Пока Майя находилась в лаборатории, Римон принимал гостя.
Причём гостя весьма необычного — принцессу Клана Чёрного Дракона.
— У этого чая великолепный аромат.
— Правда?
— Да. Мне доводилось пробовать множество сортов Лунцзина, но столь изысканного благоухания я ещё не встречала.
— Должно быть, всё дело в качестве чайных листьев.
— Да, скорее всего.
Ли Цинвэй понимающе кивнула.
К числу ключевых дочерних предприятий Клана Зелёного Дракона относились селекционные и биотехнологические компании, так что превосходное качество чая в штаб-квартире «Кетцалькоатля» было вполне закономерным.
Хотя чай на недавнем банкете на её вкус показался довольно посредственным.
Впрочем, чай был лишь поводом. Ли Цинвэй поставила чашку и невозмутимо поинтересовалась:
— Всё ли было в порядке в последнее время?
— Ничего особенного. Вчера я, как уже говорил, начал учиться ваянию, а хозяйка сегодня выглядела необычайно не в духе.
— Второе происходит сплошь и рядом, но вот первое... Майя и впрямь позволила подобное?
— Наши отношения далеки от типичной связи господина и раба.
Римон пожал плечами.
Они оба прекрасно понимали, что всё это лишь спектакль. Они закрывали глаза на странности друг друга, поскольку их интересы совпадали, искусно поддерживая видимость отношений слуги и госпожи.
— ...Звучит весьма зловеще.
Римон усмехнулся, глядя на то, как Ли Цинвэй едва заметно нахмурилась:
— Не переживай. Срок всё равно почти истёк. Неужели ты думаешь, что моё прикрытие раскроется за оставшиеся несколько дней?
— И то верно.
Немного подумав, Ли Цинвэй кивнула.
Её тревоги отличались от опасений Римона, но так или иначе, через несколько дней он будет свободен.
«Даже Мастер Меча вряд ли способен достичь вершин в искусстве ваяния всего за пару дней».
Самый опасный предмет — Эбеновая скрипка — находился у неё в целости и сохранности. Если вспомнить, сколько времени ушло у Римона на освоение инструмента, то для пробуждения Семи Ковчегов ему потребуется как минимум месяц.
Когда этот разумный довод немного успокоил её тревогу, Римон бросил небрежный вопрос:
— Мне куда любопытнее, что тебе удалось разузнать об Амброзии. Выяснила что-нибудь?
— К сожалению, да.
— Почему «к сожалению», если новости есть?
— Нам удалось раздобыть образец этой самой Амброзии.
— ...?
Такое объяснение звучало странно для новости, которая должна была быть хорошей, и Римон подозрительно прищурился.
Но когда Ли Цинвэй достала флакон, наполненный золотистой жидкостью, его лицо мгновенно посуровело.
— Это и есть Амброзия?
— Да.
— ...Ты уверена в названии?
— Об этом я как раз хотела спросить тебя.
Она тихо вздохнула. Глядя на стоявший на столе флакон, Ли Цинвэй продолжила:
— Лишь Клан Зелёного Дракона или Мастер Меча способны подтвердить, подлинный ли это Нектар... или какое-то иное зелье.
Римон нахмурился и взял флакон. Он слегка взболтал его, откупорил крышку, принюхался и капнул несколько капель себе на тыльную сторону ладони.
Осмотрев золотистую жидкость со всех сторон, он наконец слизнул каплю с руки, поставил пузырёк на стол, сплюнул Амброзию и холодно произнёс:
— Это не Нектар.
— Не он? — с облегчением вздохнула Ли Цинвэй.
Однако следующие слова Римона заставили её мгновенно помрачнеть:
— Но нечто предельно близкое.
— Насколько близкое?
— Настолько, что его вполне можно назвать дешёвой подделкой Нектара.
— ...Это дурно.
— «Дурно» — это ещё мягко сказано.
Римон нахмурился ещё сильнее. Ли Цинвэй не смогла скрыть своей тревоги.
Ю На-гён, сидевшая рядом, озадаченно склонила голову набок:
[Эм-м, я, конечно, всего лишь птенец нулевого уровня и мало что смыслю, но... что это за Нектар такой, из-за которого вы оба так переполошились?]
— Тебе и не положено знать. Нектар — это знание, находящееся под строжайшим запретом для большинства людей.
[Запретное знание?]
Ю На-гён удивленно моргнула.
Ли Цинвэй посмотрела на неё, затем перевела взгляд на Римона. Тот кивнул, и принцесса неторопливо заговорила:
— Ты ведь знаешь, какое прозвище носит эта страна?
[Конечно.]
— А знаешь ли ты, когда оно появилось?
[Э-э... не особо. Слышала только, что её так называют с незапамятных времён.]
— Верно. Эта история уходит корнями в далёкое прошлое.
С этими словами Ли Цинвэй начала свой рассказ.
Давным-давно.
На заре Эпохи Героев, когда Император Меча сразил Семерых Драконов и испустил свой последний вздох.
Мир погрузился в пучину хаоса.
Власть Ассоциации Семи Драконов рухнула, и по всей планете изо дня в день вспыхивали восстания и зарождались освободительные армии.
Разумеется, Семь Драконов не собирались сдаваться без боя.
Они располагали бесчисленными армиями мастеров.
Неисчерпаемыми богатствами.
Фанатичной преданностью и строжайшей дисциплиной.
Даже тогда они оставались сильнейшей силой в мире.
Но так продолжалось лишь на исходе Бронзового Века.
Клан Лазурного Дракона уступил контроль над Британской империей и Европой Королю Меча Ричарду I.
Клан Белого Дракона, лишённый господства на Ближнем Востоке Клинком Тени Рашидом ад-Дином Синаном, укрылся в Иерусалиме.
С каждым новым Мастером Меча позиции Семи Драконов постепенно слабели, вынуждая их уходить всё глубже в тень.
— Клан Зелёного Дракона тоже скрылся в тенях.
Не в силах противостоять Мастерам Меча, они отказались от открытого правления и бежали в непроходимые дебри.
К их счастью, в Южной Америке раскинулась Амазония — первобытные джунгли, благословлённые древними духами и скрытые даже от взора Мастеров Меча.
— И тогда всё перевернулось с ног на голову.
[...То есть Клан Зелёного Дракона, за которым раньше охотились мятежники, сам превратился в партизан?]
— Именно. В те времена никто не мог сравниться с ними в искусстве войны в джунглях.
Разумеется, они были непревзойдёнными знатоками всевозможных ядов.
Бывшие владыки Южной Америки, они знали джунгли и местную политику как свои пять пальцев — воистину грозные противники.
Даже Мастер Меча обладал лишь одним телом; защитить целый континент в одиночку было невозможно.
Благодаря этому Клан Зелёного Дракона упорно сопротивлялся на протяжении десятилетий.
— Но в конце концов они пали. Угадай, почему?
[Э-э... без понятия.]
— Предательство.
[В рядах Семи Драконов завёлся предатель?]
— Нет, среди сородичей Зелёного Дракона предателей тогда не было.
Ли Цинвэй покачала головой, глядя на округлившиеся глаза Ю На-гён.
Узы Семи Драконов были крепче гранита.
Особенно в ту пору, когда их вера граничила с религиозным фанатизмом — предательства не происходили ни под страхом смерти, ни ради золота.
Беда заключалась в ином.
Клан Зелёного Дракона сражался не в одиночку.
— Предатели нашлись среди местных жителей, которых они спасали.
[...Что?]
— Люди, готовые продать своих благодетелей за горсть серебряников вместо благодарности, существовали всегда.
Зелёные Драконы ещё с Бронзового Века считались величайшими врачевателями и целителями.
Спасённые ими бесчисленные пациенты стали союзниками, сделав возможной многолетнюю партизанскую войну.
Оттого удар ножом в спину оказался столь сокрушительным.
— Их тайное убежище в джунглях было раскрыто вчерашними союзниками. Больше половины клана — мужчины, женщины, дети — были безжалостно вырезаны.
— Сама Принцесса Зелёного Дракона пала в бою, прикрывая отход сородичей.
— Выжившие бежали в глубь сельвы, прижимая к груди её драконье яйцо и умываясь кровавыми слезами.
Ю На-гён сглотнула ком в горле.
Она смутно понимала, чем являлась принцесса для Семи Драконов.
Она даже представить не могла, какую невыносимую муку испытали выжившие Зелёные Драконы, которым пришлось пожертвовать своей принцессой, чтобы спастись.
— Слишком поздно они узнали, кто именно их предал.
— И собственными глазами увидели, как те, кто ещё вчера превозносил их как спасителей, жадно делили золото на пепелище их дома.
— Как думаешь, что они сделали после этого?
[...Выследили предателей и отомстили?]
— Нет. Они создали наркотик.
Прячась в диких дебрях.
Питаясь сырым мясом хищников.
Выкапывая редкие коренья и травы.
Всё ради создания нового зелья.
Ли Цинвэй тихо продолжила, отдавая должное десятилетиям упорства и маниакальной одержимости Зелёных Драконов:
— Самый простой в массовом производстве наркотик в мире. Действующий сильнее любого другого. Не вызывающий мгновенных побочных эффектов, но порождающий абсолютное, неодолимое привыкание.
[...!]
— И они наводнили им весь мир.
Последствия оказались катастрофическими.
Не имеющий побочных эффектов, дешёвый как грязь и доступный в неограниченных количествах наркотик захлестнул Южную Америку буквально за одну ночь.
Он стал привычнее алкоголя или табака... нет, гораздо популярнее.
Предателей больше не осталось.
Любой, кто хоть раз вкусил его, был готов ползать на коленях и вылизывать сапоги ради новой дозы.
— А когда всё население Южной Америки оказалось на крючке, Зелёные Драконы полностью прекратили производство.
Местные жители продавали собственные семьи ради крупицы снадобья.
Но Зелёные Драконы больше не выпустили ни капли оригинального вещества. В лучшем случае они сбывали грубые суррогаты с минимизированным эффектом.
Для тех, кто однажды познал райское блаженство, эти заменители были хуже заплесневелых крошек.
И всё же несчастные корчились в невообразимой ломке, превосходившей действие любого яда, вымаливая даже эту дрянь, лишь бы заглушить чудовищную жажду.
— Теперь ты понимаешь?
Этим наркотиком был Нектар.
Совершенный дурман, сделавший Клан Зелёного Дракона истинными владыками всех наркокартелей.
Ю На-гён ошеломлённо смотрела на Ли Цинвэй, говорившую спокойным тоном сказительницы, а затем с запинкой пролепетала:
[Значит... такова была месть Зелёных Драконов? Превратить всех жителей Южной Америки в наркотических рабов?]
— Примерно так.
[...Боже милостивый.]
Ю На-гён подавленно застонала.
Не только от осознания того, что на столь чудовищную месть были способны лишь непревзойдённые знатоки ядов и снадобий.
Она уловила скрытую правду в этой истории.
[Бразилию до сих пор называют «Страной наркотиков»... Это значит, что их месть так и не закончилась!]
Страна, где легализованы абсолютно все наркотики.
Самые дешёвые вещества на планете.
Более девяноста пяти процентов населения, употребляющего их так же естественно, как чай или сигареты.
Подобное безумие сохранялось лишь потому, что Клан Зелёного Дракона продолжал поставки — а значит, древняя обида всё ещё жила.
Словно обезумев от возмущения, Ю На-гён вскричала:
[Да как такое вообще возможно?! Те, кто их предал, сгнили в могилах сотни лет назад... Распространять месть на ни в чём не повинных людей и их потомков?!]
— Возможно, — Ли Цинвэй ответила с леденящим спокойствием, пока Ю На-гён задыхалась от бессилия. — Ведь они — Зелёные Драконы.
Плати добром за добро.
Мсти за обиду без пощады.
Жизнь за жизнь.
Упрямые, беспощадные, свирепые хранители этого древнего кодекса.
Они никогда не отступают и не останавливаются, пока не доведут дело до конца.
Воплощение слепой одержимости.
Таков был Клан Зелёного Дракона.
Самый противоречивый и непримиримый среди Семи Драконов — они не забывали своих обид даже спустя тысячелетия.
Ли Цинвэй слабо улыбнулась и добавила:
— И есть ещё одна важная вещь, о которой тебе не следует забывать.
[...Какая?]
— Мы — Семь Драконов.
В этот миг Ю На-гён тяжело сглотнула.
Наконец-то до неё дошло.
Величайший преступный синдикат в истории, некогда безраздельно правивший теневым миром и раз за разом пытавшийся перевернуть миропорядок.
Свержение целых государств с помощью пророчеств.
Разорение империй контрабандой.
Марионеточные правители и заказные убийства монархов.
Методы каждого клана разнились, но чудовищные деяния вроде погружения целого континента в наркотический дурман совершались ими без малейших колебаний.
Вот кем на самом деле была Ассоциация Семи Драконов.
Она наивно полагала, что знает их, но не знала ровным счётом ничего.
И более того...
«Теперь-то ты понимаешь, почему в прежние века их звали Демоническим Культом?»
Эта улыбающаяся черноволосая девушка перед ней была самой хитроумной и опасной принцессой даже среди этих монстров.
Маленькой синей птичке оставалось лишь молча сглатывать сухость в горле от этого леденящего осознания.