Игроки — это сверхлюди.
Обычное оружие для них — не более чем комариные укусы, едва способные оставить царапину.
В этом смысле не будет преувеличением назвать Монархов естественными хищниками для любых армий мира.
Даже Магический Монарх, чьё физическое тело считалось самым хрупким среди всей десятки, мог беззаботно отбивать пули голой плотью.
Что уж говорить о Гуле — Монархе, чья сила строилась на феноменальной живучести. Для него танковать артиллерийские снаряды и ракеты было сущим пустяком.
Однако здесь возникает закономерный вопрос.
А что насчёт вооружения, выходящего за рамки «обычного» — оружия, созданного специально для истребления Игроков?
И что произойдёт, если выпустить десятки таких боеприпасов разом, в едином сокрушительном залпе?
Сможет ли даже Монарх выйти сухим из воды?
К сожалению, ответа на этот вопрос до сих пор не знал никто.
Разве что в Африке кто-то мог попытаться, но...
Обычно Монархам попросту не приходилось сталкиваться с регулярными войсками лицом к лицу.
Да и случись такое, ни один Монарх не был настолько безумен, чтобы принимать столь смертоносные удары на свою голую плоть.
Но прямо сейчас, в эту самую секунду...
Ответ на вопрос, снедавший любопытством генералов и оружейных инженеров по всей планете, разворачивался в самом центре Сан-Паулу.
ГРОХОТ! БУМ-М-М! БА-БАХ!
Всякий раз, когда детонировала ракета, начиненная артефактными взрывчатыми веществами, исполинская туша содрогалась до самого основания.
Бронебойные снаряды, намертво игнорирующие защитные навыки, выпускались со скоростью десятков тысяч выстрелов в секунду, прошивая чудовищный панцирь насквозь.
Особый напалм, сваренный из останков огненных монстров девяностого уровня и выше, с шипением заживо пожирал плоть.
Сплавы из редчайших руд подземелий.
Усиления артефактами.
Субпродукты чудовищ глубинного ранга.
Современное оружие, модернизированное всеми мыслимыми ресурсами подземелий, обрушивалось на врага подобно нескончаемому граду стрел.
Учитывая астрономическую стоимость этого арсенала, не будет преувеличением сказать, что в один этот шквал бразильские власти вбухали не просто годовой оборонный бюджет — а средства за целое десятилетие.
[Жалкие... букашки! Как вы посмели!..]
Мгновение спустя солдаты застыли в неописуемом ужасе.
Они выплеснули огневую мощь, способную стереть с лица земли целую горную гряду.
И всё же зрелище Гулы, всё ещё стоявшего на ногах после безумной бомбардировки, казалось сущим кошмаром наяву.
Впрочем, монстр отнюдь не вышел невредимым.
Из всех его голов уцелели лишь две.
С боков торчали обугленные обломки ребер.
Кожа и чешуя свисали ошметками.
Его плоть напоминала изорванное в клочья тряпье — чудом было уже то, что в нём теплилась жизнь.
И тем не менее Гула выдержал этот шторм и попытался запустить регенерацию.
Точнее, попытался.
Раны больше не затягивались.
Всё, что он чувствовал сейчас, — это пожирающий изнутри, всепоглощающий голод.
«Проклятье... калории!..»
Гула в ярости стиснул зубы.
Затяжное побоище выжало накопленные запасы калорий почти до дна, а теперь они и вовсе иссякли.
В таком состоянии он не то что регенерировать — даже поддержание столь громадной туши грозило высосать досуха его собственную кровь и плоть.
О том, чтобы развеять чудовищную форму прямо посреди сотен элитных воинов Клана Зелёного Дракона, не могло быть и речи.
В итоге перед ним встал неизбежный выбор.
«Бежать?..»
Будь то власть над Бразилией или сладкая месть за былые унижения — для всего этого требовалось остаться в живых.
Его приспешники перебиты. Шансы на победу в одиночку таяли на глазах.
С другой стороны, прямо сейчас он ещё мог прорвать окружение и скрыться.
Но что потом?
Сможет ли он после этого зваться Монархом?
Сбежать не единожды, а дважды... Разве не станут на него смотреть как на бездарную, трусливую свинью?
Для Гулы подобный позор был невыносим.
[Нет, ещё нет! Я не проиграл!]
Хруст, чавк!
— Что?!
— Этот сумасшедший!..
Гула сотворил нечто неописуемое.
Оставшимися двумя пастями он принялся с остервенением пожирать собственную изорванную плоть.
Пусть даже это тело было порождено навыком, жрать самого себя казалось чистейшим безумием.
Но безумием это не было.
Напротив — это был пугающе расчетливый ход.
И последствия не заставили себя ждать.
Хруст, грохот, чавканье!
— Регенерация? Опять?!
— Нет, это мутация! Он перестраивает боевую форму прямо из поглощенной плоти!
— Всё ещё собирается драться... Живучая тварь!
Благодаря силе [Хищной Эволюции] Гула в считанные секунды сожрал большую часть своего изувеченного тела, переродившись в нового монстра.
Воины Зелёного Дракона помрачнели.
Он не стал сильнее. Скорее, наоборот.
Всего две головы, а масса уменьшилась вдвое — в сравнении с прежней формой он явно уступал в мощи.
Проблема заключалась в ином: Гула вернулся в идеальное состояние.
Клан Зелёного Дракона же был почти на исходе сил.
Даже элитные мастера ощущали истощение псионики и свинцовую усталость. Череда битв с Гильдией Леса и самим Гулой вымотала их до предела.
«Если так пойдет и дальше...»
«Мы понесём колоссальные потери».
Каким бы ослабленным ни казался Монарх, он всё равно оставался Монархом.
Тактика заваливания мясом против существа абсолютного ранга не работала.
Особенно учитывая непробиваемость Гулы, с легкостью отмахивавшегося от атак первоклассных мастеров.
Как и Майя, Гула чувствовал себя как рыба в воде в сражениях против толпы.
[Хе-хе-хе... Нападайте все разом! Я перебью вас всех до единого!]
Гула прямо-таки лучился уверенностью.
Выносливость восстановилась, шансы снова уравнялись.
А главное — у него всё ещё оставался в запасе козырь. Тот самый, к которому он не прибегал из-за рисков, но мог активировать в любой миг.
Поэтому в своей победе он не сомневался ни на йоту.
— Ошибаешься. Тот, кто здесь сдохнет, — это ты.
Вдруг откуда-то донесся невозмутимый, ледяной голос.
[Что?!..]
Прямо из-под его брюха — из единственного места, которое он не тронул, обгладывая себя.
Оттуда, где никого не могло быть.
Голос, которого там не должно было существовать в природе.
А главное — звериные инстинкты самосохранения взвыли так, что мороз продрал до самых костей.
В панике Гула попытался прикрыть низ живота и обрушиться на незваного гостя.
Но к тому моменту, когда он шевельнулся...
Враг уже начал действовать.
Используя Стиль Ног, Разрывающих Душу Цепью, она выковала боевой дух, острый как лезвие, а затем расщепила его на десять потоков техникой Стиля Десяти Совершенных Драконьих Когтей.
Накладывая поверх мощь Стиля Восьми Слияний Великой Мощи, она умножила их в восемь раз, получив восемьдесят нитей, сплела их воедино по принципу Стиля Рассеивающихся Волн Цзяолуна и вновь соединила воедино.
Порожденный этим жуткий змей боевого духа скрылся в клубящемся тумане Стиля Тёмной Души Чёрных Небес, следуя законам Стиля Меча Небытия.
И, ведомый грацией Стиля Летящей Бабочки и Лотоса, приготовился к сокрушительному броску.
Семь Высших Искусств.
Будь перед ней элитные высокоуровневые Игроки...
Или многотысячная армия...
В её ладони клубился псионический туман, способный одним-единственным ударом нести мгновенную смерть.
Но даже этого было мало.
Чтобы сразить живучее чудовище, превосходящее любого Монарха по запасу жизненных сил, требовалось извлечь куда больше псионики.
Промедли она хоть секунду — и Гула защитится. Или, что ещё хуже, переместит ядро, которое она с таким трудом наконец нащупала.
И тогда она заимствовала силу.
У воинов Зелёного Дракона, стоявших в кольце.
У трёх десятков элитных мастеров ранга Грандмастера, что тайно выстроились боевым порядком среди войск и берегли силы — она вошла в резонанс с их псионикой.
И наполнила туман энергиями Стиля Кровавого Построения Ядовитого Дракона и Искусства Бессмертной Ци.
В то же мгновение, когда завершённый псионический туман вонзился в самое брюхо Гулы...
[Семьдесят Два Высших Искусства]
[Единение Девяти Абсолютов]
[Адский Клинок, Опрокидывающий Небеса]
ВСПЛЕСК-К-К!
Хлынул кровавый ливень.
И исполинская туша с грохотом рухнула наземь.
Отряд Семи Драконов.
Абсолютная ударная сила, существующая лишь в единственном числе в каждом клане и носящая имя дракона.
Состоящие сплошь из мастеров уровня Грандмастера, по мощи они несоизмеримо превосходили рядовые подразделения.
Но не только поэтому их считали сильнейшими.
Истинный ужас крылся в ином.
Они могли резонировать своей псионикой с принцессой своего клана.
Это позволяло снять с неё часть колоссальной нагрузки при высвобождении абсолютных техник.
Снизить бремя Девяти Абсолютов до уровня Семи.
Или взвинтить мощь Семи Абсолютов до Восьми.
Разница всего в одно или два искусства удваивала, а то и учетверяла разрушительную силу.
Проще говоря, принцесса, за спиной которой стоял её личный Отряд Дракона, становилась в разы могущественнее, чем в одиночном бою.
Разумеется, подобный трюк работал исключительно с собственной принцессой.
Ни один Отряд Дракона не мог резонировать с чужой госпожой.
Ни один... кроме одного исключения.
Единственной принцессы, способной насильно связать разумы и подчинить чужую псионику.
И прямо сейчас плоды того, как она подчинила себе псионику сильнейшего отряда Клана Зелёного Дракона — Отряда Ядовитого Дракона — предстали во всей чудовищной красе.
— Кха... гх-а-а...
Оторванные конечности.
Разорванная в клочья плоть.
Кровь, разлетевшаяся на сотни метров вокруг.
Картина поражала первобытным ужасом.
Тело исполинского монстра размером с гору оказалось распорото изнутри, будто в его недрах взорвалась бомба из мириад лезвий.
— Твари... проклятые...
И что поражало ещё больше: даже будучи искромсанным на куски, Гула всё ещё цеплялся за жизнь.
Из того, что прежде было его брюхом, вверх ногами торчал изломанный, содрогающийся человеческий торс, вросший в бесформенную груду мяса.
В миг, когда его тело разрывало на части, он едва успел слепить человеческое подобие, избежав мгновенной гибели, но на этом всё кончилось.
С разрушенным ядром жизнь утекала из него с каждой секундой.
Стоя на пороге небытия, Гула лихорадочно метался в мыслях:
«Почему?..»
«Как всё дошло до этого?»
Если бы его приспешники не погибли.
Если бы он не растратил запасы на регенерацию.
Если бы не отвлекся на погоню за синей птицей.
Если бы перехватил хотя бы половину тех ракет.
Если бы в спешке перерождения не выдал местоположение ядра, упрятанного в брюхе...
Всё не закончилось бы одним-единственным ударом.
Но псионические клинки, проникшие в него подобно воде в песок, раскроили энергетические каналы, расползлись по плоти и нанесли смертоносный удар точно в ядро. Это был конец.
— Выдержать удар Девяти Абсолютов и не сдохнуть на месте? Твоей живучести можно только позавидовать.
И тогда Гула всё понял.
Больше не было нужды искать причины.
Кукловод, измотавший его руками Зелёного Дракона и регулярной армии.
Теневой гений, скрывавшийся под самым его носом и отвлекавший птицей и беспилотниками.
Тот, кто с ювелирной точностью вычислил ядро.
И оборвал всё одним ударом.
Инстинкты кричали: за всем стояла эта черноволосая девчонка.
— Подлая... крыса!..
— Хм, право, не совсем понимаю, что ты вкладываешь в слово «подлая».
Он выплюнул это как проклятие, но для неё слова прозвучали почти как похвала.
Девушка едва заметно улыбнулась и обернулась:
— Разве не так, Цзысянь?
— Всё именно так, Принцесса. Вы сражались с ним более чем честно.
— !..
Глаза Гулы едва не вылезли из орбит.
И дело было не только в том, что позади девушки стояла зеленоволосая женщина в перчатках — Майя, объект всей его лютой ненависти.
Её облик таял на глазах.
Зеленые волосы чернели.
Холодный разрез глаз округлялся.
Гладкая кожа покрылась тонкими морщинами.
Когда трансформация завершилась, от Майи не осталось и следа.
Это не было силой искажения восприятия, позаимствованной у созвездия, как у Римона, но это искусство маскировки ничуть ей не уступало.
Перед ним стояла всего лишь Цзысянь, мастер Стиля Сбрасывания Ста Лиц, с многозначительной усмешкой на губах.
— Вы... вы, ублюдки!..
От начала и до самого конца.
Сплошная ложь, притворство, заговор.
В тот самый миг, когда он двинулся на Сан-Паулу, его участь уже была предрешена.
От этого осознания Гулу забила крупная дрожь.
Девушка небрежно бросила ему:
— Не стоит так убиваться.
Для Игроков уровень частенько решает всё.
Но реальный мир — это не игра.
Удачный расклад и выверенная стратегия позволяют слабому прикончить сильного в любой день недели.
— В конце концов, наш клан веками специализируется именно на таких вещах.
Шпионаж ради сбора информации.
Интриги, плетущие невидимые сети заговоров.
И ещё одна стезя.
Убийство — ремесло, в котором они стояли на недосягаемой вершине.
Некогда они держали под собой все гильдии наемных убийц мира и яростнее прочих драконьих родов скрещивали клинки с Римоном.
Принцесса Клана Чёрного Дракона, Ли Цинвэй, тепло улыбнулась.
И неспешно шагнула вперед.
— Рано... торжествуешь!.. У меня всё ещё есть козырь!..
Шлёп.
Захлебывающийся в отчаянном хрипе Гула оцепенел.
Легкая тяжесть.
Половина обзора погрузилась во тьму.
Сперва он даже не понял, что произошло.
— Ты!..
Но лишь на долю секунды.
Уцелевший глаз Гулы распахнулся от потрясения.
Увидев изящную ножку, выступающую из-под подола черного шелкового платья, он осознал.
Что именно застилало ему взор.
И что Ли Цинвэй столь грациозно опустила ему на физиономию.
Прежде чем дикое унижение успело разжечь в нем ярость, затмевающую даже ненависть к Майе...
— С чего ты взял, что я позволю тебе вытащить хоть какой-то козырь?
— !..
Гула похолодел.
Ли Цинвэй смотрела на него сверху вниз. Улыбка бесследно растаяла с её лица.
Потухшие, лишенные блеска глаза.
Сухой, совершенно безжизненный голос.
А главное — нарастающее, чудовищное давление ножки, втаптывающей его лицо в грязь.
Он понял, что собирается сделать эта хрупкая девушка.
— С-стой!..
К его глубокому сожалению, шанса сказать что-либо ещё Гуле не предоставили.
Не успел он раскрыть пасть, как нога — напитанная непостижимой для столь миниатюрного тела силой — уже безжалостно опустилась до упора.
КР-Р-РАК!