— Герцог Меча? Что-то случилось?
Римон не ответил на вопрос.
Он лишь неотрывно смотрел на спину светловолосой женщины в медвежьей шкуре, сцепившейся в смертельной схватке с Ли Чонги.
Обознаться и принять незнакомца за приятеля из-за внешней схожести — дело житейское, такое случается с каждым.
Но только не с Римоном.
Он был Мастером Меча.
Его чувства давно перешагнули человеческие пределы, позволяя безошибочно различать строение костей и рисунок чужих мышц. Ошибиться он попросту не мог.
Именно поэтому Римон невольно сделал шаг вперёд.
Щёлк.
— Тц.
Не успел он опустить ногу, как замер на месте, скованный системным ограничением 『Запрета передвижения на двух ногах』.
Римон небрежно взмахнул мечом.
Со стороны это выглядело абсолютно бессмысленным движением — клинок просто рассёк пустой воздух.
Именно поэтому наблюдатели ошарашенно распахнули глаза, увидев, что последовало за этим единственным взмахом.
Шаг, ещё шаг.
Один за другим.
Он выставил вперёд левую ногу, затем плавно перенёс вес на правую.
И неторопливо повторил движение.
Обыкновенная ходьба.
Нечто совершенно будничное за пределами этих стен, не стоящее ни малейшего внимания.
Однако здесь и сейчас, внутри отеля «Левиафан», это зрелище казалось невозможным чудом, заставившим всех застыть от изумления.
— Невозможно! Моя 『Власть Закона』 всё ещё действует, так какого чёрта?!
Сильнее всех был потрясён Беллос.
У этого навыка имелся изъян — даже сам заклинатель подчинялся собственным законам, — но именно эта обоюдоострость делала эффект 『Власти Закона』 абсолютным.
И всё же прямо сейчас некто попросту проигнорировал его волю — ограничение, сковавшее даже Бесконечного Монарха, — и спокойно шёл вперёд.
В это невозможно было поверить собственным глазам.
Не обращая внимания на подозрительные взгляды и изумлённые вздохи, Римон приблизился к Ли Чонги и Юджин, всё ещё упоённо кромсавшим друг друга.
— А ну стоять. Хватит.
Услышав голос Римона, Ли Чонги на мгновение замер.
Впрочем, лишь на миг.
Юджин, естественно, проигнорировала незнакомца, и Монарху волей-неволей пришлось снова вскинуть клинок, чтобы заблокировать обрушившийся молот.
— Я сказал: стоять, идиоты.
В этот раз остановился не только Ли Чонги — Юджин тоже вздрогнула и отскочила назад.
В отличие от первой фразы, эти слова заставили ледяные мурашки пробежать по её позвоночнику, взвыв тревожной сиреной в глубине звериных инстинктов.
— Спрашивать такое до безумия нелепо, но на всякий случай, просто чтобы исключить недопонимание, я всё же поинтересуюсь.
Остановив их яростную битву тончайшей нитью жажды крови, Римон медленно повернул голову.
И негромко обратился к Юджин, рассматривавшей его со странной смесью настороженности, любопытства и азарта:
— Ты что здесь забыла?
— Я? Ну, вроде как дерусь.
— Я не об этом.
— А о чём тогда?
Она искренне не понимала сути вопроса.
Римон нахмурился, глядя на то, как Юджин озадаченно склонила голову набок.
— Ты меня не узнаёшь?
— А ты кто вообще такой?
— ...Вот оно что. В этом облике ты меня не признала.
Юджин выглядела совершенно сбитой с толку.
Стоило ли ему испытать облегчение?
Или стоило сокрушаться?
Римон и сам не знал ответа, поэтому просто выкинул лишние мысли из головы.
Если только Юджин не была гениальной актрисой, готовой прямо сейчас сорвать все овации Голливуда, становилось кристально ясно: она действительно понятия не имела, кто перед ней.
Вместо дальнейших расспросов Римон поднял руку и зачесал волосы назад.
— А теперь? Узнаёшь?
— А?
Она лишь на мгновение застыла в недоумении от его странных слов.
В следующую секунду глаза Юджин распахнулись до предела.
В то самое мгновение, когда пальцы Римона скользнули по прядям, его белоснежные волосы почернели, словно их окунули в тушь.
И этим метаморфозы не ограничились.
Острая, пронзительная резкость во взгляде смягчилась.
Холодные черты лица приобрели благородную утончённость.
Его отчуждённая, трансцендентная аура сменилась надменным и циничным изяществом.
Когда преображение завершилось, от седовласого мечника, готового в мгновение ока срубить любую голову, не осталось и следа.
Перед ней стоял спесивый, безупречно сложенный черноволосый юный аристократ.
Увидев лицо, которое было невозможно перепутать ни с чьим другим, Юджин в полнейшем ступоре приоткрыла рот:
— ...Напарник? Ты что тут делаешь?
— Я первый задал этот вопрос.
— Ну, я пришла сюда по работе.
— По работе, значит.
Должно быть, всё происходящее показалось ему верхом абсурда.
Римон отвернулся, выслушав её бесхитростный ответ.
Он окинул взглядом холл, превращённый в такие руины, что само сохранение здания казалось чудом, посмотрел на раненого Юина и остальных искалеченных бойцов, после чего тихо уточнил:
— Твоя работа — это крушить всё вокруг и без разбора вырезать людей?
— Ага, такое у меня в этот раз задание.
— А прошлое твоё задание заключалось в резне в офисе «Блэк Драгон Констракшн»?
— Откуда ты знаешь?
Глаза Юджин округлились.
В них читалось лишь лёгкое удивление и детское любопытство — так реагирует человек, чей друг внезапно узнал о его тайной подработке.
Ни капли раскаяния, ни тени сомнений по поводу содеянного.
Римон долго смотрел на неё, а затем тяжело вздохнул:
— ...Моя жизнь дешевле, чем у дворового пса. Стоило на секунду ослабить бдительность — и вот к чему это привело.
— Напарник, ты чего? Заболел, что ли?
— С телом всё в порядке. А вот голова раскалывается.
— Голова болит? С чего вдруг?
Его бормотание показалось ей настолько тревожным, что Юджин участливо нахмурилась.
Глядя на эту картину, Юин и воины Отряда Тёмного Дракона почувствовали, как их души едва не покинули тела.
Бешеная тварь, секунду назад утопавшая в кровавом безумии, теперь мило щебетала со своим знакомым — зрелище было слишком противоестественным.
«Мерзкая!..»
«Какая толстокожая дрянь!»
«Не поддавайтесь, Герцог Меча!»
Воины кипели от бессильной ярости, даже не успевая осознать всю дикость того, что Юджин дружески беседует с Римоном.
К счастью, Римон отмахнулся от её заботы ледяным тоном:
— Какая-то чокнутая сука ворвалась в дом моей будущей родни и попыталась перерезать там всех до единого.
— Чокнутая?! Что ещё за психопатка? Скажи мне, я ей все кости переломаю!
Она возмутилась так искренне, будто грабитель залез в её собственный дом. Римон посмотрел на неё в упор и невозмутимо произнёс:
— Ты.
— Ага, я ей врежу как следует!
— Нет. Эта чокнутая сука — ты.
— ...ЧЕГО-О-О?!
Удар пришёлся слишком неожиданно.
Юджин глупо захлопала ресницами. Даже медвежьей шкуры не требовалось — сейчас она напоминала самого настоящего ошалевшего медведя.
— Помнишь ту невесту, о которой я тебе рассказывал?
— Богатую?
— Ага. Так вот, эта невеста — принцесса Клана Чёрного Дракона из Ассоциации Семи Драконов. Соответственно, этот клан — моя будущая родня, а их филиалы — семейный бизнес моей жены.
— ...Э?
— Короче говоря, ты только что подложила мне свинью. Огромную, жирную свинью.
До неё наконец дошёл весь масштаб ситуации.
Несколько секунд её глаза бегали из стороны в сторону.
Затем Юджин неловко почесала затылок и выдавила:
— Эм-м... Прости? Я не специально.
В то же мгновение воздух вокруг воинов Отряда Тёмного Дракона загустел от концентрированной жажды убийства.
Если бы Юин вовремя не поднял руку, останавливая подчинённых, одним лишь намерением дело бы не ограничилось.
Но Римон даже не разозлился на столь нелепое извинение.
Он ожидал именно этого.
Его голос звучал абсолютно ровно:
— Оставь эти фальшивые сожаления при себе.
— Но мне правда перед тобой неловко!
— Даже так ты ведь не собираешься останавливаться или сдаваться, верно?
— Ну да, не могу. Приказ есть приказ.
Какие бы узы ни связывали Римона с Кланом Чёрного Дракона, пока действовало распоряжение «сверху», она не отступит. Юджин заявила об этом с обезоруживающей невинностью.
Римон прищурился:
— Почему?
— А? Что «почему»?
— Зачем ты вообще подчиняешься приказам такого мусора, как «Бригада Освобождения»?
Он с самого начала знал, что Юджин — высокоуровневый Игрок.
Достаточно было взглянуть на то, как легко она таскала монструозную гитару, неподъёмную для обычного человека, или вспомнить её неисчерпаемую выносливость. Это было очевидно.
Но Римон ни на секунду не подозревал в ней призрака Бригады Освобождения, не говоря уже о преступнице.
Не потому, что свято верил в её добродетель.
А потому, что знал её натуру.
— Ты ведь из тех, кому плевать на всё, кроме музыки, разве нет?
Одержимая душа, готовая поставить жизнь на кон ради песни.
Она отказывалась продавать своё творчество за деньги, даже когда голодала, но с радостью мыла полы в кафе, если ей просто было весело — свободная бродяжка.
Если мягко — страстная натура; если грубо — полоумная фанатичка, которой нет дела ни до чего за пределами нотного стана.
Такой была Юджин.
Так как же некто вроде неё превратился в призрака Бригады Освобождения?
Это был даже не вопрос — скорее взгляд человека, пытающегося сложить мозаику из деталей от совершенно разных наборов.
Римон смотрел на неё с этим немым вопросом в глазах, и Юджин лучезарно улыбнулась в ответ:
— Всё так, но это задание связано с музыкой.
— Каким образом?
— Не могу сказать. Личные обстоятельства.
— ...Вот как.
Римон медленно кивнул.
Он по-прежнему не представлял, какая цепочка событий связала Юджин с Бригадой Освобождения.
Но как её друг, он понял главное.
Что бы он сейчас ни сказал, она не отступит. Она поставит на кон свою жизнь, но выполнит приказ.
Поэтому Римон оставил пустые разговоры.
Лишь кончик его клинка едва заметно дрогнул.
— Тогда нападай.
— Нападать? Мне — на своего напарника? Зачем?
— Чтобы выполнить миссию, тебе придётся разобраться со мной раз и навсегда.
Будто эта простая мысль ни разу не приходила ей в голову, Юджин широко распахнула глаза:
— Ого... Вот оно как оборачивается?
— Именно.
— Но это же паршиво! Если я убью напарника, с кем я потом выступать буду?
— Бросить задание ты всё равно не сможешь. А я не намерен позволять тебе и дальше здесь буйствовать. Так что один из нас сегодня умрёт.
— Хм-м-м-м...
Она схватилась за голову и озадаченно замычала. Спокойное заявление Римона не оставляло вариантов для манёвра.
Внезапно Юджин вскинула лицо.
— О, а как насчёт такого?
Её озарила поистине блестящая идея.
На губах вновь заиграла привычная беззаботная улыбка:
— Напарник, давай я тебе просто ноги оторву?
Если руки, плечи и голова останутся целы для игры, ноги музыканту ни к чему, правда?
Она заявила об этом с абсолютной уверенностью и весело подмигнула:
— И ты жив останешься — тебе плюс, и я миссию выполню — мне плюс. Сплошная выгода для обоих, сечёшь?
Ни капли притворства, ни тени фальши или скрытого умысла.
Чистейшее, незамутнённое проявление доброты к другу и музыкальному партнёру.
Римон никак не отреагировал на её предложение.
Он давно понимал, что у Юджин не все дома.
Раньше он закрывал на это глаза, списывая всё на творческое безумие и дружбу.
Но теперь перед ним стоял враг. Убийца, опьянённая не только песнями, но также кровью и бойней.
— Если кишка не тонка — дерзай.
И раз уж всё прояснилось, Римон точно знал, что обязан сделать.
— Если, конечно, мой меч не оборвёт твою жизнь раньше.
Этот человек веками рубил любого врага без тени колебаний — будь то чужак, соратник или собственный ученик.
Последний Мастер Меча, выживший среди тринадцати титанов прошлого.
Римон Асфельдер обнажил клинок против своего товарища.
Начиналась беспощадная дуэль, которая закончится лишь со смертью одного из них.