Губы Гулы мелко задрожали.
Разумеется, он уже сталкивался с Майей в прошлом. И до сих пор помнил унизительный позор бегства с наполовину расплавленной головой. Именно поэтому Гула искренне гордился тем, что знает лучше кого бы то ни было, насколько ужасающим монстром является эта женщина.
Но прямо сейчас…
Глядя на то, как она раздавливает исполинских великанов словно беспомощных птенцов, Гула впервые усомнился в собственном здравомыслии.
Грохот!
— Гр-р-а-а-а!
Всего один прямой выпад кулака.
Очередной великан разлетелся в кровавую кашу, а одна лишь ударная волна разметала в стороны ещё добрый десяток тварей.
Казалось, пережив первые удары, чудовища немного освоились. Вместо страха они взревели ещё яростнее и бросились прямо в образовавшуюся брешь — навстречу вытянутой руке Майи.
Майя даже не дрогнула.
Она лишь раскрыла сжатую ладонь, обрушивая на вожака Стиль Золотой Змеи, Поглощающей Звёзды.
Бах! Бах! Бум!
— Гр… гр-р-а?
Стоило чудовищному кулаку великана приблизиться, как его словно засосало в ладонь Майи. Её пальцы, подобные кольцам удава, обвились вокруг конечности, дёрнули её на себя и мгновенно вывернули сустав. Бледная кисть девушки уже скользила выше по предплечью.
Пять тонких пальцев, изящных, точно нефритовые палочки для еды, не просто выкрутили запястье — они впились в плоть, словно змеиные клыки, и перемололи кости в пыль.
Даже когда переломанная рука монстра безжизненно повисла, Майя не разжала хватку. Она просто рванула великана на себя.
Свист!
— Гр-р-а-а-а-арх!
Туша великана весила больше тонны. Майя же обладала подчёркнуто хрупким телосложением. Учитывая колоссальную разницу в весе — как минимум в двадцать раз, — утянуть за собой должны были именно её.
Однако к земле полетел сам великан.
Одной рукой девушка взметнула исполина в воздух, точно цеп.
Хрясь! Бам! Бабах!
— Визг! Гр-рах! Гра-а-а!
Нет, назвать это боевым цепом значило оскорбить настоящее оружие. Великан, раскинув руки и ноги во все стороны, больше напоминал тряпку для пыли или мухобойку.
С какой же неистовой силой она им орудовала!
Сломав собственным телом дюжину сородичей, монстр наконец лишился всех костей. Но Майя так и не выпустила его.
Она просто развернулась на одной ноге, закружившись юлой.
Вжих, свист, вжух-вжух-вжух!
Взрывообразно нарастив мощь с помощью Стиля Подпирания Башни Небесного Владыки, она придала туше великана несокрушимую твердость и упругость посредством Стиля Алмазной Несокрушимости.
И на самом пике центробежной силы…
Увеличив его вес в десятки раз техникой Стиля Лёгкости Тысячи Цзиней, Майя метнула снаряд тайным приёмом Стиля Цветочного Дождя Ста Игл.
[АКТИВИРОВАН НАВЫК: ЧЕТЫРЕ ВЫСШИХ ИСКУССТВА СЕМИДЕСЯТИ ДВУХ БОЕВЫХ СТИЛЕЙ]
[БРОСОК КАМНЯ С ЧУЖОЙ ГОРЫ]
Бум! Ка-бум! Грохот!
Снаряд десятки раз врезался в ряды великанов. Ещё несколько раз снёс несущие опоры зданий. И напоследок впечатался в кровавых исполинов, обратив их в кровавую труху.
К тому моменту, когда напоминавший резиновый мяч великан наконец шмякнулся о землю, на поле боя не осталось ни одного целого тела. Повсюду валялись лишь осколки костей и ошмётки плоти едва ли не сотни раздавленных чудовищ.
Таков был кошмарный итог нечеловеческой силы, поправшей здравый смысл и помноженной на абсолютное совершенство тайных искусств.
— Гр-р-а-а-а-арх!
Возможно, благодаря куда более совершенной физиологии один из кровавых исполинов успел уклониться от летящего снаряда и вынырнул из-за спины Майи, полоснув по ней когтями. Молниеносный, смертоносный удар — такой выпад легко сокрушил бы даже высокоуровневого Игрока или мастера элитного отряда Семи Драконов.
Дзынь!
— Р-р-х?..
Секунду спустя кровавый великан лишь тупо захлопал глазами.
Когти не просто не вспороли спину девушки и не рассекли кожу — они отскочили, словно зубочистки от броневой стали.
И дело было вовсе не в прочности ткани. Одежда на спине Майи действительно разорвалась под натиском когтей, обнажив белоснежную кожу.
Проблема заключалась в самом теле.
Дзынь! Скрежет! Хруст!
Кожа казалась настолько нежной и мягкой, будто готова была поцарапаться о шипы розы. Однако сколько бы тварь ни скребла когтями, на теле не появилось ни единой царапины. Напротив, когти кровавого великана трескались и обламывались с каждым касанием.
Стиль Алмазной Несокрушимости.
Сильнейшее внешнее искусство среди Семидесяти Двух Высших Искусств, позволяющее безупречно управлять твердостью, плотностью, прочностью, упругостью и гибкостью плоти. Демоническая техника, способная обратить внутренности практикующего в каменный монолит при малейшей ошибке — если только ты не принцесса Зелёного Дракона. Майю же эта техника защищала надежнее любого алмаза.
И расплата за дерзость не ограничилась сломанными когтями.
Ш-ш-шипение.
— Гх! Гр-р-а-а!
Он даже не коснулся обнаженной плоти напрямую. Всего лишь пара ударов когтями — и обе лапы великана мгновенно почернели. Кровавый исполин взвыл от чудовищной агонии и за считанные мгновения растаял в лужу зловонного гноя.
Даже усиленная мутацией плоть не выдерживала токсичности Майи.
Резня продолжалась без малейшей передышки.
Яростные, подобные шторму кулаки с лёгкостью крошили крепких, словно монолитный гранит, чудовищ. Одно грациозное касание ломало конечности перед тем, как отшвырнуть врага прочь; золотые иглы, срывавшиеся с кончиков её пальцев, косили монстров пачками, словно мух под струёй дихлофоса. Она взмывала в воздух легко, как перышко, лишь затем, чтобы рухнуть вниз с сокрушительной мощью тысячетонной скалы, втаптывая великанов в пыль.
Это больше не походило на сражение.
Перед глазами разворачивалась форменная бойня — абсолютно одностороннее, всеподавляющее истребление, которое язык не поворачивался назвать битвой.
«Проклятая тварь…»
Гула затрясся от бешенства, глядя, как его войско тает на глазах, уменьшаясь вдвое за считанные мгновения.
Пусть эти мутанты и не владели навыками Системы, но сотни таких великанов представляли угрозу даже для Монарха! Однако против Майи они оказались абсолютно бесполезны.
Тело, блокирующее любые физические атаки.
Нечеловеческая сила и запредельная реакция.
Боевые искусства за гранью постижимого мастерства.
И вдобавок этот жуткий, смертоносный яд.
Обладай кто-то хотя бы одним из этих достоинств, его уже нарекли бы читером. У неё же было всё и сразу, поэтому, сколько бы тысяч противников против неё ни выставили, итог оставался неизменным: резня.
«Назвать такого истинного ценителя природы, как я, монархом чудовищ, но при этом терпеть рядом такую омерзительную тварь?! Этот поганый мирок судит исключительно по внешности!»
Изрыгая проклятия в мыслях, Гула заставил себя успокоиться ледяным усилием воли. Он и раньше прекрасно понимал, что задавить Майю числом не выйдет.
Ему требовалось лишь одно.
Сила, способная пробить эту абсолютную защиту.
В сложившейся ситуации лучшим решением было бы лично вступить в бой и сокрушить её.
«Нет, ещё не время».
Но Гула сдержался. Он лишь сверлил Майю налитыми кровью глазами, не покидая своего места на крыше.
«Ещё немного…»
Он уже испробовал её яд на собственной шкуре и не горел желанием сходиться с ней лицом к лицу без крайней необходимости.
Поэтому Гула ждал. И мысленно твердил как заклинание:
«Ещё совсем чуть-чуть!..»
Пока сотни великанов не сократились до последней сотни. Пока из восьми кровавых исполинов в живых не осталось всего двое. Гула наблюдал за этим кровавым вихрем смерти со зловещей, хищной ухмылкой.
И наконец…
Этот миг настал.
— Кхе!..
В тот самый момент, когда Майя занесла руку для очередного удара, внезапный приступ кашля заставил её замереть. Она болезненно нахмурилась.
Приступы были для неё привычным делом, но только не сейчас. Этого просто не должно было произойти!
«Построение Великого Кровавого Небесного Яда всё ещё действует… почему?!»
Майя задействовала всех мастеров клана вовсе не для того, чтобы отрезать Гуле пути к отступлению. Куда более важной целью была стабилизация её собственного состояния за счёт псионического потока сотен соклановцев.
И план сработал. Даже в разгаре ожесточённого боя её псионика оставалась стабильной. Так откуда взялся этот внезапный приступ?
Подавив судорогу внутренней энергией и мгновенно проведя самодиагностику, Майя изумлённо изогнула бровь. Причина, разорвавшая поток её псионики и спровоцировавшая припадок, оказалась совершенно неожиданной.
— …Яд?
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Бабах!
Словно по заказу, сверху раздался безумный раскатистый хохот. Гула спрыгнул с крыши, ядовито ухмыляясь замершей Майе.
— Ну что, чудовищная девка?! Каково это — самой хлебнуть яда, которым ты всю жизнь травила других?!
Откровенная насмешка ничуть не смутила Майю и не вызвала гнева. Она лишь холодно окинула взглядом поле боя.
Заметив, что оставшиеся великаны прекратили натиск, и ощутив, как её собственное тело пропиталось свежей кровью поверженных врагов, девушка медленно кивнула:
— …Вот как. Теперь всё встало на свои места.
Создание амброзии.
Подосланные наёмники.
Обращение подчинённых в исполинов.
Его праздное наблюдение за ходом резни.
И тот приступ, что так удачно настиг её прямо во время нападения убийцы в лаборатории.
Наконец связав все звенья цепи воедино, Майя произнесла ледяным тоном:
— Твоей истинной целью было отравить меня амброзией.
— Хе-хе-хе. Какой бы тварью ты ни была, даже тебе не переварить отравление амброзией!
Любой другой яд не возымел бы эффекта. Её собственная кровь была самым смертоносным токсином в мире. Но амброзия стала исключением.
Её первоисточник — Нектар — являлся венцом наркотических зелий, созданных полным могуществом Клана Зелёного Дракона прошлого. В него были вложены сокровенные знания и техники тогдашней Принцессы. Поскольку даже оригинальный рецепт Нектара был давно утерян, Майя попросту не могла подготовиться к его воссозданной копии.
Оставалась лишь одна загадка.
— Как тебе удалось создать амброзию?
Даже Нектар, шедевр древних фармацевтов Зелёного Дракона, был всего лишь наркотиком. Он не обладал свойством превращать людей в великанов. Мало того, Гула умудрился внедрить в него скрытый токсин замедленного действия, активирующийся лишь после многократного орошения кровью великанов — точь-в-точь как осиный яд.
Даже Майе не удалось бы провернуть подобное без колоссальных усилий. Поэтому сейчас, как фармацевт, стоящий выше статуса Принцессы, она испытывала неподдельное удивление.
— Ты до сих пор не поняла?.. Девка, да какая к чёрту разница прямо сейчас?!
Её невозмутимость взбесила его до белого каления. Гула прорычал с неприкрытой жаждой крови:
— Лучше подумай о том, как именно я тебя прикончу!
— Весьма грандиозные мечты.
— …Прекрасно! Жди с нетерпением! Я отрублю тебе руки и ноги, брошу в свинарник, как свиноматку, и буду забавляться с тобой, пока ты не сдохнешь!
Отрезанная посреди вражеской территории, отравленная и загнанная в угол — Майя встретила его угрозы лишь вызывающей, презрительной усмешкой, в которой не было ни капли страха.
На лбу Гулы вздулись толстые вены.
Майя действительно не собиралась сдаваться. Пусть амброзия и вызвала спазм, Построение Великого Кровавого Небесного Яда всё ещё позволяло подавить приступ грубой силой.
Грохот! Бабах!
— …!
Но в следующее мгновение лицо девушки окаменело.
Внезапная череда мощных взрывов сотрясла окружающие джунгли, и прежде устойчивый псионический поток Построения с треском разрушился.
«Засада снаружи?.. Основные силы ждали там!»
Те жалкие недобитки, что охраняли частокол крепости… Они были всего лишь расходным материалом, приманкой! Истинный козырь Гильдии Леса находился снаружи. Осознав это, Майя рванулась наружу, стремясь покинуть крепость.
Построение запирало врагов внутри, но было абсолютно уязвимо перед ударами извне. Теперь, когда внезапная атака сломала строй и псионика ударила по соклановцам смертельной отдачей, спасти их могла только она сама. Личным вмешательством.
— Кхе! Кхе-кхе-кхе!
Но было слишком поздно.
Лишившись подпитки построения, Майя оказалась не в силах сдержать спровоцированный амброзией припадок.
— Сейчас! Всем скопом схватить её! — мерзко осклабился Гула.
В обычных условиях он ни за что бы так не поступил. Но сейчас, задыхаясь от кашля, Майя была уязвима как никогда.
Впрочем, сам Монарх вперёд не полез — в атаку ринулись только великаны. Из чистой предосторожности.
И эта осторожность спасла ему жизнь.
Хлюп!
…Если бы Гула бросился на неё лично, именно его оторванная голова сейчас катилась бы по земле.
— Ты ещё кто такой?!
— Я?
Неизвестный ворвался в бой словно вихрь. Обхватив Майю одной рукой за талию, он играючи уклонился от сокрушительного выпада великана.
Один короткий удар ногой — и череп монстра взорвался кровавыми брызгами.
Лицо Гулы мгновенно перекосило от вида незваного гостя.
Черноволосый юноша нагло ухмыльнулся прямо ему в лицо:
— Верный раб своей госпожи.