— Слышь, ты! Не подходи, кому говорю! Ещё шаг — и я его по-настоящему прирежу!
— Хм-м, ну надо же...
Лицо бледное как полотно.
Зрачки дрожат, будто от землетрясения.
Губы пересохли, а голос сипит и срывается от паники.
Римон задумчиво почесал щёку, глядя на то, как Рю Ганчхоль являет собой каноничный образец загнанного в угол преступника.
— Слушай, я всё понимаю. Нервы на пределе, все дела... но всё же.
Римон к этому моменту зарубил уже добрых несколько десятков его клонов.
Судя по всему, навык Рю Ганчхоля позволял копиям передавать воспоминания и мысли в режиме реального времени.
Для него это означало пережить десятки мучительных смертей подряд — причём без малейшей возможности дать отпор, словно под изощрёнными пытками палача.
Неудивительно, что парень оказался на грани нервного срыва.
И даже опустился до захвата заложников.
Разумеется, для Римона в этом не было ничего нового — обычные трудовые будни.
— Но всё-таки... какой тебе прок брать в заложники этого человека?
И всё же Римон не мог сдержать некоторого недоумения.
Слишком уж нелепым оказался выбор заложника, в которого вцепился Рю Ганчхоль.
— Я ведь прав, глава клана Ван?
Усатый мужчина средних лет, чьи руки были отрублены по самые плечи и локти, а из залитого кровью тела торчали клинки, безвольно висел в хватке Рю Ганчхоля.
Ван Цзиньин сплюнул сгусток крови.
Затем криво усмехнулся и поддержал разговор:
— А кто спорит?
— Заткни пасть!
Похоже, Рю Ганчхолю пришлось не по душе столь невозмутимое поведение жертвы.
В раздражении он дёрнул Ван Цзиньина за волосы и полоснул лезвием по шее, пустив свежую кровь.
Показная демонстрация силы, призванная доказать, что он волен убить его в любую секунду.
Вот только всё было впустую.
Даже сам Ван Цзиньин не обратил ни малейшего внимания на струйку крови, сбегающую по ключице, и как ни в чём не бывало продолжил:
— Давненько не виделись, Герцог Меча, а я вот в таком плачевном виде... Стыдно представать перед вами столь жалким калекой. Изо всех сил я уложил десятерых, но на большее этих старых костей уже не хватило.
— О-о, для последнего боя весьма недурно.
— Всё же я глава шанхайского клана Ван. Нужно было продержаться хоть немного, иначе потерял бы лицо, верно?
— Лицо? Ты потерял его в ту же секунду, как угодил в заложники.
— Ох... прямо в сердце раните.
И это была сцена захвата заложника?
Или беседа двух старых приятелей за чашкой чая?
Римон пару мгновений с непередаваемым выражением лица наблюдал за этим пугающе спокойным диалогом.
А затем Рю Ганчхоль сорвался на крик:
— Эй! Ты что, ослеп?! Нож у его горла не видишь, что ли?!
— Прекрасно вижу.
— Тогда какого хрена ты стоишь тут такой расслабленный?! Продолжишь в том же духе — и я реально прикончу твоего дружка!
— Да пожалуйста.
У Рю Ганчхоля снова выбило почву из-под ног.
— ...Чего ты вякнул?
— Убей его. Мне плевать.
— Ты говоришь это, когда заложник прямо перед тобой?!
— Уж прости, что разочаровал, но у «Блэк Драгон Констракшн» нет контракта с моей охранной компанией. Защищать его у меня нет ни единого повода.
Слова прозвучали с искренней безмятежностью человека, которому и впрямь было абсолютно всё равно.
Рю Ганчхоль ошарашенно вытаращился на невозмутимого Римона, затем со скрежетом стиснул зубы:
— Ха, хорош выпендриваться! Ты просто притворяешься, будто тебе наплевать, лишь бы спасти заложника, да?!
— Раз так считаешь — давай, режь. Чего замялся? Ты же серийный маньяк, разве нет?
— Ах ты!..
Рю Ганчхоль окончательно растерялся, не находя слов.
Ван Цзиньин, глядя на него, хрипло рассмеялся:
— Надо было получше выбирать заложника, раз уж задумал подобный трюк.
— ...Ты ещё и ржёшь?! Этот ублюдок только что прямым текстом сказал мне пришить тебя!
— Если мне всё равно суждено сдохнуть, почему бы не сделать это с улыбкой?
— Да почему ты сдаёшься-то так легко?! Хоть бы о пощаде взмолился, что ли!
— Ха, а ты шутник.
Ван Цзиньин усмехнулся.
Затем он покосился на Римона и продолжил:
— Господин Призрак, ты погляди в эти глаза. Неужели они похожи на глаза того, кто пришёл меня спасать?
— ...
Рю Ганчхоль прикусил язык.
Он невольно проследил за взглядом Вана.
И увидел.
Римон смотрел прямо на него.
Ни капли беспокойства. Ни намёка на тревогу или нетерпение.
Лишь ленивые, глубокие золотистые глаза — настолько безмятежные, что от них веяло могильным холодом.
Рю Ганчхоль, повидавший в «Бригаде Освобождения» немало отпетых головорезов и психов, понял мгновенно.
Это были глаза истинного убийцы.
Глаза того, кто без колебаний разрубит надвое и заложника, и того, кто за ним прячется, вздумай тот использовать живой щит. Глаза человека, который ценил чужую жизнь не дороже охапки сухих дров.
— Уж лучше бы ты схватил случайного прохожего на улице, — добавил Ван Цзиньин.
Он осознал всё в то же мгновение, как увидел Римона.
И давным-давно похоронил надежду на спасение.
От этих слов Рю Ганчхоль окончательно взорвался:
— Да что за бред собачий творится?!
Десятки его клонов, громивших филиалы, были истреблены за считанные минуты.
А теперь и отчаянная затея с заложником с треском провалилась.
Бешенство душило его так, что хотелось выть в голос.
— Получил по заслугам, пёс шелудивый. Думал, сойдёт с рук? — процедил Ван Цзиньин.
— Такого поворота я точно не ожидал...
— Уж кому бы вякать, только не тебе.
— Вот потому и говорю. Никогда ещё мне не было так стыдно за то, что я не родился в клане Белого Дракона.
— Э-э? Родись такой тип среди тамошних святош, я бы голову поставил на то, что ты сдох бы от тоски и язвы.
— Справедливое замечание.
Римон усмехнулся, продолжая переговариваться с Ван Цзиньином и совершенно игнорируя Рю Ганчхоля.
Затем буднично поинтересовался:
— Ну что, последние слова кончились?
— Побеждённым не пристало разводить демагогию. Главе клана, который не сумел защитить ни семью, ни самого себя, сказать нечего. Прошу лишь об одном: сделайте всё чисто.
— Договорились. Один точный взмах, чтобы потом тело было легче сшивать для погребения.
— Премного благодарен.
По спине Рю Ганчхоля пробежал ледяной пот.
И дело было не только в заострившейся ауре меча, исходившей от Римона, чей клинок пока ещё свободно висел у бедра.
Его повергала в ужас та лёгкость, с которой Римон согласился на смерть заложника.
И то, как Ван поблагодарил его за это.
Их чудовищное спокойствие парализовало: перед ним стояли безумцы, неподвластные никакой человеческой логике.
«...Моя ошибка».
Таких фанатиков нельзя судить мерками здравого смысла.
Чёрт возьми, надо было просто позволить Юджин и Беллосу идти напролом, а самому держаться подальше!
Но теперь отступать было поздно.
— Что ж, клонов для нарезки, кажется, больше не осталось...
И в миг, когда он осознал свой просчёт...
Жнец с бездонным чёрным сиянием в золотистых глазах наставил остриё меча прямо на него.
— Пора закругляться.
Рю Ганчхоль скрипнул зубами.
Умерев от руки Римона уже десятки раз, он знал наверняка:
Этот клинок невозможно заблокировать.
Беги, сражайся, падай на колени и моли о пощаде — всё тщетно.
Стоило Римону решить нанести удар, как «этому» телу оставалось лишь беспомощно биться в агонии.
Именно поэтому его взгляд налился непримиримым ядом:
— Ладно! Раз уж тебе так не терпится всё закончить, я покажу! Но смотри потом, не вздумай жалеть!
Римон едва ли обратил внимание на его вопль.
Злодеи перед смертью вечно брызжут проклятиями и истеричными угрозами — дело привычное.
— Хм?
Но в следующее мгновение брови Римона дрогнули.
Дело было не только в том, что Рю Ганчхоль перехватил нож с неожиданной яростью.
Астральное зрение, которым Римон выискивал оставшихся клонов, уловило нечто зловещее.
Они находились внутри здания.
Однако прямо над головой распахнулась бездна ночного неба, где замерцали чужие звёзды, и одна из них лучом прожектора ударила прямо в макушку Рю Ганчхоля.
«Что за?..»
Римон среагировал мгновенно.
Взмах клинка в сторону Рю Ганчхоля.
Молниеносный выпад — даже этот противник не успел бы среагировать, его голова уже должна была сорваться с плеч.
ДЗЫНЬ!
Но лезвие не рассекло плоть.
Звёздный свет окутал Рю Ганчхоля плотным коконом, отразив меч.
Пока Римон отшатнулся от неожиданной отдачи, озадаченно вскинув бровь...
Рю Ганчхоль безжалостно швырнул заложника Ван Цзиньина в сторону, и его лицо исказилось в диком, торжествующем оскале.
В глубинах Подземного Дворца Дракона отеля «Левиафан».
Беллос, мужчина с заплетёнными в косу волосами, хоть и с трудом держал оборону в ожесточённой схватке с Ли Цинвэй, внезапно замер.
Затем он вскинул взгляд кверху.
— ...Идиот.
Здесь не было неба — лишь циклопический свод глубоко под землёй.
Но он смотрел так, словно видел сквозь толщу камня нечто неизмеримо далёкое.
Беллос свирепо нахмурился:
— Посмел воззвать к силе «свыше», даже не спросив разрешения... Вечно его звали дураком, вот он окончательно в него и превратился.
Впрочем, его досада длилась лишь миг.
Заблокировав удар Ли Цинвэй фолиантом, словно щитом, Беллос ощутил сокрушительную тяжесть выпада и помрачнел.
Дурак или нет, но Рю Ганчхоль оставался одним из Призраков «Бригады Освобождения».
Раз уж даже он пошёл на столь вопиющее нарушение правил, значит, на поверхности дела обстоят из рук вон плохо.
Ему не нужно было видеть, чтобы знать наверняка.
«В обычных условиях это под строжайшим запретом... но...»
Рю переступил черту.
Его собственное положение висело на волоске.
А важность миссии перевешивала всё.
Взвесив расклад в голове, Беллос глухо бросил:
— Что ж, ладно. Покончим со всем здесь и сейчас.
Беллос прекратил уклоняться от атак Ли Цинвэй.
Вместо этого он твёрдо упёрся ногами в пол, сосредоточил волю и активировал навык.
— Какого хрена?..
Юджин, неистово крушившая всё вокруг в поисках Юина и стражей Чёрного Дракона, недоумённо пробормотала под нос.
Даже запертая в клубящемся чёрном тумане, поглощавшем любой свет, она ощутила, как высоко в небесах разорвалась звезда.
«Зачем?»
Она была сбита с толку.
Но недоумение длилось недолго.
Прежде чем мысли успели оформиться, неистово запульсировала вторая звезда, заставив её оцепенеть.
— ...Косичка, ты совсем с катушек слетел?
Запретная сила.
Та самая первопричина, по которой их именовали Призраками — мощь, к которой даже командир Беллос не смел прикасаться без крайней нужды.
Даже если миссия завершится успехом, самоволие каралось казнью.
Она сама ни разу не осмеливалась прибегнуть к ней.
— Сам ко дну идёт и других за собой тащит...
Но раз уж Рю, а следом и Беллос пошли на это, выбора не оставалось.
Отсидеться в стороне и избежать коллективной ответственности всё равно не выйдет.
К тому же маховик уже запущен — а волокиту она терпеть не могла.
— Не в моём это вкусе... но уж простите.
Она предпочла бы драться насмерть сама, но приказ есть приказ.
Подавив внутреннее отторжение, Юджин связалась с тем, что пребывало «свыше», и едва слышно выдохнула:
[Активирован навык: «Нисхождение Созвездия XII: Шут»]
[Активирован навык: «Нисхождение Созвездия V: Суд»]
[Активирован навык: «Нисхождение Созвездия III: Берсерк»]
С едва уловимой задержкой прозвучали три голоса, и из далёких космических глубин низринулись три ослепительные звезды.
ГРОХОТ!
[Корни поглотили землю.]
[Законы мира исказились.]
[Алое безумие вырвалось наружу.]