонъёп в ярости швырнул смартфон об стену.
Глава филиала ни за что не стал бы рвать с ним только из-за одной популярной песни из телешоу.
За кулисами явно кто-то плёл интриги.
И он, будучи крупной шишкой в WIM, прекрасно знал, кто именно.
— Глава гильдии... эта тварь! Снюхалась с теми ублюдками, чтобы сжить меня со свету?!
Мун Чхонъёп кипел от бешенства.
На Ёнхву, прибравшую к рукам его связи.
На Ким Сынджуна, создавшего эту проклятую программу.
И на Римона, который избил его до полусмерти, не дав даже пошевелиться.
Если бы Клэр из жалости не вызвала целителя высокого ранга, он до сих пор хрипел бы на больничной койке.
— Ну погодите у меня, мрази!..
С горящим убийственной ненавистью взглядом Мун Чхонъёп принялся лихорадочно перерывать свою визитницу.
Связи, которые он выстроил, используя популярность Клэр, простирались далеко за пределы «Мидаса».
Политика, бизнес, гильдии — преданные фанаты певицы водились даже в тех тёмных уголках, о существовании которых простые смертные и не догадывались.
И среди них были по-настоящему опасные люди.
Из самого потайного отделения визитницы он извлёк спрятанную карточку некой организации. В глазах его сверкнула неприкрытая жажда крови.
— Я заставлю вас пожалеть, что вы вообще посмели перейти мне дорогу!