Римон медленно покачал головой, глядя на Айншу — беловолосую девицу, которая, горделиво выпятив грудь, несла несусветную чушь.
И какому безумцу вообще взбредет в голову снять с его плеч эту безнадежную дуреху?
От одной лишь мысли об этом в груди невольно вскипало тяжелое чувство ответственности.
Однако вернуть непутевую принцессу на ее законное место прямо сейчас не представлялось возможным, так что Римону оставалось лишь сокрушенно ломать голову.
Из тягостных раздумий его вывел голос, сквозивший неподдельным весельем:
— Я беспокоилась, что эта поездка выдалась куда тяжелее, чем предполагалось: лондонская неразбериха наложилась на причуды Айнши... Но ты выглядишь превосходно. Какое облегчение.
— Тяжелая поездка? Брось. Обычная увеселительная прогулка.
Черноволосая девушка едва заметно улыбнулась.
Римон сухо фыркнул, взглянув на Ли Цинвэй.
Покинув Тартар, он поручил Тате отвести Айншу обратно и сразу же вернулся домой.
Когда поиски пропавшей девицы успешно завершились, причин задерживаться дольше не оставалось.
...Вот только он и помыслить не мог, что Тата заранее соберет дорожные чемоданы и бесцеремонно навяжет ему Айншу, отправив ее следом за ним.
«Вот почему Клану Белого Дракона нельзя верить ни на грош».
К этому моменту Римон уже без труда сложил все кусочки мозаики воедино.
Само «исчезновение» было лишь ширмой.
Вся эта история с внезапной пропажей дошла до него исключительно по замыслу Таты, решившей свести его с Айншей вместе.
И пускай пророчество сулило ее благополучное возвращение, столь халатно отнестись к поискам собственной принцессы?..
Подобная безрассудная наглость идеально характеризовала и няню, и ее подопечную — виртуозный, непревзойденный в своем роде идиотизм.
Вот только этот идиотизм принес реальные плоды, что и превращало Клан Белого Дракона в непреходящую головную боль.
— Для простой прогулки ты поднял нешуточную бурю, — с горькой усмешкой заметила Ли Цинвэй.
За ту неделю, что Римон отсутствовал, мир перевернулся с ног на голову.
В самом сердце Британской империи, Лондоне, внезапно объявились полчища монстров, превратив мегаполис в поле боя и вынудив власти провести тотальную эвакуацию всех горожан.
Последствия столь масштабного бедствия просто не могли быть незначительными.
Однако мир потрясли вовсе не разрушения британской столицы, а известие об одном-единственном человеке.
Гибель Магического Монарха Карла!
Даже те, кто отмахивался от лондонских сводок, не могли скрыть ошеломления.
В нынешнюю эпоху, где безраздельно правили Игроки, никто и представить не мог, что недосягаемый абсолют — Монарх — способен оборвать свою жизнь столь внезапно.
— Из-за этого и мне пришлось побегать куда больше обычного.
— Хм. Еще бы.
Дело касалось не просто управления предприятиями Клана Чёрного Дракона на фоне лихорадки мировых финансовых рынков. Через филиалы «Левиафана» приходилось неусыпно отслеживать хаотичные метания мировых правительств и гильдий топ-10.
Римон понимающе кивнул, слушая невозмутимую Ли Цинвэй.
Убив абсолютов не единожды и не дважды, он лучше кого бы то ни было знал, какой всепоглощающий хаос сеет их гибель.
Ли Цинвэй держалась молодцом лишь потому, что была собой; любой другой на ее месте уже давно свалился бы от истощения.
— Кстати говоря, есть кое-что, о чем мне не терпелось спросить...
Именно поэтому, оборвав кивок на полуслове, Римон с исключительно странным выражением лица повернулся в сторону:
— Графиня, а вы-то что здесь делаете?
Синевласая девушка неторопливо потягивала чай рядом с Ли Цинвэй с самого момента его возвращения.
Римон недоуменно уставился на Роуз.
Он никак не ожидал увидеть ее вновь столь скоро — ведь всего пару дней назад они простились в Лондоне.
Как бы ни переполошила мир смерть Карла, объем свалившейся на нее работы превосходил любые мыслимые пределы.
— Вы же сами говорили, что будете завалены делами по горло? И наверняка так оно и есть. Откуда у вас время сидеть здесь и распивать чаи?
— Ну...
Ее щеки едва заметно порозовели.
Роуз так и не нашлась с достойным ответом.
Вместо нее слово взяла Ли Цинвэй, неспешно пригубив чай:
— Ах, Роуз прибыла ко мне на консультацию.
— На консультацию?
— Восстановление Лондона требует колоссальных рабочих рук, поэтому она обратилась за помощью к предприятиям нашего клана — в частности, к «Блэк Драгон Констракшн».
— Иными словами, чисто деловые переговоры?
— Именно. Детальные условия мы пока не согласовали, так что нам потребуется еще несколько подобных «консультаций».
Ли Цинвэй кивнула.
Она повернулась к Роуз, чьи глаза чуть округлились, и одарила ее привычной мягкой улыбкой:
— Верно ведь, Роуз?
Роуз прикусила губу.
Она встретила бездонный черный взгляд Ли Цинвэй тяжелым взором и лишь после долгой паузы медленно наклонила голову:
— ...Все так, как говорит Ли Цинвэй.
— Хм, ясно.
Римон понимающе качнул головой.
Кланы Ассоциации Семи Драконов специализировались в самых разных отраслях.
Опорой Клана Чёрного Дракона являлся гостиничный и ресторанный бизнес вроде того же «Левиафана», однако и в строительстве они не знали равных.
Возводя отели по всему земному шару, они накопили передовые технологии и колоссальный опыт.
Так что решение Роуз прибегнуть к их помощи для отстраивания Лондона выглядело вполне разумным.
...Если бы только она не отвечала голосом рыцаря, скрепя сердце уступающего шантажу, словно обычный деловой разговор был коварной ловушкой злодея.
«Клан Чёрного Дракона в своем репертуаре».
Римон мгновенно уловил невидимую глазу искру, промелькнувшую между двумя принцессами.
Впрочем, виду он не подал.
Если они пришли к какому-то тайному соглашению между собой — какой бы ни крылась за этим причина, он не видел нужды совать свой нос.
Он всецело доверял своей невесте и знал, что она со всем разберется как надо.
Поэтому, оставив дальнейшие расспросы о присутствии Роуз, Римон перевел разговор в иное русло:
— Так или иначе, что вы думаете по тому поводу?
— По какому именно?
— О словах призрака той святой, Шеры.
При этих словах выражение лица Ли Цинвэй стало задумчивым, а Роуз подобралась.
Они уже были в общих чертах осведомлены о произошедшем в Тартаре и прекрасно понимали всю серьезность ситуации.
— Речь о метеоритном дожде, верно?
— За последнее столетие их случалось немало, но на ум тотчас приходит лишь один.
— Вне всяких сомнений. Иного варианта быть просто не может.
— Да, скорее всего, именно тот самый день.
Сдержанная Ли Цинвэй.
Серьезная Роуз.
И даже бесстрастная Айнша — все они сошлись во взглядах.
Римон согласно кивнул: несмотря на столь разительные характеры, три принцессы пришли к единодушному выводу.
В его собственной памяти при звуках слов «метеоритный дождь» тоже вспыхнуло лишь одно событие:
— День, когда впервые явились Созвездия.
Тридцать два года назад.
День, когда в этом мире впервые открылись Подземелья и снизошли Созвездия, положив конец Эпохе Героев.
Словно празднуя зарю новой эры, по всей планете пролился метеоритный дождь, затмивший само небо. Римон негромко продолжил, воскрешая в памяти те дни:
— Старая карга Сир говорила, что изначально моя скрипка была всего лишь обычным проклятым божественным артефактом.
— Но впоследствии нечто запечатало себя внутри нее, так?
— Именно.
— Скрипка — лишь сосуд. Главное — запечатанная суть, — подала голос Айнша.
— И если во время того метеоритного дождя звезда действительно пала в скрипку...
Вердикт легендарной великой ведьмы и свидетельство призрака святой.
Сложив их воедино, можно было прийти к единственному выводу:
— Семь Ковчегов не создавались как «ковчеги» изначально. Они «появились» тридцать два года назад.
Он смутно догадывался об этом и прежде, ведь даже создательница скрипки, Сир, терялась в догадках относительно ее дальнейшей судьбы.
Просто до сих пор оставалось тайной: кто, когда, почему и как.
Однако слова Шеры пролили свет на два ключевых вопроса: когда и как.
— Выходит, семь звезд из того глобального метеоритного дождя впечатались в различные предметы, обратившись Семью Ковчегами.
— Скорее всего.
— ...Есть догадки, что именно произошло в тот день?
— Думаешь, я знаю?
Римон почесал щеку.
Тридцать два года назад он воочию наблюдал, как этот метеоритный шквал хлестал по земле, словно ливень.
Беда в том, что в тот день мир накрыла целая лавина необъяснимых катаклизмов.
По всей планете ни с того ни с сего разверзались Подземелья, новоявленные Игроки заключали контракты с Созвездиями, с небес падали звезды...
Когда мир сотрясался в агонии чудовищных потрясений, кому было дело до романтического созерцания падающих светил?
К тому же тогда Римон еще не умел взирать на Созвездия напрямую и запросто мог упустить ключевые детали.
— Но одно ясно наверняка.
— Что именно?
— Мы можем существенно сузить круг поисков Семи Ковчегов.
— ...И правда. Ты прав, — ненадолго задумавшись, кивнула Ли Цинвэй.
— Оставшиеся Ковчеги следует искать среди древностей, созданных как минимум тридцать два года назад.
— И сосредоточиться на магических инструментах уровня божественных реликвий, пригодных служить сосудом для печати, либо на сокровищах сопоставимого ранга.
Божественные реликвии всегда считались стратегическими ресурсами.
Даже в разоренной войной Европе в руки лондонцев попало всего девять подобных предметов; прочие являлись национальными достояниями или святынями церквей.
Иными словами, штучный товар.
Конечно, в масштабах всего мира под это описание могли подойти сотни артефактов.
Но это в разы превосходило слепые поиски по туманным пророчествам.
— Падение звезд. Тоже важная зацепка, — вставила свое слово Айнша.
Расследование Клана Белого Дракона выявило свидетелей, утверждавших, что тридцать два года назад близ Тартара видели падающую звезду.
Тогда это списали на галлюцинации, поскольку никаких следов метеорита обнаружено не было, но если это знамение, то и другие Ковчеги должны сопровождаться подобными феноменами.
— Нужно поднять лондонские архивы тридцатидвухлетней давности для подтверждения, но весьма вероятно, что «Бригада Освобождения» опирается на ту же зацепку.
— Выходит, они и сами толком не знают, чем являются Ковчеги?
— Ага. Знай они наверняка, уже давно бы всё прибрали к рукам.
Римон констатировал это как непреложный факт.
Прямых доказательств пока не имелось, но Ковчеги, по всей видимости, рассеялись по свету в случайном порядке.
— И еще кое-что... Впрочем, пока не подтвердилось, так что проехали, — он начал было говорить, но махнул рукой.
Римон пошарил в своем багаже.
И выложил на стол один предмет:
— Так или иначе, ведя поиски Ковчегов, будьте предельно осторожны. Теперь «Бригада» начнет давить на нас с удвоенной яростью.
Под пристальными взглядами Ли Цинвэй, Роуз и Айнши Римон спокойно открыл стеклянный футляр.
Щелк.
— Раз уж они упустили это прямо у нас на глазах.
В то же мгновение три принцессы разом смолкли.
И вовсе не потому, что не понимали природы лежащего перед ними предмета.
Как принцессы Ассоциации Семи Драконов, сызмальства окруженные несметными сокровищами, они чересчур хорошо осознавали его подлинную ценность — и не могли отвести завороженных взоров.
— ...Так вот о каком предмете ты говорил.
— Ага, — с готовностью подтвердил Римон.
Он перевел взгляд на артефакт, извлеченный из Британского музея после расправы над наследным принцем Эдвардом.
Второй из Семи Ковчегов, преподнесенный ведьмами 27 магических родов и Роуз в знак благодарности за спасение Лондона — вслед за Эбеновой скрипкой.
— Реликвия Платона, Чародея Слов.